Поздравляю, теперь ты мама!

Настенные часы тикали уж слишком громко. По крайне мере, так казалось Гокудере Хаято, который уже битый час размышлял над одним довольно-таки странным вопросом. Все выводило его из себя, и эти "гребаные часы" не исключение. Скрипнув зубами, Гокудера принял свое поражение и, громко хмыкнув на стрелочное орудие пыток, покинул кухню. Зайдя в комнату, которая по совместительству служила ему спальней, подрывник укутался в плед и уставился в неизвестную точку перед собой: - Ну, и как мне поступить? – он словно обращался с вопросом к своему невидимому собеседнику. – Тупой Шамал с его тупыми экспериментами и тупым фруктом! – он нервно сжал кулаки, но затем быстро разжал их, успокоившись. - Убить… или не убивать. Это все же живой человек, и даже мафиози не способен поднять руку на ребенка, а тут совсем еще не родившийся малыш. Но если я этого не сделаю, то могу в какой-либо момент подвести семью, - монотонно рассуждал Хаято, все еще неотрывно гипнотизируя воздух. - Да и хлопот семье прибавлю, особенно учитывая тот факт, что во время этой сраной беременности у всех баб гормоны играют, и они то орут, то плачут. А я сейчас выступаю в роли бабы. Черт, я не хочу такого! – Гокудера отчаянно запустил пальцы в волосы и с силой сжал их. – Да и живот будет расти, что доставит массу проблем. Нет, допустим, я объясню все Джудайме, он должен к этому заявлению более-менее понимающе отнестись. По крайне мере, я на это надеюсь. Но другие… как этим пустолобам все разъяснить так, чтобы у них последние мозги не вытекли? А Ямамото… Черт… Ему же тоже все объяснять придется, - Ураган опустил руки, а заодно и голову – из всего перечисленного самым оптимальным вариантом было скрыть все следы беременности и забыть все произошедшее будто страшный сон. Парень прекрасно это понимал, даже почти смирился с данным положением вещей, но: - Но ведь это все-таки частичка Ямамото… и последнее, что у меня от него осталось. Я не могу убить его, - Гокудера вновь вцепился в волосы, - Твою мать, я рассуждаю как сопливая девчонка! Прошло еще часа два, может, больше. Подрывник продолжал вести сбивчивый монолог на тему «За и против ребенка», постоянно повторяясь и используя в этом споре с самим собой, по сути, одни и те же аргументы. - Черт, - вновь изрек пепельноволосый, обессилено откинувшись на спинку кровати. – Ладно, больше всего доводов «За». Но, блин, даже если я его и оставлю, может же произойти такое, что полюбить этого ребенка я не смогу? Возможно! Ар, черт, еще больше проблем себе наделал! Гокудера измученно застонал и, выпутавшись из пледа, поднялся и устремился на кухню. От такого долгого разговора с самим собой в горле пересохло, да и из-за пледа было невыносимо жарко. Хаято принял пока что одно решение за этот вечер – сходить на кухню и просто попить, перевести дух. Продящий мимо дивана Уранан остановил свой взгляд на куче газет, что были раскиданы по всей сидушке. Вмиг забыв о своей цели, Гокудера слишком уж яростно схватил газету и пробежал по строчкам, вникая в суть замеченной краем глаза статьи. Подрывник довольно усмехнулся – кажется, он нашел решение мучившего его вопроса. -Йо, Тсуна, - брюнет подошел к Дечимо, как всегда беззаботно улыбаясь. – А Гокудера разве не с тобой? - Нет. Утром он не пришел встречать меня, и трубку сейчас не берет. Может, произошло что-то серьезное? – не на шутку перепугался Тсуна. – Он же любит ввязываться в драки! - Ну-ну, Тсуна. Ты же знаешь нашего Гокудеру – с ним ничего плохого произойти просто не может, так что не волнуйся на этот счет. К тому же, он мог просто-напросто проспать, а телефон не услышать, - успокоил босса Ямамото, но все же волнение за Хаято из сердца никуда не ушло. - Ты прав, Ямамото. Гокудера-кун сказал, что будет все выходные отсыпаться, может, поэтому и закинул телефон подальше, чтобы его не беспокоили. И из-за этого не услышал будильника, - выстроил версию босс и, убедившись в вероятности такого стечения событий, улыбнулся. – Но все же стоит проверить, и если он так и не придет в школу, сходить к нему, узнать, как он себя чувствует. - Отличная мысль, Тсуна, - бейсболист кивнул и вновь улыбнулся. – У меня как раз сегодня тренировки нет. После уроков и зайдем. Одновременно кивнув и отчего-то рассмеявшись, парни поспешили в школу – опоздать на урок, и тем самым разгневав главу дисциплинарного комитета, ой как не хотелось! Гокудера проснулся из-за громкого стука в дверь. Требовательного такого. К стуку прибавился еще и долгий, монотонный писк дверного звонка – по-видимому, незваный гость уходить явно не собирался, а своими действиями намеревался-таки добудиться до хозяина квартиры. Но спросонья Хаято не сразу все осознал. Может, поэтому Ураган и открыл дверь лишь спустя 10 минут, а затем с нескрываемым удивлением уставился на стоявшего на пороге Шамала: - С добрым вечером, спящий красавец! – ехидно проговорил док, бесцеремонно заходя в квартиру. – Ты знаешь, что уже полпятого, м? Нифига, я скажу, ты любитель поспать. Хотя, тебе можно! Немного не въехавший в ситуацию зеленоглазый с минуту тупо пялился на гостя, который удобно успел удобно устроиться на кресле: - Ш-шамал? – наконец изрек Гокудера, заставляя гостя скрутиться от приступа смеха. – Ты тут каким боком? - Да, Хаято, ты удивляешь меня все больше и больше! – сквозь смех выдал доктор, вытирающий выступившие на глаза слезы. – Сказанул, однако. Хозяин квартиры, до которого дошел смысл сказанных им слов, покраснел от ярости: - Идиот! Я просто плохо спросонья соображал, нечего смеяться! - Да-да, конечно! – отмахнулся от него доктор. - Ты зачем пришел-то, м? – подросток, потирая глаза и всеми силами пытаясь подавить зевок, облокотился на дверной косяк. – Я, вроде, никого в гости не звал. - Т-ц, какие мы грубые, - Шамал пожал плечами, а после покосился на зевающего Гокудеру. – Значит, решил все же оставить? Или просто-напросто проспал? - Первое, - голос Гокудеры был как никогда уверенным, и парень, вновь подавив напрашивавшийся зевок, спокойно посмотрел на гостя. - М-да, по-видимому, ты последние мозги с этой беременностью потерял. Дитё будет воспитывать дитё! Докатились! – хмурился разбушевавшийся брюнет, все еще надеющийся переубедить горе-ученика. – А если тебе сложно будет? Или, как бывает, он тебе надоест, как родится? Ты об этом подумал? - Подумал, - также спокойно проговорил подрывник. – Успокойся, остудись! Если он мне надоест или еще какие-либо обстоятельства появятся – отдам его в детдом, - от таких слов и того, каким холодным голосом произнес их Гокудера, Шамалу стало не по себе. – Знаю, звучит жестоко и эгоистично, но, думаю, меня понять можно. К тому же, как я прочитал вчера, сейчас дети-ляльки, которых бросили недомамаши, нарасхват. Поэтому если что, обрадую какую-нибудь бездетную семью. Гокудера ненадолго замолк, дав тем самым брюнету возможность осмыслить сказанное. Шамал морщился, хмурился: ему явно была не по душе подобная затея. - И, да, я расскажу все. И Джудайме, и бейсбольному придурку, и остальным! Я уже точно решил, не отговаривай меня! - М-да, - протянул Шамал, поняв, что спорить с парнем или переубеждать его, это то же самое, что говорить со стеной – никакого эффекта. – Ладно. Дело твое, ведь сам себе жизнь портишь. - Может быть, - пожал плечами Гокудера и усмехнулся. – Но, вдруг, я себе жизнь не испорчу, а наоборот – приукрашу?! Как говорят в народе: дети цветы жизни, не правда ли? - У тебя и вправду последние мозги набекрень съехали, - доктор покосился на Хаято. – Надеюсь, ты помнишь, что я говорил, – получив кивок в ответ, доктор зарылся пальцами в свою шевелюру. – А, хер с тобой! Не мое это дело. Неси бумагу, ручку: выпишу тебе пару хороших успокоительных, тебе они сейчас очень нужны. - Я все удивляюсь, как красиво ты умеешь цензурить слова! Я не истерю направо и налево, чтобы мне что-то эдакое выписывать! – вернувшись из комнаты с нужными предметами, гневался Гокудера - Успокойся. Я тебе как раз для этого выписываю – ты слишком уж быстро выходишь из себя, а тебе нельзя, придурок, - Шамал стал что-то усердно писать на листке. - Еще напишу название одного лекарства – как раз от боли в животе, да и ребенку не навредит. На счет последующих УЗИ – позвоню тебе, как только придет время. Гокудера машинально кивал головой, наблюдая за Шамалом и удивляясь, что в природе вообще существуют такие лекарства с заковыристыми названиями. - Кстати, - доктор, закончив писать, поднялся с насиженного места и посмотрел на Гокудеру. – Запомни одно, идиот – что бы ни случилось, помни, что сейчас твоя жизнь, твое здоровье самое важное. Ведь, умрет