Мирное соглашение

Завершение военных действий любого масштаба, как правило, знаменуется подписанием мирных соглашений. И окончание войны на Кибертроне не стало исключением. Оптимус Прайм и Мегатрон сидели в небольшом уютном отсеке в пружинистых бархатистых креслах рядом друг с другом, внимательно изучая совместно составленные условия мирного пакта для уточнения каких-либо нестыковок перед заключительным принятием решения. Прайм сосредоточенно вникал в каждый пункт, обдумывал те или иные дополнения и возможные вопросы, словом, был полностью поглощён этой весьма ответственной задачей, в то время как Мегатрону, на первый взгляд, казалось, и дела особого до пакта нет. Он вальяжно раскинулся в кресле, читая датапад, словно обычную книгу, а не серьёзный документ, и мысленно будто находясь в совершенно ином месте, далеко оттуда. Отчасти так оно и было - белый мех успешно сочетал изучение пакта с разглядыванием ало-синего автобота. А посмотреть было на что: мужественный, точёный фэйсплет, в знак доверия не спрятанный за маской, чётко очерченные губы, в которые хотелось впиться яростным поцелуем, сияющая ровным спокойным светом ясная голубая оптика… «Что-то меня не в ту степь понесло», - подумал Мегатрон, тряхнув головой в попытке избавиться от наваждения. - «Нашёл о чём думать в такой важный момент. А, впрочем, почему бы и нет? Отличное закрепление и подтверждение мира!» Десептикон усмехнулся, отложил датапад и, грациозно потянувшись, встал с кресла и неспешно подошёл к меху. - Хэй, Прайм, отложи-ка датапад, у меня есть идея поинтереснее и куда приятнее. - Мегатрон подцепил когтями подбородок автобота, вынудив его посмотреть ему в оптику. - Неужели? - невозмутимо отозвался Оптимус. - Что ж, излагай свою идею, и по завершении оставшихся формальностей мы её непременно осуществим. Даю слово. - А если я хочу сейчас? - нагло ухмыльнулся белый дес, многозначительно прищурившись. - ? - Прааайм, ты серьёзно или прикидываешься?? Тебя хочу, тебя! Повисла оглушительная тишина. Оптимус медленно поднялся, ошарашенно глядя на меха расширившейся оптикой. - Мегатрон, по-моему, ты переутомился. Советую выпить слабозаряженки с расслабляющими присадками и полежать в тишине и покое. - Вот как? - Дес сузил оптику. - Намекаешь, что у меня не может быть желаний подобного рода? Я такой же формер, как и ты. - И в мыслях не было отрицать этот факт, - спокойно пожал плечами автобот. - Но, во-первых, я не привык к подобного рода заявлениям, во-вторых, мы слишком недавно закончили войну и попросту не привыкли к обычной мирной жизни, что уж говорить о более близком…кхм…общении. - Тааак… Давай разберёмся. По твоей логике, для «таких заявлений» время наступить должно ворн эдак через сто? И, знаешь, это покажется странным, но я так долго воевал с тобой и ненавидел тебя, что стал испытывать привязанность. Правда, понял это лишь сейчас, как раз благодаря нашему с тобой обоюдному решению заключить мир. - Дело не только в сроках. Я просто не могу рассматривать тебя в качестве интерфейс-партнера. Уж прости. И наше прошлое тут ни при чём. Интерфейс-партнёра… Значит, вероятность наличия даже мало-мальских эмоций не рассматривается. Ну что ж… Десептикон шагнул, приблизившись вплотную, прижал ало-синего меха к себе и одарил его грубым болезненным поцелуем. Оптика Прайма гневно сверкнула, и он попытался оттолкнуть наглого меха. Но не тут-то было. Автобот совершенно не учёл, что гладиаторам, как никому другому, известны такие захваты и приёмы, с помощью которых можно удержать противника даже втрое сильнее себя. А Мегатрон так и вовсе лучшим гладиатором был, война же ещё больше отточила его навыки. - Сопротивление бесполезно, - прошипел белый мех, оторвавшись ненадолго, и продолжил целовать автобота, только теперь уже немного мягче, так что Оптимус и сам не заметил, как потихоньку стал сдавать позиции. В какой-то момент он таки поймал себя на мысли, что происходящее ему нравится, и тут же разозлился - в первую очередь на себя, за то, что так легко поддался. Но затем успокоился, и, решив действовать в соответствии