"Безумная Мэри"

Я все старался понять, почему она встретилась именно ему, а не мне, и для чего это нужно было, чтобы в нашей жизни произошла такая ужасная ошибка. Антон Чехов

На губах блуждала шальная улыбка, а в сердце, казалось, наступила преждевременная весна. Солнце в груди ярко светило и с каждой секундой становилось все больше, грозясь проткнуть своими лучами грудную клетку и затопить своим светом все вокруг. Мэри снова широко улыбнулась, едва удерживаясь от того, чтобы весело не захохотать, колотя ногами по кровати. Вместо этого она легко перевернулась на живот и стала смотреть на умиротворенное лицо человека, к которому испытывала самые нежные, трепетные чувства. Улыбка на миг померкла, когда она вспомнила события вчерашнего утра, и удрученно тряхнула головой, выбрасывая непрошенные мысли из головы. «Нет, — снова покачала она головой, — это была всего лишь сиюминутная слабость… Да. Всего лишь помешательство и… жалость». Взгляд снова скользнул по острому подбородку, тонким, плотно сжатым губам, длинному носу с небольшой горбинкой, а рука уже сама тянулась, чтобы легким движением пальцев очертить скулы, погладить щеку. Ресницы дрогнули, а рука была быстро одернута обратно. Закрыв глаза, Мэри сделала вид, что спит. Сердце бухало в груди, а мысли в голове роились как перепуганные птицы. Рядом раздался громкий зевок, а затем теплая ладонь легла на ее плечо, после скользнув на спину. — Мэри, я знаю, что ты не спишь, — обличил ее Кастиэль и весело хмыкнул. Мысленно чертыхнувшись, девушка почувствовала, как уши начинают гореть. Но делать было нечего, и она улыбнулась, открывая глаза. — Доброе утро… — Доброе, — благосклонно кивнул он. Между тем его рука уже во всю чертила на ее спине какие-то непонятные знаки, отчего девушка едва не замурлыкала от удовольствия. К своему удивлению, Мэри поняла, что совершенно не стесняется своей наготы перед Кастиэлем. «Хотя, на что там можно смотреть?», — мысленно усмехнулась она. После больницы она, конечно, набрала пару килограмм, но все равно ребра торчали словно крылья, да и ноги, не обремененные физическими нагрузками были больше похожи на две прямые палки, без намека на рельеф. Мэри так бы и продолжала самобичевание, если бы в какой-то момент Кастиэль не перестал наконец проводить сеанс утреннего массажа и не сел на кровати, ища на полу спортивные штаны. Подумав, она тоже встала с кровати, начав шустро собирать свою одежду. И уже через пару минут была полностью одета. Сев рядом с Кастиэлем на кровати, она обратила внимание, что он как-то странно хмуриться, а на его губах застыла странная улыбка. Кашлянув в кулак, она попыталась мельком заглянуть в экран, но телефон был резко заблокирован и зажат между ладоней. — Что-то случилось? — робко поинтересовалась она, потупившись. Кас лишь только усмехнулся и сел, отставив руки назад. — Ничего, — пожал плечами. — Просто друг поблагодарил за то, что разрешил провести вечеринку у себя. Как ты? — оглядев ее с ног до головы, спросил он. Но тон его голоса слегка царапнул слух своей будничностью. — Ну-у, — Мэри задумалась, прислушиваясь к собственным ощущениям, — вроде в порядке. Только внизу живота тянет и ходить больно, — она поморщилась. — Ясно, — кивнул он и легко встал. — У тебя есть еще время до школы. Успеешь принять душ и позавтракать. Мэри подняла на него растерянный взгляд. В груди кольнуло — с Кастиэлем было что-то не так. Или ей только кажется…? — А ты? Ты не пойдешь в школу? Засунув телефон в карман, откуда была вытащена пачка сигарет, он остановился и покачал головой. — Нет. У меня есть некоторые дела… — уклончиво ответил он. — Не расскажешь? — выходя вслед за ним, поинтересовалась Мэри. При этом на лице у нее преобладала страдальческая гримаса, так как каждое движение отдавалось болью внизу живота, и даже волшебные слова Кастиэля о том, что больно не будет, не возымели успеха. Она едва не влетела в его спину, от того, что он резко остановился. Последовал тяжелый вздох и Кастиэль развернулся. Каре-серые глаза смотрели тепло, но что-то было еще. Что-то неуловимое…А затем ее щелкнули по носу, словно маленького ребенка. — Эй! — Любопытной Варваре… — невнятно промычал он, засовывая в зубы сигарету и пытаясь одновременно ухмыльнуться. — Давай залезай в душ, а я что-нибудь попробую найти на кухне, — он вытащил сигару и стал подталкивать ее в сторону душа. Фыркнув напоследок, Мэри все же зашла, плотно закрыв за собой дверь. Рука