Лабиринт
28 ноября 2015 г., 09:28
Прошло несколько лет. Эрен все хорошела, а характер изменился настолько, что никто бы и не смог подумать, что она была когда-то безобидной овечкой. Но изменилась не только она, но и ее жизнь, особенно после смерти мамы.
Эрен на тот момент было десять. ДЕСЯТЬ лет!!! Она иногда сама задавалась вопросом: "За что? Почему? Почему судьба распорядилась именно так?" Счастливо прожить десяток лет, зная, что мама всегда рядом с тобой...
Это случилось четыре года назад. Одиннадцатое декабря. Суббота. Казалось, ничего необычного не предвещает этот день. Стоял один из таких дней, когда кажется, что жизнь безоблачна. Эрен вместе с мамой как раз трудились на кухне над новой порцией пирожных для лавки, которую они совсем недавно открыли. Эрен то и дело заглядывала в книгу рецептов, чтобы сделать все самостоятельно, а главное — правильно. Но все получалось наперекосяк. Тесто липло к рубашке, шоколад не таял, а превращался в жесткий подгорелый песок. Мама радостно улыбалась, ведь она вырастила такую помощницу.
— Эрен, если ты хочешь испечь вкусное пирожное, то книги тебе не помогут. Все нужно делать от сердца. Ты же не будешь закладывать листы бумаги в тесто? — шутя, посмотрела на дочь Карла.
— Но и частичку сердца ты не оторвешь от себя и не положишь в него, мам — немного обидевшись, ответила Эрен.
— Ну, это не совсем так... Я имею ввиду в переносном смысле, — поправила себя Карла.
Карла настроила духовку и положила на противень маленькие формочки для пирожных, вылила содержимое из глубокой деревянной чаши и поставила печься. Совсем скоро в доме будет витать аппетитный запах свежей выпечки...
— Мам, можно я с Микасой и Армином погуляю? — моя руки, спросила Эрен.
— Ну конечно. А потом можешь пригласить своих друзей к нам на чай, — не оборачиваясь, ответила Карла, в это время занятая мытьем грязной посуды.
Эрен быстро переоделась в свою любимую темно-серую куртку с синими джинсами и побежала вприпрыжку к двери.
— Эрен, погоди секундочку, — вытерев руки об полотенце, Карла подошла к дочери.
— Что? — обернувшись, спросила Эрен.
— Дай-ка мне на тебя посмотреть, — сказала Карла, оценивая, как выглядит ее дочка.
— Ну просто красотка. Не хватает лишь одной детали... — с этим словами Карла подошла к шкатулке, вытащила оттуда кулон и надела его на Эрен.
— Мама, спасибо, он такой... — не найдя подходящего слова, девушка стала просто молча смотреть на него своими большими глазами.
— Знаешь, а я ведь его носила в детстве, когда мне еще было столько, сколько и тебе. Нравится? — оценивающе смотря на дочь, сказала мать.
В ответ Эрен просто кивнула.
— Ну вот и хорошо, иди, — улыбнувшись, сказала Карла дочери, застывшей в удивлении от такого подарка.
— Спасибо еще раз, — Эрен кинулась с объятиями на маму, а через пять минут уже стояла за порогом дома.
Выйдя во двор, она сразу заметила Микасу с красным шарфом, с которым та никогда не расставалась, и в черном пуховике. Рядом с ней шел Армин в ярко-голубой куртке, добродушно глядевший на падающие снежинки. Эрен успела выяснить, что они уже долго ее ждут по снежным ангелам, которые окружали ее дом. Поэтому не задумываясь подбежала к своим друзьям, ожидавшим ее у калитки.
— Долговато,— протянула брюнетка.
— Ну, прости, но возможно я смогу компенсировать твой ущерб времени, — вытаскивая из кармана миндальное печенье, сказала Эрен.
У Микасы вмиг заблестели глаза. Любимое печенье ей было всегда в радость, особенно если его делала Эрен, поэтому, поблагодаривши, взяла печенье и начала есть.
— Иногда я думаю, что ты ее скоро откормишь так, — прокомментировал Армин.
