early sunsets

— Сынок, ты уверен, что хочешь переехать в Нью-Джерси? - поинтересовалась моя мама, зайдя ко мне в комнату. Сначала я не услышал, так как был увлечен рисованием (да, это мое самое любимое занятие). — А, что? Да, мам, ты прекрасно знаешь это. Я не хочу больше находиться в этом чертовом Нью-Йорке. Только так я могу избавиться от надоедливых воспоминаний, - пробормотал я, так и не взглянув на мать. — Тогда собирай свои вещи, а я пока сообщу отцу, чтобы он нашел карту, как ехать до Бельвилля. Ты же туда хочешь? Я только кивнул головой и продолжил рисование. Ах, да. Мы так и не познакомились с тобой, читатель. Меня зовут Джерард Артур Уэй, можно просто Джи. Мне шестнадцать лет. И еще я жутко ненавижу свою жизнь. Вы посчитаете это глупым, не так ли? Почти каждый среднестатистический подросток ненавидит в себе все: от характера до формы ушей. Странные переходы, но это не имеет значения. Дело в том, что, обращая внимание на других сверстников, окружающих меня, например в школе, я понимал, что во многом отставал им. Я недостаточно красив, как я думаю, не слишком худой, поэтому постоянно морю себя голодом, но вес никуда не уходит. Все эти люди превосходит меня; они даже намекают на мой внешний вид, видите ли, им не нравится моя "странная" одежда. Понять не могу, что такого ужасного и непонятного в футболке, допустим, с Marvel? О да, я обожаю комиксы. На моей полке уже, порядком, 50 книг с этой тематикой. Ох, на эту тему я могу разговаривать целыми днями, поэтому продолжим знакомство со мной. Еще у меня нет друзей. Да и не было никогда. Когда мои сверстники уже встретили свою первую любовь, то я просто сидел дома, изображая что-нибудь в своем стареньком скетчбуке, подаренным мамой много лет назад. Поэтому я решил кардинально изменить свою жизнь, чтобы никогда не видеть эти лживые и противные лица, с которыми мне приходилось сталкивался каждое утро в ужасном здании, под названием ШКОЛА. Думаю, Нью-Джерси - хороший вариант для моего переезда. Говорят, что там прекрасные закаты. Кстати, я забыл вам сказать. У меня есть очень странное увлечение - это наблюдать за заходящим солнцем. Вы только обратите внимание, сколько красок вы видите, когда солнце садится за горизонт: сначала оранжевые оттенки, затем розово-фиолетовые, что очень красиво, и в заключении небо становится полностью черным. Наша жизнь чем-то похожа на это. Неужели моя уже близка к концу? Ведь она сейчас черного цвета. — Джерард, собирайся, мы выезжаем через два часа, - сообщил папа и быстро вышел, забыв закрыть дверь. Я бы сейчас высказал все, что я думаю о своем отце, так как не переношу, когда не закрывают дверь в мою комнату. Неужели это так сложно сделать? Пробубнив что-то себе под нос, я соизволил встать и закрыть эту проклятую деревянную дверь с плакатом Iron Maiden.

***

Я сидел в наушниках, облокотившись на дверь автомобиля и положив голову на стекло. Майки, мой тринадцатилетний брат, играл в Angry Birds, и даже сквозь достаточно громкую музыку я слышал эти дебильные крики птиц. Ненавижу эту игру. Я лишь только закатил глаза, увеличив громкость на своем IPod. — Джерард, - голос матери заставил меня снять наушники, чтобы я смог услышать, что хочет от меня эта женщина, - ты не хочешь подстричься? Как же я ненавижу эту тему. — Нет, не хочу, - пробубнил я и снова надел на себя наушники. — Джерард, у тебя же такое красивое лицо, убери эти волосы, спадающие на него. И перестань носить такие объемные вещи, ты же такой худой! - мама продолжила говорить, но я не смог больше это терпеть. — Можно я выйду прямо здесь, чтобы перестать слышать эту гадкую ложь? Мам, тебе приятно так высмеивать своего сына? Я такой жирный, что скоро не помещусь во Вселенной, и меня тошнит от своего лица, - выговорился я, отчего я почувствовал некую легкость. Мама лишь закатила глаза и сказав мне, что мы скоро приедем в Бельвилль. Дождаться уже не могу. Знаете, ненавижу находиться в обществе своей семьи, они совершенно не понимают, что все эти слова болезненно влияют на меня. Я все прекрасно понимаю, что мама хочет меня поддержать, так как я ее сын и тому подобное, но, черт возьми, неужели она не видит, какой я ущербный, что со мной даже никто не горит желанием вести беседу или просто познакомиться. Может быть, в Джерси я смогу найти себе друга?