соскользнула с дверной ручки, и она сделала шаг, останавливаясь напротив широкого зеркала. Разглядывая себя, не могла не усмехнуться мысленно. Серые глаза едва не светились изнутри, а губы были растянуты в глупой улыбке. Да и вообще весь ее вид словно кричал: «Осторожно! Влюбленная девушка!». — Ну и зачем я, говорится, одевалась? — пробурчала она, стаскивая с себя вещи. Через минут пятнадцать, свежая и бодрая, она выпорхнула из ванной в сторону кухни. Перешагнув через порог, она с удивлением отметила, что Кастиэля тут нет. Поджав губы, она вышла в холл и громко позвала его, но ответа не было. Побродив по комнатам, под встревоженным взглядом Демона, который что-то бурчал в присущей ему манере. Она задумчиво остановилась, потрепав пса по холке. — Ну и как это называется? — возмущенно вопросила она, смотря на пса. Тот подвигал ушами и что-то заворчал, словно говоря: «А мне покуда знать?». – Ну, Кастиэль, ну, наглая рожа! И так, вспоминая все изощренные надругательства, она снова вошла в кухню, бросив быстрый взгляд на часы. До уроков еще оставалось минут сорок. А на столе ее ждал сюрприз в виде миски с разбухшей в ней до неузнаваемости лапшой быстрого приготовления, накрытой тарелкой и записка рядом с живописным натюрмортом. — Вот это романтика, — хохотнула девушка, беря в руки записку. Пробежав по ней взглядом, хмыкнула. — Ну и какие же дела заставили нашу ленивую Морковку сорваться с утра пораньше? — вопросила она, присаживаясь на стул и со вздохом пододвигая к себе тарелку с непонятной субстанцией. Поморщившись она сняла тарелку и в ноздри сразу ударил непонятный запах. Поводив перед лицом ладонью, она закашлялась. Субстанция непонятно булькнула и девушка уже точно решила, что есть она это не станет. В итоге по дороге в школу она купила пару яблок и с хрустом, не скрывая своего удовольствия, откусила внушительный кусок, предварительно помыв яблоко минералкой. По мере того, как желудок наполнялся, руки все больше замерзали и еле открыв тяжелую дверь на входе в школьное здание, она едва не застонала, оказавшись в тепле. — Что встала? — раздалось пренебрежительное сзади нее, а затем плечо резко ударили. Проводив блондинку внимательным взглядом, она пожала плечами. Она могла бы ответил что-нибудь Амбер. Так как в коридоре было довольно место, но сдержалась. Пока эта стервозная курица могла только плеваться ядом, что, в принципе, мало задевало саму Мэри, а вот её… «Перебеситься и успокоиться», — думала про себя она, беря вещи из шкафчика и направляясь на уроки. Ирис вяло кивнула, когда Мэри опустилась на соседний стул. Девушка выглядела так, как будто была чем-то очень сильно удручена. Рыжые волосы снова копной лежали на плечах. Одна рука подпирала подбородок, а взгляд прищуренных зеленых глаз бездумно блуждал по классу. Что было на уме у подруги Мэри могла только догадываться. Но вскоре она отвлеклась, вслушиваясь в голос преподавателя. Все же боль внизу живота давала о себе знать, отчего она постоянно ездила по стулу, пытаясь принять удобное положение тела. Еле дотерпев до конца урока, она вылетела из класса, бросив Ирис, что ей срочно нужно отойти. Но той, по всей видимости, было совершено все равно, ее взгляд был прикован к окну, где в неспешном танце кружились снежинки. Сжимая зубы и едва рвя на себе ткань джемпера, в который она вцепилась до того, что костяшки пальцев побелели, Мэри, насколько это позволяло ее состояние, быстро шагала в сторону мед кабинета, который (черт его дери!), находился на первом этаже. Остановившись на секунду перед заветной дверью, она подняла руку, чтобы постучаться, как та, словно прочитав ее мысли, распахнулась сама. — Большое спасибо! — крикнул брюнет и сделал шаг, чтобы выйти, но резко остановился, едва завидев одноклассницу. В упор смотря на нее, он хлопал глазами, а губы его едва подрагивали. — Привет, — наконец выдавил он, отводя взгляд. — Утра, — кивнула Мэри. — Я пройду? Армин снова бросил на нее взгляд и, чуть поколебавшись, кивнул. — Конечно. — Спасибо, — сквозь зубы выдохнула она, протискиваясь мимо. Уже знакомая мед сестра только закатила глаза, снова увидев жалобно сдвинутые брови и скорбно поджатые губы. Покачав головой, она пригласила ее на одну из кушеток, а после зашторила занавеску. Армин еще пару секунд постоял, колеблясь, а затем прикрыл дверь и юркнул в сторону пустующей по соседству кушетки. Он сам не знал, зачем это сделал, но будто невидимая сила толкнула