Cities from our Story

Джин толкнул локтем напарника, указывая ему на экран, демонстрирующий события у VIP-входа. - Рановато они, - ухмыльнулся Рой, давя окурок. – Тем легче нам. Раньше начнём – раньше выпьем. - Не уверен, что у нас будет время, - шепнул в ответ Джин, проверяя оружие. Вошедших было девять, а патронов – пятнадцать. Можно выдохнуть. Информаторы не обманули. В ресторан Une Russe приехал не сам Оябун, а одна из его пешек, пусть и с внушительной свитой. - Аканиши! Глянь, какая, - присвистнул Рой, опасно тыкая дулом пистолета в экран. Джин переключил свой экран на другую камеру, снимавшую изнутри отдельный эркер, в который сопроводили японских гостей. Он смог получше рассмотреть единственную женщину среди них. Она была одета в традиционное кимоно – настоящее, тяжёлое, из чёрного, прохладного на вид шёлка, расшитого серебряными морозными узорами. Волосы убраны в высокую причёску, открывающую белую изящную шею. Из иероглифов в её татуировке Джин смог разобрать только «Благородство», «Грех» и «Ожидание». - Эти ваши кимоно – удивительная вещь, - продолжал восхищаться напарник. – Вроде бы ничего не видно, а так хочется содрать его с неё! Слушай, а давай не будем её стрелять? - Давай, - отсутствующе поддакнул Джин. - О чём они там? Аканиши включил звук. Говорили, разумеется, на японском, и Джину пришлось переводить для Роя, о чём говорят в эркере. Женщина, молча, сидела по правую руку от мужчины в тёмно-сером костюме. Он беспрестанно курил и посматривал на золотые часы. «Ждите, ждите, - думал Джин. – Своего вы дождётесь». У него давно уже пропали всякие родственные чувства к Японии, а тем более – к японцам. В его документах значилось американское гражданство, а люди, сидящие в Une Russe, были, прежде всего, представителями враждебного клана якудза из Токио. Мобильный Роя пикнул. Он мельком просмотрел сообщение и сразу удалил его. - Кингстон убрал Бойлза с его отморозками. - Всех? – уточнил Аканиши. – Если японцев предупредят о том, что сделка сорвалась, они не станут нас дожидаться. - Кинг написал, что с этим всё в порядке. Они же ждали пуль и поэтому взяли неплохую крепкую тачку. Увы-увы, авария со взрывом. Мы же не такие лохи... - Его счастье, если он прав, - буркнул Джин, не отрываясь от экранов. Там начиналось что-то интересное. Японцам стало скучно ждать своих запаздывающих партнёров. Главный, тот самый в сером костюме и при золотых часах, подманил к себе свою спутницу и что-то негромко сказал ей. Женщина резко отстранилась от него, а за столом захохотали, но тут же замолкли, когда японка, будто бы вздохнув, поднялась со своего места. - Что он ей сказал? – подскочил Рой, тормоша Джина. - Предложил потанцевать для них, - пожал плечами тот. - Я серьёзно! - И я. Он сказал, что только это спасёт безнадёжно загубленный американцами вечер. Из широкого рукава выскользнул белый веер прямо в ладонь гейши. Главный – Сибуя Асано, по сведениям информаторов – хлопнул в ладоши, и заиграла музыка. - Пойдём, - толкнул Джина в плечо Рой. – Сейчас самое время, смотри, как пялятся. Их застрелишь – они и не заметят. Зря они взяли с собой эту крошку. Аканиши послушно отключил сослужившие свою службу камеры, ещё раз перепроверил оружие и вслед за Роем вышел из квартиры, где они устроили наблюдательный пункт. Пока они переходили единственную улицу, разделявшую дом, из которого они вышли, и Une Russe, перед глазами Джина порхали гибкие запястья, соперничающие по белизне с веером, что вычерчивал в тёмном и дымном воздухе таинственные сверкающие знаки, трепетали опущенные ресницы и приоткрывались капризно очерченные губы. Джин сумел взять себя в руки лишь на входе в ресторан, когда пришлось оттарабанить, что он, мистер Джин Аканиши (никак к этому не привыкнуть!) бронировал эркер. Их пропустили без вопросов, и они оказались в коридоре с дверями, ведущими в отдельные небольшие залы. Но и когда Джин с ноги высаживал нужную дверь, наваждение вернулось, и с хрупких плеч соскользнул переливающийся шёлк... У Роя не было причин оказаться столь же впечатлительным. Решив, что ностальгия Джина по национальной культуре родной страны не помешает им выполнить своё задание, он оттолкнул напарника и первым оказался в эркере. Комната наполнилась грохотом и треском. Пятеро из девяти упали сразу. Остальные ухитрились перевернуть