"Безумная Мэри"

Хуже всех стен такая дверь, от которой не было и нет ключа, и он не знает, где искать этот ключ и существует ли он вообще. Жозе Сарамаго. «Двойник».

    — Черт, — тихо выругалась Мэри и, закусив губу, протянула руку к двери, за которой ее ждал названный подопечный.     С утра и весь день она ощущала нереальный подъем и даже боевой дух, который, казалось, не сломит ничто, но теперь… Отчего-то она в нерешительности топталась около класса несколько минут, не решаясь войти. Только при одной мысли о Кастиэле в груди поднималось не то чувство стыда, не то смущение, взявшиеся буквально из ниоткуда. «А собственно, чего я боюсь? Кто он такой и почему меня должно волновать мнение какого-то красноволосого придурка?», — фыркнула про себя девушка и снова положила ладонь на дверную ручку.     Шумно вдохнув, она повесила голову, в которой тут же снова пронеслась серия картинок происшествия, которое произошло несколькими днями раньше. Когда Кастиэль застал их в столь двусмысленной позе, конечно, можно было что-то сказать, но… Начавшаяся словесная перебранка между одноклассниками дала ей фору, чтобы просто встать и покинуть место брани.     Вообще везде, где появлялась красная шевелюра одноклассника, с Мэри начинали происходить странные вещи. Она сразу начинала себя глупо вести, будто ее подменяли или же различные беды сваливались на голову. А ей только и оставалось, что глупо хлопать глазами и принимать все как данность.     Еще одно странное совпадение не выходило из головы — Кастиэль перестал с ней разговаривать. Совсем. В первые моменты она даже обрадовалась — не сама ли хотела этого с первых дней? Но полное игнорирование со стороны одноклассника начинало потихоньку раздражать, а фразы, брошенные бесцветным голосом, бесили.     Армин же наоборот стал вести себя более раскрепощенно в ее присутствии и даже иногда смеялся над шутками. Он вообще стал часто ходить с их компанией и иногда выходил на улицу, хотя сам как-то обмолвился, что солнечные лучи его раздражают.     Для Мэриеллы его нестандартное поведение было чем-то обычным, а вот Ирис и Алекси странно косились в сторону брюнета. Рыжеволосая как-то отвела ее в сторону и заговорщицким шепотом спросила, о чем они говорили. И после расстроенно поджала губы, услышав самую правдивую версию. О неожиданно встрече с еще одной нескромной личностью девушка умолчала.     — Ты так и будешь тут стоять?     Мэри вздрогнула и испуганно посмотрела перед собой. Одноклассник явно стоял тут уже давно, но дозваться до девушки не смог. В руке он держал ведро и половую тряпку. Голубоволосая на секунду дополнила его образ косынкой в положенный цветочек, фартуком и позой а-ля «руки в боки», и чуть не пустила слезу. Мысленно, конечно.     — Ну? — красноволосый раздраженно тряхнул головой, откидывая челку со лба.     — Проходи, — девушка поджала губы и отошла в сторону, провожая спину одноклассника задумчивым взглядом. Между ними будто выстроилась стена из взаимного отчуждения и игнорирования.          В прочем, таковая не мешала прибираться в классе. Мэри хватало и того факта, что красноволосый вообще посещает отработку, а все остальное так, ерунда.     Вздохнув, она прошла к первой парте, попутно закидывая портфель на стол. За окном уже вечерело и красные пятна застыли на стене, едва заметно смещаясь. Сама девушка, оторвав взгляд от стены, привычно сдвинула стулья и легла, вставляя в уши наушники.     