его на этот поступок. Встав рядом с тканью, что отделяла его от тихо беседующих женщин, он сжал руки в кулаки и попробовал выровнять дыхание, которое отчего-то казалось ему слишком громким. Совесть кричала, что так поступать нельзя. Это не то, чтобы некрасиво, но… личное пространство и тайны он уважал, однако некая тревога, поселившаяся в груди, заставляла вслушиваться в каждое слово, шорох, вздох. И с каждым словом брови его все больше хмурились Если бы он заранее знал, что услышит, то вышел бы отсюда и плотно прикрыл за собой дверь! Внутри поднималась буря и все клокотало… «Этот придурок», — думал он про себя, едва сдерживаясь чтобы громко не выругаться. Резкое движение заставило его резко отпрыгнуть назад. Он едва удержался, чтобы с грохотом не сесть на кушетку, но удержал равновесие. — Я сейчас тебе дам обезболивающее, — раздалось за шторой, а затем послышалось как мед сестра начало копошиться в коробочке с медикаментами. — Сейчас немного полежишь и пойдешь на уроки. Если хочешь, могу написать записку и пойдешь домой. — Н-нет, я лучше останусь, — растеряно отозвалась Мэри. Чувствовала она себя и правда немного не в своей тарелке, да еще и тупая ноющая боль. Но это было не так страшно, чтобы лететь домой, сломя голову. — А сколько еще боль будет продолжаться? — Это, конечно, все индивидуально, — немного подумав, ответила мед сестра, разводя в стакане какой-то порошок. — Может пару дней, может, неделю. Но если вдруг боль не утихнет или усилится, или ты заметишь кровавые подтеки, то тут же обратись к гинекологу. Идет? — она строго посмотрела на нее. А Мэри лишь согласно кивнула и слегка улыбнулась. Выпив жидкость, она легла на кушетку, ожидая, когда обезболивающее начнет действовать. Вскоре послышалось как мед сестра вышла из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь. Какое-то время Мэри рассматривала потолок, бездумно водя по нему взглядом, а затем прикрыла глаза. На миг в мозгу возникла мысль позвонить или написать Кастиэлю, но тут же растаяла. Может он и правда занят или, уже вернулся домой и теперь сладко спит? Ни к чему попусту тревожить человека… Тяжело вздохнув, она перевернулась на бок и открыла глаза, чтобы в следующий момент громко заорать и с грохотом свалиться с кровати. — Прости, — виновато проговорил Армин пару минут спустя. Мэри же сверлила его яростным взглядом, едва не прожигая в нем дыру. — Я не хотел тебя напугать. Правда, — с сожалением повторил он, пряча взгляд. Рыкнув, Мэри с размаху запустила в него подушкой и тут же вцепилась руками в волосы. — Только не говори, что ты все это время сидел тут! — взвыла она, искренне надеясь, что неправа. Послышалось громкое сопение, а затем Армин поднял упавшую на пол подушку и положил ее на колени, сжав. Голова его была опущена, а губы плотно сжаты. — Да я был тут! — наконец не выдержав, воскликнул он и резко отбросил подушку в сторону. Встав, он начал ходить туда-сюда, бросая на нее сердитые взгляды из-под челки. — И что теперь? Убьешь меня? Закопаешь заживо? — остановившись перед раскачивающейся, словно маятник Мэри, он вдруг весь как-то сник. — Прости… Матрас прогнулся под тяжестью его веса, а затем он в точности повторяя движения Мэри, вцепился в свои волосы. Искоса глянув на эту картину, девушка хлюпнула носом и хихикнула. — Чего? — недовольно буркнул он, но она покачала головой и снова засмеялась. — Да что такое?! Мэри?! — он развернулся к ней и легонько потряс за плечо. Хрюкнув, она едва не завалилась на бок, начав истерически смеяться. — Черт, мне срочно нужен экзорцист, -пробурчал он в сторону. А Мэри между тем смеялась уже в голос, схватившись за многострадальный живот и никак не могла успокоиться. Армин исподлобья наблюдал за этой картиной, пытаясь понять, что за гадость ей подмешала в стакан мед сестра. — Ой, немогу-у-у, — провыла голубоволосая и громко икнула. — Вот так и ходи теперь! Плэй-бой на отдыхе, — утирая слезы, хихикнула она. Перестав буравить ее взглядом, Армин легко поднялся и прошагал к зеркалу, висевшему над раковиной и тихо выругался. На голове у него в прямом смысле слова торчали в разные стороны два импровизированных рога, делающие его похожим на доктора зло, особенно в сочетании с хмурым выражением лица. Наспех намочив ладонь под краном, он пригладил волосы и так же молча вернулся обратно. Мэри с веселой ухмылкой следила за его действиями и едва сдержалась, чтобы вновь не рассмеяться. — Ха-ха! Как смешно, — скривился