стол и засесть за ним. Джин метнулся за декоративную колонну у входа, Рой бросился на пол. В главном зале кричали. Джин вспомнил, что видел трёх охранников, но в штате ресторана числилось четырнадцать. И кто знает, у скольких из них сегодня смена. Пока Рой будет выуживать якудза из-под стола, ему придётся заняться охраной. Застрелив первого, опрометчиво сунувшегося в коридор, Джин на мгновение обернулся и тут же дёрнулся обратно за колонну. По мрамору чиркнула пуля. Раздался ещё один выстрел и хриплый возглас. Противников осталось только трое. Или двое? А что с гейшей? Она сидела на полу, закрывая ладонями уши. Брошенный веер валялся рядом. Глаза женщины были закрыты, но на лице не было и тени страха. Она спокойно ждала, просто ждала, когда пальба вокруг неё закончится. Джин всадил ещё две пули в показавшихся из-за угла охранников, развернулся и убрал последнего из якудза, прострелив столешницу. «Предпоследнего, - мысленно поправил себя Джин. – Их оставалось двое». - Твою мать! – воскликнул Рой. Он и сам не понял, как это произошло, но за мгновение до того, как он нажал на курок, Сибуя Асано выскочил из своего убежища и успел «поймать» пулю, предназначенную его спутнице. В своём отличном пиджаке, безнадёжно испорченном медленно расползавшимся кровавым пятном, с золотыми часами, у ног красавицы-гейши, которую спас ценой собственной жизни, он выглядел кинематографично. Как герой фильма Такеши Китано. Стало тихо. Шум в зале тоже утих – похоже, все посетители и персонал были эвакуированы. Значит, скоро ждать полицию. Единственная выжившая из японской делегации медленно отняла ладони от ушей и открыла глаза. Первым, что она увидела, был труп её кавалера, но она даже не вскрикнула. Метнула быстрый взгляд на Джина, потом на Роя, запустила руку во внутренний карман и вытащила мобильный телефон. Окровавленными пальцами она ловко выудила сим-карты и карту памяти и, бросив их на пол, расколотила уголком титанового корпуса мобильного. Как только дело было сделано, она выжидающе посмотрела на Джина. - Застрели её, - чуть помедлив, предложил ему Рой. - Сам стреляй, - отмахнулся Джин. – Ты же не хотел её убивать. - Спятил?! Сейчас сюда нагрянут копы, повяжут её, и она живенько всё расскажет! - Что расскажет? Опишет нас? - А этого мало?! – Рой обернулся к гейше и навёл на неё ствол, а она только поплотнее запахнулась в своё кимоно, небрежно набрасывая его обратно на плечи. - Какая-нибудь ещё информация есть? – напоследок поинтересовался у неё Джин по-японски, кивая на практически раскрошенные носители. - Им и мне ничего не разрешили с собой брать. Осознавали опасность. Заковыристое ругательство отвлекло обоих. Рой выронил пистолет и поймал его уже у самого пола, чудом не высадив никому мозги и разразившись ещё одной отборной матерной тирадой. - Какого хрена?! – наконец смог выдать он что-то внятное, оторопело таращась на гейшу. – Ты парень?! - Ты только сейчас заметил? – ухмыльнулся Аканиши. – Не ори на него. Он всё равно, кажется, не понимает английский. - Да если бы он не заговорил, я бы и не подумал даже! Фак, я же хотел его забрать и... Блять, да я педик! Рой схватился за голову, треснув себя рукояткой пистолета по голове. Джин ему сочувствовал, конечно, но продолжал держать гейшу на прицеле. А того, похоже, разворачивающаяся личная драма хорошего американского парня несказанно забавляла. - Я так понимаю, он догадался, что я не женщина? – негромко спросил он у Джина. - Не смешно. Его жизнь больше никогда не будет прежней, - отозвался Аканиши. Тем временем Рой оправился от своего потрясения и решил избавиться от проблем радикальным способом. Выкрикнув что-то смутно нецензурное, он кинулся к гейше, явно мечтая придушить ублюдка в кимоно голыми руками. Тот даже не попытался избежать атаки. - Стой! – не узнавая собственного голоса, рявкнул Джин, дёргая спусковой крючок и выстрелом заставляя Роя остановиться. – Не подходи к нему! Напарник перевёл дыхание, но это не убавило его ярости. Многозначительно хрустя костяшками пальцев, он уже медленнее направился к по-прежнему не выражающему признаков испуга парню. - Брось, Джин, это всего лишь пидор. - Он сально подмигнул гейше. – Что он может мне сделать этими слабыми ручками? У него наверняка маникюр. Ещё один выстрел. - Рой, мне проще отстрелить тебе руку, чем