Люблю тебя ненавидеть

— Куда мне отсюда идти? — А куда ты хочешь попасть? — А мне все равно, только бы попасть куда-нибудь — Тогда все равно куда идти. Куда-нибудь ты обязательно попадешь. «Алиса в стране Чудес»

***

Медленно приземлившись, Драко огляделся: долина, как и прежде, была тихой и мрачной. Ветер гулял по открытой местности и неприятно леденил лицо. Драко вздрогнул: он знал, холодные ветра и вечно скрытое солнце за низкими облаками — часть защитной магии, но теплее от этой мысли не становилось. Несколько веков, с основания Фонтейна, в долине царствовал бушующий ветер, отпугивая своей свирепостью случайных путников-маглов. Те и назвали это место Долиной Ветров. «Маглы, — подумал он, — как же они любят драматизировать». — Долина Ветров, — восхищённый голос Грейнджер отвлёк его от мыслей. — Я читала о ней в «Путешествиях по магическим местам» Зигмунда Горбатого, — продолжила она, оглядываясь и любуясь мрачным пейзажем. — Удивительное место: защитный купол не только скрывает долину от магловских глаз, но и создаёт жуткие погодные условия на случай прорыва чар. Ах, а вон и поместье Манес. Драко взглянул на север и, как и ожидал, увидел старое поместье на вершине холма. Удивление Грейнджер его зацепило: «Неужели она никогда прежде не бывала в Фонтейне? — подумал он. — Насколько помню, Зигмунд Горбатый не описывал в книге, что ждёт путника в поместье. Хм, это может быть забавно». Улыбнувшись своим мыслям, он вновь посмотрел на Грейнджер, всё ещё восхищавшуюся местностью. Она резко умолкла, закончив свой доклад, и взглянула на Драко. — Я сообщу, если мне понадобятся услуги экскурсовода, — раздражённо произнёс он. — Я рассказывала не для тебя. Просто проверяла, совпадает ли прочитанное с действительностью, — ответила Гермиона, гордо задрав подбородок и скрестив руки. — Отличное оправдание собственному зазнайству, — отрезал Драко. Фыркнув на его колкость, Гермиона прошла мимо Малфоя к поместью. — Путешествие обещает быть интересным, — прошептал Драко, последовав за ней. С расстояния дорога к поместью казалась короче, чем была на самом деле. Драко об этом знал, но каждый раз прибывая в Фонтэйн, проклинал создателей защитного купола за то, что в долине запрещалось пользоваться магией, и переместиться к поместью было невозможным, впрочем, как и защититься от сурового ветра. Потеплее закутавшись в лёгкий кардиган, Драко бросил взгляд на Грейнджер. Она была одета куда теплее: кожаные полусапожки, узкие брюки, короткое серое пальто и длинный красный шарф, который развевался на ветру, словно знамя. — Гриффиндорец — это диагноз, — фыркнул он. Через некоторое время они оказались у старых дубовых ворот. Внутри поместье выглядело ещё хуже: местами отсутствующий деревянный пол, разрушенные стены, разбитые стёкла и невыносимый запах сырости. Гермионе оно напомнило Воющую хижину. Она старалась не обращать внимания на возню мышей и осторожно следовала за Малфоем, поднимавшимся по скрипучей лестнице. Он остановился у двери, слегка приоткрыл её и жестом предложил Гермионе пройти первой. — Проявление вежливости, Малфой? — спросила она. — Издержки воспитания, — спокойно ответил Драко. — Раз, два, три… — улыбаясь, отсчитывал он, пока не услышал крик Гермионы за дверью. Драко усмехнулся и вошёл. С наслаждением посмотрел в её испуганные глаза. Впрочем, он не осуждал — трудно сдержать крик при виде расчленённого трупа с разбросанными внутренностями. — Хм, кровь, кажется, свежая, — философски заметил Драко, макнув палец в лужицу. Вновь взглянул на Грейнджер, которая с ужасом смотрела в его улыбающиеся глаза. — Хочешь проверить? — протянул он ей испачканную руку. — Что? Тут мёртвый человек! — вскрикнула она. — Превосходный анализ, Грейнджер, — иронично заметил Малфой. — Можешь убрать декорации, Крикз. Гермиона