он, завидев широкую улыбку на лице одноклассницы. Девушка глубоко вдохнула и тут же закашлялась, подавившись смешком. – Рад, что доставил тебе удовольствие посмеяться над моей внешностью! — съязвил он, плюхаясь, напротив. — Но это и правда было смешно, — хмыкнула голубоволосая, нормально садясь на кровати. Делая вид, что будто бы с интересом разглядывает собственные сапоги, она лихорадочно думала о том, как бы повежливее свернуть диалог. В голове словно наяву прозвучали слова Кастиэля: «Что бы я тебя с ним больше не видел…». Вздохнув, она подняла взгляд и встретилась с задумчивым взглядом Армина. Тот, казалось, тоже пребывает в неких раздумьях. Рот уже было открылся, чтобы произнести нужные слова, но вместо этого она вдруг спросила совершено другое. — А зачем ты приходил сюда? Брюнет тряхнул головой и снова поднял на нее взгляд. Пожав плечами, он наклонился вперед, упираясь локтями о колени и складывая ладони лодочкой. — Синяк заныл, вот я и пришел за мазью, — легко ответил он. — Все же хорошенько он мне тогда врезал. Я прямо прочувствовал на себе все тоже, что и он в свое время, — кривая усмешка тронула его губы. — Прости, — тихо произнесла она, опустив голову. Тонкие пальцы с силой сжали подол джемпера. Наверное, было глупо извиняться за то, что ему пришлось пережить пару не самых приятных минут. Но в глубине души она чувствовала, что во всей этой истории есть и ее вина. — Мэри, перестань, — Армин горько покачал головой, глядя на девушку. — В этом нет твоей вины. Это просто… стечение обстоятельств. Чья-то неудачная шутка обернулась не самой приятной ситуацией. И я хорошо понимаю… Кастиэля. Его девушка одна заперта в темной комнате с парнем которого он искренне ненавидит… — Он не ненавидит тебя! — вдруг вскинула голову Мэри. Но затем с досадой поморщилась. — Он просто не совсем понял, что случилось. Ты же знаешь его, он совершено не управляем, когда выйдет из себя. — Я знаю, — кивнул он и прищурил глаза. — Но это не отменяет того факта, что он чувствует во мне конкурента, Мэри. Скажи, — он склонил голову на бок и все так же прищурено внимательно посмотрел на нее, — если бы… Если бы не все произошедшее ты бы… стала встречаться со мной? Услышанное словно гром среди ясного неба разрезало воздух и ударило ее в самую грудь. Ей показалось, будто из легких выбили весь воздух. Подняв взгляд, она с напряжением вгляделась в лицо Армина, наверное, пытаясь там найти отголосок неудачной шутки или чего-то подобного. Но он смотрел прямо и ждал от нее ответа. — Я-я, — сглотнув начала Мэри и едва не застонала — зачем он это делает с ней? — Армин, я… Договорить-де Неж не успела. Дверь со скрипом открылась и в помещение вошла мед сестра. Пройдя к столу, она положила на него стетоскоп и какие-то бумаги, что держала в руках, а затем заметила сидящую, словно истукан голубоволосую. — О, тебе стало лучше? — участливо спросила она, облокачиваясь рукой о стол. Мэри сдержано кивнула и кинула быстрый взгляд на штору, которая едва заметно подрагивала. — Хорошо, — кивнула она, что-то прикидывая. — Если хочешь, можешь идти. Звонок будет через пару минут. Словно деревянная, девушка встала и на негнущихся ногах подошла к мед сестре, которая уже что-то быстро писала за столом. — Я…Э-э… Пойду. — Да, конечно. Только возьми записку, — она протянула ей исписанный листок. Взяв его, Мэри снова кивнула и солдатиком прошагала в сторону выхода. Оказавшись за дверью, она выдохнула и стремглав ринулась в сторону лестницы, пока некоторые голубоглазые не очухались и не решили догнать ее, вместе с душой вытряхивая из нее ответ. А в кабинете между тем зашевелилась штора. Выглянув из-за нее, Армин тихо выругался — мед сестра так же что-то увлеченно писала за столом и, уходить явно не собиралась. Постояв еще немного, он все же решился на самый глупый поступок в своей жизни. Тихонечко поснимав штору с колец, он набросил ее на себя и подхватил с пола сумку. Вдохнув поглубже воздуха, он с диким «Уууу!» словно вихрь пронесся мимо женщины, которая едва не подпрыгнула вместе со стулом на добрый метр, и врезался в дверь, одним рывком распахивая ее и вываливаясь в коридор. Позднее, когда первый шок прошел, Сесилия — как звали мед сестру, сосредоточенно отсчитывала количество капель успокоительного. — Ну сорванцы, — выдохнула она, залпом выпив жидкость. – Ах, молодость… — покачала головой тридцатидвухлетняя мед сестра и с протяжным «Ох», снова уселась за стол.

