Мой тихий омут

Мне говорили: хватит сочинять, витать в мирах далёких и бескрайних, выдумывать сражения и тайны и притворяться жертвою огня; ты вовсе не несчастна и больна, и мелкий сор — не путь для суицида. А я кивала, радостно, для вида, а я смотрела в зеркало: Она, другая, извращённая внутри — снаружи облик мой приобретала; Она горела ярко, но устало; Она смеялась ночи до зари, мешала спать, ломала мой покой, гнала на свет ночных иллюминаций; Она мне запрещала возвращаться в тепло квартиры, к холоду окон. Прозрачный март, заманчивый апрель, цветущий май — и ночи всё короче, и всё сливалось — запятые, точки; и днём — учёба, сказки детворе; и ночью — непрерывные шаги, бессонница, мосты, аллеи, парки; Она меня вела. Мне было жарко, мне было больно… Резкое: не лги. Она звала, Она ломала мир, Она хотела в небо — вольной птицей; я верила: Она не даст разбиться, я верила, что нам не жить людьми; я видела… Мне говорили: нет; мне говорили: хватит, дура, слышишь?! Она звала, и ветер вёл на крышу, и море звёзд стелилось в ноги мне, и ночь шептала и манила вверх; Она смеялась и тянула руки к моим ладонями, и стихали звуки, и я почти коснулась схожих черт…