с правилом «расслабиться и получать удовольствие», начал отвечать на поцелуи. Довольный, аки меха-кот, Мегатрон незаметно стал увлекать Прайма в сторону кресел. Незадолго до приватного совещания дес чисто из любопытства выяснил, что они раскладные, и, если их разложить и сдвинуть, получится отличная широкая платформа. Оптимус, не знавший об этой особенности кресел, ничего не заподозрил, пока Мегатрон, усадив его в одно из них, не начал активно раскладывать второе. - Э, нет, я на такое не подписывался! - Возмутился автобот. - Я тебе не интербот, чтобы вот так сходу на платформу. - Высказавшись таким образом, мех решительно направился к двери, однако, когда он начал открывать её, Мегатрон одним прыжком очутился рядом, ловко скрутил его и затащил внутрь, не забыв вновь закрыть дверь. - Далеко собрался, Прррайм? - проурчал десептикон. - Запомни раз и навсегда: я всегда получаю то, что захочу. И, если хочешь, чтобы приятно было и тебе, советую расслабиться, успокоиться и делать так, как я скажу. - Он лизнул синюю антенну. Ало-синий мех яростно зашипел и стал вырываться, но всё напрасно. - Убрал манипуляторы, живо!! - Зарычал он. Оптимус даже на помощь позвать не мог - уж очень не хотелось, чтобы его застали в такой неоднозначной ситуации. Кроме того, это могло бы, чего доброго, спровоцировать новый виток войны. - Успокойся же, наконец. Тебе понравится, гарантирую. И вообще, взрослый мех, проще надо относиться. А ты дёргаешься, как чересчур благовоспитанный юнлинг-нулёвка. - Да пошёл ты!!.. - Фи, как грубо. А ещё дипломат и автобот. И Прайм. - Ты пожалеешь! - Оптимус, спокуха. - Мегатрон таки дотащил меха до разложенного в платформу кресла, уложил его, и, прижав его манипуляторы к платформе и сжав серво бёдрами, предварительно усевшись верхом, провёл глоссой по стеклопласту на груди, а затем стал целовать. Оптимус отчаянно вырывался, но всё было бесполезно. Однако белый наглец пока что ограничивался поцелуями, и Прайм, решив, что более интимных поползновений не последует, потихоньку успокоился и с наслаждением отвечал на поцелуи. Впрочем, он рано обрадовался. Мегатрон, пользуясь снизившейся бдительностью ало-синего автобота, провёл ладонью по его паховой, сбросил на неё щекочущие разряды статики, и, легонько постучав по ней когтем, произнёс: - Открой. Прайм вскинулся и, наплевав на все пакты, размахнулся, дабы хорошенько врезать кулаком по этой наглой физиономии. Белый мех мгновенно среагировал, скрутив его и прижав к платформе. - Ну, успокоился? - поинтересовался десептикон, любуясь разъярённым привлекательным фэйсплетом. - Продолжим? - Много хочешь - мало получишь! - Рявкнул Оптимус, выкручиваясь из хватки деса и пытаясь его куда-нибудь укусить. - Я уже говорил тебе, что всегда получаю то, чего хочу. Другое дело, что мне всё же не хотелось бы брать тебя силой. Однако ты меня буквально вынуждаешь. Автобот взвыл от бессильной ярости. Он прекрасно осознавал своё безвыходное положение. Звать на помощь не удастся, ибо есть риск возобновления войны - автоботы не простят Мегатрону такого обращения со своим лидером. Да и сам Мегатрон может просто-напросто помешать. Сам он в данном случае вырваться не сможет. Остаётся всего два варианта: или поступиться гордостью, и, возможно, даже получить удовольствие, или же бороться до последнего, и подвергнуться насилию. Оптимус тяжело провентилировал. - Твоя взяла. И, по команде процессора, с тихим щелчком разошлись в стороны синие паховые щитки, обнажая крупный коннектор и порт. Поскольку мех решил действовать добровольно, Мегатрону не было нужды причинять ему боль, и потому десептикон решил его хорошенько возбудить перед соединением. Дес осторожно ввёл два пальца в упругий порт и сжал когтями выпуклый чувствительный датчик. Ало-синего меха буквально подбросило, и он застонал, выгибаясь на платформе, и чувствуя, как порт наполняется маслянистой густой смазкой, распространяющей терпко-пряный волнующий аромат. - Я же сказал, что тебе понравится, - усмехнулся Мегатрон. Его чёрные паховые щитки также скользнули в стороны, освобождая