Верни им крылья

В больнице я провалялся две недели. Никто не мог понять, откуда раз за разом в моей крови появлялась сария. Доктор Листэль разрешил Вайрану и Сэресту оставаться со мной на ночь, Хассу не мог запретить этого. Когда кто-нибудь был в палате, я мог нормально функционировать, но стоило мне остаться одному дольше, чем на пару часов - и снова начинала болеть рука, а воздух наполнял запах яда. Сэрест на исходе первой недели принёс результаты экспертизы ножа, которым меня ранили. Тут-то и выяснилось, что на нём было подленькое заклятьице, которое приклеилось ко мне. Оно просто закольцовывало вещества, которые попали с клинка в кровь, воссоздавая их структуру. И срабатывало, когда его объект находился один - чтобы не смогли оказать помощь... Найдя причину, её устранили быстро, но пока вывели все последствия отравления, заживили руку, пока удостоверились, что повторений не будет. Я похудел, был слабее котёнка. Вайран и раньше чего-то говорил, что я невесомый, а тут уже даже перестал шутить, что боится на меня дышать - сдует ещё ненароком. Сэрест сетовал, что теперь долго возвращать себе форму буду. А Хасс только ухмылялся. Когда нашли и сняли то заклинание, я впервые с момента ранения нормально спал. И мне снился удивительно яркий сон: бескрайний луг с сочной зеленой травой, гуляющей волнами под лаской ветра. Посреди этого великолепия стояла ветряная мельница, лениво крутящая лопасти. Я шёл к ней, шёл... И никак не мог дойти. Потом в какой-то момент я добрался всё-таки до мельницы, нашёл дверь, пройдя, наверное, раза три вокруг основания здания. Поднялся на второй этаж, посмотрел на механизм - и попытался выйти. Но не мог найти выход! Вокруг простирались стены, повороты, спуски, подъемы и снова стееееены. Когда я в десятый раз прошёл мимо приметного выступа, я откуда-то из кармана достал кирку - и начал просто прорубать себе выход наверх. И ведь прорубился! На этом я проснулся. Полюбовался на потолок, окрашенный рассветом в розоватые цвета, потом на Вайрана, спящего на диванчике у стены. У меня ничего не болело, только правую руку, притянутую специальной накладкой к груди, немного дёргало. Вдруг я с удивительной ясностью понял, что хочу курить. Я ещё дома пробовал, но мне тогда не понравилось, а сейчас вдруг так захотелось... Точно! Ран же курит. Можно взять его сигареты, думаю, не обидится... Вот только как взять? Я не хотел будить человека. И я попытался встать. Нижняя часть тела послушно свесилась с кровати, а вот верхняя подниматься не желала, требуя опереться на правую руку, чего я, естественно, сделать не мог. Но, наконец, я сумел сесть на кровати, свесив ноги на холодный пол. Дальше было проще - главное не споткнуться и не упасть в утренних сумерках. Как я добирался до окна и пачки сигарет Рана, лежащей на подоконнике - это отдельная эпопея, усложненная слабостью, но я это сделал! Окно было приоткрыто, потому что на улице вчера стояла почти летняя жара. Я чуть сильнее приоткрыл створку, достал сигарету и зажигалку из пачки. Хорошо, что Ран имеет привычку вкладывать её в полупустую коробочку. Щелчок - и мои лёгкие наполнил дым. Голова моментально закружилась, и я прислонился к подоконнику. Я успел выкурить где-то половину сигареты, делая мелкие затяжки, всё-таки, тяжеловаты они для меня оказались, когда табачную трубочку вырвали из моих пальцев и отправили в полёт за окно, а меня за здоровую руку развернули к сонному злому Вайрану. - Какого демона ты тут делаешь? Я прислонился к плечу человека, ноги вдруг перестали меня держать. - Извини, что разбудил... Просто проснулся - и понял, что хочу курить. Я взял твои, прости... - Я уткнулся ему лбом в плечо. Так спокойно... - Я... ладно. Только надо будет купить тебе полегче и тонкие, а то ты с моими как с бревном наперевес. - Нет, не надо. Это разово. Помоги мне вернуться. Вайран подозрительно посмотрел на меня, но поддержал под локоть, довел до кровати и уложил на неё. - Спи, ушастый, ещё слишком рано. _______ Автор целый день играла в Майнкрафт, так что бедному Керру больше ничего не могло присниться) да и самой мне лабиринты часто снятся))) ну вот, теперь можно с чистой совестью спать)