Не совсем обычная Нарния или как осчастливить яойщицу

«Какого хрена, мать твою, ты до сих пор не дома? Час ночи. Скоро вернется маман, и тогда тебе, а самое главное - мне, прилично влетит». СМС от старшего брата. Возвращаться сейчас домой, где девушку ждали уставшая и недовольная поздним возвращением мать, «любимый» брат, а так же железные решетки на окнах (ее ранние попытки сбежать из-под домашнего ареста дали результат) было не самым лучшим вариантом. Похоже, придется снова пожертвовать хорошим расположением со стороны родителей. «Плевать. Я не собираюсь снова торчать в этом тухлом местечке. Скажи ей, что я осталась ночевать у подруги, ну или… В общем, придумай что-нибудь» — ответила Аканэ и отключила телефон. Эту ночь она планировала провести на много интересней, чем дома. Родители привыкли к ее бунтарской натуре, но смириться никак не могли. С каждым разом они придумывали все более жестокие наказания, но дочь, казалось, не понимает их и не хочет понять, продолжая протестовать с новой силой. В конце концов их воля ослабла, а с отъездом отца в длительную командировку мать стала лишь изредка проводить с ней «воспитательные беседы» и лишала карманных денег, понимая, что домашний арест для нее понятие вымышленное. Ей всегда было плевать на чье-то неодобрение, запреты, угрозы и тем более — общественное мнение. Одно кривое слово со стороны постороннего человека и он рискует быть избитым, жестоко избитым, если со стороны брата, а в ссоре с родителями достаточно просто закрыться в комнате. Казалось, что невозможно достучаться до сердца этой девушки, простым знакомым даже сложно было представить ее, мило с кем-то беседующей. Однако существовали те особенные, с коими она вела себя прилично. Джейн до недавних пор была единственной, кто воспринимал Аканэ как девушку, а не ходячую проблему, она принимала выходки ее за способ общения и защиты от внешнего мира. Джейн была пятью годами старше Аканэ, но ни одну, ни вторую это ничуть не смущало. Она жила в небольшой съемной квартирке, которая часто служила приютом для блуждающей бунтарки. Девушки любили устраивать ночные посиделки под громкую тяжелую музыку, однако озлобленные «этими адскими криками» соседи то и дело нарушали их идиллию, что приносило немало проблем хозяйке квартиры. Однако Джейн дорожила подругой больше, чем отношениями с соседями, на самом деле она была малость неравнодушна к Аканэ, так что ради нее могла стерпеть многое. Джейн работала в секс-шопе, что не могло не интересовать ее ночную подругу (от того ночную, что виделись они зачастую лишь по ночам), однако, не совсем так, как того могла ожидать Джейн. Девушку конечно немного удивляла предрасположенность бунтарки к гейским сношениям, но против этого она ничего не имела. А с тех пор, как Аканэ открыла для себя возможности нового мира — положение Джейн вообще стало ей выгодно. При помощи подруги она без проблем могла достать любую вещицу для их слэшерских утех. Девушка никогда не расспрашивала Аканэ о ее целях, если та сама не желала об этом говорить. Бунтарка обычно не была разговорчива, если дело касалось ее жизни, да и Джейн не особо хотелось это знать. Возможно, из уважения, но больше из ревности. Она и представить не могла, в каких целях на самом деле Аканэ использует эти вещи. «Может, это даже к лучшему» — думала Аканэ, которая вполне могла представить, что воображает себе Джейн, — «никто не должен знать о моей тайне». Таковы были правила и личные соображения девушки. Никаких откровений в этом мире. Под утро девушка вернулась домой, где ее ждал очередной мини-скандал и поучительные высказывания. «Ничего, » — думала Аканэ, — «мне будет чем заняться в ближайшие несколько дней, которые придется провести дома». Она была уверенна, что сегодня снова встретит ту девушку, с которой они чуть не подрались при первой встрече. Тогда Аканэ и подумать не могла, что они станут лучшими друзьями вскоре. Она никогда в своей жизни никому не уступала, это было что-то вроде поражения, «уступая ты показываешь, что ты слабее» — что было несовместимо с ее принципами. Однако в тот раз девушка впервые изменила им. «Надеюсь, обещанная подруга не будет такой же упертой» — понадеялась Аканэ и уверенно переступила порог своей квартиры.