— Я тебе, кстати, тоже принесла, — Эрен засунула руку в карман и вытащила на свет уже арахисовое печенье, — лови, — девушка кинула Арминну печенье, и тот с легкостью поймал его.
— Спасибо, — откусив немного, сказал он.
— Ладно, тогда пошли? — Эрен взяла обоих за руки и повела их.
Доедая печенье, Микаса спросила:
— А что это за кулон?
— А... Мне мама сегодня подарила, — радостно сказала Эрен.
— Очень красивый, — добавила Микаса.
— Ну, так куда мы идем? — спросил до сих пор молчавший Армин.
— Вы же знаете, куда я хочу попасть уже на протяжении двух лет? Так вот, сегодня я бы хотела вам... — Эрен не успела договорить, как вдруг нечаянно врезалась в прохожего. Причем так, что девушка поскользнулась на льду и вот-вот бы упала, если бы только друзья не среагировали так быстро.
— Ой... Простите, — краснея, сказала Эрен мужчине с седыми волосами и ,что самое главное, на вид совершенно молодым, однако лицо казалось чересчур бледным, как смерть. Казалось, он даже и не заметил, как Эрен с ним столкнулась. Но затем произошло то, чего никто не ожидал: он начал орать, как сумасшедший и сразу же убежал.
— Армин, с тобой все в порядке? — спросила Микаса.
— Эм... Микаса, я думаю, ты должна задать этот вопрос совсем другому человеку, — немного погодя, добавил Армин, продолжая смотреть на спину убегавшего. — Может продолжим наш путь?
Микаса и Армин прошли вперед, что-то обсуждая, но Эрен до сих пор не могла понять, что же сейчас произошло. В этот момент девушка обернулась и увидела, как этот безумец еще бегал, но уже с какой-то железной штукой в руках. Как Эрен ни присматривалась, но так и не увидела, что это был за предмет.
"Стоп! Погодите-ка в той стороне находится же мой..."
— Эрен? — позвал ее Армин, вынув подругу из раздумий .
Эрен быстро побежала к своим друзьям, которые уже были в десяти метрах от нее.
— На чем же мы остановились? А! Так вот, сегодня я хочу посвятить вас в мой план: сегодня я отправлюсь за стены в лес.
Армин от удивления чуть не подавился собственной слюной.
— Ты уверена? Это же опасно! Я слышал, что люди оттуда выходят инвалидами, а некоторые вовсе не возвращаются!
— Эрен, я запрещаю тебе, — без каких-либо эмоций отрезала Микаса.
— Ты мне не указ. Я же просто хочу повидать мир, который спрятан от нас! — возмутилась девушка. — Разве вам никогда не было интересно, что же там на самом деле? — уже тише добавила она.
Наступила долгая тишина, как вдруг раздался выстрел, второй, третий.
Ребята встали как вкопанные и посмотрели в сторону, откуда был слышен пронзительный звук.
Эрен ужаснулась: "Что... Что это было? Выстрел? Но как? Ведь оружие в нашей стране выдается только людям, которые пойдут за стены, и то они потом возвращают их обратно..."
И тут она вспомнила ее сумбурное столкновение с тем мужчиной. И отдельные кусочки мозаики вдруг сложились в ужасную картину.
Седые волосы у молодого мужчины...
Его ор на весь квартал...
Железный предмет, который она так и не увидела...
Эрен вдруг подумала: "Не может быть... Там же находится мой дом... Мама."
И Эрен сорвалась со своего места. Ей просто нужно проверить. Убедиться. "Нет, все с мамой в порядке. Все будет хорошо." Она уже даже не слышала голосов ее друзей, которые бежали за ней.
Прямо, налево, вправо.
Она почувствовала, как у нее защипало в глазах."Быстрее ... Еще быстрее."
И ,наконец, она увидела свой дом с открытой дверью и в окружении людей.
