Новый мир Даниэля

- Вот она, - сказал Вейер, войдя в почти обрушившийся холл Бренненбурга. - Тень здесь? – спросил Агриппа, пробираясь через нагромождение упавших деревянных балок. - Она повсюду в замке, - ответил Иоганн, - но здесь самое большое её скопление. Можно сказать, что тут её центр. Агриппа бросил в сторону бесполезный фонарь. Внизу, в самых глубинах замка было темно – Вейеру со своим учителем пришлось пробираться в холл из самого зала сферы. А здесь из окон, которые ещё не заслонила собой отвратительная бардовая масса, лился свет осеннего неба. По пути снизу в холл Генрих заметил, что Тень уже почти полностью опутала замок. Её следы были везде – через некоторые двери было невозможно пройти, целые коридоры были затянуты красной массой, не позволяя даже пролезть через узенькие щели. Но, благодаря тому, что Агриппа знал почти все запасные коридоры и тайные ходы, они добрались сюда довольно быстро – хотя было очевидно, что целеустремлённого Вейера не остановила бы какая-то никчёмная липкая масса, что оставляет за собой страж сферы. - Ты так и не сказал мне, Иоганн, что мы здесь ищем, - напомнил Агриппа. - Мы уже всё нашли, - ответил молодой человек. – Здесь находится сердце Тени. Мне нужно было знать, куда конкретно нужно привести Даниэля. - Зачем его сюда приводить? - Он согласился принять в себя Тень, - сказал Вейер. – Мне нужно лишь объяснить ему, что конкретно нужно делать для того, что бы поглотить стража сферы. - Зачем?! – ужаснулся Агриппа. – Мало того, что ты впустил подобную тварь в себя, так ты хочешь сделать это ещё и с Даниэлем?! - Мы в любом случае не можем оставить Тень здесь, - Вейер указал куда-то вверх, на потолок холла. На потолке было действительно поражающее зрелище. Там, в гуще красного вещества, опутанные и приклеенные им, висели изуродованные и разорванные тела: некоторые из них были люди, однако большинство голов и конечностей принадлежало местным обитателям, с которыми сталкивался Даниэль - твари с разорванными челюстями, и чудовища, у которых не было лица, зато тело было усеяно металлическими конструкциями. - Когда страж лишается энергии сферы, - объяснил Иоганн, - он начинает поглощать жизненную энергию других существ, тем самым продлевая своё существование. Без сферы не может существовать её страж – они зависимы от этой энергии, и если их лишить её, они начинают искать альтернативное питание. Тень, и любой другой страж, сожрёт всех в пределах своего мира, если у него нет доступа к энергии сферы. Агриппа молча смотрел то на Вейера, то на потолок. - Это рационально, - продолжал Вейер. – Мы избавим Даниэля от преследующей его Тени. Это раз. Затем, мы спасём всех, кто живёт в этой реальности. Это два. И, наконец, третья причина заключить Тень в Даниэля очень проста: он получит доступ к могуществу и знаниям Тени, а это совсем не мелочь. Генрих задумался. Всё, что сказал Иоганн, было правильным. Тень никак нельзя остановить, она пожрёт всех в этом мире. Все люди, животные, птицы, всё живое в этом мире будет уничтожено. Но этого можно избежать, если Даниэль впустит в себя Тень. Тем более, что он согласился, а Вейер знает, как это сделать. - Не переживайте так, - сказал Иоганн, взглянув на своего учителя. – Со временем разум Даниэля полностью впитает в себя Тень, и она перестанет существовать. Даниэль будет тем же Даниэлем, только с куда большим объёмом знаний. - Не лукавь, Иоганн, - сказал Агриппа. – Вспомни: сколько веков назад ты впустил в себя стража твоей сферы? И ты до сих пор не смог слить его со своим сознанием. Вейер лишь отвёл взгляд. Действительно, тут Агриппа был прав. Великий Иоганн Вейер тоже может ошибаться и проявлять слабость. - В любом случае, поглощение стража сферы мной – это вопрос времени. Пусть на это уходят столетия, но итог всё равно один. - Неужели? – усмехнулся Агриппа. – А ты сказал Даниэлю, что если он не справится, то Тень сама захватит его разум? Вейер взялся за кулон который всегда носил на шее. - Об этом я ему и расскажу, когда мы вернёмся.