перевела взгляд на Малфоя, но тот, казалось, смотрел сквозь неё. Услышав шум за спиной, она резко обернулась. — Бу! — выкрикнул призрак и, заметив её взгляд, довольно улыбнулся. Крикз, сторожевой призрак поместья Манес, проплыл мимо и щёлкнул пальцами. Труп и прочие ужасы исчезли, а комната приобрела обычный вид. — Веселье ведь только началось, зачем нужно было всё портить! — обиженно сказал он Драко. — Боялся, что меня стошнит, — ответил тот. — От банальности. — Я думал, вы маглы. Здесь так давно никого не было, что я начал скучать. Хотя вы, дамочка, кричали как настоящая магла, — добавил Крикз. — Видишь, Грейнджер, даже призрак видит твоё истинное происхождение, — усмехнулся Драко. — Так если вы маги, почему не постучали в молоток? — лениво спросил Крикз, кружась под потолком. — Точно. Так вот, что я забыл, — с притворным озарением сказал Драко. — Малфой, да ты… ты… — Не утруждайся, Грейнджер, — перебил он. — Ты за это ответишь, Малфой, — прошипела она, мысленно проклиная себя за согласие на задание с ним. — Не сомневаюсь, — ответил он и обратился к призраку: — открой проход. Крикз медленно опустился, подплыл к небольшой двери, которую Гермиона приняла за шкаф, и, звеня ключами, открыл её. За дверцей висело овальное зеркало в потёртой раме. — Прошу, — сказал призрак. — Мы должны пройти сквозь зеркало, Грейнджер, — пояснил Малфой. — Как в «Алисе»? — удивилась она. — Да, именно, — хмыкнул он. — Ты пойдёшь первым, — сказала Гермиона. Малфой закатил глаза и, покачав головой, усмехнулся: — Чем же я заслужил ваше недоверие, мисс? Он спокойно шагнул в гибкую поверхность и исчез. Гермиона нервно вздохнула и прошла следом. Сразу за проходом её ослепил солнечный свет. Зазеркалье оказалось менее сказочным, чем она представляла. Чтобы попасть в Фонтейн, пришлось пройти по узкому проулку за Малфоем, скрывшимся за поворотом. — Интересно, — пробормотала она, — и где же фонтан… Вау! Они вышли на главную улицу Фонтейна — Кроличью Нору. В центре стоял белый мраморный фонтан. Вода не просто струилась — она оживала, взмывала вверх, образуя фигуры. Русалки вились в воздухе, щебеча, затем превратились в лесных фей, которые взмахивая крылышками обрызгивали прохожих. Заворожённая Гермиона не замечала усмешки Малфоя. — А тебя легко удивить, Грейнджер, — сказал он. — Жаль, но нам пора. Он пустил в небо сноп искр, и вскоре к ним подлетел экипаж с двумя пегасами. Малфой вальяжно уселся, Гермиона заняла место напротив. — Добрый день, мисс, — поздоровался кучер. Гермиона улыбнулась, но Малфой перебил: — Отель «Мажестик». И поживей! — Как вам будет угодно, сэр, — поклонился кучер. Когда они взлетели, Гермиона выглянула в окошко, рассматривая деревушку. — Кажется, вы здесь впервые, — заметил кучер. — Вы правы. Здесь так красиво. — Лишь раз в году, мисс. Вам повезло, к слову. Во второй четверг сентября начинается Кроличья неделя. — Простите, как вы сказали? Кроличья неделя? — Так и есть. Неужели вы не знали? А вы точно волшебница, мисс? Малфой ухмыльнулся, игнорируя взгляд Гермионы. — В эту неделю, — продолжил кучер, — дети со всего магического мира приезжают сюда с одной целью — попасть в Страну чудес. Гермиона ахнула, вспомнив, что Страна чудес из магловской сказки существует в магическом мире. В детстве она мечтала там побывать, но быстро забыла об этом. — Даже на Рождество в Фонтейне не бывает так оживлённо, — добавил кучер и приземлил экипаж у отеля. Расплатившись, Драко направился к старому небольшому поместью. Гермиона последовала за ним. Он уверенно подошёл к стойке. — Два номера на имя Драко Малфоя, — произнёс он. — Извините, сэр, но на ваше имя только один номер, — ответила девушка, перелистывая списки. — Четыреста седьмой, с двумя спальнями и гостиной. — Нам нужны два отдельных, — холодно