—Пропустите! — протискивалась сквозь толпу Эрен. Буквально выпрыгнув из нее, Эрен быстро забежала домой, автоматически закрыв дверь. В квартире не было ничего удивительного. Даже мебель не была раскинута, но что-то было не так. В квартире до сих пор веял тонкий запах пирожных, но уже другой... Необычный как... Кровь?!
— Мама! — прокричала сквозь слезы Эрен. — Мама!!!
Эрен начала искать ее. Ни на кухне, ни в спальне, ни в рабочем кабинете — ее нигде не было. Осталась только гостиная. Эрен незамедлительно побежала туда. И нашла ее. Мама лежала на полу, прижимая к животу фартук.
—Мама! — подбежав к ней, Эрен взяла за руку. Холодная... Как лед. Ногти слегка желтые. Лицо бледное, из губы течет маленькая струйка крови. Карла едва открывала глаза.
—Э...Эрен — прошептала она.
—Мама! Мамочка! Кто это сделал?! Тебе... Тебе срочно нужно в больницу, — Эрен вытащила из куртки телефон и набрала номер скорой помощи. Но Карла промолвила:
—...уже слишком поздно... — с этими словами Эрен от испуга выронила телефон.
—О... О чем ты говоришь, мам?! — прохрипела Эрен, широко раскрыв глаза, из которых не прекращали литься слезы.
Эрен слегка отодвинула фартук от раны. Кровь начала лить с удвоенной силой из маминого тела. Прижав ткань снова, Эрен осознала: "Я совсем не знаю, что делать."
Карла слабо улыбнулась: "Эрен, живи... — Карла начала задыхаться.
—Мама, ничего не говори, прошу тебя, — Эрен держала ее за руку.
—Эрен... Обещай не идти за стены... — прохрипела Карла и в последний раз закрыла глаза.
Эрен почувствовала, как рука мамы соскользнула с ее и упала на пол. Эрен нагнулась над бездыханным телом.
—Нет...— прошептала Эрен, обнимая свою мать. —Нет! — закричала она от боли в груди. В этот момент она ощутила головокружение и упала рядом, медленно закрыв глаза. Она еще смутно видела, как полицейский вбегал в квартиру и что-то докладывал по рации. Но ничего не слышала, кроме гулкого биения сердца.
Через несколько дней она очнулась на больничной койке, вокруг которой сидели ее друзья и отец. Заметя, что Эрен открыла глаза, друзья начали расспрашивать у нее, как она себя чувствует. Но она молчала, как и отец. В тот день Эрен поняла, как может поменяться жизнь человека из-за собственной ошибки. "Если бы я не пошла тогда гулять, я бы смогла ее защитить!" — так думала Эрен. Через некоторое время она вышла из больницы, но у нее было такое лицо, будто бы врачи отпустили пациента раньше времени.
На следующий день были организованы похороны. Пришел весь город, ведь каждый знал друг друга в этом маленьком городке. Каждый пытался хоть как-то поддержать Григория и его дочку Эрен.
Она не могла есть и спать. Но через неделю, когда Эрен уже не много оправилась, она решила включить телевизор, дабы хоть чем-то себя отвлечь. Как бы долго она не переключала каналы, но так и не нашла ничего по душе и решила оставить программу новостей.
— Здравствуйте, дорогие телезрители, — начала журналистка, улыбаясь как голливудская актриса. Начала она с прогноза погоды, затем политики финансовых проблем и культуры. Эрен слушала ее краем уха, перелистывая книгу "Часодеи", перечитанную уже три раза... — Был обнаружен преступник, его жертвами числятся: Ханна и Франз Дитлих, Мина Каролина, Марко Бодт и Карла Джагер... — В эту минуту Эрен посмотрела в упор на журналистку, будто бы она виновна во всех преступлениях. "Что? Преступника?" — металось у нее в голове.
— ...как выяснилось, этот человек был добровольцем в поход за стены, из-за чего у него наблюдаются психические отклонения. По всей видимости, он будет находиться под надзором психиатрической больницы до конца своих дней.
— Так это... Что получается... Эти жертвы были ... Всего лишь несчастными случаями? Одного психа?! —ужасе пробормотала Эрен. — Как? Как же так? — слезы снова брызнули из ее глаз.