ребенок – умрешь ты. И наоборот. Просто помни. Хаято удивленно, непонимающе уставился на Шамала, мысленно спрашивая себя: «С чего бы такая забота?». - Все, я откланиваюсь, - сухо бросив напоследок, брюнет ушел, не забыв на прощание громко хлопнув дверью. - Ну и кто из нас двоих истеричка? – задав риторический вопрос двери, Гокудера поспешил вернуться в объятия постели. Но новый стук в дверь заставил поменять его планы: - Он что-то забыл? – еще один вопрос остался без ответа. - Привет, Гокудера! – почти в унисон поздоровались неожиданные гости, стоило Гокудере открыть дверь. - А? Джудайме? Бейсбольный придурок? – он удивленно хлопал глазами, не понимая, что друзья забыли у его квартиры. - Мы волновались за тебя. Как ты себя чувствуешь? Ты сегодня в школу не пришел, потому что проспал, верно? – изрек мучивший его весь день вопрос Тсуна, когда Хаято впустил их внутрь своего скромного, как считал он сам, жилища. - Угу, я проспал. Меня минут 20 назад, Шамал разбудил, я дрых без задних ног, - засмеялся хранитель, а после, как подобает всем виновным, поклонился. – Простите, Джудайме, что заставил вас волноваться и соизволил оставить вас одного, без защиты, почти на целый день. - Н-не стоит, Гокудера-кун, - неловко отмахиваясь от Урагана, протараторил смущенный Савада. – Все нормально. - Простите, – вновь повторил Гокудера, обращаясь уже к обоим гостям. – Ой, что это я вас в гостиной держу?! Раз уж вы пришли, я просто обязан напоить вас чаем! Вы ведь не против? Такеши с Тсуной одновременно замотали головами, вызывая у Хаято невольную улыбку. Больно смешные в тот момент были их моськи. Но вновь, спохватившись, он схватил со стола листок и сунул его в руки бейсболиста вместе с деньгами. - Ямамото, прогуляйся до аптеки, купи все, что тут написано, понял? - А зачем тебе все эти лекарства? – удивленно спросил мечник, разглядывая доставшуюся ему бумажку и обеспокоенно поглядывая на пепельноволосого. - Лекарства? Ты болен, Гокудера-кун? – не отставал от хранителя Тсуна и так же тревожно смотря на Гокудеру. - Нет! Нет! Еще раз нет! Не болен! – вмиг заверил Хаято Джудайме и Такеши. – Просто Шамал прописал. Сказал, что я от нервов плохо сплю, поэтому все это – успокоительное. -А… - одновременно протянули гости и разошлись в разные стороны: Тсуна на кухню, а Ямамото к входной двери - поспешил в аптеку, пока та не закрылась Пока Такеши отсутствовал, двое его друзей увлеченно общались. В основном, темами их разговоров была школа, уроки, которые Хаято без зазрения совести прогулял, и выходные. Савада увлеченно рассказывал, светясь от счастья, словно звезда, как в выходные они отлично сходили на пикник с Киоко и Реохеем. Как они вместе с И-Пин и Ламбо играли в догонялки по немаленькому дому босса, как ходили с утра на рыбалку по просьбе Ламбо, который так и заснул у реки. В общем, выходные Тсуна провел отлично, по крайне мере, так понял это Гокудера. В дальнейшем разговоре шатен как-то плавно начал рассказывать про выходные Ямамото. Пусть Хаято и знал всё расписание бывшего парня, но все равно вслушивался в каждое слово Джудайме, просто по привычке. И все-таки Хаято был прав – расписание Такеши ничуть не поменялось: утренняя пробежка – дом – помощь в ресторане отцу – свободное время (которое, кстати, раньше они проводили вдвоем, но теперь Ямамото проводил его в гордом одиночестве... или со своей катаной) – вновь помощь отцу – отбой. Не отличается оригинальностью, не правда ли? - А ты как выходные провел? – Тсуна поставил пустую кружку на стол и посмотрел в глаза собеседника. - Я же уже говорил, Джудайме: спал все два дня, поэтому время быстро пролетело, - Хаято смущенно потер затылок – врать он не любил, особенно Тсуне, но пришлось. - Это хорошо. Главное, что сейчас ты отлично себя чувствуешь, - получив в ответ уверенный кивок, Тсуна рассмеялся. – Кстати, Реохей сказал сегодня, будто видел тебя вчера утром. Ты сидел в кафе и кого-то ждал, - от этих слов Гокудера буквально облился потом и заметно побелел. – Но он обознался, - закончил парнишка и улыбнулся. - Д-да, обознался, - Гокудера сейчас почувствовал себя преступником, который что-то скрывает - это чувство не из приятных. – Я сделаю еще чаю, Ямамото скоро придет, – Тсуна кивнул, наблюдая за тем, как копошится на кухне Хаято. Вечер в компании