сказал Драко. — К сожалению, все номера заняты, сэр. В Кроличью неделю отель переполнен. — Разве я не ясно выразился… — начал он, но Гермиона перебила: — Извините его. Он не в духе, — сказала она, уводя его в сторону. — Напомню, Малфой, мы здесь по заданию Отдела тайн, а не на прогулке. Так что перестань привлекать внимание и вести себя как истеричная дамочка, — прошипела Гермиона. — Советую тебе в будущем избегать такого тона, Грейнджер. Последствия могут быть неприятными, — пригрозил Драко. Он вернулся, забрал ключ и направился к картине, служившей проходом на верхние этажи. Спустя некоторое время Гермиона заняла одну из спален в номере и решила не терять время и изучить Фонтейн. Переодевшись, она достала необходимые книги из своей дорожной сумочки и отправилась на прогулку. Гермиона купила небольшой путеводитель в сувенирной лавке у отеля и воспользовавшись советами в брошюре, начала изучение деревни с Кроличьей Норы. Небольшая главная улица Фонтейна была вымощена необычной плиткой, которая образовывала причудливый рисунок. В преддверие главного события осени улица была ярко украшена и многие магазины или заведения декорировали витрины, завлекая покупателей. Грейнджер посещала каждый магический магазин, который только попадался ей на глаза: Энимеджикал — магазин, продающий различных животных: от сверчков до кроликов; Салемские ведьмы — дамский салон, где возможно приобрести модные мантии и всевозможные зелья красоты; Эбриус — ночной паб; Сниджет — спортивный магический магазин; Чешир — сувенирный магазин, на заднем дворе которого находился вход в Страну чудес; Вандерленд — небольшой театр, в котором проводились спектакли каждые выходные, а в Кроличью неделю — каждый день. Также тут магическая галерея мистера Пиббоди, ряд торговых магазинов и закусочных, аптека зелий мисс Ловетт и Лайбрериум, книжный магазин и библиотека с небольшим читальным залом. В последнем Гермиона решила остановиться и провести свободный вечер. Набрав большую стопку интересных книг и чашку травяного чая, она заняла крайний стол в пустом читальном зале. Как обычно зачитавшись увлекательной книгой, Гермиона потеряла счет времени, и лишь когда мисс Баркет, владелица магазина, объявила о закрытии библиотеки, она вернулась в отель. Было уже за полночь, когда Гермиона, осторожно открыв дверь номера, прошла через общую гостиную в свою спальню. Она испуганно вздрогнула, заметив Малфоя в углу комнаты. Он сидел в мягком кресле, крутил в руках наполненный бокал и отпив виски, откинул голову на спинку кресла. — Доброй ночи, Грейнджер, — лениво произнес он.  Гермиона подумала, что возможно ошиблась спальней, но, заметив свои вещи на кровати, возмущенно произнесла: — Малфой, что ты делаешь в моем спальне? — Разве не очевидно, Грейнджер? — растягивая слова, произнес он, — я здесь спал. Шумно выдохнув и сжав пальцы в кулак, Гермиона спросила: — У тебя есть своя кровать, Малфой. — Да, но она занята, — спокойно ответил Малфой и посмотрев на нее сквозь гранёное стекло бокала, наблюдал, как ее терпение сходило на нет. — Накануне важного задания ты развлекаешься с дешевыми девицами? — Дешевыми? — переспросил Малфой, слегка приподняв бровь. — Я никогда не платил за удовольствие. — Сомнительный повод для гордости, Малфой. — Обсудим мою персону позднее, Грейнджер, — произнес Малфой и, допив виски, добавил: Что ты знаешь о Блэкстоуне? Гермиона подошла к камину, опустилась в кресло напротив Малфоя и затараторила: — Многое. В отличие от тебя, я работала, Малфой.  