***

— Мэри, ты мне так руку сломаешь! — в сердцах взмолилась Розалия, в руку которой, словно клещ вцепилась одна голубоволосая и очень напуганная девушка. – Нет, ну посмотрите на нее! — попробовала всплеснуть руками, но только поморщилась от бессилия. — Прости, — Мэри виновато улыбнулась и выпустила руку одноклассницы из захвата, делая шаг в сторону. Розалия лишь фыркнула и потерла руку, а затем снова посмотрела на нее, но уже более внимательно. — Что случилось? И кого ты там высматриваешь? — она проследила за взглядом голубоволосой, но увидела лишь группку хихикающих девчонок и парней, что вешали гирлянды. — Мэри? Та с открытым ртом повернулась к ней и тут же его захлопнула, стоило только встретится с сердитым взглядом желтоватых глаз. — А? — Ну? Я требую объяснений! Пока Мэри лихорадочно соображала, чего бы такого ответить однокласснице, настроив работу извилин в полную мощность, в зале прокатился дружный «О-ох» и толпа заметно оживилась. По крайней мере, женская его половина была даже более чем оживлена. Пытаясь понять, что вызвало у них такую реакцию она, подняв одну бровь, окинула взглядом зал, прошлась по знакомым лицам и, наконец, уперлась им в сторону, где находился вход в раздевалку. Ко первой брови незамедлительно взлетела и вторая, да и только-только прикрытый рот, вновь с громким стуком рухнул к ногам. А в проходе, скромно улыбаясь и пряча под челкой загадочный взгляд, к ним не спеша направлялся никто иной как… — Лизандр?! — сипло воскликнула Мэри, едва сдерживаясь чтобы не потереть глаза. — Ну, братишка отжигает, — усмехнулась Розалия и одобрительно кивнула. — Как он тебе, кстати? — повернулась к застывшей в ступоре голубоволосой. Мэри нахмурилась и тряхнула головой. Зал между тем все еще дружно волновался. — На что ты намекаешь? — подозрительно прищурившись, обратилась она к Розалии. Та стрельнула в нее глазками и широко улыбнулась. — Просто спрашиваю, так сказать… — щелкнула пальцами. — Оценку независимого эксперта! Вот! — Дамы, о чем беседуете? Девушки одновременно вздрогнули и повернулись к парню. И если Роза во всю широко улыбалась, без стеснения рассматривая друга, то Мэри старалась смотреть исключительно выше груди и… мимо головы. — Привет, Лизандр, — поздоровалась Мэри и отвела взгляд. Лизандр нахмурился и легонько тронул ее за плечо. — Мэри, что-то случилось? Голубоволосая вздрогнула и повернула голову, чтобы встретится с встревоженным взглядом разных глаз. Брови Лизандра были сдвинуты на переносице и уголки губ печально опущены вниз. — Э-э, нет, все в порядке, — заверила его девушка. Рядом послышался смешок и ей пришлось кинуть убийственный взгляд в одноклассницу, которая в следующий момент сделала вид, что кашляет. — А ты, — окинула Лизандра взглядом, — решил устроить массовый инфаркт у женской половины школы? Непонимающе хлопнув глазами, парень опустил голову вниз, оглядывая себя. Мэри, не удержавшись, сделала то же самое. А посмотреть там было на что! Совсем недавно Лизандр был поставлен в пару к девочкам разбирать рождественские игрушки для елки. А сейчас художественный кружок попросил его помочь раскрасить некоторые плакаты светящейся краской. Ну, и конечно, он не мог делать этого в своем обычном костюме… Взгляд Мэри прошелся по длинным стройным ногам, облаченные в темные спортивные штаны, поднялся выше и вот тут ее дыхание перекрыло основательно, потому, что такое тело было ну просто нельзя прятать за какой-то непонятной обтягивающей водолазкой, которая даже и не старалась скрыть мышцы, что перекатывались под ней подобно волнам. — Я…- Лизандр поднял на нее растерянный взгляд. — Со мной что-то не так? — он выжидательно уставился на Мэри. Девушка провела по лбу рукой, будто смахивая невидимые бисеринки пота и негромко рассмеялась, покачав головой. — Лиз, все с тобой хорошо. Просто непривычно видеть тебя в таком виде. Не думала, что ты так любишь заниматься спортом. Юноша чуть опустил голову, но Мэри успела заметить, как слегка покраснели его скулы. И от этого милого жеста она едва не расплакалась от умиления, утирая невидимые слезы. — А он у нас вообще парень разносторонний, — Роза повисла на руке у Лизандра и громко рассмеялась, когда тот что-то невнятно промычал, протестуя. — Да Лиз? — Роза, перестань… Но девушка успокаиваться не хотела и это было хорошо видно по озорно горящим глазам. — Только скромный он у нас, — с наигранным сожалением вздохнула она, а затем подскочила к немного пришедшей в себя Мэри, и вцепилась уже в ее руку. — Мэри, ты уже договорилась с Лизом? Когда ты придешь к нам? Ой, я так хочу