волочить твою дохлую тушу к Боссу. В этом кимоно можно базуку спрятать! – Джин оценивающим взглядом окинул предмет разговора. – И не только в кимоно. Парень только скептически изогнул идеально оформленную бровь. Вой сирен выдернул всех троих из их затишья. - А-а, уболтал нас, паршивец! Аканиши, пристрели его, и уходим! – велел Рой, проверяя магазин своего пистолета и убеждаясь, что он пуст. - Из чего? Из пальца? – одёрнул его Джин. Пару секунд Рой смотрел на него, как на идиота, умудрившегося разбазарить пятнадцать патронов, убив лишь семерых, а потом взглянул на гейшу. Джин знал, о чём думает его напарник. - Рой, нет времени! Можно было убрать свидетеля и без пушки. Но лишняя кровь, борьба, крики, отпечатки, следы и время, время... Босс будет не слишком ими доволен, если узнает, что они упустили свидетеля, но, в конце концов, для него это была всего лишь шлюха, не раз бывавшая в подобных передрягах, обслуживая криминальных авторитетов. Чей-то надтреснутый голос уже орал в мегафон, призывая выйти и сдаться властям. - Чтоб тебя! – в сердцах воскликнул Рой, следуя за Джином прочь из эркера, на второй этаж ресторана и оттуда в служебные помещения. Это был не выход даже, а скорее некая извращённая смесь вентиляции с мусоропроводом. Но привередничать не приходилось. Стоило сказать спасибо ресторану Une Russe хотя бы за то, что он предоставляет группировкам не только место для встреч, но и пути отступления в случае облавы. Рой молчал всю дорогу до офиса, в котором они должны были отчитаться перед Боссом за успешно выполненное задание. Но у того опять прихватило сердце, и с ним не удалось переговорить даже по телефону. Тем не менее, новости его ждали хорошие. Подписание договорённости между влиятельной токийской семьёй и частью Лос-Анджелеса не состоялось. Джин уже и забыл об этом. *** Они отдыхали на съёмной квартире. В холодильнике нашлась текила. От Босса вестей не было, что, очевидно означало, что выполнившие сложнейшее задание Джин и Рой могут явиться завтра на работу только к вечеру. Оба пьянствовали, пребывая в мрачном расположении духа. Но Джин радовался хотя бы тому, что Рой перестал его бойкотировать. - Что у тебя там? – Напарник плюхнулся на диван рядом с Джином и глянул на экран его планшета. – А-а, точно, у тебя же камера в допроснике! - Только жучок. Ушами в отделе убийств Департамента полиции Лос-Анджелеса Аканиши обзавёлся ещё три года назад, когда загремел туда впервые. Сейчас он искал запись допроса того самого парня, которого они бездарно упустили в Une Russe. Скрыться оттуда он бы не смог, если не пошёл за ними двумя. Значит, ему оставалось только прикинуться жертвой чудовищного разбоя, свидетелем кровавой бойни, которым он, по сути, и являлся. - Воды? - Спасибо. Лучше сигарету, - знакомый, чуть хрипловатый голос. - Тварь, - буркнул Рой. – А перед нами прикидывался, что не знает английского. Щелчок зажигалки. Шелест шёлковых рукавов и стук пододвигаемой пепельницы. - Итак, ваше имя?.. - Каменаши Казуя. Джин дёрнулся, как от пощёчины. - Я так и думал, что ты его знаешь! – ткнул его кулаком под рёбра Рой. Джин тоже закурил, слушая про возраст, место рождения и жительства и род занятий Каменаши Казуи и только поражаясь, как стройно и гладко лилась его ложь. Он напрягся, когда речь зашла, наконец, о том, что произошло в Une Russe, но услышанное его немного успокоило. Видел двоих; ворвались, когда японская делегация ждала представителей филиала в Лос-Анджелесе; лиц не разглядел, потому что был очень напуган и сразу бросился на пол; нет, нападавших никогда до этого не видел, не знает, да и японских гостей сегодня встретил впервые. - Вы хотите сказать, что двое гангстеров перебили девять японских гостей и трёх охранников? - Что в этом странного? Те двое появились внезапно и сразу начали стрелять. Гости были увлечены представлением и не сразу опомнились. Я не знаю, откуда у них тоже оказалось оружие, но почему бы богатым людям не носить с собой стволы для самозащиты. - Что ещё за представление? - Я танцевал. Традиционные японские танцы, знаете... - По телевизору видел... Так зачем же, Вы предполагаете, нападать на предпринимателя, которого Вы сегодня сопровождали? - Не знаю. Богатым людям всегда хватает врагов. Голос Каменаши звучал так, будто он и впрямь сочувствует погибшим в перестрелке, боится