Расплата цвета крови

- Очень вкусно! Твои родители мастера своего дела! – восхищалась пожилая женщина, откусывая кусочек свежего хлеба. – Как хрустит! Надеюсь, девочка моя, ты будешь такой же искусной мастерицей, когда займешь место отца и матери. - Спасибо за вашу доброту, мои родители вкладывают душу в свою работу, - лицо девушки озарила искренняя улыбка, а в глазах мелькнули капельки радости.       «Это было их заветной мечтой. Мама рассказывала как сильно и навсегда полюбила моего отца, подумать только они уже сорок лет вместе и очень счастливы. Мамина мечта сбылась, когда мой отец принял ее предложение создать свое дело. Вот к чему это привело – пекарня нашей семьи известна по всему Арганиусу» - Ну что ты, моя дорогая, - женщина со всей теплотой обняла девушку. – Слезы радости говорят о твоей доброте к родным, к этому городу. Оливия ты словно лучик счастья, сияющий в Арганиусе, чистая душой и невинная телом. - Спасибо, Мартанида, кушайте на здоровье. К сожалению, мне нужно бежать, работа ждет. - Подожди, милая! Прости старую, совсем заговорила. Вот, держи, - женщина передала слегка потрепанный лист бумаги в руки девушке. В нем указывалось необходимое количество белого и черного хлеба, а также пирогов с капустой и яблоками. – Хочу порадовать внуков к их приезду. Не могла бы ты принести их ко мне домой? Моя старость дает о себе знать. - С радостью, я принесу их завтра утром, а сейчас мне пора. Досвидания, - улыбка не сходила с губ девушки. Выйдя из-за прилавка, Оливия взяла плетеную корзину из белой березы и поспешила разносить заказы.       Семья Оливии уже десять лет владела пекарней у набережной. Девушка только разносила заказы в свои восемнадцать лет, хотя ее душа лежала к совсем другому мастерству. Она понимала, что не может предать родителей, ведь они полны надеждой, что их единственная дочь продолжит печь.       Оливия была родом из Арганиуса, маленького городка в королевстве Разавелла. Всего таких королевств четыре: Перганиус, Разавелла, Маркантош и Сирцелия. Несколько веков назад они были объединены в одно целое. Был раздор между сыновьями Рудриха I и началась разруха. Убив отца, сыновья несколько лет воевали за право властвовать всеи империей, но пришли только к одному выходу – поделить ее на четыре части. Так началась новая жизнь, тяжелее прежней. Люди привыкли выживать в этом беспощадном мире и радоваться каждой маленькой частичке счастья. Разавелла отличается от остальных трех королевств, здесь сохранилось умиротворение, которое не присуще людскому народу, но жители Арганиуса волнуются, что рано или поздно господство трех королевств обрушится на их тихий городок.       «Осталось два заказа, но с ними чуть позже. Сейчас я хочу увидеть его», - девушка забежала во двор кузни. Открыв массивную дверь, Оливия прошла внутрь, застав владельца кузни за работой. Перед ее взором предстал мужчина двадцати пяти лет, одетый в домотканую рубашку, с закатанными рукавами поверх которой был надет кожаный фартук до колен. На ногах -серые штаны и потертые сапоги. Рубашка плотно облегала мускулистое тело мужчины, что заставляло девушку иногда ревновать - ведь на него заглядывались и другие местные жительницы. Сердце бешено колотилось и не хватало воздуха. Девушка радовалась, что видит его растрепанные волосы, капельки пота, выступающие на светлом лице, слегка измазанном в саже. Заметив посетительницу, мужчина поднял голову. В его глазах читалась радость видеть светловолосую красавицу. Сняв тяжелые перчатки, мужчина приблизился к Оливии. Их губы слились в сладком поцелуе, влюбленные утопали в объятиях друг друга, забыв о времени. - Роджер, - тяжело дыша, произнесла Оливия. – У меня еще есть заказы, а ты уже дразнишь меня, - девушка смеялась, утопая в глазах своего избранника. Словно