услышать, как ты поешь…! Но договорить ей не дал новый голос, заставивший сердце Мэри испуганно подпрыгнуть и понестись вскачь. Вот, почему у нее нет знаменитого плаща-невидимки? Сейчас бы укралась им и поползла куда подальше… Вот черти его принесли! Роза с неудовольствием бросила на брюнета уничтожающий взгляд. Конечно, как же какой-то смертный посмел прервать ее королевский монолог? Но в прочем, поджатые губы тут же сменились благодушной улыбкой. — Армин? Решил украсть у нас Мэри? — поинтересовалась она, кидая на Мэри вопросительный взгляд. А та в свою очередь снова подивилась проницательности одноклассницы. Роза тоже присутствовала в тот момент, когда Кастиэль вытолкнул Армина из подсобки… и не могла сделать некоторые выводы. — Я бы хотел поговорить с Мэри, — он напряженно смотрел только на голубоволосую. Желваки его ходили на лице, и парень был явно не в настроении. И все три пары глаз уставились на нее, ожидая услышать ответ. И какого было ее удивление, когда Лизандр мягко высвободился из объятий Розы и легонько сжал ее локоть. — Прошу прощения, но у нас с Мэри уже был назначен разговор, — тихо произнес он, смотря в глаза брюнету. По его лицу нельзя было понять, о чем думает Лизандр, а вот губы Армина скривились в подобие ухмылки. Он кинул на Лизандра уничижительный взгляд, но сдержался, чтобы не ответить какую-нибудь колкость. — Вот как. Ну что ж, поговорим позже… Мэри. От того, как на нее посмотрел Лежер, по спине у девушки пробежались мурашки, а спина покрылась холодным потом. Ноги едва не подогнулись и только из-за того, что ее Лизандр все еще держал ее за локоть, придавало ей уверенности, что она не рухнет на пол безвольной куклой. — Лизандр, — выдохнув, она вымученно улыбнулась и благодарно взглянула на пепельноволосого, — спасибо. Тот чуть сильнее сжал ее локоть и отпустил. Кивнув, он направился в сторону девочек из художественного клуба, снова ловя на себе томные взгляды. Проводив взглядом его фигуру, Мэри повернулась к Розе. — Я выйду ненадолго, подышу воздухом. — Пойти с тобой? — заискивающе поинтересовалась блондинка, но Мэри отрицательно покачала головой. — Ладно, только ненадолго. Не хочу, чтобы ты простудила горло, — пояснила она, на вопросительный взгляд одноклассницы. Та улыбнулась и, кивнув, направилась к выходу.

***

Она стояла, глотая холодный морозный воздух, облокотившись о стену и, наблюдая за ленивым танцем снежинок. Если бы только мысли в голове текли с таким же размеренным темпом, а не неслись галопом, словно погоняемые загонщиком лошади. Тогда бы она смогла подумать обо всем с толком и расстановкой, а не разрываться на части, пытаясь охватить все мысли. Наверное, она все же не человек, раз ее голова до сих пор не лопнула. Хотя… Она скорее трусливый заяц, который ловко упрыгивает от проблем, а когда их набирается целая гора, то тут уж ни ловкость, ни животная прыть не спасают. Приходится в итоге барахтаться на глубине, старательно работая руками, но в итоге, погружаясь еще ниже, с удивлением наблюдая, как меркнет на поверхности солнечный свет… С наступлением зимы школьный двор стал выглядеть серо и уныло. Не было в нем больше той загадочной привлекательности, как в первые дни. Но нельзя было не отметить, что территория даже сейчас выглядела ухоженной, словно заботливая рука садовника прошлась по ней. По тому как кусты около дорожек выглядели донельзя идеально, а в клумбах, если присмотреться, была взрыхлена земля. Хотя, может тут и правда поработал знающий человек, но сейчас Мэри занимало нечто другое. И снова она не могла понять, что с ней не так. Глухо застонав, Мэри повернулась и уткнулась в стену лбом, пытаясь то ли охладить горячий лоб, то ли собиралась хорошенько приложиться о стену, не особо заботясь о сохранности своего здоровья, а в частности рассудка. Но сама она искренне считала, что уже давно помешалась. Тени сомнения с громким чавканьем вгрызались в душу, разворачивали душу, словно пытаясь вытащить наружу всю боль, страхи, что с тщательностью прятались ею. Особенно сейчас это не способствовало общему состоянию, а даже наоборот выбивало твердую почву из-под ног, давая почувствовать то, как она погрязла в той грязи, в которую сама себя загнала. Чего ей не хватало? Разве все время, проведенное с Кастиэелем ничего для нее не значило, разве не была она счастлива, стоило только услышать томный шепот и, ловить на себе его взгляд полный скрытого удовлетворения? Почему же она с такой легкостью дает целовать себя другому парню? Медленно сползя по стене, она уперлась в нее руками и глубоко задышала. Она не могла не