друзей прошел без происшествий. Даже обошлось без каких-либо несчастных случаев. Посидели парни тихо, мирно; смеялись, шутили. Гокудера был благодарен им, за их улыбки, просто за то, что они сейчас рядом. Для него это была своеобразная поддержка – несмотря на то, что он так уверенно отвечал Шамалу, в душе остался какой-то осадок от его слов, поэтому он уже сомневался в том, поступил ли он правильно, оставив ребенка. Но теперь, в этих улыбчиво-счастливых лицах Ямамото и Тсуны, Хаято видел некую поддержку. Пусть ему это лишь казалось, но на душе все равно становилось теплее, легче. «Спасибо», - он мысленно поблагодарил ребят, попутно вклиниваясь в разговор и начиная увлеченно спорить с Ямамото. Прошло два дня. Жизнь Гокудеры вновь стала обычной, вернулась в обычное русло – бессонница и боли теперь его не мучили, он по-прежнему ходил в школу, ругался на Ямамото, более по привычке, нежели в попытке обидеть или обозлить брюнета. Продолжал ходить в гости к Тсуне. Но теперь Хаято был не один. Везде, куда бы он ни шел, ощущалось присутствие малыша. Вначале, Гокудеру это пугало, но он быстро привык к этому. И, как не странно, принял это за должное: все-таки, он делит свое тело с ребенком, и это нормально - чувствовать его, ощущать его присутствие. Еще Хаято все чаще стал замечать, что непроизвольно касается живота ладонями. Это действие всегда немного успокаивало разбушевавшегося Урагана. Но Гокудеру мучило кое-что еще. Пообещав Шамалу, да и себе тоже, что он обязательно расскажет о своем странном положении и Тсуне, и Ямамото, парень все никак не мог выполнить данное им обещание. Все откладывал, хотя разумом понимал, что этого не стоит делать. Вот и теперь, когда настал такой до безумия подходящий момент, когда они остались в комнате Савады лишь втроем, он никак не начинал разговора. То ли боялся, то ли стеснялся. - Эм, - дав себе пару мысленных пощечин и тумаков, Гокудера все же заставил себя не ломаться, а сказать все прямо, в лоб. – Джудайме, Ямамото, мне нужно рассказать вам очень важную вещь. Названные парни моментально оторвались от тетрадей с домашним названием и с интересом посмотрели на друга: - Что такое, Гокудера? - Я обследовался у Шамала, после того, как к простому недомоганию прибавились рези в животе, - решил сжать всю начальную информацию подросток, ибо это было не так важно сейчас. Важно другое. Заметив, как оба взгляда карих глаз наполняются тревогой, Хаято замотал руками. – Нет, все нормально, умирать я не намерен! – заверил он и посмотрел в пол. Смотреть им в глаза не хотелось: было отчего-то стыдно. - Тогда, что же ты хочешь нам рассказать? – не вытерпел Такеши, силящийся говорить спокойно, в то время как голову уже начали навещать страшные предположения по поводу здоровья подрывника. Сердце охватила тревога и страх за любимого человека – они ведь просто расстались, и то по велению его отца. Но Такеши не отказывался от своих чувств. И даже под предлогом смерти не отказался бы. По-видимому, в голову Тсуны лезли такие же страшные мысли, поэтому Гокудере ничего не оставалось, как вдохнуть побольше воздуха и почти на одном дыхании произнести поставленный ему диагноз: - Я беременный! Гокудеру невольно потянуло засмеяться – уж больно ошарашено-шокированные были лица у парней в тот момент. Важное примечание автора: В общем (да простят меня читатели) я не смогла выбрать, как поступит Гокудера. В этой главе он оставил малыша, да. Но есть одной НО: из моего мозга все не уходила идея вывернуть сюжет так, чтобы Гокудера убил малыша. Поэтому, посоветовавшись с Поняшей, я решила, что в моем случае стоит написать две сюжетные линии. Следующая глава – и есть, та самая вторая сюжетная линия, где Хаято, осмыслив все, убил ребеночка (тем, кому не хотелось бы такого читать – я не заставляю). Я буду писать и выкладывать сразу же по 2 главы, и каждая будет подписана: первая линия (где он оставил ребенка), и вторая линия (где убил). Надеюсь, вы не запутаетесь^^ Просто хотелось написать про Гокудеру с пузиком, и т.п, ибо меня это умиляет. Но в тоже время хотелось написать, где малыша не будет. И да, мне кажется, что во второй линии Гокудера более здравомыслящий. В общем – читайтесь, и прошу не ругать меня)) И да – я уезжаю, поэтому ближайшие недели 2-3 продолжения не будет, простите меня!!