Все о нас.

Не могло быть все хорошо так долго. Просто не могло.  Эту простую истину Агте понимал, как нечто неизбежное. Рано или поздно что-то должно было случиться. Это мог быть мутный Грей или вспыльчивый Ред, довольно часто ругавшийся с Агте из-за их отношений с Тайрой. Это могла быть ссора между ними из-за любой фигни или ерунды.  Поэтому, когда его отец вдруг сказал, что им нужно поговорить, рыжий чувствовал лишь отчаянное смирение. Было и в тоне, и в жестах слишком непривычная резкость для его спокойного, рассудительного отца. И мать стояла возле окна, сложив руки на груди и сжав ладонями локти. Плохие оценки? На него пожаловались учителя, что он много времени проводит с неблагополучными детьми? Прогулы? Снова переезд? Последнее казалось самым худшим из всех вариантов. Отец был краток, ведь он всегда ценил и свое время, и время других. Он, с виду, спокойно и вкрадчиво рассказывал Агте о том, что вчера ему пришлось заскочить к своему боссу в частный район. И, когда он сел в машину, чтобы уже наконец-то вернутся домой, застал "очень неприятную и отвратительную картину", – как выразился его отец. Его губы сжимались в упрямую полоску, видимо, он пытался подобрать слова, но рыжий уже и так знал, о чем пойдет речь. Тайра с большим трудом поборол в себе жгучий стыд и злость, и сам, первый, подошел и помирился с Агте. При том, что рыжий-то с ним и не ссорился. Но, за подобный подвиг, он прямо-таки гордился собой, и даже думал в итоге, что это было совсем не постыдно. Но с другой стороны его драпала уверенность в своей правоте, так как, даже если он и поддался немножко... Совсем чуть-чуть ослабил бдительность, так урод Агте сразу же не побрезговал воспользоваться ситуацией!  Последний пинок под зад в сторону примирения дали Берилл и Кольт. Тайра до сих пор не мог понять, как близнецы поняли, что они с Агте уже дошли немного дальше, чем просто друзья. Они ничего не говорили при всех, но, оставшись наедине с хулиганом, начали... И закончили они дракой. И потом еще получали не раз.  Но именно их слова направили Тайру в нужную сторону. "В конце-концов ты всегда был таким. Ну ты понял, да?  Вряд ли хоть одна женщина могла бы выдержать тебя, у тебя же самообладания ноль, а Агте вон молодцом, терпит все твои побои. На данный момент ты и не сможешь по-другому.  Подумай об этом". В любой другой раз они бы мигом получили по наглым рожам, но тогда Тайра и в правду задумался. Задумался, понял и извинился. И было как-то легко от этого. Все еще стыдно, но легко. Тайра очень не любил, когда его будят. А его будил чуть ли не каждый шорох. Клац. Хулиган поморщился во сне и уткнулся лицом под подушку. Клац.  Дернул ногой, поворачиваясь на другой бок, недовольно простонал.  Клац. Окончательно проснулся, но упрямо натянул на голову одеяло, поджав ноги к животу. Клац-клац. Шумный топот так и сквозил злостью, руки дергали свирепо створки окна, пока оно не распахнулось. Но весь пыл как-то стих, когда он увидел бледные, в свете фонаря, рыжие патлы.  Агте не хотел шуметь, поэтому просто помахал и указал на дверь.  Тайра заторможенно кивнул в пустоту, развернулся и рванул вниз, попутно спотыкаясь о все углы. Тяжело дыша, он открыл входную дверь и уставился на Агте. Ему не привиделось, это и вправду был он. — Что ты тут делаешь? — на автомате спросил, не повышая голос, мелкий. — Можно я зайду? — услышал он вместо ответа. Со сна все тормозят, так что Агте терпеливо подождал, пока Тайра насмотрелся на него и таки распахнул дверь, отступая в глубь темной комнаты. Он закрыл за ним дверь, и молчаливо направился в сторону лестницы, приложив указательный палец к губам и характерно тсыкнув.  В комнате он включил свет и кинул беглый взгляд на часы. Почти четыре часа утра, какого черта? Первой же реакцией было раздражение и злость, желание ударить за то, что разбудил непонятно какого фига в такое время, но на задворках агрессивного сознания долбилась мысль, что все это не просто так. Он обернулся, оценил придирчивым взглядом своего парня. Помятый вид, на плече увесистый рюкзак, волосы растрепаны. Лицо озирает глуповатая улыбка, но глаза какие-то блеклые, непонятные, он суетится и не дает хорошенько рассмотреть его лицо. — Ты не против, я у тебя сегодня переночую? — ероша неловко рыжий затылок, спрашивает он. Тайра смотрит выжидательно, садится на кровать, складывая руки в замок и опираясь локтями в колени. Агте напрягается, потому что Тайра ведет себя не так, как он планировал. Он смотрит на него цепким взглядом, не истерит и не дерется. Молчит, в конце концов. — Агте, что случилось? — оказалось, голубые глаза могут становиться холодными и серьезными. Агте пытается отшутиться, но получается очень криво: — Знаешь, мне сложно говорить с человеком, который сидит передо мной в одних трусах. — Не заставляй меня повторять. — Почти перебивает его Тайра. И Агте просто не выдерживает. Он сейчас слишком уязвим, возможно, такие случаи его слабости за всю жизнь можно пересчитать на пальцах. — Мои родители. Они все узнали о нас. Сегодня я переночую у тебя, а завтра разберусь, что с этим делать. — Отворачиваясь, говорит он и кидает рюкзак на пол, снимает дергано ветровку. Почему? Почему после его слов так неприятно холодно внутри. Почему Тайре тяжело дышать, когда он видит такого Агте.  Тайра поднимается, подходит к рыжему и обнимает его со спины. Откуда это чувство, что вот именно сейчас Агте очень нуждается в нем. Ранее было только наоборот, Тайра уже много раз нуждался в его поддержке. — Если не хочешь, можешь не рассказывать... Но... Я все равно могу выслушать. — Шепчет он между лопаток в напряженную спину. Агте стискивает до боли зубы, сжимает руками теплые ладони на его торсе. Они ложатся в кровать, остывшую за столь длительное время. Лицом к лицу, смотря друг на друга в почти кромешной тьме. Не видя, но чувствуя. — Папа редко повышал голос. Сначала все было более ли менее спокойно, но потом... Я уже так четко и не помню. Крики, ругань, мамины слезы. Ударил меня, но я его не виню. Заслужил же. Собрал вещи в порыве и ушел. Шастал по городу, думая, переваривая все в себе. Знаешь, вот вроде бы ощущаешь себя таким взрослым, а на самом-то деле нифига. Сложно все. — Послышался вздох. — Извини, что так среди ночи завалился. — Ничего! — поспешно заверил его Тайра. — Все в порядке, я не против.  Молчание затянулось и стало неловким.  — Я не знаю, что говорить. — Честно признался Тайра. Но это не значит, что он ничего не чувствует. Просто чувства ему эти не знакомы, он не знает, что это. — Давай просто спать. Хочется, чтобы этот день поскорее закончился. — В голосе Агте отчетливо слышалась усталость. Он обнял Тайру, который даже не дернулся, пытаясь отстранить его. И в этом теплом коконе объятий стало немного легче. Это был первый раз, когда они спали вместе.