Ещё один первый снег

— Эй, Конни! Проснись и пой! Саша с радостным визгом ворвалась в мужскую казарму, поймав кучу недовольных взглядов сослуживцев: Жан быстро нацепил рубаху, перед тем хвастаясь бицепсами перед Эреном, Эрен отчаянно заругался и начал натягивать штаны. Конни недовольно повернулся к подруге, закрепляя последние ремни на плечах. Саша остановилась, задумчиво посмотрела на него. — Ты не так крепишь. Дай мне. Не ожидая ответа Спрингера, Саша подошла и спокойно застегнула ремни, которые почему-то перестали слушаться пальцев Конни. — Чего тебе? — буркнул он, и тут же забыл о своём недовольстве визитом подруги, потому что та радостно улыбнулась и поведала: — Снег пошёл! Они высыпали из казармы, на ходу поправляя ремни и одежду, подставили лица и ладони падающему снегу. Жан тут же сгрёб горсть снега, скатал снежок и запустил им в Эрена, Йегер упал в снег, беззлобно ругнулся на Кирштайна и в ответ кинул в него снежок. К ним присоединились Имир и Райнер, старающиеся показать Кристе, какие они меткие. Криста радостно визжала и барахталась в снегу, решив вылепить снеговика. Вскоре все рядовые разведкорпуса вступили в игру, радуясь тому, что увидели ещё одну зиму. Саша поймала снежинку на рукав, поднесла Конни запястье под нос. — Смотри, какая красивая! Разгорячённая Блаус действительно была красивой. Её лицо раскраснелось, шапка давно слетела с головы благодаря меткому снежку Имир, волосы покрылись снегом, дышала она тяжело, но сияла таким счастьем — оно и красило Сашу, по сути, простушку. — Очень красивая, — выдавил Спрингер, почему-то отводя глаза. Саша осталась довольна и убежала дальше играть в снежки, грозясь показать Имир кузькину мать. Конни отряхнул свою шапку от снега и вдруг поймал себя на том, что Саша говорила о снежинке, а он пялился на неё. И он разозлился, на себя и на Сашу, которая так глупо каждое утро врывается в казарму и видит, как он переодевается. Раньше его это не волновало, Саша и Саша, какая разница, что она там увидит? А теперь почему-то волновало. Вспоминалось, как он представал перед ней без рубахи и хотелось окунуть голову в снег, чтобы не гореть от стыда. Конни никогда не копался в глубоких материях. Иногда Жан начинал что-то вдохновенно говорить о любви к Микасе, иногда Райнер рассказывал, как обязательно женится на Кристе, иногда Спрингер видел, как Берт провожает грустным взглядом Энни. Сам Конни никогда не задумывался о вечном. И не то чтобы времени не было, просто рядом всегда была Саша, весёлая, живая и гиперактивная. Они вместе давно заслужили титул самой странной парочки и слыли теми ещё клоунами разведотряда. И на других девушек Конни не смотрел — есть же Саша! Пока Конни задумчиво рассматривал снег под ногами, кто-то прыгнул на него и обнял сзади, чуть не повалив в снег и дохнув теплом в ухо. — Саша! — Спрингер начал отбиваться, но та держала крепко, и они вместе упали в снег, возясь там и смеясь. Вынырнули из сугроба и посмотрели друг на друга, растерянно хохоча. Повинуясь порыву, Конни схватил Сашу за плечи, рывком притянул к себе и поцеловал в губы. Целоваться он не умел, но от парней в деревне слышал, как надо, так что старался изо всех сил. Блаус не стала вырываться, неумело отвечая на поцелуй, холодными пальцами касаясь его щеки с неожиданной для неё робкостью… Они уже не чувствовали снега, не чувствовали мороза, не слышали воплей товарищей… — Конни, Саша, чего вы делаете? — на них удивлённо смотрел Эрен. Спрингер фыркнул, встал и рывком поднял со снега подругу. Пока Эрен отбивался от снежков Жана, Конни сдёрнул с себя чудом уцелевшую шапку и нацепил её на голову Саши. Та удивлённо заморгала, но не протестовала. Вскоре они оба бросились в общую кучу, крича и бросаясь снегом, стараясь скрыть то, что щёки их раскраснелись не только от мороза.