агат они переливались, заставляя восхищаться ими снова и снова. - Не буду тебя отвлекать, - мужчина улыбнулся, забирая из рук девушки корзину с завтраком, состоящим из свежей выпечки, молока и бутербродов с домашним паштетом. - Спасибо, - Роджер поцеловал девушку в лоб на прощание и возвратился к работе. «Со дня нашего знакомства с Роджером прошел ровно год. С того момента многое изменилось, не считая того, что наша свадьба через три дня и все приготовления почти завершены. Самый главный элемент торжества - свадебное платье. Здесь не обошлось без помощи мамы. Она помогала с выбором ткани, фасона и цвета. Платье простое, но со вкусом: нежно-голубого цвета, ворот платья отделан вышивкой, как и низ широких рукавов и кушак, аккуратно завязанный на платье. Сердце замирает от радости. Не могу дождаться, когда стану его женой», - размышляя, девушка не заметила, как добралась до дома. Было уже поздно, и усталость давала о себе знать. Оливия переоделась в ночную рубашку и легла на кровать, но девушке не удавалось заснуть. Оливия разглядывала металлическое кольцо, подаренное Роджером в день, когда было сделано предложение. На нем красовалась алая роза, лично выкованная женихом. Девушка всегда разглядывала кольцо, когда не могла уснуть – теплые воспоминания помогали заснуть. Следующий день не предвещал ничего особенного, пока родители не сказали Оливии, что сегодня уедут. - Дочка, мы отправляемся в Карамэл, соседний город, на день. Мы узнали, что там проходит ярмарка и пополнить запасы будет не лишним. Путь туда недолгий, но выматывающий. Присматривай за пекарней и выполняй свои обязанности, - папа поцеловал девушку в лоб и, накинув черный шерстяной плащ, вышел вместе с матерью из дома, оставив после себя одиночество.       В этот день заказов выдалось больше, и девушка расправилась с ними только к ночи. Оливия закрыла пекарню и отправилась в сторону дома. Мостовая была слабо освещена и, чтобы не волноваться, девушка напевала знакомую мелодию. Внезапный удар и девушка упала, потеряв сознание.       В чувство ее привела ноющая боль, словно огонь, обжигающая все тело. Что-то поменялось с момента ее падения – девушка не лежала, а стояла, опираясь спиной на что-то холодное. Чужие руки с неведомой мощью обхватывали ее тело, и раздавались хлюпающие, чавкающие звуки, отдающиеся в голове девушки. Оливия пыталась осознать происходящее и понимала, что времени остается все меньше и меньше. Подступило отчаяние вместе со слезами, которые, не переставая, текли из небесно-голубых глаз. Девушка не могла сдаться. «Я не хочу умирать!», - доносилось в мыслях, словно ее душа пыталась докричаться до разума. Глаза закрывались, но мгновенно, словно вспышка промелькнул образ Роджера. Девушка попыталась закричать, но разбойник закрыл рот рукой. Тогда ей не оставалось ничего, как укусить его со всей силой, которая у нее осталась, за руку. Разбойник вскрикнул и выпустил девушку из рук. Оливия бросилась наутек, но из-за ран и боли бежать было тяжело, и она понимала, что возможно никогда больше не увидит родителей или Роджера. Слезы наворачивались на глазах. Она слышала шаги приближающегося преследователя и, потеряв силы, упала, постепенно теряя сознание. Единственное, что она услышала: - Расслабься. Тебе недолго осталось, - он выговаривал каждое слово с улыбкой и жестокостью в голосе. Его не волновало, что станет с этой невинной девушкой. Он должен был завершить начатое.       Раздавалось цоканье копыт. Наездник тщательно скрывал свою личность, облачившись в угольно-черный плащ с капюшоном, и явно куда-то спешил. Позади мужчины был привязан мешок, о содержимом которого можно было только догадываться. Добравшись до обрыва, он отвязал мешок, привязанный позади седла, и выбросил в неизведанную мощь воды.