Я хочу, чтобы ты тоже принял моё пламя

Юкио сидит на каменистом полу, на скале, и приводит в порядок своё оружие, а старший брат стоит рядом, вглядываясь в пустоту. - Юкио… Я должен тебе кое-что сказать. - Рин немного помолчал, обдумывая, как бы лучше объяснить то, что хочет – Прости. – наконец выговорил он, вздыхая. – С тех пор, как старик умер, ты беспокоишься обо мне. С тех пор, как моё пламя вышло из-под контроля, я тоже волнуюсь. Но после битвы с нечестивым королём я осознал… Переведя дыхание, хвостатый сделал резкое движение, обнажая Курикару, что была у него в руках, и синее пламя обволокло его. - Вот кто я есть. – рубящее движение сверху вниз, и ушастый парень застывает в красивой позе, правда, всю эпичность рушит его внешний вид – плавки с надувным жилетом. Младший брат ошарашено смотрит на него и явно пугается. – Это тоже я, Юкио! Если я не признаю это пламя, я не смогу двигаться вперёд. И поэтому, я буду использовать его для борьбы! – очень серьёзно говорит Окумура-старший, следя, как единственный родственник медленно поднимается с камней и делает маленький шаг назад. Но несмотря на это, говорящий продолжает: - Юкио! Я хочу, чтобы ты тоже принял моё пламя! - Брат… - начинает говорить учитель, делая ещё шаг назад. – Это действительно плохая идея. - Всё будет хорошо, доверься мне. – уверенно заявляет сын Сатаны, подходя к неуверенному младшему брату, переступая через клеёнку с оружием, что была расстелена перед драгуном. – Ты же уже чувствовал моё пламя, так? На этот раз его влияние будет немного больше, и всё… - шепчет Рин, протягивая руку и перекидывая синеватые языки на фармацевта. Юкио чувствует тепло и какое-то домашнее умиротворение… Покой… Приятная энергия распространяется по всему телу… Кажется, жар немного усилился, но не страшно… Хотя нет… Страшно! У парня начинается приступ паники, и неспроста. - Рин, прекрати сейчас же! – кричит Окумура-младший, пытаясь справиться с вторжением в собственное тело. - У меня всё под контролем. – возражает улыбающийся от уха до уха брат, но, когда человек начинает корчиться и давится кашлем, улыбка пропадает. – Брат? Брат! – не на шутку испугавшись, ученик с режущим звуком прячет меч в ножны, однако пламя больше ему не повинуется – ведь это не его огонь. Лицо Юкио немного вытягивается, зубы образуют совершенно жуткий оскал, глаза начинают полыхать тёмно-синим цветом, а на дне радужки, кажется, как будто зажглись красные угольки… Уши вытягиваются, принимая форму точно такую же, как у самого Рина и его демонических братьев – ректора Академии и его стеганутого братца. Ногти на руках начинают стремительно расти, а из-под шорт появляется длинный хвост, увенчанный кисточкой. Наконец, Юкио – точнее тот, кто был им – разражается жутким многоголосым смехом, который Рин узнаёт. По его спине пробегают мурашки, он невольно делает шаг назад, а после секундного раздумья вновь раскрывает Курикару. - Мальчик мой, неужели не хочешь обнять меня? – глумится демон, вселившийся в тело младшего брата синего экзорциста. – Ну же, скажи… Привет, Сатана, привет, папочка! Я рад тебя снова видеть! Ну, почему ты молчишь?.. - Изыди, тварь. Ты мне не отец! - мечник тяжело дышит и с ненавистью смотрит на Сатану, после чего встаёт в боевую стойку. - Я же так давно тебя не видел! Неужели не можешь обнять меня? Поговорить со мной? – жуткий оскал пропадает, и на смену ему приходит почти человеческое выражение лица… Почти как у Юкио… - Тебе было мало отца?! - Я – твой отец! - Я сказал, ты мне не отец! Или ты сам освободишь тело моего брата, или я заставлю тебя сделать это! – парень срывается на крик, но с места не двигается. - Ой, ну не смеши меня! Постой… - пришло, похоже, понимание к Богу Геенны – Ты так бесишься, потому что это тело твоего брата! Ну да, конечно! Сам помог мне в него вселиться… А изгнать ты меня не сможешь… - Тварь… - презрительно бросает Рин, делая всё-таки шаг назад и угрожающе скалясь. Хвост яростно бьёт по полу, пламя полыхает вовсю, и сейчас он даже не помнит, что где-то на острове есть ещё и Шиеми, которая находится в опасности… - Может, мне сломать тело твоего брата? Ведь он такой слабый… Всего лишь человек… - разглядывая руки тела, в котором находится, вслух рассуждает Сатана, внимательно следя за реакцией сына. И она не заставляет себя ждать. Услышав угрозу, Рин, похоже, не на шутку пугается. - Не надо. – тихо бормочет он. - Что? - Я сказал, сволочь, только посмей что-то сделать Юкио! – вновь взрывается экзорцист и бросается с клинком на Сатану… Однако, меч проскальзывает прямо рядом с телом очкарика, полыхающего синем пламенем. - Ты