Нельзя запрещать любить...

Сейчас она была так близко, что он мог разглядеть крошечные серебренные крапинки в магической глубине ее голубых глаз, у которых хочется утонуть... Раньше Джек никогда не замечал их. За последнее время парень вообще открыл для себя много нового в своей девушке. Блондин заметил то, как темнеет цвет ее глаз, когда она счастлива, становясь цвета ночного моря. Такого, как сейчас. Каждый человек выдумывает в своем подсознании идеальных друга, парня, девушку... Джеку казалось, что вот, вот же перед ним тот идеал с волшебными глазами, которые очаровывают, с тонкой ноткой некой детской наигранности и непонимания. Будто мечта воплотилась в реальность. Разве может быть кто-то, кто идиальнее, чем эта нимфа, что около него? Он снова почувствовал жар ее дыхания, и кончики пальцев машинально скользнули по открытой спине Эльзы. С неутомим желанием парень впитывал тепло ее бархатистой кожи и нежный запах роз, исходивший от ее мягких шелковистых волос. — Джек... Пепельноволосому показалось, что девушка прошептала его имя. Оно прозвучало едва слышно, как тихий вздох, сразу приглушенный незримой силой тишины. Такой тихий и такой чувствительный, наполненный любовью и нежностью... В ответ он лишь продолжил скользить кончиками пальцев по ее выступающему позвоночнику вверх-вниз. Она вздрагивала, вновь и вновь касаясь мягкой и теплой щекой его плеча. Желание снова прикоснуться к ее коже покалывало его и без того восполненные губы. Легким движением парень преодолел те сантиметры и осторожно коснулся самого уголка ее губ. Так нежно, что дрожь пробежала сначала по телу девушки, а потом, словно лихорадка, передалась и парню. Блаженно прикрыв веки, Джексон поцеловал в затылок свое сокровище и, отстранившись, с трепетом заглянул в глаза. Медленно, словно нехотя, Эльза выскользнула из его объятий и приподнялась на локтях. Одурманенный счастьем взгляд ее прекрасных аквамариновых глаз небрежно скользнул по комнате, оценивая обстановку. Белоснежная кожа в приглушенном свете ночника ярко выделялась, а белые пряди, ниспадавшие по обнаженным плечам, словно светились еще больше. — Фея...— еле слышно прошептал парень, как завороженный смотря на девушку. — Ты самая настоящая волшебница. Ты богиня красоты и любви... — Нет, — неожиданно резким голосом, шикнула блондинка и по коже резко пробежали мурашки. — Зачем мы это сделали?! Столько боли и отчаяния было в этих прекрасных глазах, когда она обернулась к нему, парень не мог выдержать. Подскочив, словно ошпаренный, он приник к девушке, обхватив со спины руками и прижимая к своей горячей груди. Лютый страх, вызванный незнамо чем, беспощадно сдавил сердце в тиски. — Нет-нет, — Эльза тщетно пыталась выбраться из нежных, но крепких объятий. — Мы не должны, мы не... Зачем, Джек, зачем? Дыхание сбилось, и светловолосая ничком повисла в его руках. Бережно усадив к себе на колени, парень обтер слезы, которые, словно бриллианты в ночном мраке комнаты, переливались на ее белоснежных щеках. Она понимала, что это неправильно. Эльза любила Джека всем сердцем, была ему предана, но из-за родителей паре нельзя было видеться... конфликты между семьями. Но разве есть пределы для любви? Если да, то этот придел ничтожен. Настолько ничтожен, что его просто нет. — Свобода, — тихо прошептал парень, сжимая ее холодные пальцы, чтобы унять дрожь. — Они не в праве решать нашу судьбу. Разве мы не имеем право любить? — Они не поймут! — судорожным шепотом, иногда прерывающимся на тишину, будто некоторые звуки было особенно сложно произнести, девушка облизнула сухие губы и с надеждой заглянула в родные глаза. — И пусть! — уверенно кивая, он еще крепче сжал ее хрупкие пальцы. — Они не понимают, насколько я тебя люблю! Я всё отдам, чтоб видеть тебя, быть рядом с тобой и думать о тебе, чёрт возьми! Мысль о том, что она не совсем понимает смысл его слов, не упокоила девушку. Бархатный голос, каким любимый утешал ее и теплота до боли родных глаз успокаивали куда более. — Понимаешь, нам нельзя видеться, просто нельзя! Когда я нахожусь далеко от тебя, мне становится плохо, потому что я люблю тебя и хочу быть с тобой! Ты же знаешь, что... — ... запретный плод самый вкусный? — всхлипая, спросила Эльза и начала всматриваться в глаза Джексона. Сколько одновременно любви, ласки и переживания она могла в них разглядеть. Это самые родные глаза для нее. Подушечкой пальца подхватив последний бриллиант с щеки брюнетки, парень грустно улыбнулся и, жадно вдыхая дивный аромат белоснежной кожи, еще крепче прижал ее тело к себе. — Мы не виноваты, что такие, — шепнул парень на ухо Эльзе, встал с кровати и подошел к окну, сквозь которого не видно света. Девушка всматривалась в тихий ночной мрак и старалась уловить силует любимого. — Ты уже не ребенок, всё поймешь... Ее аквамариновые глаза еще пару раз блеснули. Ровное и теплое дыхание, вырываясь из приоткрытых алых губ, было ровным и спокойным, как у младенца. Улыбнувшись своим каким-то мыслям, парень бережно подошел к блондинке и еще раз поцеловал ее. Он тубами дотронулся к оголенной ключице девушки, от чего та вздрогнула. Джек переложил блондинку на подушку и, прикрыв ватным одеялом, нежно дотронулся теплыми губами до ее лба. — Мы не виноваты... — прошептал он ей на ухо. — Спокойной ночи, увидимся. Темнота, дав лишь секунду бросить заботливый и нежный взгляд на сокровище парня, полностью поглотила ночного гостя. Эльза глубоко вздохнула и на глаза стали наворачиваться слёзы. Девушка понимала, что это всё несправедливо. Нельзя запрещать любить. Она поняла возлюбленного и пыталась найти смысл у каждом его слове, но это не сильно получалось. — Мы не виноваты?.. — еле выдавила с себя она, но Джек уже ушел.