***

Отличный денек, чтобы бросить все и с головой погрузиться в мир гейских потрахулек» — размышляла Мика, закрывая изнутри дверцу шкафа. Она была явно в хорошем настроении, что случалось не слишком часто. Но сегодня парням повезло, ведь добрая яойщица на много лучше злой. А как насчет двух злых яойщиц? Девушка точно знала, где она найдет нужных ей парней. Они уже привыкли ко власти этих демонов, так что не видели смысла прятаться. Подходя к баскетбольной площадке, вопреки своим ожиданиям, брюнетка увидела лишь одну знакомую фигуру. «Странно, ведь в это время они всегда вместе играют». Аомине, увидав девушку нервно вздрогнул, вспоминая их прошлую встречу. — Отлично, — прошипел он, прикрывая глаза. — Я смотрю, ты очень рад меня видеть — коварно улыбнулась Мика. — Просто охуеть как рад. — А где же Кисе? — Рассеянно спросила яойщица. — Он нам понадобится сегодня, — добавила она, снова улыбнувшись. — Не повезло тебе, — ответил парень, потягиваясь, — он написал, что ушел с другой девкой из вашей шайки. Думаю, они где-то в его школе. — Другой? — удивилась Мика, — но она говорила, что будет занята еще минимум неделю… — Ладно, на месте разберемся, — сказала она, немного помедлив и двинулась в сторону вышеупомянутой школы, прихватив с собой несчастного Дайки. В школе было не так много мест, где можно устроить их слэшерские игры. Мика знала, что днем невозможно остаться незамеченными где-нибудь в кабинетах или служебных помещениях. Так что оставалось немного: подвал и чердак. Девушка решила начать с последнего, так как подвал ей самой нравился больше. Ранее яойщицы облюбовали это место, сюда никто не заходил уже лет сто, возможно, местные даже забыли об этом крыле, так что девушки решили сделать здесь свой укромный уголок. При помощи «безотказных» парней расставили огромные книжные шкафы так, чтобы образовалась небольшая комнатка, в которой можно скрыться от посторонних глаз, если такие все же объявятся. Притащили несколько матов из спортзала, старой школьной партой перекрыли вход в свое царство. Им даже удалось стащить старый диванчик из комнаты отдыха (пропажу которого так и не заметили), накрыли его принесенным одной из яойщиц пледом, а под подушками спрятали тюбик со смазкой. Именно поэтому девушки предпочитали школу Кайдзё всем остальным. Мика оказалась права — они действительно были там. Но вот то, кем именно были эти «они» повергло ее в замешательство. Девушка, которая сидела в углу была вовсе не Кира, — ее брюнетка видела впервые. «Так значит, мы здесь не единственные» — заключила Мика. Аканэ, услыхав шорох снаружи, с трудом оторвала взгляд от целующихся парней и, заметив пришедших, удивилась не меньше Мики. — Что еще за? — ошарашенно спросила она. Кисе, освободившись он влияния яойщицы, тоже заметил посторонних. У него появилась возможность слезть с полусонного Кагами и взглянуть на нежданных гостей. — Мика тоже? — удивился тот. — Мика? — Продолжала Аканэ, — кто это? — Вот это неждан, — говорил Аомине, сдерживая смех, — странно, что вы не знакомы, разве такие демоны не должны знать друг друга в лицо? — Тоже слэшер? — догадалась бунтарка, облегченно вдохнув. Мика утвердительно кивнула. Не зная, уходить или садиться рядом с девушкой, она мялась с ноги на ногу в проходе. — Где ты, черт возьми, шлялся, Аомине? Я как раз искала тебя. — Хм, а я — Кисе, — тихо добавила Мика. — Отлично, значит объединим их? — сказала Аканэ улыбнувшись, — правда, у меня были некоторые планы, но, думаю, ты не против… — Думаешь? — Да, думаю. Я хочу двойное. — Заявила девушка, не обращая внимания на протест со стороны парней. — Двойное? — Переспросила Мика, не сразу поняв, о чем речь. Когда до нее все же дошел смысл услышанных слов, она догадалась так же, кого яойщица хочет сделать пассивом. — Вообще-то в мои планы сегодня не входило нагибать Кисе. — Тихо ответила брюнетка. — Кисе? Ты шутишь? — насмешливо сказала Аканэ, — он же самый настоящий уке. — Почему это?! — Резко отозвалась Мика. — Да потому что уке, он и есть уке! — бунтарка начала злиться. — Сейчас будет экшн. — Шепнул Дайки, садясь на маты. Он как никто другой знал, что спорить с Микой опасно. Особенно когда дело касается ее принципов. Единственным разом, когда она сдалась без боя, был их самый первый раз в новом мире. Она считала Аомине и Кисе равноправными кандидатами на роль как актива, так и пассива. Ему даже казалось, что активом Рёта бывает чаще. Собственная гордость