Хроники Проклятых земель

      Я с трудом пробирался сквозь густой лес, обожженные ноги болели, безумно хотелось лечь и уснуть. Но, я помнил слова Сержа о том, что если сделаю это, то уже не проснусь. А посему все, что мне оставалось это плестись вперед, стиснув зубы от боли. Уж лучше бы меня сжег огонь пиромантов!       Наконец, показались пещеры, вход в которые был спрятан в густых зарослях травы, если бы я не упал, споткнувшись о древесный корень, то ни за что не заметил бы его.       Вход был узким и неудобным, я с трудом протиснулся внутрь и очутился в темной пещере и огляделся. Светящиеся голубые кристаллы, растущие из пола и стен, дарили неяркий свет, благодаря которому можно было хоть как-то ориентироваться в этой пещере.       Кажется, Серж говорил, что обычно мох растет в глубине, так что придется двигаться дальше. Опухшие кровоточащие ноги болели, каждый шаг отзывался болью во всем теле. Испарина покрыла мое тело, а дыхание стало неровным и прерывистым. Если так пойдет дальше, я просто умру от болевого шока, хотя в моем положении есть и плюсы. Благодаря этой ноющей боли, я точно не усну. В полумраке пещер слышался едва уловимый, раздражающий шорох и копошение, вне всяких сомнений, здесь полно хищных тварей, только и ждущих когда я сдохну, чтобы обглодать мой труп. Стиснув зубы, я упрямо продолжал переставлять ноги, двигаясь вперед, а из темноты за мной наблюдало множество голодных взглядов. Хотя, скорее всего, это просто плод моего воспаленного воображения.       Перед глазами все плыло и двоилось, стало трудно дышать. Возможно, мне просто казалось, но температура в пещерах начала подниматься, да и кристаллы теперь светились не спокойным синим цветом, а красным и оранжевым. Мои ноги подкосились, и я рухнул на колени, сам не знаю как, но я продолжал двигаться. Перед глазами было темно, я уже ничего не видел, но все же полз. И как это я раньше не замечал, как удобно лежать вытянувшись на холодной земле? Проползя еще немного, я замер, все тело болело, от нестерпимого жара, ног я уже давно не чувствовал.       — Похоже, мое путешествие подошло к концу, — прохрипел я, переворачиваясь на спину. В моей голове тут же возникли картины-воспоминания о далеком счастливом детстве, о буйной молодости. Тяжелые веки опустились, погружая мой мир во тьму.       Не знаю, сколько вот так пролежал на границе сознания и беспамятства, но в какой-то момент почувствовал легкость во всем теле. Оно словно оторвалось от холодного каменистого пола пещеры и парило над землей. Надо открыть глаза, но это казалось непосильной для меня задачей, в голове стоял гул и я просто не мог найти в себе силы хоть на какое-то действие.       Холодные руки прикоснулись к моему лбу, принося облегчение, хотя может это просто предсмертные галлюцинации. Ну, откуда здесь взяться человеку? Но рука скользнула вниз, сжав мои челюсти и заставляя открыть рот. Живительная жидкость со сладковатым привкусом полилась в рот. Я не успевал глотать и захлебывался, но моего благодетеля это казалось, не беспокоило. Наконец, мне удалось разлепить веки, но все что я увидел, это размытую фигуру нависшую надо мной.       Закашлявшись, я попытался подняться, но все те же холодные руки не дали мне это сделать. Снова открыв мне в рот, незнакомка положила мне в рот, что-то горькое и пористое. Я был уверен, что это была женщина, слишком маленькой и изящной была ее ладонь, у мужчин таких не бывает. Челюсти медленно двигались, перемалывая горькую субстанцию, от которой становилось легче с каждым мгновением. Мне, по-прежнему, было жарко, но я чувствовал, что это уже не жар моего тела. Это камни пещеры истощали тепло и жгли кожу, да и сам воздух был спертым и обжигающим. Но тогда почему руки незнакомки такие холодные, захотелось, чтобы она снова приложила ладонь к моему лицу. Я попытался заговорить, но из горла вырвалось только хрипение и стоны.       — Тише-тише, — шелестящий, немного шипящий голос, раздался над самым моим ухом но, безусловно, он принадлежал женщине, — сейчас мох подействует, и ты сможешь отдохнуть.       