Приручи меня

Солнце проникало сквозь стеклянную крышу, освещая небольшую уютную комнату. Ярис удобно устроился в кресле, подогнув под себя одну ногу, а другой то и дело касаясь мягкого ковра. На круглом столе, занимавшем почти все пространство, лежало несколько книг, но маг не читал. Зеленые глаза рассеянно блуждали по стеллажам с книгами, расположенным по стенам круглого помещения. Башня Тишины — так называлось это место — находилась над библиотекой и служила местом проведения многих важных разговоров. В небольшой уютной комнате проще было расслабиться и спокойно обсудить все животрепещущие вопросы, к тому же Башня Тишины получила свое название из-за абсолютной звуконепроницаемости. Стоило закрыть дверь, и никакими способами, существо, находящееся вне комнаты, не могло услышать и слова из ведущегося разговора. Ярис усмехнулся. Сколько раз убегал сюда, чтобы порыдать в голос? Это не сад, где любой громкий звук может привлечь сторонних наблюдателей, здесь можно позволить себе многое. И сегодня свойства Башни Тишины как никогда ранее им пригодятся: разговор будет не из легких и вряд ли обойдется без скандала. Уж Ярис постарается, чтоб не обошлось... На винтовой железной лестнице раздались легкие шаги. «Сейшир...» - маг поморщился и даже не попытался скрыть злую усмешку, когда рыжий наг показался в дверях. Голубоглазый грустно посмотрел на брата и неловко присел в кресло напротив. Ярис не без удовольствия отметил, что глаза Сейшира немного покраснели, а рука неумело перебинтована и явно болит. Маг удобнее устроился в глубоком кресле, награждая младшего тяжелым взглядом. Сейшир сжался и опустил глаза. Ярис хмыкнул. Брат никогда не отличался ни особым умом, ни твердым характером. Этакий нежный цвяточек, который непременно нужно оберегать от всего и который так хочется сломать, истоптать, порвать на маленькие кусочки... А может этого хотелось только Ярису. Дверь открылась и в комнату прошли остальные члены семьи...

***

То, что ничем хорошим это не закончится, Вахханэ знал с самого начала. Однако, Ярис превзошел все его ожидания. Маг будто только и ждал все эти годы такого случая. И готовился. Досталось всем и больше всего, конечно же, Сейширу. Сухим из воды вышел только Шаххан, вовремя закрывший рот. Даже Сирхнэр, отец Вахханэ, не смог утихомирить разошедшегося мага. Кончилось все первой кровью. Вахханэ вышел из покоев родителей и направился к себе. В порыве ярости маг располосовал руку младшему брату от локтя и до костяшек пальцев. Сейчас голубоглазый наг, отказавшийся даже показываться лекарю, сидел в объятиях супруга, не плача, но мелко вздрагивая при каждом вдохе. Ярис исчез неизвестно куда. Скорее для того чтобы просто успокоиться, а не из-за чувства вины. Вахханэ без сил упал на кровать, снова и снова прокручивая в голове мысль, что его дядя — настоящий домашний тиран, жестокий и бескомпромиссный, способный любой довод переврать как угодно и использовать в своих целях. Правитель поднял голову, оглядываясь. Шахашши в комнате не было.

***

Ночь вступила в свои права. Легкий теплый ветер приятно ластился к коже. Шахашши не спеша брел по открытой галерее, наслаждаясь моментом. Понимая, что ждать Яриса сегодня бесполезно, юноша провел весь день за чтением книг в беседке, не желая случайно попасться на глаза кому-нибудь из королевской семьи. Шахашши поднял глаза вверх, где горели одинокие тусклые фонарики и лозы винограда оплетали свод, свешиваясь вниз тяжелыми кистями недозревших ягод. Юноша увлекся созерцанием причудливых теней, отбрасываемых ажурными листьями, и не заметил, как на дороге появилась еще одна фигура. - Ой, - книга выпала из рук, но юноша удержался ногах, в отличие от другого нага. - Вы в порядке? Шахашши присел рядом и так неосторожно коснулся перебинтованной руки. Наг зашипел и спешно отдернул конечность. А юноша с удивлением узнал в сидящем на полу наге папу Вахханэ. - Простите, пожалуйста... - Шахашши растерялся, не зная убежать ему или все же помочь. - Нет, ничего, - рыжеволосый наг поднялся, поддерживая другой рукой пострадавшую конечность. Его голос звучал тихо и расстроенно. - Что с Вашей рукой? - наконец решился спросить юноша. Насколько он помнил, Ярис повредил лишь запястье, а сейчас замотана была добрая половина руки, причем на бинтах уже проступила свежая кровь. - Ерунда... - голубоглазый откинул со лба длинную челку и изобразил подобие улыбки. - Нужно перевязать, - Шахашши, поняв, что ругать его не собираются, уже во всю рассматривал сделанную кое-как повязку. - Так никуда не годится. Она скоро совсем слетит. И юноша потащил несопротивляющегося нага в лазарет. Шахашши усадил голубоглазого на кушетку и аккуратно размотал бинты, про себя чертыхнувшись. Свежие раны оказались довольно глубокими, рваные края уже успели воспалиться. А вокруг старых, на запястье, уже белели капельки гноя. Шахашши осторожно промыл раны и наложил мазь, после чего плотно забинтовал. - Вот так, - шепнул юноша, завязывая узелок. - Скоро должно стать лучше. Шахашши поднял голову и натолкнулся на изучающий взгляд нага. - Спасибо, - настороженно проговорил рыжеволосый, отнимая руку. - Меня зовут Сейшир, - добавил он после короткой паузы. - Приятно познакомиться, - Шахашши опустил глаза и принялся убирать использованные бинты и воду. Было очень неловко. Юноша поставил на место мазь и обернулся. Сейшир смотрел в окно. - Ты не знаешь, где сейчас Ярис? - не поворачивая головы спросил наг. - Нет, извините, - Шахашши только покачал головой. - Ясно... - Сейшир вышел из лазарета, оставляя юношу стоять в недоумении.

***

Ярис опустил ноги в холодную воду. Ветра почти не было и вокруг стояла тишина. С тихим всплеском тело погрузилось в воду. Маг оттолкнулся ногами от дна и вынырнул на поверхность, залезая обратно на нагревшийся за день камень. После купания в ледяной воде (пруд не прогревался никогда из-за подземных ключей) тело мелко затрясло, мокрая одежда неприятно прилипла к коже. Ярис откинулся на спину, пытаясь разглядеть за кронами кустов и деревьев звезды. Мучила ли его совесть? Да, и еще как. Маг прекрасно понимал, как отвратительно поступал с братом, но поделать с собой ничего не мог. Сейчас, один на один с собой, было как никогда горько от осознания насколько прогнила душа... Ярис обхватил колени руками. Хотелось закатить истерику, разбить что-нибудь и пойти вымаливать прощение, но маг прекрасно понимал краткосрочность этого порыва. Стоит ему увидеть брата, как захочется сделать еще больнее, а потом мучиться самому. Маг уткнулся лбом в колени и тихо застонал, убеждая себя, что не плачет. На замерзшие плечи так неожиданно легли теплые руки. - Ярис... - и голос тихий, виноватый... Маг прикусил губу, чтобы не завыть в голос. - Ярис..? - Сейшир обнял, прижался ближе, пытаясь заглянуть в лицо. - Что с тобой? Маг не ответил. Голубоглазый молча сел рядом, не убирая рук. Ярис сжал кулаки, прекрасно понимая, чем завтра обернется этот вечер для младшего. Стало так противно. Вот и еще один повод наведаться в Башню Тишины...