признаться себе, что до того, как она начала встречаться с Кастиэлем, Армин… Наверное, он нравился ей по-своему. Потому и решила, наверное, так отомстить брюнету за его недоверие… Но и Кастиэль? — Разве после всего, я не могу сказать, что у меня есть хоть какие-то чувства к нему..? — Мэри…? Девушка резко отпрянула от стены, плюхаясь на пятую точку. Взгляд стремительно метнулся к обладателю голоса. Вздох облегчения вырвался из груди, когда она поняла, кто перед ней стоит. Лизандр протянул руку и помог ей подняться. Скомкано поблагодарив его, она стала отряхиваться. — Лизандр? — она подняла брови и вопросительно посмотрела на юношу. — Что ты тут делаешь? Разве ты не должен помогать девочкам? Парень склонил голову на бок, смотря на нее из-под челки. — Роза попросила меня посмотреть как ты, — он развел руками, мол, против Розалии и с танками не пойдешь. — Она очень сильно волновалась. И да, тут очень холодно. Ты не замерзла? — он с тревогой посмотрел на голубоволосую. Только сейчас она поняла, что на самом деле очень сильно замерзла. Несильная дрожь уже поселилась в ее теле, а если вспомнить про ее общее состояние… — Ох, прости, — Мэри виновато улыбнулась и обхватила себя за плечи. — Я совсем забыла, что нам еще репетировать с песней… Сделав шаг, парень легким движением накинул на ее плечи кофту от спортивного костюма. И все так же не выпуская ее плечи из своих рук, с нажимом направил в сторону входа. — Мэри, — серьезно сказал он. – Это, конечно, будет плохо, если ты простудишься и не сможешь петь. Но поверь, это второстепенно, по сравнению с тем, как ты будешь себя чувствовать. — Но ты же расстроишься… наверное, — неуверенно сказала она, оглянувшись. Лизандр мягко улыбнулся. — Не думаю, что среди наших одноклассников найдутся те, кто по-настоящему оценят данное искусство, — хмыкнул он. Между тем они уже вошли в помещение, остановившись около входа. Мэри с интересом смотрела на Лизандра. В кои-то веки он сказал ей больше чем пару слов. И это было по-своему интересно и не обычно. — Спасибо большое, — она уже собиралась снять с себя вещь, не принадлежащую ей, как Лизандр остановил ее, положив руку на плечо, и покачал головой. — Не стоит, — он убрал руку и окинул ее взглядом. — Ты до сих пор дрожишь, а я совершенно не замерз. Он нужен тебе больше. Откуда-то сбоку раздался громкий девичий голосок и Лизандр повернул в ту сторону голову. — Меня зовут. — Да, — глядя перед собой, Мэри кивнула и перевела на него взгляд. — Еще раз спасибо. Кивнув, Лизандр уже отошел на пару шагов, когда голубоволосая снова его окликнула. — Лиз! — придержав кофту, Мэри подбежала к нему и на одном дыхании выпалила: — Знаешь, я вот тут подумала, ну… Если вдруг тебе нужно будет с кем-то поговорить о музыке или искусстве, то я всегда рада тебе помочь! Мне, если честно, было бы интересно поговорить на эти темы… — она закончила и почувствовала, как кончики ушей начинают гореть. Лизандр улыбнулся чуть шире, чем обычно и, наверное, если бы мог, то потрепал ее по голове, словно несмышлёного ребенка. Сказать по правде, Мэри и правда ощущала себя как ребенок перед умудренным жизнью взрослым. — Конечно. Легко повернувшись, он снова направился в сторону девушек, которые уже кидали заинтересованные взгляды в ее сторону. Не успела Мэри облегченно выдохнуть, как сзади на нее навалилась одна небезызвестная геперактивная особа и с жаром зашептала ей в ухо: — Ну и о чем вы говорили? А? — толкнула голуболосую в бок. — Давай, признавайся! — О музыке и искусстве, — немного слукавила Мэри, повернув голову и едва не рассмеялась, увидев, как Роза сморщила носик. — И все? — расстроенно спросила она. — И все. — Кивнула Мэри, все же рассмеявшись. И к ее радости, остаток дня прошел более-менее спокойно, хотя Армин все еще пытался пару раз к ней подойти, но Роза всякий раз спасала ее, придумывая какие-то нереальный ситуации в роде того, что ей вдруг совершенно жизненно необходимо зайти в ближайший зоомагазин за кормом для попугая (которого у нее отродясь не водилось) прямо на перемене, длящейся десять минут, до внезапного помутнения в глазах. Она до сих пор не могла не поежиться, вспомнив убийственный взгляд голубых глаз. Да, Армин так и не смог пробить глухую оборону Розалии. И в мыслях, наверное, уже успел несколько раз сомкнуть руки на ее шее. По просьбе Мэри Розалия проводила ее немного, потому как девушка опасалась, что брюнету статься потопать за ней следом. О упертом характере Армина она уже могла бы, наверное, написать диссертацию и успешно ее защитить, приводя вполне реальные примеры. Она снова