Другая жизнь

      По правде сказать, счастья в моей жизни было столько же, сколько у покойной Джувии Локсар, которая пала многие годы назад в битве с драконами. Пала, так и не познав настоящей любви. Я ей даже немного завидовала. Мучиться ей не пришлось. Умерла она быстро и беззаботно, словно махнула всем рукой на прощанье и ушла.       Ей не нужно было выходить замуж только потому, что общество к этому вело. Хотя её бы общество вело к Фуллбастеру, а именно в его руках она мечтала оказаться. Мне повезло ещё меньше. И после битвы с драконами мы поняли, что умереть можем в любой момент. Точнее, это поняли все, кроме меня. И Нацу в тот год ужасно повзрослел. Прекратились дурачества, и он серьёзно обеспокоился моей безопасностью. Отсюда все сделали простой вывод - Нацу собирается на мне жениться. Не промахнулись, конечно. Драгнил собирался. И, как бы это странно не звучало, собирался серьёзно.       А я всё ещё была девочкой, которая хотела биться за идеалы гильдии. Это сейчас я понимаю, что глупой была. Просто мир приключений никак не мог меня отпустить. Даже Нацу понял, что надо остепениться. А я не смогла. Буксовала вместе со своими благородными мыслями. Я ведь хотела остановить Зерефа. Хотела сделать каждого в «Хвосте Феи» счастливым. Только вот прогадала. Ребята были счастливы и без моей помощи. Переженились почти все. И даже детишек заделали. «Хвост Феи» превратился в маленький детский сад, куда каждый родитель приволакивал одного-двух чад. А я снова не вписывалась. Всё ещё рвалась на опасные задания, всё ещё хотела кому-то что-то доказать.       Мы продолжали оставаться самой сильной гильдией в Фиоре. На это место никто не претендовал. Даже Саблезубы склонили головы. И Нацу не спешил надавать по морде каждой встречной-поперечной сволочи. Успокоился. Мне тоже стоило взять себя в руки, но нет.       Конечно, нас та битва подкосила. Смерть Макса, Дроя, Бикслоу и Локсар сделали своё дело. И ещё долгие месяцы траур не уходил из здания гильдии. Лисанна проливала слёзы больше остальных. Хотя плакали все. И я рыдала тоже. Но и оклемалась быстрее всех. Не подумайте, что я такая бесчувственная. Просто мне казалось, что Джувия не хотела бы, чтобы я загибалась над её могилой. Эту привилегию я сбросила на плечи Грея, который только после смерти девушки осознал, кем она ему приходилась. Ужасно жаль было Фуллбастера. Ужасно жаль.       Он так и не встретит свою девушку. Никогда не женится, и детей у него не будет. Грей, вопреки всем ожиданиям, станет Мастером и утрёт нос зазнайкам. Но это будет в будущем, а тогда мне хотелось пожалеть Фуллбастера. Не заслуживал он такой жизни. Мне хотелось, чтобы он улыбался.       Эвергрин и Фрид покинули гильдию сразу после похорон Бикслоу. И я их больше никогда не видела. По ним и тосковала длинными морозными вечерами, сидя на подоконнике и наивно пологая, что умру из-за сквозняка. Сейчас я понимаю, что нужно было прыгать с подоконника, а не сидеть на нём. Что поделать? Я оказалась живучей, потому что в битвах не падала.       Говорят, любовь делает человека сильнее. На этих идеалах мы и росли в гильдии. Не знаю, зачем лапшу нам такую на уши вешали. Не делала нас любовь сильнее. По крайней мере, не к человеку противоположного пола. Грей был живым тому подтверждением.       Я и замуж вышла по абсолютной случайности. Все тогда меня поздравляли и сулили счастье до конца моих дней, и я, к своему стыду, надеялась сдохнуть как можно раньше. Сейчас понимаю, тем мыслям виной были глаза Дреяра. Он на моей свадьбе стоял в стороне, одетый не в праздничный костюм, но в похоронный. Этот костюм я увижу на нём ещё очень много раз. Когда мы будем хоронить Биску, потом Альзака, затем Гилдартса. Этот костюм Лексус наденет и на свадьбу Гажила с Леви. Но это детали. На моей свадьбе, пока все праздновали, Дреяр хоронил себя. И я его прекрасно понимала. Моё белое платье праздничным мне тоже не казалось. И только Нацу был счастлив, ещё не осознавая, какая бесчувственная жена ему досталась.       