Похоть

Да, именно так. Дракон, высший дракон! Кровь закипала в венах. Бык, утробно рыча и чувствуя пульсацию в районе солнечного сплетения, стоял, словно каменный. Дракон – предок, Дракон – божество. Его кровь зовет, поет. Для него время словно остановилось. Бык наблюдал, как Сера с диким ужасом в глазах и в сердце, мастерски и без отчета выпускала в красавца-дракона пучки стрел. Дориан, казалось, отрешившись от происходящего, пробовал заклинание за заклинанием, чтобы понять слабость сего дракона. Максвел с уверенностью сильнейшего раз за разом атаковал его со всех возможных сторон. Бык громко вдохнул, сипя ноздрями, и издав победоносный клич, понесся на дракона. Прошло около получаса, сил не осталось. Сера валялась где-то за каменной грядой, истекая кровью, Дориан покрылся запекшейся корочкой обожженной кожи. Он лежал возле песни вандала и тихо шептал целебные заклятия, сильно надеясь на последний оставшийся в его руках пузырек с настойкой маны. Максвел изо всех своих последних сил, накачавшись всеми настойками и зельями, пытался поразить дракона. Бык, истекая кровью из обширных ран, чувствовал кровь, что стекала по могучим конечностям божества. «Я хочу! Она моя! Испить всю…» Железный бык увидел, он увидел пульсирующее сердце, могучее сердце дракона. Он никогда так не был быстр, как в тот момент. Его Выбор Меркеля вонзился в главную мышцу высшего дракона. Кровь, горячая кровь струилась из раны, орошая благоговейного кунари. А тот, открыв рот, с удовольствием поглощал сей божественный нектар. Максвел, в измождении привалившись к близлежащему камню, наблюдал за диким кунари, что окрасился в красный цвет. Его глаза невозможно было разглядеть среди кровавого месива, только сильный и громогласный крик, что вызывал озноб по всему телу Инквизитора. Сердце билось в бешеном ритме, кровь била по вискам. Бык. Железный Бык, вызывал в Максвеле до селе непонятное волнение. И сейчас, в момент победы ему хотелось оказаться как можно ближе к нему. Чувствовать терпкий аромат его кожи, разделить его триумф. Почувствовать его безудержное обжигающее дыхание на своей коже. И на мгновение ему показалось, что Бык, плотоядно облизнувшись, посмотрел на него в упор, извергая силу и желание. Похоть! О если бы чувства Максвела обрели плоть, то это был бы демон похоти, что завладел бы им. Бык еще раз облизнулся, впитывая последние капли крови дракона, и издал стон, что вышиб землю из-под ног инквизитора. Темнота…