Блэкстоун — магическая деревушка, была основана в тысяча восемьсот тридцатом году Гарольдом Стоквэлом и названа в честь черного эльфийского камня, который добывался в деревушке местными старателями. На данный момент она не существует, а местность ограждена защитной магией. Блэкстоун является источником спонтанной магии и поэтому внесен в реестр запретных магических мест как зона повышенной опасности. Выговорив, как заранее заученный стих, Гермиона выдохнула и взглянула на Малфоя. — Впечатляет, — произнес Малфой пару секунд спустя. — И тебе бы стоило… — Впечатляет то, с какой точностью ты вызубрила текст, — усмехнулся Драко и показал ей книгу, которую она привезла с собой. Он открыл нужную страницу и, сверяя сказанное Гермионой с оригинальным текстом, произнес: — Даже знаки препинания ты произнесла с интонацией. Хм, хорошо учиться не значит быть умной, Грейнджер. И это, — он указал на книгу, которая тут же полетела в камин, — тебе больше не понадобится. Она, не дыша, наблюдала, как он медленно поднялся с кресла, подошел к ней, и наклонился так близко, что она почувствовала запах алкоголя и тонкий аромат парфюма — сандал и нероли. — Знаешь, как называют людей, которые отправляются в Блэкстоун? — томным голосом произнес он и, не дожидаясь ответа, наклонился к ее уху и добавил: — Смертники! Малфой отошел от Гермионы, позволив ей дышать, и продолжил: — Блэкстоун не является источником спонтанной магии, он отравлен ею. В данном случае, магия уничтожила основные параметры пространства, образуя альтернативные реальности. Их количество постоянно увеличивается, реальности сливаются, образуя новые, либо разделяются. Переступив границу Блэкстоуна, ты оказываешься в иной реальности — подвижной, изменчивой, лишённой ориентиров. Найти обратный путь невозможно: деревня не отпускает тех, кто однажды туда вошёл. Драко умолк и с любопытством наблюдал за Грейнджер. Он знал, что у нее возникнут вопросы и не желая выслушивать ее бесконечные "а, что и почему", направился к двери. Как только Малфой покинул ее спальню, Гермиона свободно выдохнула. Она мерила шагами комнату, пытаясь успокоиться. Ее беспокоил завтрашний день, ведь, как бы не хотелось ей это признавать, Малфой прав — ее знания о Блэкстоуне ничтожны. А это значит, что у нее нет иного выхода, как… — Тебе придется довериться Малфою, Гермиона, — вслух произнесла она и ужаснулась собственным словам. Кажется довериться ему — все равно, что ступить на эшафот.

***

Раннее калифорнийское утро выдалось на редкость холодным и туманным. Слабый ветер приятно холодил кожу, а солнце, скрытое в густом тумане, сияло бледным диском на небе. Укутавшись в кашемировый шарф, Гермиона следовала за Малфоем, силуэт которого размывался в плотном утреннем тумане. Они покинули отель на рассвете и двинулись на север от Фонтэйна. Малфой хранил молчание всю дорогу и игнорировал надоедливые вопросы Грейнджер, в голосе которой слышалось волнение. Спустя час они приблизились в границе Блэкстоуна, и лишь тогда Малфой нарушил тишину: — Запомни все, что я скажу, Грейнджер. Не верь тому, что видишь. Не теряй меня из виду. Владей своими страхами, иначе ты растворишься в них. А последнее правило самое важное — если что-либо случится, я не стану тебя спасать. Гермиона запомнила каждое из сказанных им слов. Они снова и снова звучали у нее в голове. Гермиона посмотрела на Малфоя и заметила, что он был серьезен, но на его лице не промелькнуло даже тени волнения и страха. Забавно, но это успокоило Гермиону, хотя она понимала, что Малфой не тот человек, на которого можно положиться, даже теоретически. — Как мы туда попадем, и как мы вернемся обратно? — тихо спросила Гермиона. — Вот ты и начала задавать правильные вопросы, Грейнджер, — ухмыляясь, ответил Малфой и достал из кармана брюк небольшой бархатный футляр. — Есть только два способа попасть в Блэкстоун. Первый находится в этом футляре. Малфой аккуратно открыл прямоугольный футляр, и Гермиона увидела небольшой сосуд, в котором медленно кружилось черное тягучее вещество. Оно