***

Даниэль сидел на втором этаже домика Вейера. Тут, в небольшой комнатушке, переделанной в библиотеку, он проводил многие часы, а может быть и дни. Было непонятно, по какой логике светлеет и темнеет небо в этом мире, но это и неважно. Библиотека хоть и была маленькой, но сюда изобретательный Вейер умудрился впихнуть несколько сотен книг и рукописей. Маленький круглый столик, небольшое кресло для чтения и книжные шкафы – вот и всё, что тут было. Хотя это придавало библиотеке уюта. Здесь ни к чему было большое пространство. Даниэль читал здесь те книги, которые он вряд ли увидел бы в обычном книжном магазине Лондона. Здесь были книги по мистицизму, алхимии, и всем тем наукам и знаниям, которых никто не знал в реальности Даниэля. Ни на одной книге не был указан автор, и юноша искренне верил, что они были принесены Вейером из какой-то другой реальности. Здесь были записаны совершенно безумные законы физики и химии, биологии и геологии – молодой человек, который был весьма образованным, не знал ничего из того, что было написано в этих книгах, хотя с интересом читал и пытался понять. Понять это было непросто, но можно, однако для Даниэля проблемой было не то, что это было сложно понять – дело было в том, что он не мог поверить в некоторые вещи, которые прочитал. И если книга описывала что-то ещё более «приземлённое» - это ладно, но некоторые работы вообще выходили за грань понимания, где речь заходила о взаимосвязи раздельных реальностей, пустого пространства между ними, путях «прокола» этого пространства и проникновения в другие миры. Даниэлю приходилось делать большие перерывы после чтения – у него начинала болеть голова, и он чувствовал себя утомлённым, но зато через пару часов после прогулки на свежем воздухе он даже начинал что-то понимать и «раскладывать по полочкам». Понимание так же облегчали различные пометки в этих книгах – юноша был уверен, что их сделал Вейер. Но иногда эти же пометки не упрощали понимание, а лишь усложняли – например, какие-то утверждения оспаривались, или напротив них были написаны краткие вопросы. Книги по философии, которые тут были в большом количестве, казались юноше гораздо проще, хотя он всегда считал философию наукой сложной. По-прежнему она давалась Даниэлю тяжело, но, по крайней мере, философия была чем-то более теоретическим и отрешённым, над чем можно поразмыслить и что проще понять, чем какие-то другие законы физики и биологии. Здесь так же были рукописи самого Вейера – записи каких-то его опытов и экспериментов, подробное описание каких-то непонятных формул и теорем. Читать их было невозможно – помимо непонятных Даниэлю слов и речевых оборотов, тут было ещё полно сокращений, и почерк у Иоганна был не самый понятный. Возвращаясь в библиотеку с большой кружкой чая и намереваясь почитать что-нибудь ещё, Даниэль стал внимательно изучать книжные полки. Ему всегда нравилось учиться тому, что было интересно. Он чувствовал, как становиться умнее, и расширяется объём его знаний. Это всегда было приятным чувством, и всегда хотелось знать ещё больше, чем знаешь сейчас.

***

Свернувшись коконами и комками отвратительной чёрной массы по всему замку, Тень продолжала хватать в разных помещениях еду. Мелькнувший в уголке тёмного винного погреба монстр не спасся – красное щупальце протянулось с потолка, обхватило его, подняло и, переломив пополам, стало высасывать из него внутренности, хрустя костями. Ещё одна тварь, бродившая в коллекторе, наверняка удивилась бы, будь у неё чувства и лицо. Вода забурлила, и выскочившая красная масса с чудовищной силой сжала чудовище, ломая его и сжирая питательные вещества его тела. Коллектор наполнил только звук плеска воды и скрежет металлических конструкций монстра, который сейчас стал жертвой. Подвальные архивы. Двое невидимок, обитавших в воде, разбежались, когда услышали движение – но не смогли спрятаться. Они невидимы, но Тени всё равно, потому что у неё и так нет глаз. Она чувствует. Чувствует добычу, еду. И уже сейчас она поднимает два невидимых тела к потолку, приклеивает к холодному камню и приступает к трапезе. Бренненбург был уже вовсе не замком. Он был частью Тени. Она опутала каждый его уголок, проникла в каждую щель. Теперь замок кормил Тень всеми этими тварями, которые сильны и опасны для человека, но ужасно глупы и не способны убежать от неё. Но Тень хочет сожрать только одного человека. Того, кто не только убежал от неё, но и украл энергию сферы, украл то, что она должна защищать и беречь. И страж не успокоится, пока не поймает, не разорвёт и не вывернет этого человека.