блефуешь. – удовлетворённо улыбается Сатана. – Ты никогда не причинишь вред своему брату… А поскольку я нахожусь в его теле, то и мне. Значит, мне ничто не помешает сделать это… Вроде бы Юкио, но, всё же, не он, делает резкое движение в сторону Рина, и Окумура-старший не успевает увернуться. Демон хватает его одной рукой за хвост, а другой за руку. После чего, валит на землю и, наступив на нечеловеческую часть тела своего сына, выворачивает запястье и мягко проводит ногтём по ладони. Потом, резко изменившись в лице, хватает указательный палец и тянет на себя. Слышится отвратительный хруст, и Рин сдавленно хрипит, ударяя, скорее по инерции, другой рукой брата по лицу. Сатана смеётся и кусает его пальцы, перехватывает вторую руку и ломает сразу три пальца, после чего давит ногтём на рану. Подросток захлёбывается криком, по руке течёт кровь, а охваченное пламенем тело, подчиняясь чужому приказу, доламывает оставшиеся два пальца. По лицу экзорциста текут слёзы – всё произошло слишком быстро, его организм не успел даже среагировать, как нужно… - Ну же. Хочешь избавиться от боли – сожги тело брата… Правда, он умрёт… Хотя нет, ты его слишком любишь. – почти мурлычет Владыка Ада на ухо сыну, отпуская руки и сдёргивая спасательный жилет. Осторожно проводит рукой по основанию хвоста, самому хвосту, резко сжимает его. Рин, сидевший до этого относительно спокойно и убаюкивая сломанную руку, хрипит и начинает выворачиваться. Демон смеётся и ударяет его наотмашь, отчего парень падает на камни. Меч летит в сторону и гулко ударяется об пол. – Ты никогда не сделаешь больно своему любимому младшему братишке. Он – твоя слабость. – нравоучительно говорит управляющий ситуацией и склоняется над распростёртым телом. – Но это забавно. Знаешь, я передумал; я не хочу убивать этого мальчика, вдруг он ещё пригодится. Вместо этого я поиграю с тобой… Защитник Ассии про себя соглашается с его словами… И понимает, кто прав. Юкио действительно его слабость. Но он не променяет его ни на кого. И никогда… Его размышления прерывает новая боль под рёбрами – это Сатана, не теряя времени, ухмыляясь, впился ногтями в бок бедного парня. Рин снова кричит – который уже раз за последние минуты?! Однако, несмотря на то, что раны кровоточащие, они не очень опасны и глубоки… Рука ноет гораздо сильнее, становится дурно от одного только брошенного взгляда на торчащие из фаланг пальцев белые кости. Снова разрывающее чувство, уже ниже по спине в районе позвоночника, король демонов облизывает ногти; грубый переворот – и на спине наследника Геенны появляются новые глубокие царапины. Юкио-Сатана наклоняется и проводит языком внутри них, раздвигая края раны. Старший брат хрипит, а из глаз брызжет новая порция слёз. Он вяло пытается сопротивляться, но любое движение причиняет боль. - Странно… Кровь совсем не солёная. – констатирует факт Сатана, хватая сына за руку и вставая, вытягивая парня за собой. – А ты даже не сопротивляешься. Почти. И не действуешь… – и, внезапно вернув лицу Юкио человеческий вид – без жуткого оскала – притягивает к себе дрожащего экзорциста и глубоко целует, кусая и прокусывая губы. Глаза Рина расширяются, и он сильно толкает отца. Тот непроизвольно делает шаг назад, но быстро хватает экзорциста за запястье. Рин тихо подвывает и пытается вырвать руку, но, когда когти впиваются в нежную кожу, боль нарастает, и он прекращает попытки. - Что такое? Неужели ты никогда не целовался с этим ничтожеством? - Ты… Ты… - не находит слов демонёнок, яростно стуча по камням хвостом. – Это же аморально! - У людей аморально… У демонов – нет. – вновь жутко усмехается Бог Геенны, даже получая сильный удар локтём в лицо. Падает на пол, мгновенно садится и хватает хвост соперника, тем самым притягивая его к себе и заставляя сесть рядом. Рин морщится и пытается отодрать когтистую руку, тем самым доставляя себе ещё больше боли – царапины уже зажили, но кости руки срослись неправильно, и теперь любое прикосновение к фаланге пальца становилось болезненным. Старший демон грубо хватает его поперёк груди и валит на каменистый пол, разбивая колени – парень продолжает сопротивление, и оно только усиливается, когда Сатана стягивает разноцветные плавки и грубо ударяет по голове, вжимая лицом в землю. Парень начинает паниковать и просто царапать руку, что находится на затылке, пытаясь при этом задеть насильника хвостом, но тот без особого труда перехватывает его у основания, подтягивая к себе, а зубами вгрызается в кисточку на конце. Рин всхлипывает, а Юкио – не Юкио отпускает голову и расстёгивает ширинку, обнажая напряжённый орган. Наклоняется к