Однажды в мегаполисе

      В пятницу намечалась небольшая вечеринка, как сказал Гера – для самых близких. Кроме двух одногруппников он позвал еще пару своих старых друзей и конечно девчонок. Пригласил и Лешку, скорее из вежливости, но в тот вечер Лешке как-то взгрустнулось, и он решил пойти. Причиной его грустного настроения был звонок от матери, и хоть она не жаловалась, по голосу он понял, что она опять приболела. Бесила невозможность бросить все и приехать, да и мать отговаривала. Преподаватель, с которым он договорился встретиться по поводу лабораторки, вдруг не смог прийти. И как результат - образовался свободный вечер. В общаге же гуляла другая компания, с ней Лешка тоже попробовал тусоваться и понял – не его. Вино рекой, разговоры ни о чем и хихикающие девчонки, обкуренные старшекурсники – все это его не привлекало. Наоборот - хотелось оказаться подальше. Выйдя из маршрутки он брел через парк. Семь вечера, а на улице уже кромешная тьма, небо уже пару недель как заволокло тучами, а сейчас казалось, что тучи заполнили и аллеи парка, клубясь туманом. Сыро, промозгло, все листья уже облетели, от ярких октябрьских красок не осталось и следа. Если в лесу листья всегда шуршали под ногами, то в парке у элитного комплекса, старательные дворники выбрали все до единого листочка. Правда здесь круглый год зеленела ровная травка, но это только еще больше добавляло неестественности к ровным дорожкам из плитки и частым горящим фонарям. «Вот я и в сумраке» - усмехнулся про себя Лешка и, задрав голову вверх, вгляделся в высокое здание, к которому он приближался. Верхушка здания также терялась в тумане, отчего оно казалось загадочным замком, помигивая огнями окон. «Что-то меня сегодня тянет в романтику», - вздохнул он и направился к крыльцу. Квартира встретила его тишиной, что еще раз убедило его в хорошей звукоизоляции, поскольку как только он приоткрыл дверь в комнату Геры, его оглушило какофонией звуков, музыки, смеха и громких разговоров, пытающихся эту музыку перекричать. Веселье было в разгаре. Лешка попытался влиться, но за полчаса не преуспел и тихонько улизнул в зимний сад, авось его не скоро хватятся, а здесь он не должен никому помешать. И правда, сад был погружен в полумрак, только неяркая подсветка указывала на стеклянную грань, что отделала мрак здесь от мрака в бездне тридцатого этажа. Также был подсвечен фонтанчик, своим тихим непрерывным журчанием создавая дополнительный уют и небольшой прудик в котором совсем недавно расцвел розовый лотос. Лешке еще не приходилось видеть сад таким - таким таинственным. Обычно он видел его при свете дня и всего пару раз вечером полностью освещенным искусственным светом. Он застыл на пороге, давая глазам привыкнуть. Когда стал замечать силуэты кустов и деревьев осторожно двинулся вглубь к стеклянному барьеру. Увы, вид не оправдал его ожиданий – за стеклом клубился не то туман, не то все-таки низкие облака и город почти не просматривался. Постояв немного, он побрел дальше. Полюбовался цветком лотоса, подставил руку журчащему фонтану, собирая холодные струйки, отпуская их потом на волю. Так переходя от цветков к деревьям, от деревьев к кустам и лианам он добрался до уютного круглого столика с плетеными креслами. Он несколько раз видел его издалека, но посидеть вот так одному и в тишине ему еще, ни разу не удавалось. Здесь тьма была еще плотнее, он уже собирался сесть, как вдруг в темноте вспыхнул огонек сигареты и он почувствовал запах табака и того самого парфюма, которым обычно пользовался Артур. Запах был редким, свежим и будоражащим, поэтому он его сразу запомнил. Лешка замер, не зная, что предпринять – то ли поздороваться, то ли уйти? Заметил его Артур или нет? - Ну что ты испугался – я не кусаюсь, - раздался вдруг голос из темноты, и огонек сигареты снова вспыхнул ярче, слегка освещая лицо хозяина. Лешке показалось, что он улыбается. - Добрый вечер, - сказал он тихо и, нащупав кресло, уселся на самый его краешек, готовый сбежать при первой же необходимости. Хозяин хмыкнул и щелкнул зажигалкой, зажигая пару свечей, которые оказались в подсвечнике на столе. Мягкий теплый свет разогнал тьму, окутывая столик и кресла золотистым сиянием. В колеблющемся свете свечей Артур показался Лешке древнегреческим богом, четко очерченные черты лица, отражающиеся в черных глазах огоньки свечей. Черные