Еще до отработки она думала, что не смотря на вздорный характер одноклассника, будет помогать ему, то сейчас такое желание полностью отбилось и хотелось только, чтобы все побыстрее закончилось. А дома ее ждет вкусная выпечка Жоанны и Марк, который, оказывается неплохо играет на гитаре. И они уже подумывают, чтобы установить мини-сцену и давать концерты для публики…          — О-ох, — Мэри резко выдохнула, когда на живот ей опустилось что-то увесистое. Распахнув глаза, огляделась. Взгляд наткнулся на Кастиэля, который, держа портфель за ручку, смотрел на нее, прищурив глаза. — Ты сдурел что ли? — прошипела голубоволосая, садясь и вырывая предмет из рук парня. Тот лишь усмехнулся и сложил руки на груди.     — И долго ты будешь разлеживаться?     — Вообще-то это ты у нас убираться должен, — фыркнула она и тоже сложила руки на груди, сверля одноклассника взглядом.     — Так, — руки опустились на стол, а сам парень нагнулся и теперь девушка с удивлением заметила, что глаза у парня все же больше серые, чем карие. — Либо ты встаешь и начинаешь убираться, либо я ухожу. Мне вообще плевать на отработку. И, — он прищурил глаза, растягивая губы в ухмылке, — не ты ли собственной персоной явилась ко мне, упрашивая прийти сюда?     Голубоволосая еще некоторое время смотрела на него, громко сопя. Но потом, закрыв глаза, она досчитала до пяти и выдохнула сквозь зубы.     — Хорошо, — процедила она, вставая.     — Ну вот и славненько, — схватив со стола тряпку, он, насвистывая мотивчик отправился протирать парты.     Зло зыркнув на довольного парня, Мэри потерла лицо руками и мысленно застонав, отправилась за веником.     Лениво размахивая любимым орудием чистоты всех домохозяек, девушка время от времени кидала взгляды на своего «напарника», который в общем-то делал свою часть работы более продуктивно. Тряпка и ведро уже были давно отложены и сейчас красноволосая макушка то появлялась, то пропадала из-за заднего ряда парт.     — Вот так-так… — донеслось из другого конца класса. Навострив ушки, девушка продолжила махать веником, но теперь уже одновременно прислушиваясь к недовольному бурчанию одноклассника. — И кто это у нас такой хитрый то?     Медленно пятясь задом, под видом усердной работы, Мэри все ближе продвигалась к объекту своего любопытства. В мозгу у нее крутился вопрос, который она не спешила задавать, боясь навлечь на себя гнев страшного и ужасного Кастиэля.     — Обычная кража, — ответили ей, не поворачивая головы. Голубоволосая же, подпрыгнув на месте, испуганно вперилась взглядом в макушку говорившего.     — Я что, — прохрипела она, — сказала это вслух?     Парень ничего не отметил, но его громкое хмыканье, больше похожее на смешок, сказало само за себя.     Тряхнув головой и напустив на себя как можно более непринужденный вид, Мэри подошла к сидевшему около нижнего шкафчика одноклассника и заглянула ему за плечо. Взгляд прошелся по каким-то коробочкам, папкам, колбам и прочим вещам, которые должны присутствовать в кабинете химии. Однако ничего криминального девушка вычислить не смогла и непонимающе посмотрела на парня.     — И что тут странного?     — А то, — он протянул руку и достал какую-то папку. — Видишь тут полная папка каких-то листьев? — девушка удовлетворительно кивнула, когда он чуть приоткрыл картонную поверхность. — Это конопля.     — Конопля? — потупив взор, переспросила она.     — Да.     — Вы что, коноплю на химии курите?     — Нет, глупая, — фыркнул парень и потянулся еще за каким-то предметом. — Конопля вообще много где используется. Раньше из нее и паруса делали и обшивки разные. Кроме того, — выудив на этот раз коробочку, он положил оба предмета на пол, — эта трава часто используется в медицине и косметике. Только не говори, что ты не знала, — закатил он глаза, глядя на вытянувшееся лицо одноклассницы.     — Мгм, — промычала та и села на корточки рядом. — Вообще то нет… Как-то не задумывалась об этом. А у тебя, — бросила ехидный взгляд на Кастиэля, — смотрю, большие познания в этом.     Парень лишь снова закатил глаза и глубоко вздохнул. В этот момент Мэри почувствовала себя как-то неуютно. Будто сморозила несусветную глупость.     — Смотри, тут два предмета, — он поочередно указал пальцем сначала на папку, а потом на коробочку. — Здесь у нас конопля, а вот тут совершенно другое растение.     Кастиэль довольно улыбнулся, а вот девушка протянула руку и взяв из каждого предмета по засушенному листочку начала рассматривать их.     — Так они же одинаковые? — удрученно рассматривая растения, сказала она.     — Нет. Ты ошибаешься, — красноволосый подсел поближе и протянул руку, забирая один листок. — С первого взгляда кажется, что да. Но начнем с того, что все растения, а точнее то, в чем они хранятся, подписываются учителем лично. Тут конопля, а вот в коробочке клен. Ну посмотри же внимательнее! — не выдержал Кастиэль, воскликнув в сердцах.     Прекратив глупо хлопать глазами, Мэри повнимательнее присмотрелась к тому, что находилось в ее руках и чертыхнулась, мысленно зарядив себе хорошенькую оплеуху. «Вот же крот слепой», — мысленно взвыла она.     Теперь подрядив свое внимание, она поняла, насколько эти растения разные. Да что там разные! Все же конопля — это типичная трава, а клен… Да они даже по виду разные совершенно.          — Листья из коробки с коноплей попали в коробку с кленом, — раскладывая все по местам, произнес Кастиэль.     — Может учитель перепутала, и сама положила? — предположила голубоволосая, вставая и морщась от боли в коленях.     — Нет, — парень тряхнул шевелюрой. — Ты уже была на уроках мадам Шатт, сама понимаешь, что это нереально. Она трясется за свои ингредиенты, будто они дети малые. Просто ведьма во плоти, — хмыкнул он.     — Ну да, тут ты прав, — хихикнула Мэри, садясь на стул.     Этот разговор ни о чем немного разрядил обстановку, и та стена отчуждения будто немного подтаяла, но все равно Кастиэль вел себя так, будто его тяготит общество одноклассницы.     Хмыкнув, она отвернулась, глядя в окно. Там солнце уже почти совсем село и только какая-то часть его виднелась между кроной деревьев. Положив голову на парту, Мэри словно загипнотизированная следила за их мерным покачиванием их стороны в сторону.     Услышав за спиной шуршание и звук закрываемого замка, она встрепенулась. Обернувшись, увидела, что Кастиэль морщась разминает затекшие ноги, а после, звякнув в руке ключами направляется к выходу.     — Ты куда? — удивленно вскинув брови, спросила девушка.     — Надо сообщить о том, что кто-то подворовывает из класса химии, — закинув руку за голову, он хотел было запустить пальцы в волосы, но ему помешала резинка, которая скрепляла часть прически на затылке. Чертыхнувшись, он тихо выругался.     — Но мадам Шатт, наверное, уже ушла домой, — сложив руки на груди, сказала Мэри. Парень пожал плечами и снова двинулся в сторону двери.     — Ну и что? Зайду в учительскую. Нужно же лишний раз побесить белобрысого всезнайку, — прошипел он, выходя из класса. А после в коридоре раздался зловещий хохот, заставивший голубоволосую поежиться.     Пока Кастиэль отсутствовал, Мэри успела домести пол, поскакать с веником в руках, представляя себя супер-звездой, поговорить сама с собой около зеркала, висящего над раковиной. В общем, вела она себя странно. Но настроение от чего-то было радостным хотелось петь.     Крутанувшись вокруг своей оси, девушка приземлилась на один из стульев и глубоко вдохнула. Из приоткрытого окна веяло прохладой и какими-то запахами. Где-то в кроне даже затесалось пару птиц, которые бодро перекрикивались между собой.     