двигалось, словно живое, перемещалось и меняло форму. — Tenebrosam materia, — восхищенно воскликнула Гермиона. — Зелье «Темная материя» самое редкое в магическом мире. Оно бесценно! Ну, конечно, зелью неподвластны магические и физические законы, оно способно трансформировать и поглощать пространство. — Пять баллов Гриффиндору, Грейнджер! Этого количества зелья хватит на два часа, и если по истечению этого времени мы не успеем вернуться, то будем блуждать в реальностях Блэктоуна вечность. Малфой ухмыльнулся, отпил ровно половину зелья и протянул склянку Гермионе. Она, осторожно держа в руках сосуд, внимательно рассмотрела содержимое и, повернувшись к Малфою, спросила: — А какой второй способ? — Что? – недоумевая, переспросил он. — Ты сказал, что существует лишь два способа попасть в Блэктоун, один из которых — зелье. А какой же второй? — Только мертвым неподвластно пространство. Если желаешь воспользоваться этим способом, с радостью готов тебе помочь, — ехидно ответил ей Малфой, внимательно наблюдая, как она глотает зелье до последней капли. — Оставь надежду, всяк сюда входящий , — тихо произнес Малфой и ступил за черту. Гермиона последовала его примеру, и как только она очутилась по ту сторону, то привычная реальность растаяла, и перед ней был новый мир, скрытый во мгле. — Здесь уже ночь, — тихо произнесла она. — Это лишь иллюзия. Альтернативные реальности не подчиняются законам времени. Гермиона сделала пару шагов вперед и заметила за собой яркую светящую нить. Она поняла, что это магия зелья, нить будет следовать за ними повсюду, пробираясь сквозь реальности, и в конце их пути, словно нити Ариадны в лабиринте Минотавра, укажет им обратный путь. Малфой шел впереди, освещая путь палочкой, и Гермиона следовала за ним. — Гермиона, Гермиона, — она услышала знакомый голос и инстинктивно повернулась на зов. Она посветила палочкой и заметила знакомый мужской силуэт среди груды камней. Она подошла ближе и в ярком свете увидела Фреда. С его лица стекала кровь, одежда разорвана в клочья, а глаз не было вовсе — лишь пустые темные глазницы. Гермиона хотела вскрикнуть, но липкий страх словно сковал ее шею, не позволяя дышать. — Помоги мне, — жалобно произнес мертвый Фред и протянул к ней руку. — Помоги нам, помоги нам, — слышались голоса со всех сторон. И оборачиваясь, Гермиона видела, как все, кто погиб в ту ночь, медленно подходят к ней, смыкая круг. — Инсендио! — выкрикнул Малфой, и призраки растаяли. — И-инферналы? — запинаясь, произнесла испуганная Гермиона. — Но как они… — Я ведь предупреждал тебя не верить всему, что видишь. Грейнджер, здесь возможно все! — злобно выкрикнул Малфой. — Прости, — зачем-то произнесла Гермиона и заметила, как Малфой изменился в лице. — Иди рядом со мной. Пару минут они молча шли в темноте, как вдруг послышался треск и шум, а резкий, сильный ветер еле удерживал их на ногах. — Что происходит? — выкрикнула Гермиона, надеясь, что Малфой услышит ее вопрос сквозь гул ветра. — Магия … изменила реальность, Грейнджер, — донеся до нее голос Малфоя. Ветер мгновенно затих, и, оглядевшись, Гермиона поняла, что они стоят на берегу тёмного озера, усеянного десятками старых, полузатонувших лодок. Место было мрачным: тонкая дымка тумана стелилась по поверхности воды, а редкие порывы ветра лениво покачивали лодки, отчего их рассохшиеся борта глухо поскрипывали. Свет здесь казался приглушённым, словно сам воздух впитывал его, не позволяя разглядеть дальний берег. Гермиона обернулась и увидела, как Малфой взобрался в одну из лодок, закреплённую у воды и она, помедлив, поднялась к нему. — Меня удивляет твоя беспечность, — возмущенно произнес Малфой, обращаясь к Гермионе. — Похорони свои эмоции, Грейнджер, пока они не похоронили нас обоих. Гермиона чувствовала себя виноватой и