бандитов и волнуется, находясь в полицейском участке. Была даже идеально выверенная щепотка подобострастия перед сержантом, проводившим допрос. Безрезультатный для Департамента, разумеется. Камеру и микрофон, записывающие вопросы сержанта и ответы свидетеля, отключили, но жучок Джина продолжал работать. - Ладно, я сразу понял, что ничего путного из тебя не вытянешь, - устало заметил сержант. – И дело-то на тебя не повесишь. На кого хоть работаешь? - Майк Зондерс. - Не Чайнатаун? – вяло изумился сержант. - Я что, похож на китайца? – раздражённо спросил Каменаши. - По мне, вы все китайцы... - Я могу быть свободен? - Иди-иди. К секретарю подойти не забудь и сдай пропуск на выходе. Джин выключил звук. Больше ничего интересного не предвиделось. Рой булькнул текилой и, подумав секунду, обратился к напарнику: - А теперь давай правду. - Майк Зондерс работает на Токио. Определённо, это было не совсем то, что ожидал услышать Рой. - Чего?! – он поперхнулся, расплескав текилу по своей футболке, и неверяще уставился на Аканиши. – Наш Майки?! Тебе уже в голову дало? - Слушай сюда! – Джин нетерпеливо дёрнул напарника за ворот. – Каменаши Казуя живёт в Токио и работает там же. Он прибыл в Америку вместе с Сибуей Асано и большими неприятностями для нас с тобой и всего Лос-Анджелеса, потому что Каменаши это не рядовая шлюха. Это любимая наложница при Его Величестве токийском Боссе. Рой попытался было присвистнуть и прокомментировать, но Джин перебил его: - Дальше. Его бы ни за что не отпустили в США в такой сомнительной компании. Если он здесь, значит: первое – если и не сам Оябун, то кто-то из его ближайшего окружения тоже в этом городе как минимум для охраны Каменаши, и второе – Токио затевает нечто грандиозное. - Так это же интервенция в Лос-Анджелес! Вот ублюдки узкоглазые! Но причём здесь Майки? - Думай головой! Каменаши Казуя никак не может работать в борделях Майки. Но он вышел из участка и мог поехать только к нему, потому что за ним, как за главным свидетелем преступления, ещё несколько дней будет вестись пристальное наблюдение. Если Майки на это время припрячет у себя такого важного гостя из Токио, значит Майки у нас кто? - Падла, - зло сплюнул в пепельницу Рой. – Завтра обо всём доложим Боссу! - Иди спи. А то завтра и двух слов не свяжешь. Со второй попытки Рой сумел подняться с дивана. Пошатываясь, он отправился во вторую комнату и, схватившись за дверную ручку для равновесия, относительно твёрдым голосом спросил: - Может, стоило взять в заложники такую важную шишку? - Не думаю, - честно ответил Джин, дыша на тусклое стекло бутылки. – Тебе пришлось бы его нести. Куда бы он побежал с тобой в своём кимоно, оно может и все тридцать килограмм весить... Да и вряд ли токийский Оябун настолько потерял голову, чтобы спасать Каменаши. - А-а-а, - Рой ввалился в свою комнату и пнул за собой дверь. Дождавшись, пока напарник захрапит, Джин непослушными пальцами отыскал мобильный. - Да?! – заорали из динамика, силясь перекрыть грохот музыки. – Сейчас, подожди, я выйду! Аканиши терпеливо ждал, пока музыка и крики стихнут. - Привет! – Теперь радостный голос ЯмаПи стало слышно гораздо лучше. – Счастлив слышать, что ты жив! Стало быть, задание прошло успешно, как всегда? Жаль, без меня... Джин почувствовал, что у него нестерпимо жжёт в глазах. Ему стало немного стыдно перед другом за то, что он, такой пьяный до слёз, испортит ему весёлую ночь. - Пи-и, - протянул он в трубку, едва не плача, но, спохватившись, прокашлялся. - Что случилось? – засмеялся Ямашита, сразу поняв, что его лучший друг, как говорится, в хлам. – Кто тебя обидел? Рой? - Я видел Каме. Молчание в ответ. В тишине, облепившей Джина, произнесённое имя отдавалось гулким эхом. - Пить надо меньше, - наконец, посоветовал Пи, и веселье в его голосе сразу сделалось натянутым, потому что ему совсем не нравились такие глюки Джина. - Пи, он приехал с японцами, которых мы расстреляли сегодня. Я видел его, Пи, он здесь, в Лос-Анджелесе! - Окей, - осторожно согласился Ямашита, всё ещё желая верить, что всё это лишь пьяные бредни измотанного работой Джина. – Мне приехать? - Не. Я уже и сам нажрался... Не бойся, не повешусь. Выговорившись ЯмаПи, Джин отсоединился, допил плещущуюся на донышке бутылки текилу и с чувством выполненного долга провалился в беспамятство.