острому, не человеческому уху и шепчет: - Неужели не хочешь попробовать? На лице ученика в который раз отражается дикая ненависть, которая сменяется гримасой боли, когда демон входит в него. Слёзы вновь появляются на его лице, но, скорее, не от неприятных ощущений, а от чувства того, что в тебе – твой младший брат… Любимый младший братишка, с которым ты бы сам никогда такого не сделал. И пусть он под влиянием проклятого чёрта, тело - то остаётся его… Тихий вскрик, когда Сатана начинает движение; ещё раз; беспомощные слёзы от осознания ситуации, и Окумура напрягается, отчего процесс становится ещё болезненней. Демон в теле Юкио спокойно советует расслабиться, но парень не может. Ещё толчок; ещё; и ещё… Рин всё-таки расслабляется, чувствуя, как уходит боль и на смену приходит немного при… Приятное ощущение? Нет, так нельзя… Так не должно быть… Парень снова напрягается, при этом стыдливо осознавая, что у него самого встал – от изнасилования отцом в теле брата. Сатана замечает это и обхватывает мальчика поперёк груди, тянет на себя и садится на скалу, придерживая другой рукой бёдра парня; делает движение – на сей раз проникновение глубже, и Рин давится смесью кашля и крика. Ещё одно движение – парень хрипит и панически сжимает руку, обхватывающую его, которая срывается вниз, оставляя очередные глубокие царапины, снова обхватывает , но уже поперёк шеи. Парень расслабляется, ибо другого выхода не видит. Ещё пара толчков, и он ощущает удовлетворение и удовольствие, сжимая зубы почти до боли, до нездорового скрипа. Это не ускользает от внимания Сатаны, и он рукой, что до этого придерживала бёдра сына, приподнимает ногу и легко касается когтями яичек. Окумура дёргается, но демон в теле брата скользит острым ногтём вдоль вены на его члене, оставляя неглубокую царапину. Наконец, рука обхватывает напряжённый орган, и Рин закрывает глаза, стараясь не думать, не вспоминать, не чувствовать… - Знаешь… - вырвал его из темноты рокочущий голос – Она всё видит. Парень распахивает глаза. Точно, на острове ведь ещё и Шиеми… - Она сидит за камнем. – язык Юкио чертит влажную дорожку от уха по шее, и зубы вгрызаются в неё, оставляя кровавый отпечаток, а нижняя часть тела ускоряется. – И, знаешь, что интересно? Она не понимает, что происходит… И прячет лицо в руки, пытаясь рационально мыслить… Рин хрипит, но не может выговорить членораздельные фразы, и Сатана продолжает. - Я могу заставить её сейчас же полыхать синим пламенем. Как говорят люди, щелчком пальцев, но мне даже щёлкать не придётся. Что, ты что-то говоришь? – ослабляет давление на шею, и экзорцист произносит: - Шиеми… Не трогай Шиеми… - и сразу замолкает, сжимая зубы. - Мы сговоримся. – лукаво продолжает демон. – Тебе же приятно? Я хочу услышать стон. Зрачки ученика в панике расширяются, и он молчит. Девушка не знает, что здесь происходит… И, даже если видит синее пламя, думает, что это его пламя… И что они с братом… - Всего лишь стон. Давай же. Рин запрокидывает голову и расслабляется, а спустя несколько секунд действительно начинает тихо постанывать. - Громче. – шепчет на ухо чёрт, и парень слушается, краем глаза следя за тем местом, где, как он думает, находится девушка. – Молодец, а теперь произнеси имя брата. Окумура-старший замолкает и пытается вывернуть голову, удручённо посмотреть на отца. Тот повторяет слова гораздо более грубо. - Имя. Или девушка загорится, как сухая сосна от молнии. - Ю… Юкио… - по щекам вновь бегут слёзы, глаза закрыты… Через некоторое время парень кончает, чувствуя, как острые когти снова распарывают нежную кожу на груди. Чуть позже прекращает процесс и Сатана, скидывает с себя тело сына и, ухмыльнувшись, бросает: - Увидимся, сынок. – Рин поджимает ноги и отползает немного в сторону, следя, как тело его брата прекращает полыхать синим, уши возвращаются в нормальное состояние, как и лицо с руками, а хвост исчезает. Юкио падает на колени и с ужасом смотрит то на свои руки, которыми обхватывает плечи, то на брата, сидящего неподалёку. Спустя несколько минут напряжённой тишины, он встаёт и, медленно подойдя к хвостатому, обнимает его. - Прости… - шепчет он, сжимая старшего брата. Краем глаза он замечает выходящую из-за огромного камня Морияму, явно пребывающую в шоковом состоянии, и вытаскивает мобильник, продолжая сидеть с Рином в обнимку. Хвост старшего обвивается вокруг его пояса, Юкио прижимает его к себе ещё сильнее и нажимает кнопку вызова для последнего номера. – Алло? Сюра? Нам… Нам срочно нужна помощь. Д-да, необходима. – убирает телефон в карман, кладёт голову на плечо демону и тихо всхлипывает. – Прости, брат.