Я не любила своего мужа. Уважала, ценила, но не любила. Нацу если и чувствовал что-то такое, то молчал. Не хотелось ему расстраиваться. Он всё равно думал, что я - лучшее, что могло с ним произойти. Выйти за него замуж было правильным решением. Это было логично. И Леви, которой я буду всего два раза в жизни плакаться о том, что сделала всё неправильно, поймёт меня. Поймёт и простит, но помочь мне не сможет. Никто не сможет. Уйти от Нацу я не смогу, потому что «жена» - это не просто слово. Это опора. Да и не только это будет меня всю жизнь держать канатами. Я рожу Нацу двух девочек. Они будут очень походить на своего отца. Такие же шустрые, бойкие и вредные. Они будут ругаться друг с другом, но связь между ними будет самой крепкой.       Но верной я Нацу так до конца и не останусь. Наступлю на горло своим принципам и приду к Дреяру тёмной ночью, укутанная в зеленый плащ. Лексус не станет задавать вопросов, не будет в чем-либо упрекать. Я всегда буду ему нужна. И постоянно буду ловить на себе его взгляд. Холодный, суровый, но самый родной. Как бы там ни было, а Дреяр смотрел на меня с обожанием. И будет смотреть до конца своих дней. Просто я сама поздно это пойму.       И моя измена разовой не будет. Я буду приходить к Лексусу достаточно часто. Ой, только не надо читать мне мораль. Я знаю, что не получу звание «лучшей жены года». И никогда не скажу Нацу, что люблю его. Я скажу эти слова Дреяру, когда приду к нему в последний раз. Не по своей воле я называю этот раз «последним». Лексус уйдёт на задание и не вернётся. Через месяц в гильдию придёт письмо с номером места на кладбище. Лексус погибнет в качестве героя, а я рожу мальчика с янтарными глазами и светлыми волосами.       Нацу поймёт, что ребенок не от него, но будет растить, как своего. Я не была Драгнилу лучшей женой, но он был замечательным мужем. И я много раз скажу ему об этом, когда будет подходящий случай. Нацу будет пожимать плечами и говорить, что иначе бы не поступил, даже если бы мог. Я по сей день думаю, что он мне льстил, хотя прекрасно понимаю, что Драгнил никогда бы не стал заниматься такими вещами. Не вините меня в том, что мне просто удобно так думать.       И я буду всю жизнь завидовать Локсар, потому что похороню любимого человека, не смогу стать действительно счастливой и не стану хорошей матерью. Дочери будут любить отца больше, чем меня. А частичка Лексуса заподозрит во мне врага. Странно, но он и правда будет любить своего неродного отца сильнее родной матери. И я не могу его в этом винить.       Грей станет моим близким другом, который разделит со мной печаль и горе моей утраты. И он меня не осудит, как Эльза. Не будет учить и читать нотации. Фуллбастер возьмётся воспитывать Аску, которая осталась без родителей. И вырастит её достойной нашей гильдии. Я буду наблюдать за «Хвостом Феи» ещё пятнадцать лет, а потом погибну на задании. Причём сама брошусь закрывать спину Нацу. Меня назовут верной женой и достойной матерью. Напишут целую статью в некрологе, а Роуг и Стинг из Саблезубых даже пустят скупую слезу над моим надгробием. Леви будет захлёбываться, а мой сын положит на могильную плиту четыре желтых тюльпана.       Я не была хорошей матерью или женой. Просто об умерших либо говорят хорошо, либо вообще не говорят. И лучше бы обо мне ничего не говорили.