***

Вейер бродил на поляне рядом с домом, о чём-то размышляя. Даниэль видел его в окно – Иоганн казался ему чем-то вроде высшего существа, а не простым человеком. Всегда во всём уверен. Никогда не унывает. Всё знает и всё может объяснить так, что бы было понятно. Это сила времени. Несколько веков. Агриппа был заперт в подвале всё это время, а вот Вейер – нет. Он черпал знания отовсюду, он искал и гнался за ними. Всю свою многовековую жизнь. Стук в дверь. - Можно войти? – Агриппа заглянул в немного приоткрытую дверь. - Да, конечно, - сказал Даниэль. Генрих тихо зашёл в комнату. Подошёл к Даниэлю и глянул в окно. - Даниэль, - немного помедлив, сказал Агриппа. – Ты боишься Вейера? Юноша спросил самого себя, так ли это. - Нет, ответил он. – Иногда он меня пугает, но в целом я его не боюсь. - Это хорошо, - задумавшись, сказал Агриппа. – Просто… Я думаю, ты не совсем его понимаешь… - Я вообще его не понимаю, - ответил Даниэль. - Поэтому я и хочу рассказать тебе о нём, - сказал Генрих. Даниэль и Агриппа сели на стулья у стола, и Генрих начал рассказывать. - Вейер ещё с детства не был счастливым человеком, - сказал он. – Его родители погибли, когда ему было пять лет. Иоганну пришлось как-то справляться и выживать в нашем мире. Он десять лет мотался по миру, пока я его не подобрал и не взял его в ученики, - Агриппа разволновался, вспоминая это, и нервно тёр пальцы. – Иоганна никогда не любили. Он был замкнутым, у него не было друзей, а первая любовь закончилась ужасно, - махнул рукой Агриппа. – Вейер всю жизнь только и делал, что учился. Он отстранялся от других людей и начинал превосходить их своим умом. Он всегда знал больше других и поэтому часто грустил. В этом бешеном рвении к новым знаниям он не замечал ничего. Агриппа перевёл дух. Было видно, что Иоганн ему как сын – хотя Вейер, наверное, отцом Генриха не считает. - Ему было двадцать пять, когда меня пригласил к себе на работу в замок Александр Бренненбургский, - продолжал Агриппа. – Я поехал, потому что мальчик был уже самостоятельным и работал переписчиком в небольшой научной газете. Но я не знал, что не вернусь оттуда… Даниэль молчал и ждал, когда Генрих скажет главное. Профессор же встал, медленно подошёл к окну и посмотрел на Вейера, в одиночестве бродящего у дома. - Сейчас я вижу, что происходит с Иоганном, - тихо сказал Агриппа. – Он познал такие тайны и секреты различных реальностей, что он не может снова стать счастливым человеком. Каждый день он чувствует боль и пустоту. Человек, который не может умереть, очень несчастлив, - сказал Агриппа. – Большие знания причиняют только боль и не несут удовлетворения. Только представь, каково это – всё знать. Ты не можешь любить, потому что всё знаешь о любви и знаешь, какой она будет. Ты не можешь дружить, потому что всё знаешь о дружбе и знаешь, как всё будет развиваться. Даниэль понимал, к чему ведёт Генрих. - Не считай его бесчеловечным или злым, - сказал Агриппа. – Вейер всего лишь несчастливый ребёнок, который получил великие знания и могущество. Он существует уже несколько веков, и каждый день он проживает с болью. Генрих снова сел на стул. - Сферы – вместилища огромного могущества и великих знаний, - сказал профессор. – Они не должны попадать в руки живых существ. Поэтому и существуют стражи, которые их оберегают. Но появляются люди, способные их обмануть и убежать. Такие как Иоганн или ты, Даниэль, - Агриппа протёр рукавом лицо. – Если такая сила попадает в руки человеку, никогда не знаешь, что он сделает из-за боли и отчаяния, с которыми они получают знания сфер. - То есть… - задумался Даниэль. - Если Вейер раскроет тебе знания и могущество, которое ты носишь в себе в виде энергии сферы, а ещё и посадит в тебя Тень – ты можешь стать таким же, как он, - сказал Агриппа. – Ты будешь знать только боль, страдания и жажду новых знаний. И от всего этого Вейер ещё не нашёл способа избавиться. Даниэль упёрся взглядом в грубо сколоченный деревянный стол. - Пожалуйста, Даниэль, - сказал Агриппа. – Не соглашайся на предложение Вейера. Не теряй человека внутри себя.