не позволяла ему думать о какой-то другой причине, кроме как ее, Мики, снисходительное отношение к блондину. Мика же, будучи хоть и скрытым, но борцом против системы, ненавидела всеобщее стереотипное мнение о Кисе. Даже когда самой ей он больше нравился пассивом, она делала наоборот все чаще, пытаясь доказать свою правоту. Ведь он вовсе не был таким уке, коим видели его многие слэшеры из ее мира. Это задевало девушку и вызывало желание протестовать. Если бы Аканэ согласилась с ней, Мика была бы не против ее идеи, однако были задеты ее принципы, а значит — девушка будет стоять на своем. — Я считаю, что он такой же семе, как и уке. — Продолжала настаивать брюнетка. — А мне плевать! Может я вообще считаю, что Куроко должен всех нагнуть. — Значит, я хотя бы попытаюсь понять твою точку зрения, прежде, чем с пеной у рта доказывать твою неправоту. — Спокойно ответила Мика. — Значит, ты ждешь понимания? — Сказала бунтарка, сбросив скорость. — Хорошо, докажи мне, что ты права. Если нет — будет двойное. — Идет. Вот на секунду забудь о своих убеждениях, представь, что видишь их впервые. Внешне они отличаются только цветом, ведь правда. То есть, разница в росте и телосложении отпадает. Да, Аомине все же более дерзкий и все такое, но разве ты впервые видишь дерзкого уке? А делать Кисе постоянным пассивом только из-за того, что он добрее и мягче — просто жестоко. Опять же, знаю много случаев, когда актив мягче душой. Теперь представь влюбленную пару. Ни один из них не является убежденным пассивом и оба любят друг друга, а значит — готовы на многое. Ведь очевидно же, что они будут уступать друг другу, а это — равноправное распределение ролей. В конце концов они одинаково хороши и одинаково жаждут быть сверху, значит, делая Кисе укешей — ты просто его не уважаешь. Аканэ, немного поразмыслив, заговорила: — Что же, возможно, ты и права. Пусть будет активом сегодня. Но при условии, что ему тоже присунут. — Хорошо, — согласилась Мика, хитро улыбаясь. Она была почти уверенна, что до этого не дойдет. — Тогда давай, устраивайся рядом — Аканэ похлопала по свободному месту. Мика осторожно присела, размышляя, с чего бы такого начать. Идей было много, но вот выбрать основную для этого раза — самая сложная задача слэшера. «Что ж, пожалуй, начнем с непритязательного заигрывания… » — подумала она, и тут же Кагами подошел к блондину, мило усмехнувшись. Кисе приподнял бровь, но ответил улыбкой — противиться мысленному повиновению Мики было бесполезно. В продолжение парень легонько подтолкнул Рёту, заставляя сесть. Тот в свою очередь вальяжно расположился на матах, а с его губ не сходила улыбка. — Иди сюда, — слегка повелевающим тоном обратился он к Кагами, невольно вздрогнув — такое поведение для него было несвойственным, а потому непривычным. Дождавшись, когда красноволосый приблизится, он сильно, но чувственно схватил его за ворот майки, притягивая к себе так, чтобы их глаза встретились. — Целуй его. — Дерзко сказала Аканэ. Кагами лениво переместил центр тяжести, усаживаясь на колени к Кисе. Затем неловко приобнял его за плечи и поцеловал, прикрывая глаза от смущения. Блондина забавляла реакция Тайги. Сам он волей-неволей привык к подобному, в отличии от Кагами, который никак не мог втянуться. Парень понятия не имел, как вообще можно привыкнуть к регулярному принудительному сексу чуть ли не с кем попало, да еще и на глазах у незнакомых девушек. Рёта, получив очередной приказ, положил руки на ягодицы парня. Тайга вздрогнул, но остался в прежнем положении. Он крепче обнял Кисе, разрывая поцелуй и утыкаясь в его шею. Мика взглянула на Аомине, который оставшись без внимания, подумывал о том, как бы незаметно свалить. Кивком она обратила на него внимание бунтарки. Ей было интересно, что предпримет яойщица относительно Дайки. — Даже не думай об этом. — обратилась к нему Аканэ, — давай, помоги блонди возбудить нашу недотрогу. Ао неуверенно приблизился, прижимая Кагами спиной к себе. Руки заскользили по его груди под майкой. Осторожно наклонившись, Дайки поцеловал парня в шею, а после чуть укусил мочку уха. С губ Кагами сорвался первый невольный стон. Хотя ему того и не хотелось, но парень почувствовал ответную реакцию. Руками он крепко обнял Кисе за талию, будто бы прося поддержки. Однако ответом послужил поцелуй, глубокий и нежный, но довольно жёсткий. Тем временем Аомине вновь коснулся губами шеи уке. Языком он нежно провёл вниз, обводя