Что-то влажное и шершавое коснулось моего уха, от чего мурашки пробежали вдоль позвоночника. Зрение начало постепенно возвращаться, теперь в полумраке пещеры у меня появилась возможность рассмотреть мою спасительницу. Женщина практически лежала на мне, она была так близко, что я ощущал солоноватый запах, исходящий от нее. Длинные красные волосы светились в темноте, освещая бледное лицо незнакомки с тонкими чертами лица и раскосыми синими глазами с вертикальными зрачками. Она улыбнулась, демонстрируя мне острые клыки и змеиный раздвоенный язык. Слегка раскачиваясь, она поднялась верх, и передо мной предстала обнаженная грудь Наги, длинный влажный хвост которой обвил мои ноги, даря столь желанную прохладу.       — К нам так давно не забредали мужчины, — женщина продолжала покачиваться, словно гипнотизируя меня, — к тому же такие молодые. Ты ведь пришёл за синим мхом?       — Да, — прохрипел я, говорить было тяжело, горло саднило и болело, словно я долго кричал.       — Я дам тебе его столько, сколько пожелаешь, — Нага вновь прильнула ко мне, прижимаясь теснее, — но ты должен пойти со мной.       — Хорошо. — Другого выхода у меня не было, хоть я и получил антидот, но был все еще слаб, а эта нага наверняка была ядовита. К тому же, мне был нужен мох для Минори. Я должен был поторопиться и спасти магичку, ну, а пока оставалось надеяться, что Серж сможет позаботиться о ней, а Райнер даст ей сил, чтобы продержаться до моего возвращения.       — Моё имя — Шиа, — нага поднялась, протягивая мне свою маленькую холодную руку. С благодарностью приняв помощь, я встал, ноги болели, вновь открылось кровотечение, если что-то не предпринять, я точно сдохну в этих пещерах. — Когда доберемся до гнезда, я обработаю твои раны.       — Тогда нам лучше поторопиться, — я всем своим весом навалился на прохладное тело женщины. Было так приятно ощущать холод, исходящий от нее. Нага довольно зашипела и направилась вглубь пещер, ей практически приходилось тащить меня, но казалось, что она даже не замечает моего веса. Я же судорожно пытался вспомнить хоть что-то об их народе, но все что приходило в голову это то, что практически все они самки, причем очень ядовитые. Но это там за пределами стены, а здесь в Проклятых землях наги могли измениться и стать более опасными. Я не мог не заметить плотоядные взгляды, которые бросала на меня Шиа, но их причины были для меня непонятны. Если она видела во мне обед, зачем спасла, достаточно было дождаться, пока я умру или просто вонзить в меня ядовитые клыки. В любом случае я должен запомнить дорогу, сдается, мне нага не станет провожать меня наружу.       Наконец, мы попали в просторный грот с небольшим озером с горячей водой, рядом с которой располагалось гнездо Шиа. Женщина, аккуратно уложила меня на пожухлую траву и устроилась рядом, извлекая какую-то склянку.       — Потерпи, будет больно, — зашипела нага, покрывая мои израненные ноги толстым слоем мази. То, что было больно еще слабо сказано, казалось, что с меня сдирали кожу и поджаривали одновременно. Стиснув зубы, я с трудом сдерживал крик, а Шиа продолжала свое дело.       — Вот и все, — она улыбнулась мне, вновь демонстрируя длинный язык.       — Ты говорила, что у тебя есть синий мох.       — Есть, — нага рассмеялась, — но просто так ты его не получишь.       — И что же ты хочешь взамен?       Нага подползла к подземному озеру и легко соскользнула в воду, не сказав ни слова, она скрылась под водой. Только светящиеся в полумраке красные волосы подсказывали, где находится женщина. Приняв сидячее положение, я пристально вглядывался в темную водную гладь. Наконец, Шиа появилась снова, она медленно и грациозно выползла на берег, в её руках я увидел большое белое яйцо. Женщина подползла к своему гнезду и бережно положила его на траву рядом со мной.       — Я дам тебе мох, а ты поможешь моему наследнику появиться на свет. Это мальчик, он не может появиться без мужской помощи.