Великолепный XXI век. Перезагрузка отношений.

Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.

Лев Толстой.

Семья Кануни и Азамов готовилась к большому празднику – Дню рождению дочери Михримах и Рустема. В этом году Хюмашах исполнялось четыре года. Праздновать они решили в семейном ресторане Хюррем, ради этого были приглашены дизайнеры, которые украсили зал в стиле «Рапунцель» - любимого мультфильма Хюмашах. Рустем сдавал позиции, в его делах что-то шло не так, и мужчина сидел без работы. Михримах же наоборот, она была самым востребованным и высокооплачиваем адвокатом не только Стамбула, но и Турции. Чтобы помочь мужу, девушка отправляла своих клиентов к Азаму. И однажды она сделала ошибку. Михримах отправила к мужу Грацию Мендрес, женщина занималась отправкой товаров в другие страны, однажды она была обманута, и потеряла огромное количество денег, сейчас же она требовала справедливости. Азам все свободное время уделял делу Мендрес. Не так все гладко шло и в семьи Баязида и Дефне. Девушка не могла забеременеть, руки опускались у обоих, парень часто задерживался на работе в компании легкодоступных девушек. Дефне все прекрасно понимала, и в случившемся винила только себя. Мехмет с Нулефер жили спокойной жизнью и растили маленького Сулеймана, и задумывались над еще одним ребенком, Мехмет хотел дочь, которая была бы похожа на его прекрасную жену. У Селима с Нурбану тоже было все хорошо. Девушка вновь была беременной, как показало УЗИ, на этот раз у них должна была родится двойня, что не радовало молодых родителей. У Джихангира тоже все было хорошо, парень делал большие успехи в спорте. Он был одним из лучших хоккеистов хоккейной команды. Михримах собиралась на праздник, Рустем сидел рядом и пересматривал документы по делу Мендрес. - Михримах, взгляни, это же стопки поддельных документов, - восхищенно произнес Азам, протягивая жене папку. - Рустем, я занята, вечером посмотрю, - закипая от гнева говорила Михримах. Девушка ревновала мужа к Грации, и любое упоминание о женщине вызывало у Михримах злость и агрессию. - Ладно, я нашел одну зацепку, я сейчас съезжу к Грации, нужно кое-что уточнить, - застегивая пуговицы рубашки говорил Рустем. - В День рождения дочери ты едешь к Грации? – возмущалась девушка. - Михримах, это займет полчаса максимум, - Азам поцеловал жену, и надев пиджак вышел из дома. - Вот сучка! – скинув все с журнального столика произнесла Михримах. В ресторане Хюррем все уже было готово, все гости были собраны, не было только именинницы. Михримах подъехала к ресторану вместе с дочерью. На Хюмашах было одето платье, которые пошила Айше-ханым в честь праздника, оно было идентичным к платью Рапунцель. После поздравлений все присели за праздничный стол. - Михримах, а где Рустем? – удивленно спросил Сулейман. - Он задерживается на работе, - расстроенно произнесла девушка, но тут же улыбнулась, дабы не вызвать подозрений у отца. - У вас все хорошо? – что-то заподозрив, спросил Сулейман. - Да, папа, все хорошо, - обняв отца, произнесла Михримах. Поговорив, Рустем вместе с Грацией спускались лифтом. - Спасибо вам, что вы занимаетесь моим делом, - поблагодарила Грация, незаметно нажав кнопку стоп на панели. - Моя обязанность помогать людям, - улыбнулся мужчина. - Что- то с лифтом, по-моему мы остановились. - Такое часто бывает, не понимаю, за что людям зарплаты платят, - наиграно покачала головой Грация. – Похоже, что мы здесь на долго. - Вот черт, у моей дочери сегодня День рождение, - выругался Азам, стукнув кулаком по серебряной двери лифта многоэтажки. - Не волнуйтесь так, я думаю, что вы успеете. Здесь немного жарко, вам так не кажется? – расстегнув пуговицу пиджака произнесла Грация. - Нет, по-моему кондиционер работает отлично, - Азам чувствовал себя некомфортно в этой ситуации. - Вы любите свою жену? – спросила Грация, взглянув мужчине в глаза. - К чему этот вопрос? Да, я люблю свою жену, она у меня лучшая, - не отрывая глаз от Мендрес, чуть разгневано произнес Азам. – Хвала Аллаху быстро починили лифт, - вышел из кабины открывшегося лифта сказал Рустем. – До встречи. Празднование подходило к концу, уставшие дети засыпали, и все гости расходились по домам. Разъяренная Михримах вместе с дочерью ехала домой, Рустем так и не приехал на День рождение Хюмашах. Дефне грустно сидела за рабочим столом, попивая горький напиток из бокала. Баязид снова уехал к другой, оставив ее одну со своими мыслями. Девушка уже не плакала, все попытки забеременеть были напрасными, врачи не могли найти причину, это еще больше выбивало девушку из колеи. Уложив дочь Михримах стала сама готовиться ко сну. Девушка сидела на кровати и расчесывала свои длинные волосы. Глупые мысли терзали голову Михримах. Девушка была уверена, что Рустем изменил ее, из раздумий ее вырвал голос супруга. - Михримах, прости меня, - тихо начал Рустем, подойдя к жене. - Ты должен просить прощения не у меня, а у дочери, - даже не взглянув на мужа ответила девушка, отложив расческу на прикроватную тумбочку. - Михримах, я застрял в лифте, - начал оправдываться мужчина, при этом поглаживая супругу по спине. - Хм, с Грацией? – ехидно спросила Михримах, яростно взглянув мужу в глаза. - Нет, один, - соврал Азам, стыдно опустив взгляд в пол. - Ты врешь, неужели ты думаешь, что я не научилась различать когда ты врешь, а когда говоришь правду? Я похожа на дуру? – сквозь зубы процедила Михримах и отвернула взгляд от мужа. - Михримах, даже если я и застрял в лифте с Грацией, это не значит, что я спал с ней, - Рустем был разгневан. - Конечно не спал, в лифте особо не поспишь, - съязвила девушка. – Спокойной ночи, Рустем, - укрывшись произнесла Михримах. - Михримах, запомни, я люблю только тебя, - приобняв жену произнес мужчина, на что девушка чуть заметно улыбнулась. Дефне лежала на кровати, допивая бутылку спиртного, она смотрела в стену, даже не хлопая глазами, по щекам текли два ручейка слез. Баязид вошел в комнату, он был разгневан таким состоянием жены. - Дефне, сколько можно пить? – выхватив пустую бутылку из рук жены спросил Баязид. - Я буду пить до тех пор, пока ты будешь ходить по шлюхам, - спокойным тоном ответила девушка, открывая бутылку вина. - Я буду ходить по шлюхам до тех пор, пока ты не родишь мне ребенка, - выхватив вино из рук жены сказал Баязид, и громко хлопнув дверью покинул комнату.