предплечья и ключицы. Рёта, не прекращая целовать парня, резким движением снял с него майку, проигнорировав недовольный взгляд Дайки, и опустил руки к ширинке Тайги. Тот, не ожидая от Кисе таких действий, резко отстранился, полностью опираясь на Аомине. Все было словно в тумане до этого момента. Кагами невольно забыл о решении яойщиц и просто отдался ощущениям, которые дарили ему поцелуи парней. Однако сейчас он вспомнил, что его вот-вот собираются лишить анальной девственности. На секунду его охватила паника, он крепко вцепился в руки синеволосого, но увидев выражение его лица в тот момент, заставил себя успокоиться. Кисе не теряя времени снял с него всю одежду и, оказываясь между ног парня, уселся поудобней. Он ловко поймал смазку, брошенную ему одной из яойщиц и нежно погладил Кагами по низу живота. Заметив тревогу в его глазах он нагнулся, чтобы поцеловать парня. Медленно проведя рукой по возбуждению Кагами, Рёта начал ускоряться. В то же время Аомине коснулся его губ двумя пальцами. — Вот так, хороший мой, — процедил он сквозь зубы, злобно косясь на Аканэ, заставившую его сказать это. Второй рукой он потянулся к ширинке, расстегивая и начиная ласкать себя. Глазами парень жадно ловил каждое движение Кисе, заставлявшее стонать красноволосого все сильнее. Вскоре у того вырвался рваный вздох, и в тот же момент у его губ оказались губы Дайки, который перехватил этот вздох в глубокий поцелуй. — Пора бы поменять позицию, — протянула бунтарка, и Тайга соскользнул с колен блондина, оказываясь теперь на полу и поворачиваясь спиной к Рёте. Воспользовавшись такой ситуацией, второй семе прижался к его губам пахом. Кагами, принимая свою участь, неуверенно потрогал головку губами. Сверху это выглядело так нежно и невинно, что Аомине не смог сдержать смешок умиления. Однако вспоминая свой первый раз, ему стало даже немного жаль парня. И видя, как Тайга дернулся, пробуя его на вкус, Дайки успокаивающе погладил того по волосам, как бы призывая довериться ему. Это слегка успокоило красноволосого и он уже более уверенно исследовал орган парня, полностью вобрав головку и позволяя Аомине подтолкнуть себя. Зная, что Дайки не спускает с него глаз, Кагами старался молчать, когда Кисе собственнически ощупывал его задницу. Он еле сдержался, когда парень не сильно, но довольно громко шлепнул его, оставив красный отпечаток на смуглой коже. Но когда блондин с первым толчком задел чувствительную точку, Тайга тихо застонал и, дернувшись, глубже насадился на член Дайки, от чего уже и он не смог сдержать хриплого стона. Даже сейчас Аомине не мог оторвать взгляд от Рёты. Его пленили эти медовые глаза даже больше, чем сладкие стоны растаявшего Кагами. «Довольный как кот, — подумал парень, отводя взгляд, но сразу же возвращаясь к соблазнительным губам Кисе. — Интересно, у него такой же видок когда он трахает меня?» — удивляясь собственный мыслям, он потянулся, чтобы поцеловать блондина. Кагами перестал обращать внимание на свое положение, на девушек и даже на ненавистного Аомине. Он полностью перестал соображать, отдаваясь наслаждению, победившему его разум. Теперь он хотел этого. Хотел, чтобы Кисе входил глубже — и тот, словно читая его мыли, толкался глубже, отчего и сам Кагами дергался вперед, почти полностью поглощая член Дайки и срывая хриплые стоны с его уст. Сам же Тайга не кричал на весь подвал только из-за преграды во рту. Он явно был на пределе. Перед глазами все плыло и руки, служившие основной опорой, сильно дрожали, не в силах больше держать тяжелое тело. Еще несколько сильных толчков и Кагами, окончательно теряя контроль над сознанием, громко застонал и упал в бережно подставленные руки Аомине. Сегодня у Тайги была особо выматывающая тренировка, так что после незапланированного приложения к ней он просто отрубился. Происходящее вокруг было как плохо запомнившийся сон. Кажется, кто-то кому-то дрочил, потом кто-то смеялся, спорил и все затихло. Когда он пришел в себя, то понял, что яойщицы давно ушли, а сам он лежал в объятьях мирно спящего Дайки, которого Рёта тщетно пытался разбудить. Ему стало смешно и немного грустно. — Сколько времени прошло? — Спросил он сонным голосом. — Где-то полчаса с тех пор, как ты уснул. — Ответил ему Кисе. Явно уставший от своих попыток, он просто лег рядом с парнем. — Когда он проснется с возмущениями, давай побьем его? — Давай. — Сказал Кагами вполне серьезно, словно игнорируя шутливый тон Рёты.