Она даже не заметила, как Григорий подошел сзади и обнял ее.
— Эрен... — повернув ее к себе, отец пытался говорить серьезно и точно. — Ты должна понимать, мамы с нами больше нет и плакать бессмысленно. Теперь нас осталось только двое: ты и я. И ты обязана понимать, что жизнь не может обойтись без ужасных последствий. Ты должна вспоминать маму только с улыбкой, или ты думаешь, что она хотела, чтобы ты лишь плакала и печалилась?
Эрен не дала ответа, но постепенно успокоилась.
Сейчас 2015 год, Эрен уже пятнадцать. Отец Эрен улетел в командировку, так что пока она живет у Микасы.
—Эрен тебе принести раскладушку? — спросила мать Микасы, заходя в комнату.
— Нет, спасибо, миссис Акерман. Мы можем спать и на одной кровати.
При этих словах Микаса как-то сначала странно покраснела, но, когда миссис Акерман вышла, Микаса стала прежней и продолжила играть в компьютер, а именно в Outlast:Whistleblower.
—Можешь смотреть, как я играю, если хочешь, — предложила Микаса Эрен, которая сейчас лежала на полу и что-то писала в дневнике.
—Чуть позже, — сказала она.
— Я давно тебя хочу спросить, что это за дневник? — как бы невзначай добавила Микаса.
— Ну... это мой ежедневник, я его веду с детства, — рисуя завитки на краю листка, сказала Эрен.
— А можно взглянуть? — заинтересованная Микаса поставила игру на паузу и присела рядом с подругой на корточки.
— Конечно, —улыбнулась Эрен, передав свой ежедневник.
Микаса сначала оценила саму обложку, а потом уже только открыла его.
— Лабиринт памяти? — с удивлением прочитала Микаса первую страницу.
—Я так назвала свой дневник. Что-то типа: наша память разделяется на важные воспоминания и второстепенные. И там уже образуются лабиринты, по которым ты читаешь и вспоминаешь разные события из жизни.
— А это не разные вещи? — спросила она.
— Ну а что ты от меня хочешь? Мне тогда было пять! — обиженно взглянула Эрен на Микасу.
— Ладно, не сердись, — Микаса отдала ежедневник его обладательнице и продолжила игру, а Эрен присоединилась к просмотру.
Через несколько минут они обе услышали стук в стекло. Эрен выглянула на балкон, чтобы узнать, кто этот смельчак.
— Ну? Кто пришел? — спросила Микаса.
— Это Армин, — открывая окно, сказала Эрен.
Эрен быстро помогла Армину залезть на балкон и влезть в окно. Повезло, что это первый этаж дома.
— Спасибо, — поблагодарил Армин.
— Ну что? Долго тебе еще нельзя выходить на улицу? — спросила Микаса.
— Микаса, ну прояви сочувствие. Ты же знаешь, что мои родители очень строго относятся ко мне.
— Просто постарайся больше троек не получать, лады? — посоветовала Эрен.
— Во что играем? — меняя тему разговора, Армин подошел к столу Микасы.
— В хорорр Outlast хочешь поиграть? — предложила Микаса.
— Нет, вы же знаете, как я кирпичи строю от одного только скримера, — сконфузился Армин.
— Я поэтому и предлагаю, — улыбнулась та.
— А можно я попробую? — спросила Эрен.
— Окей, по очереди, — добавила Микаса.
Так беззаботно они и провели этот выходной.
— Ну, мне пора, а то запалят еще, — перелезая через окно, сказал Армин. — Я возможно приду в час ночи. Так что ждите, когда слендер придет в гости... — последнюю фразу он сказал даже как-то зловеще.
— Ага, только не описайся от шорохов, — добавила Микаса.
— Ну Микасаааа, — обиженно посмотрел Армин на девушку. Но ничего больше не добавив, убежал.
— Тебе надо хоть иногда быть с ним помягче, — сказала Эрен спустя несколько минут.
— Нет, только хардкор, — сказала Микаса, заполняя листочек всякими цифрами и кодами.