старалась не смотреть Малфою в глаза. — Я … — начала было Гермиона, как вдруг заметила движение в воде. Она наклонилась за борт, заглядывая в водяную мглу. Приглядевшись, Гермиона заметила, как существо, похожее на русалку, проплыло прямо у края лодки. — Кто это? Русалки? — спросила Гермиона, поднимая голову. Малфой стоял в паре метров, а вокруг него вились водяные сирены. — Драко, Драко! — сладко напевали они, пытаясь заманить его в воду. Одурманенный Малфой с притупленным взглядом слепо следовал за сиренами, которые продолжали петь и кружиться в воде. — Малфой, очнись, — выкрикнула Гермиона, уводя его подальше от сирен. Малфой, вырываясь, зачарованный их пением, вновь возвращался к сиренам. Гермиона безрезультатно пыталась оттащить Малфоя от борта лодки, не позволяя сиренам утащить его в воду. — Силенцио, — выкрикнула Гермиона, направляя палочку на сирен. Заклинание подействовало, и они смолкли, но она подозревала, что ненадолго. Гермиона встряхнула Малфоя, и тот словно очнулся от то сна. — Убери от меня руки, Грейнджер, — воскликнул Малфой. — Сирены, — запыхавшись, сказала Гермиона, указывая на стайку существ в воде. — Ты применила заклинание? — спросил ее Драко. Гермиона кивнула, и тут вновь послышался знакомый шум. Все вокруг словно растворялось в воздухе, таяло как дымка, и спустя пару минут они были уже в другой реальности. В этот раз они стояли на пустой городской площади. — Это площадь Блэкстоуна, — уверенно заявил Малфой. — Как ты узнал? — спросила Гермиона. — Оглянись, и ты придешь к логическому выводу, — послышался раздраженный голос Малфоя. Гермиона фыркнула и все же посмотрела по сторонам. В центре площади стоял небольшой обелиск. Приглядевшись, Гермиона заметила, что он сделан из черного эльфийского камня, а надпись «Блэкстоун. Основан в 1813 году» окончательно убедила ее, что Малфой был прав. — Если бы ты жила одна в пустом, проклятом городе, то где бы ты поселилась? — спросил Малфой. — Не знаю. Возможно, воспользовалась бы любым пустым домом, либо поселилась бы в часовне. А почему ты спрашиваешь? — подозрительно спросила его Гермиона. — Мне необходимо было знать мнение посредственного ума, так как Архивариус — гений, и вероятность того, что вы мыслите с ним одинаково, крайне мала. — Малфой, еще хоть слово о моем…. — Кладбище, — воскликнул Малфой и двинулся в сторону небольшого пригорка, на котором виднелись надгробья. — Но это безумие — жить среди мертвых, которые в разных реальностях могут ожить, — сказала Гермиона, еле успевая за Драко. — Так же, как и он сам, — ответил Малфой, открывая железные ворота, ведущие на кладбище. — Естественно, он мертв, иначе в Блэкстоуне не выжить. Он возвращается к своей сокровищнице в иных реальностях, но… — В этой реальности он мертв, и мы беспрепятственно найдем карту, — закончила мысль Гермиона. Малфой блуждал среди могил, пытаясь найти необходимую. Они уже обошли все кладбище, как Гермиона заметила вход в небольшой склеп. — Это убежище Архивариуса. Видишь шифр, — сказала она, указывая на выгравированные руны. — Настал твой час, Грейнджер. И напомню, что осталось тридцать семь минут. Гермиона кивнула и принялась расшифровывать код. Спустя пару минут, соединив нужные магические руны с древними и магловскими, она открыла дверь. — И что нам искать среди всего этого хлама? — спросила Гермиона, рассматривая склеп изнутри, который был завален всякими склянками, книгами и коробками. — Первое правило, Грейнджер, — выдохнув, произнес Драко. «Не верь тому, что видишь!» — мысленно повторила Гермиона. Так, значит эта иллюзия. Она взглянула на Малфоя, и тот взял осколок цветного стекла со стола и посмотрел сквозь него. Гермиона сделала тоже самое, и склеп преобразился. Вместо старых, ненужных вещей, были аккуратные полки с расставленными