заяц, который убегает от проблем. Разум едва не верещал, бился о бронированную стену, просил ее наконец-то остановить своей бег и поговорить нормально с брюнетом, но сердцу не прикажешь… И ее не столько пугали слова Кастиэля, сколько ее собственное отношение к Армину. Как тогда, в момент их поцелуя… Она боялась, что непонятное притяжение снова оборвет все ниточки, связывающие ее с реальностью. Почему именно в присутствии Армина у нее перехватывает дыхание, а руки начинают мелко трястись и хочется спрятаться в темный угол? Попрощавшись с Розой, которая все это время что-то весело верещала, она двинулась дальше, надеясь немного привести мысли в порядок. А ведь ей еще придется объяснять, где она пропадала всю ночь…

***

Хлоп! Кончик веника пролетел мимо, едва не зарядив ей хорошенько по спине. И даже присутствие посетителей в кафе не останавливало женщину, на которой совершенно не было лица. Ее бледный цвет кожи, залегшие под глазами круги и красные от слез глаза ясно говорили о том, что эта ночь была проведена более чем кошмарно. — Я все морги обзвонила! Хлоп! — Ты хоть знаешь, как я переживала?! Бегала как сумасшедшая по улицам! Хлоп! Хлоп! — Да я весь пузырек успокоительного без разбавления выпила! Наблюдавшие за сем цирком посетители были явно не лыком шиты, а кто-то из них вовсе громко присвистнул на данное заявление. Что до Мэри, то она едва успевала уворачиваться от метящего ей по спине веника. Нет, она, конечно, ожидала нечто подобное. Но вот реакция Жоанны оказалась чуть более… Ладно, намного отличающейся от той, что представляла в себе одна встрепанная особа, которая с ужасом взирала на то, как веник поднялся над ее головой и. зависает в миллиметре кончика ее носа. Облегченно выдохнув, она уловила как женщина со стоном опустилась на одну из скамеек и громко разрыдалась. Джесси и Оливия уже были рядом. Одна обмахивала ее полотенцем, а вторая отсчитывала количество капель успокоительного. И обе кидали на Мэри убийственные взгляды. Все же и они сумели всем сердцем прикипеть к этой замечательной женщине. Мэри опустилась напротив и молча уставилась в стол. Что она могла сказать? Точно уж не правду, тогда Кондратий посетит ее любимую работодательница даже не постучавшись… Громкие всхлипывания и рыдания оставляли на сердце глубокие раны, из которых сочилась черная как смоль кровь. И потом, позже, на нем обязательно останутся рубцы. Ведь даже ее собственная мать никогда так не реагировала и спокойно пожимала плечами, когда она спустя неделю как ни в чем не бывало приходила домой, громко хлопая дверью. Через некоторое время она почувствовала, как в носу защипало и затем громкие рыдания поглотили и ее. Теперь успокоительное уже накапывалось ей. Ревя белугой, она встала и подойдя к Жоанне упала перед ней на колени, обхватывая за ноги. — Про-ости-ы-ы-ы мее-е-э-эня-я…. Ах-ха… — Ах ты-ы-ы… — Я-я-а-а-а… Теплая рука коснулась ее головы и нежно погладила. Вскинув голову, сквозь слезы Мэри увидела, как Жоанна улыбается. В карих глазах еще оставался пережитый ужас и волнение, но облегчение и радость от того что с ней, с Мэри, все хорошо, перекрывало все остальные эмоции. — Жоана-а-а-а… — взревев белугой, Мэри вцепилась в женщину, сильно обнимая ее за шею. — Прости, прости, прости… Я больше никогда так не буду! — Честно-честно? — со смешком спросила она. А голубоволосая активно закивала головой, насколько это было возможно в ее положении. — Честно-честно! Отодвинувшись ото нее, Мэри робко заглянула ей в лицо и, увидев, что ей прощены все грехи, облегченно вздохнула, сжав ткань джемпера в районе сердца. — А я уж думала меня под полом похоронят… Ее легонько стукнули страшным оружием всех, кто поздно приходит домой, а именно веником. Обернувшись, Мэри увидела, как Джесси закидывает агрегат себе на плечо, а Оливия скручивает полотенце и дергает его за концы в стороны. — А ты не расслабляйся, — хмыкнула Оливия, кивая на веник. — А то похороним и сверху веничком пройдемся, — сделала страшные глаза Джесси. Мэри фыркнула и рассмеялась. — Боюсь! — подняла в верх руки и счастливо улыбнулась. Все же хорошо, когда есть кому о тебе беспокоиться, и кто ждет тебя вопреки всему. И все это она ощущала, смотря на теплую улыбку женщины, которую безмерно любит и которой сердечно благодарна. Окинув взглядом помещение, со всеми в нем находящимися людьми, она поняла, что все это стало для нее настоящим домом. °°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°°° МУЗЫКА: ~> Sheryfa Luna — Aime Moi (Люби меня) ~> Poets of the Fall — Cradled in Love ~> Ellie Goulding — Home