напряжённый внушительный коннектор, который мех начал медленно и неотвратимо погружать в горячий, хорошо смазанный порт. - Мхх… - Оптимус дёрнулся было, болезненно зашипев с непривычки - всё же Мегатрон отчасти угадал: он и впрямь был нулёвкой, поскольку привык к активным отношениям, с фемкой, но вскоре тянуще-жгучие ощущения сменились на редкость приятными, и, как говорят люди, крышесносными. А уж в сочетании с жаркими поцелуями… Мех не смог бы точно сказать, сколько длилась эта удивительная феерия, когда ощутил, как медленно, но настойчиво раскрывается его грудная броня, являя чистый ослепительный свет Искры, а порт наполняется тёплой смазкой партнёра. Мегатрон осторожно вышел из него и также раскрыл броню. Сияние и энергия двух таких разных Искр сплелись воедино, творя непередаваемые, невиданные сполохи и оттенки. Затем комнату залила яркая, как рождение сверхновой, вспышка, после угасания которой маленький сгусток энергии скрылся в Искре Прайма за сдвинувшейся броней. Мехи тихо лежали, обнявшись, и прислушиваясь к ощущениям, и понимали, что уже ничего не будет, как прежде. Что теперь всё будет, напротив, гораздо лучше, потому что они усвоили ошибки прошлого, и будут творить будущее с чистого датапада. Потому что они - вместе, отныне и навек. Оптимус чуть повернул шлем в сторону, задумчиво скользя взглядом по резковатым очертаниям профиля партнера. По корпусу разливалась приятная истома, хотелось просто вот так лежать рядом, не думая особо ни о чём. Но они не могли оставаться здесь слишком надолго. Внезапно процессор автобота посетила шаловливая мысль, и, улыбнувшись, мех провёл ладонью по груди и брюшным пластинам деса. - Хочешь второй раунд? - промурлыкал Мегатрон. - Можно и так сказать, - бархатным баритоном отозвался Прайм. - Только теперь твоя очередь. - И он одним движением оказался сидящим на бёдрах белого меха. - Расслабься и доверься мне. И всё повторилось, только на этот раз вел Оптимус, а Мегатрон выгибался от страсти в его надежных манипуляторах, и тугой сгусток энергии, ознаменовавший полное слияние Искр, скрылся за белоснежной грудной бронёй…

Шесть ворн спустя.

- … И, таким образом, на нашей планете был, наконец, заключён мир, - завершил рассказ Оптимус, сидя на платформе рядом с сидевшим в кресле Мегатроном, на коленях которого копошились двое спарков-близнецов алого и жёлтого цветов, а рядышком на полу, на ковре, тихонько сидел ещё один кроха - маленькая копия Прайма, развлекавшийся тем, что то выдвигал, то вновь убирал в пазы имевшуюся у него с самой активации маску и составлял в столбик мягкие разноцветные кубики. - Оптимус, ты нашим бэтам уже, наверное, раз в двадцатый историю войны и заключения мира на Кибертроне рассказываешь, - засмеялся Мегатрон, ласково потрепав по макушке алого спарклинга. - Мегз, историю надо знать, к тому же я ведь и многое другое рассказываю, - отозвался Прайм, почесав шейку золотистого малыша, сосредоточенно рисовавшего в обычном бумажном, только кибертронских размеров, альбоме. - О да, в пересказе различных легенд тебе и впрямь нет равных! - Белый мех посмотрел на возившегося с кубиками на полу кроху. - Такой малыш, а уже за маской прячется. - Лорд-Протектор провёл ладонью по шлемику малютки. - Ну же, дружок, открой личико. Ало-синий мехчишечка отодвинул кубики и, глядя на альф и братьев, с лёгким, почти неслышным щелчком убрал маску, ушедшую в миниатюрные пазы, открывая улыбающуюся очаровательную моську. Оптимус улыбнулся в ответ и усадил спарка себе на колени. Маленький мех, сидящий на коленях взрослого, точной копией которого он является - такое зрелище не могло бы никого оставить равнодушным. В тот орн, когда лидеры соединили Искры, Мегатрон стал носителем спарклинга, получившего внешность Прайма, а Оптимус - носителем очаровательных близнецов алого и золотистого цвета. Трое малышей одного возраста сделали союз уж точно нерушимым. И Прайм, и его Протектор знали одно - тогда, шесть ворн назад, было заключено самое прекрасное и надёжное мирное соглашение из всех возможных. И ничто никогда его не разрушит.