на них предметами, сверкающими в слабом дневном свете. — Шкатулка, — указал Малфой на верхнюю полку, на которой стояла небольшая мраморная шкатулка с теми же выгравированными рунами, что и на двери. Передав ее Грейнджер, Малфой раздраженно напомнил ей: — Двадцать три минуты, Грейнджер. Без лишних слов, она принялась за работу. Как она и предполагала, шифр оказался сложней, чем прежний. Минуты текли за минутой, и Гермиона старательно расшифровывала руны, мысленно благодаря Малфоя за тишину. Спустя тринадцать минут шкатулка открылась, и на ее дне одиноко лежал свиток. Малфой раскрыл его, и Гермиона увидела, что пергамент был абсолютно чист. — Пустой свиток? — возмущенно произнесла Гермиона. — Я рисковала жизнью ради этого? Малфой, промолчав, достал палочку и произнес несколько заклинаний, с помощью которых возможно увидеть скрытый текст. Однако заклинания не сработали, и Гермиона поняла, что это всего лишь кусок пустого свитка. — Нам пора уходить, — резко произнес Малфой. — Но, но как же… — Можешь остаться, Грейнджер, я возражать не стану. Они быстро покинули кладбище и бегом направились за светящейся нитью, которая с каждой минутой блекла. — Одна минута, Грейнджер. Они бежали со всех ног, словно от зверя, взявшего на них след. Им оставалось преодолеть последние метры, как нить растаяла в воздухе. Оставалось еще пару секунд, но им удалось перепрыгнуть через черту, оставляя позади меняющиеся реальности. *** Они вернулись в Фонтейн ближе к вечеру, изнеможённые и усталые. Солнце таяло за горизонтом, отбрасывая яркие солнечные нити. Гермиона стояла у окна в своем номере, любовалась закатом, а мысли сумбурно метались в голове. Им не удалось найти карту, и лишь Малфою известно, почему. Она думала о том, как заставить Малфоя рассказать правду об артефакте, но все ее идеи казались бессмысленными. Гермиона подошла к столу и пересмотрела заметки, которые она подготовила для письменного отчета. Взяв пару свитков чистого пергамента и несколько страусиных перьев, Гермиона уверенным шагом направилась в спальню Малфоя. Несколько секунд она стояла у его двери, раздумывая, стоит ли ей войти. Она выдохнула и постучала пару раз. Ответа не последовало, и Гермиона, открыв дверь, вошла в комнату. — Я не разрешал тебе входить, — послышался знакомый голос. Гермиона заметила Малфоя, сидящего в кресле. — И тебе доброго вечера, Малфой — сказала Гермиона и подошла к нему ближе. — У нас осталось чуть меньше суток, и мы должны с пользой использовать оставшееся время. Я принесла все необходимое для написания письменного отчета Донавану, думаю, лучше начать его прямо сейчас. — Она думала, — философски произнес Малфой. — Тебе стоит меньше думать, Грейнджер. И ты глубоко заблуждаешься, считая, что я проведу целые сутки за бумагомарательством. —Я обещала мистеру Донавану, что прослежу за тем, как ты составишь грамотный отчет, описывая все, не упуская подробностей. Малфой громко засмеялся и, подойдя к Гермионе, тихо произнес: — О, ты должна сдержать обещание, Грейнджер. Я доверюсь тебе и позволю написать отчет за нас обоих. А меня ждет грешный Вегас. — Что? Вегас? — возмутилась Гермиона. — Ты не имеешь право! Мы … мы на задании, Малфой. — Мне плевать на условности, Грейнджер, и на тебя, в частности. А теперь покинь мою спальню. — Нет, — злясь, выкрикнула Гермиона, — я не уйду, пока мы не приступим к работе и не напишем отчет, иначе я… — Иначе что? — насмешливо спросил Малфой. — Иначе я... я поеду в Вегас с тобой, — выпалила Гермиона. — Да, именно. Либо мы пишем отчет здесь, в Фонтейне, либо я порчу твой отдых в Вегасе. Малфой громко и искренне рассмеялся, затем, захватив с собой пиджак, двинулся к выходу: — Это самый нелепый шантаж, который мне доводилось слышать, Грейнджер. Что же, добро пожаловать в Лас-Вегас!