kitty

      Стайлз не силен в самоконтроле. Каждое полнолуние он переживает с трудом. Да, ему повезло, что рядом с ним друзья, готовые поддержать его в трудную минуту. И, конечно, Дерек, который всегда его поддерживает. Однако, рядом еще и Джексон, которого Стайлз не хотел бы знать в принципе.       По прихоти Стайлза Дерек не мог выгнать Уиттмора, хоть и понимал, что он тот еще подонок и еще доставит проблем. Однако, все привыкли к его остротам и желчным комментариям, даже по умолчанию считали, что змея-Джексон создает какую-то особенную атмосферу в доме, не смотря на то, что иногда отравляет ее.       На улице давно стемнело. Развалившись в кресле, Джексон лениво переводил взгляд то на окно, украшенное снежинками (правда, весь вид портило откусанное красное яблоко, лежавшее на подоконнике), то на разбросанные по полу бусины, некогда составлявшие единую цепь, то на носки, набитые конфетами и, по желанию Стилински, пакетиками с попкорном и зефиром и, наконец, на быстро мигающие огоньки, которые казались еще ярче за счет того, что отражались в елочных шарах. Однако, все это мелочи. Самым интересным объектом здесь был Стайлз, сидевший на ковре с несколькими коробками елочных игрушек перед ним. Парень искал небольшую упаковку шаров, сделанных по его заказу для всей стаи, но никак не мог ее найти. Попадавшиеся однотонные шары Стилински и вовсе швырял за спину, выражая негодование. Хорошо, что они были пластиковыми и не разлетались об пол так, как могли бы, будь они стеклянными.       Джексон с неподдельным интересом наблюдал за ним, посмеиваясь про себя, потому что чувствовал, как ребро упаковки шаров впивается ему в спину. Стайлз старался не обращать внимания на раздражающего Уиттмора, но тот видел, что это дается ему нелегко. Близившееся полнолуние сказывалось на его выдержке: чем более вызывающе смотрел Джексон, тем с большей злобой швырял Стайлз несчастные и невиновные шары куда придется. Оборотень смотрел на "кота" с некоторым чувством собственного превосходства, трактовавшимся никак иначе, как:"Эй, Стайлз, смотри, через час полнолуние, а мне, в отличии от тебя, не хочется лезть на дерево и мяукать! Ах да, мне и мяукать несвойственно, котик.". Подобные насмешки Джексон позволял себе нечасто, потому что Стилински находился в самом привилегированном положении у альфы, в котором только возможно находиться. И все же, когда минута представляется, он не может удержаться. Это же змея-Джексон. - Лови! - украдкой вытащив шар, предназначенный Скотту, волк подбросил и, не целясь, швырнул его в сторону Стайлза. Упав рядом с ногой сына шерифа, шарик раскололся на три части, хоть и был пластмассовый. Стилински поднял на него наливающиеся желтым цветом глаза, на макушке показались два кошачьих уха шоколадного оттенка. - Тебе следует больше времени тренироваться, Стайлз. - продолжал Джексон. - Я, конечно, ничего не знаю о твоем виде, но коты кажутся совершенно бесполезными и бесконтрольными оборотнями.       Самой уморительной для Уиттмора была та часть трансформации кота, когда хвост пробивал насквозь ткань брюк/джинс/шорт. На этот раз длинный, в тон ушкам, хвост прорвался сквозь любимые домашние штаны Стайлза, что стало для него последней каплей терпения. Почти черный кончик хвоста яростно заметался из стороны в сторону; небольшие, но острые клыки показались из уголков рта. Джексон шутливо поднял руки в знак защиты, хотя прекрасно понимал, что за счет полнолуния справиться с обезумевшим котом будет непросто (по правде говоря, только Дерек может привести его в чувства).       Правда была в том, что, будучи обращенным и в бесконтрольном состоянии, Стилински был до одури похож на кота. Он думал, действовал и вел себя так, как это полагается кошачьим. Разве что, он стремился сделать из недруга точилку для когтей, а так... Дерек даже считал его милым. - Может этот поймаешь? - встав так, что их разделяло кресло, Джексон подбросил и сразу же поймал шарик с трискелионом, а затем швырнул его в сторону елки.       В момент полета шара глаза Стайлза сфокусировались на нем, сочтя его целью. Ему казалось, что весь мир перестал для него существовать, как-будто теперь для него существовал один только шар, и только он имеет значение. Поддавшись инстинктам, Стилински решил поймать этот шар, даже если бы это стоило Джексону головы. Не заметив, что его ногу опутал провод, принадлежащий елочным огонькам, кот подпрыгнул и сразу же поймал шар, испытывая искреннюю кошачью радость за правильный расчет и спасенную игрушку.       Этажом выше, находясь в спальне, Дерек отмечал страницу книги закладкой, когда его мысли прервало пронзительное мяуканье. - Джексон! - от рыка альфы содрогнулся висевший на входной двери рождественский венок.