Клубничные поля

      Выйдя из дома, Оливия проходит несколько метров до ограды, выходит за калитку и, закрыв её, останавливается, чтобы осмотреться. На своём доме девушка видит табличку, которую не заметила вчера: «Сент-Мари, 19». Её взгляд скользит по соседским домам и дальше по улице. Дорога, немного изгибаясь, поднимается выше на пригорок и скрывается за ним. Все дома на улице стоят ровным полукругом вдоль неё. На каждом участке растёт по несколько деревьев, которые сейчас торчат чёрными корягами из земли, на некоторых висят не опавшие грязно-коричневые листья. За домами зелёным фоном начинается редкий хвойный лес.       Сейчас Оливия видит соседние дома, которые снаружи находятся примерно в таком же состоянии, как и тот, в который она только что переехала. Девушке кажется странным, что такую улицу назвали красивым именем Сент-Мари.       Холодный ветер ударяет по ногам Оливии, и по её телу бегут неприятные мурашки. Посмотрев направо-налево, она прикидывает, с какой стороны они с Ребеккой приехали вчера, и направляется в предполагаемую сторону центра.       После десятиминутной ходьбы Оливии встречаются более богатые дома. С них уже не сыплется штукатурка, стены тщательно выкрашены, а по периметру участка они обнесены аккуратной изгородью, на каждом из которых стоит по новой машине. Улица делает небольшой заворот и дальше преображается. На каждом фонарном столбе висит украшение из новогодней гирлянды, которая сейчас выключена и болтается на столбах серой ниткой. Дома становятся многоквартирными, это видно по количеству машин на парковках. В конце улицы Оливия видит активное движение автомобилей и высокие многоэтажные дома.       Она ускоряет шаг и через несколько минут оказывается на перпендикулярной улице. Здесь висят такие же украшения на фонарях, большое количество гирлянд со снежинками натянуто над дорогой.       Девушка заворачивает направо и на следующем перекрёстке узнаёт ту улицу, по которой они ехали вчера. Это широкий бульвар, больше походящий на пешеходную улицу. С двух сторон на домах висят названия магазинов. А там, где улица немного расширяется, стоит ёлка, с которой уже сняли все украшения. В Нью-Йорке все ёлки убрали ещё до отъезда Оливии.       Поёжившись, девушка начинает медленно брести по улице, поглядывая по сторонам. Невдалеке она замечает киоск и ускоряет шаг.       - Добрый день, - говорит она в окошко ларька, в котором сидит полная темноволосая женщина, - у вас есть карта города?       - Да, - отвечает продавщица, оглянув девушку, - доллар и десять центов, - женщина скрывается за журналами на несколько секунд. Оливия оглядывает стеллажи с газетами и застывает, когда её взгляд падает на номер «Today».       - Доллар и десять центов, - повторяет продавщица, которая уже вернулась и протягивает девушке поблекнувшую карту.       - А-а… Я могу купить у вас этот номер «Today»? – Оливия тыкает пальцем в стекло. – Выпуск второго января.       Продавщица окидывает девушку ещё более удивлённым взглядом.       - Да хоть даром забирайте, теперь-то он кому нужен? – Она вытаскивает из стеллажа газету и вместе с картой отдаёт девушке.       - Спасибо, - Оливия расплачивается и, не сводя взгляда с фотографии мужчины на газете, отходит на несколько шагов от киоска. Подняв голову, она глазами ищет скамейку и быстро идёт к ближайшей. Присев на неё, девушка открывает газету на интересующей её статье.       «Полиция Нью-Йорка преподнесла новогодний подарок семье Ванделеров. Она закрывает дело об убийстве Стивена Ванделера, не отыскав виновных.»       Это Оливия уже читала в Нью-Йоркской газете, сейчас её волнует другое. Она пробегает глазами статью: никаких обвинений, никаких догадок и предположений о личности убийцы. Девушка спокойно выдыхает и закрывает газету.       Через несколько минут девушка поднимается со скамьи, кладёт покупки из киоска в сумку и продолжает прогулку по улице. Теперь она кажется ей не такой мрачной и провинциальной. Свернув на соседнюю улицу, девушка видит вывеску супермаркета.       «Посмотрим, что у них продают», - решает она и, потянув дверь, входит в светлое помещение магазина. Осматривая прилавки, девушка доходит до молочного отдела, в котором стоит стенд с батончиками. Она подходит к нему и начинает выбирать, чем перекусить.       Когда за спиной Оливии слышатся голоса компании людей, она не обращает на них внимания, пока кто-то с размаху не налетает на неё. Выронив из рук батончик, девушка пытается удержать равновесие и, развернувшись, задевает сумкой стеклянные бутылки с молоком, которые с дребезгом летят на пол. Завершив оборот в сторону упавшего на неё человека, Оливия видит перед собой кучку подростков её возраста, стоящую за высоким светловолосым парнем, чей взгляд прикован к полу. Проследив за тем, куда смотрит блондин, девушка понимает, что бутылки разбились о пол и залили ботинки и джинсы парня белым молоком.       - Прости, - говорит Оливия, немного смутившись, - я не хотела.       - Но я и моя одежда не виноваты в том, что ты такая кляча, - парень поднимает глаза на неё, в его лице девушка читает напряжение.       - Это ты меня толкнул, - Оливия ведёт перед собой рукой.       - За это я прошу прощения, но одежду придётся стирать тебе, - напряжение уходит, и глаза блондина смотрят насмешливо и нагло.       - Что… - Девушка делает вдох, - с какой это стати? Сам постираешь, ничего у тебя не отвалится!       - Если нет, почему бы тебе это не сделать? – Парень руками берёт штаны по швам и выходит из белой лужи.       - Знаешь что… - Оливия хватает с полки ещё одну бутылку и, пока парень не поднял на неё взгляд, выливает содержимое ему на голову. – Можешь принять душ в одежде.       Компания за его спиной, обсуждавшая сложившуюся ситуацию и выкрикивавшая советы, резко замолкает. Кто-то протяжно свистит. Блондин поднимает руку и перекидывает волосы назад, отжимая их; теперь по всей его одежде бегут белые струйки.       - Время бежать, - проговаривает после смешка темноволосая девушка на шпильках, в то время, как в компании стал подниматься шёпот. Оливия ещё стоит секунду в оцепенении, наблюдая за расползающимися белыми подтёками, после чего подрывается с места к выходу из магазина. Пока девушка бежит, кто-то кричит ей вслед:       - Увидимся в школе, новенькая!       Под возгласы и хохот Оливия выбегает из супермаркета и, не снижая скорости, сворачивает на первые попавшиеся улицы. После пятиминутного бега, когда лёгкие начинают гореть от холодного воздуха, девушка останавливается, чтобы отдышаться. Оглянувшись по сторонам, она замечает, что уже начало темнеть. Эта улица не кажется ей знакомой, и она понимает, что карту купила не зря.       Стараясь обойти главную улицу, с которой недавно был совершён побег, Оливия окольными путями добирается до дома. Закрыв изнутри калитку, она останавливается. Старая штукатурка содрана со стен, с крыши счищен мох – Ребекка принялась за обустройство дома. Когда Оливия входит внутрь, с кухни слышится голос матери:       - Привет, милая, что ты так долго?       Оливия не отвечает и скидывает обувь.       - Я вызвала рабочих. Представляешь, они по воскресеньям работают полдня, - Ребекка появляется с миской в руках, - но, думаю, через неделю наш дом преобразится, - её лицо озаряет улыбка. – Как погуляла?       - Я… устала, пойду отдохну, - девушка вешает пальто и направляется к лестнице.       - Поужинаешь?       - Нет, я поела, - Оливия ускоряет шаг. Вбежав в свою комнату, она захлопывает дверь и, прислонясь спиной, съезжает по ней на пол.

2 февраля

            Дорогой дневник, сегодня прошёл первый день в новом городе. Я ещё никогда не была в такой маленькой провинции, даже непонятно, зачем местным жителям машины, если весь город из одного конца в другой можно пройти за час с лишним.             Я уже поняла, что характер людей не зависит от названия города или штата, где они живут. Но если меня будут ненавидеть в этом городе, то по другим причинам. И я справлюсь, я обещаю себе, что на этот раз всё будет хорошо.