Встряхнувшись, голубоволосая легко поднялась и подошла к окну. С каждым шагом она чувствовала, как в ногах зарождается дрожь. Сердце гулко стучало в груди, но она старалась держать себя в руках. Высота — ее самый главный страх.     И вроде подумаешь — всего то пятый этаж. Но для Мэри даже третий был испытанием. Однако ей казалось, что со временем она переборола этот страх. Но всегда, подходя к окну, по спине пробегалась армия мурашек, а волосы на голове шевелились как живые.     Створка легко распахнулась, а тонкие бледные пальцы крепко вцепились в подоконник. Речи о том, чтобы перевеситься и глянуть — «а что творится там внизу?» — и не шло.     Сквозь прикрытые веки она наблюдала за ленивыми облаками на постепенно меняющем свой цвет с яркого на темный небе. Кроны деревьев колыхались, гипнотизируя, а птицы будто кричали «не бойся!». И Мэри старалась…     Губы сами вспомнили песенку из детства, которая всегда помогала в сложную минуту:     — Где-то зажглись на небе огни,     Ты не один, малыш, ты не один….     Слова лились тихо, но это помогло расслабить напряженные плечи и спину, да и смотреть на заходящее солнце с широко открытыми глазами намного удобнее.     Вздохнув, девушка осторожно убрала руки, чтобы задом отойти от окна, когда сзади что-то громыхнуло и громко крикнуло.     — Бу!     Перед глазами резко потемнело и не помня себя, Мэри резко села, боком привалившись к стене под подоконником. Сердце бешено стучало, заглушая звуки, только удары отдавались в голове звучным: «Бом-бом», «бом-бом».     Юноша смотрел на свернувшуюся в комок девушку во все глаза. Ее поведение так ошарашило его в первое мгновение, что он только замер на месте, сжав одну руку в кулак.     — Мэри? — тихо позвал он, но девушка не откликнулась и только еще больше уткнулась головой в колени. Он видел, как ее трясло, будто рядом с ней разом упало несколько бомб и теперь ее дико контузило. — Мэри, ты слышишь меня?     — Не-эт… — со всхлипом выдохнула она и с силой сжала колени руками.     Неожиданный порыв ветра заставил окно с грохотом удариться о оконную раму. Громко вскрикнув, Мэри обхватила голову руками, словно бы спасаясь от невидимой угрозы. Она словно вернулась в детский кошмар, в тот день, который чуть не стал для маленькой Мериэллы последним.     Но мог ли парень, с красной растрепанной шевелюрой и растерянным выражением лица знать об этом? Мог ли он предполагать, что одной своей шуткой всколыхнул сразу несколько криво заживших ран в душе странной, временами дерзкой девчонки?     Он не знал… Как не знал и того, чем он сейчас может помочь, что ему делать с бьющейся в истерике одноклассницей.     Сглотнув, Кастиэль тихо подошел и опустился на одно колено перед девушкой, которую все так же трясло. Тронув ее за плечо, он хотел было сказать что-то утешительное или, даже, извиниться за глупую шутку. Но, когда она подняла глаза, он понял — это не Мэри.     Сдвинутые на переносице тонкие брови, красные от слез глаза, цвет которых поменялся и стал не грязно-стальным, а почти белым, а может, это ему просто так показалось? Бледные губы были искривлены в подобие то ли ухмылки, то ли оскала. И сейчас девушка была похожа на разозленную собаку.     Грубо откинув его руку, она резко вскочила, утирая рукавом джемпера остатки слез. Она чуть покачнулась, от того, что резко закружилась голова, но, когда заметила, как парень встал вместе с ней, то сделала шаг назад.     — Мэри, прости, я не хотел, — глядя прямо в глаза голубоволосой, произнес Кастиэль. Он чувствовал свою вину, но не настолько, чтобы по щенячьи валяться и вымаливать прощения.     — Прости? — криво усмехнулась Мэри и хрипло хохотнула.      — Я не хотел тебя напугать, — следя глазами за тем, как она неуверенно отталкивается от опоры и подходит к нему, продолжил парень. — Не знал, что ты настолько пугливая, — теперь была его очередь усмехаться. Его отчего-то взбесило поведение одноклассницы.     Остановившись напротив красноволосого, Мэри только слегка подняла голову и заглянула ему в лицо. Но выражение лица Кастиэля говорило только о том, что ему неприятна вся эта ситуация и он бы с удовольствием оказался где-нибудь подальше отсюда, да в глазах время от времени мелькало недопонимание и растерянность.     — Да ты волшебник, Кас, — прошипев последнюю букву, словно змея, сказала голубоволосая и склонила голову вбок. — Всего за пару секунд вернул меня в давно забытые времена. Да у меня сегодня день рождения прямо! — вдруг воскликнула Мэри, но парень не отшатнулся, только непонимающе смотрел на одноклассницу.     — Мне кажется ты не в себе, — нервно усмехнулся он и попробовал заставить ее сесть на стул, так как девушку все еще штормило и это было хорошо заметно по трясущемся рукам. Но она снова отмахнулась и схватила его за ворот кофты. — Как. Же. Я. Тебя. Ненавижу. — глядя ему в глаза и делая паузу после каждого слова, отчеканила Мэри и, быстро отдернув руку, шатаясь побрела к выходу из класса.     Хлопнув дверью, шатаясь и вытирая снова налившиеся слезами глаза, она шла к туалетной комнате. Уже в ней она щедро плескала себе холодной водой на лицо, пытаясь успокоиться.     Мысли в голове перемещались с огромной скоростью, ровно, как и эмоции сменялись со страха на резко возникающее откуда-то из глубины раздражение, после наступала дрожь от рисующих воображение картин, и за всем следовала обида…     Но она и сама не могла сказать, почему ее жгла обида на красноволосого придурка, который пришел в тот момент, когда она стояла у окна? Конечно, она понимала, что он не мог знать, что она жутко боится высоты и уже долго борется с этой «маленькой» проблемой.     И он не мог знать и того, что много лет назад, маленькая Мэри чуть не покончила с собой из-за детской глупости, выпав из окна третьего этажа, но вовремя схваченная отцовской рукой? Как она кричала и еще долго билась в истерике наяву и во сне, как долго она боялась подходить к окнам, и боролась с головокружением и обмороками перед страхом опять испытать это?     — Почему…? Почему? — захлебываясь собственным вздохом, тихо спросила она.     — Хорошенько тебя приложило, подруга, — весело хохотнули сзади.     Резко обернувшись, Мэри увидела широко улыбающуюся блондинку, которая оперлась о кафельную стену и сложила руки на груди. Ей сразу не понравилось то, с каким злорадством и превосходством смотрела на нее блондинка. Но она уже знала с кем имеет дело, ибо ее личный информатор в лице Ирис, давно прожужжала ей уши.     — Твое ли это дело? — голубоволосая вытерла мокрое лицо и облокотилась о раковину спиной и держась за нее руками.     — А если мое? — усмехнулась девушка и подперла щеку кулачком. — Что тогда?     — Да в принципе ничего, — Мэри пожала плечами.     — Какая-то ты пассивная, — красотка сморщила острый носик. — Мне рассказывали про тебя другое. Да и в классе ты себя ведешь более дерзко.     Мериэлла знала, что блондинка просто провоцирует ее, вот только зачем? В памяти не всплывало того, что она переходила ей дорогу.     — В общем, — та хлопнула себя руками по бедрам и медленно подошла к голубоволосой. Но так как была намного ниже ростом, то ей пришлось задирать голову, что развеселило Мэри и разозлило красавицу. — Чтобы я тебя больше не видела рядом с Касом, поняла?     — О-о… Ха-ха… Какая банальная история! Только увы, — она развела руками, — у нас месяц уборки вместе. Так что прости, ничем помочь не могу. Придется тебе смириться с этим, красотка.     Хохоча, Мэри попробовала обойти блондинку, но та вдруг резко вцепилась ей в руку и надавила пальцами, впиваясь острыми ногтями в кожу.     — Эй, эй! Мне больно, — возмутилась она и посмотрела на сестру старосты, которая была полной противоположностью своего брата.     — Мне плевать, что у тебя там за уборка! — воскликнула Амбер и подскочив к противнице, быстро заговорила: — Если я еще раз увижу тебя рядом с Кастиэлем, то ты об этом пожалеешь!     — Какая злая и наивная, — Мэри с досадой покачала головой и состроила скорбную мину. — Силенок-то хватит? Или думаешь, что братец прикроет тебя в очередной раз?     — Считай — я тебя предупредила, овца, — отпустив руку одноклассницы, Амбер быстро подхватила сумку у стены и последний раз взглянув на Мэри, лисицей выскользнула в коридор.     Оставшись одна, девушка обессилено опустилась на корточки и уткнулась головой в колени. Только свирепой оторвы в списке потенциальных врагов ей не хватало…     Позднее, когда кряхтя и ползя по стене, она вошла в класс, то там уже никого не было. Кинув взгляд в сторону окна, отметила, что оно плотно закрыто и даже завешено шторами. Найдя свою сумку, перекинула ее через плечо и поплелась на выход.     Как она дошла до кафе не помнила, только догнавший ее у лестницы Марк был напуган и постоянно спрашивал, что случилось, но Мэри только отмахивалась, говоря, что был тяжелый день и все в том же духе.     Отвязавшись от друга, и очутившись в своей комнате, не раздумывая, прямо в одежде она плюхнулась на кровать. Ей снилось, что она падает и громко кричит, плачет и кого-то зовет. Кажется, это был отец…     Посреди ночи на характерные звуки прибежал Марк, который каким-то образом оказался в соседней комнате. Обнаружив девушку, свернувшуюся около унитаза и сильно дрожащую, он разбудил хозяйку и вместе с ней они уже начали успокаивать дрожащую и всхлипывающую девушку.     — Тшш… Малыш, все хорошо, — прижав к себе завернутую в плед, чересчур худую девушку, прошептал он, успокаивая ее. Но она словно не хотела этого делать и только успокоившись, снова начинала стонать и вскрикивать.     Парень обнимал голубоволосую девчушку и ему было больно смотреть как она страдает. Его мучил вопрос — почему? Но разве задашь этот вопрос тому, кто не переставая, до сбитого дыхания плачет, что-то шепчет, говорит…     — Тихо, девочка, тут нет никого, тшш…     — Зачем… Нет… Окно, закрой окно! — громко взвыла Мериэлла и сильно забила руками, словно отбиваясь от невидимого противника. И снова Марк крепко прижал ее к себе.     До самого утра, до первого лучика солнца он так и лежал с ней, отправив пожилую хозяйку спать и уверив, что справиться сам. Так и вышло.     В какой-то момент дыхание девушки выровнялось, и она уже без всхлипов и приступов спокойно заснула. Марк со спокойной душой осторожно высвободил руку и отошел к окну. Нервным движением он достал пачку и закурил, слегка приоткрыв окно. Выдыхая белесый дым, он смотрел на свернувшуюся калачиком на кровати девушку и боролся с чем-то внутри себя. Словно два противоречия, две стены столкнулись внутри.     И вот нервно дернув плечом, он затушил сигарету и сложив руки на груди, все так же продолжая смотреть в сторону кровати.     — Никому, — качая головой, хрипло прошептал он. — Никому больше тебя не обидеть, Электра.     Подойдя к кровати, он тихо лег и, обхватив худое тело, закутанное в плед руками, прижал к себе, кладя голову на растрепанную голубоволосую макушку.     — Моя маленькая Электра…