глаза, с огоньками свечей, неотрывно глядящие на него. Лешка тихо вздохнул. Этот мужчина вызывал в нем восхищение, уважение. Перед ним он - простой и открытый парень - робел. Вот и сейчас заметив его пристальный взгляд, Лешка невольно опустил глаза, уставившись на искусно плетеный столик. На столике кроме подсвечника оказалась еще пепельница и небольшой серебристый поднос с бутылкой коньяка и парой бокалов, еще один бокал хозяин держал в руке, грея тюльпан своей ладонью. Молчание затягивалось, лишь потрескивал, сгорая табак в сигарете, да издалека слышалось журчание фонтанчика. Наконец Артур докурил, раздавил окурок в пепельнице и когда Лешка уже решился подняться и сбежать вдруг предложил: - Выпей со мной,- и снова стал прожигать его своими черными глазами. - Я… но… я не пью, - еле пролепетал Лешка. - Да? – Артур удивленно вздернул бровь, - а я думал у Геры гулянка и ты приглашенный гость. - Ну, да… я пришел, но… я действительно стараюсь не пить, а вообще… просто был свободный вечер, случайно… обычно я занят, времени ни на что не хватает, а надо бы и работу уже подыскать, а тут в общаге гулянка, там похлеще чем у Геры и деваться некуда разве что на лестничной клетке сидеть, да и там достанут и… а… тут вроде как и… не так и шумно и… вот… я пошел свежим воздухом подышать, то есть в сад, а… здесь… Вы, - на этом он, наконец, замолчал в ужасе понимая, что несет какую-то чушь, и что все это Артуру нафик не сдалось и кто он тут вообще, надо бежать, - Я Вам не мешаю? – неожиданно для самого себя выдал он снова. Артур, выслушивая эту тираду, поначалу удивившись, тихо обалдевая с каждой новой не особо членораздельной фразой, под конец, уже просто хрюкая в бокал и еле сдерживаясь, чтоб не заржать в голос и тем самым не напугать парнишку еще сильнее. Когда же он так резко замолчал, а потом вдруг спросил, не мешает ли он ему, Артур выдохнул и улыбнулся. - Ты мне не мешаешь, - он протянул свободную руку и схватил Лешку за пальцы, легонько сжал их холодные кончики в своей теплой ладони. - Совсем не мешаешь, - он снова улыбнулся ему, - выпей со мной, пожалуйста, совсем немного, пару глотков, это хороший коньяк. А то пью тут один как алкоголик, - грустно закончил он, выпуская Лешкины пальцы и наливая в свободный бокал пару глотков коньяка, а потом обновляя и свой. - Держи, - Артур протянул ему бокал, - бери вот так, обнимай его снизу как я и держи, минут пять не меньше, жидкость нагреется, а ты потом осторожно вдохни пару раз аромат и только потом пей небольшими глоточками. Вдыхай и пей, снова вдыхай, снова глоток. Вот увидишь - тебе понравится. Лешка обнял прохладный бокал, стараясь в точности действовать по выданной инструкции. Вдохнул, потом попробовал. Действительно напиток был замечательный - согревающий, но не обжигающий, густой, насыщенный и очень ароматный. Незаметно бокал опустел, и радушный хозяин вновь наполнил его. Лешка не отказался поскольку опьянения он совсем не чувствовал, наоборот в голове как будто прояснилось, а сам он расслабился. Артур уже не казался ему таким неприступным и отстраненным, напротив они нашли общую тему и болтали. Артур улыбался, а то и смеялся, когда Лешка вдруг решил рассказать ему забавный случай по доказательству одной, как впоследствии оказалось, недоказуемой теоремы. Кресло, на котором сидел Лешка, оказалось не креслом, а плетеным диванчиком и в пылу беседы Артур как-то незаметно пересел к нему. Второй бокал сменился третьим, и по мере его выпивания беседа тихо замирала, пока они снова не оказались в тишине. Теперь Лешке было так уютно молчать вместе с Артуром, так спокойно. Он прислушался к его дыханию. Артур сидел так близко, что его вздох всколыхнул волосы у Лешки на виске. В голове плавал легкий золотой туман «Наверное, это от свечи» - отстраненно подумал Лешка. Артур придвинулся еще ближе, вглядываясь в его лицо. Осторожно коснулся кончиками пальцев, провел по щеке, зацепил за подбородок и развернул к себе. Лешка не испугался, хотя и не понял, что Артур этим хотел сказать. Наоборот ему было приятно прикосновение теплых пальцев к своей прохладной коже. Он взглянул Артуру в лицо, его глаза были так близко, и в них уже не отражалось пламя свечей, они были темными омутами, которые притягивали и не отпускали его взгляд. Еще ближе, и Лешка не выдержал и закрыл глаза. И почувствовал прикосновение чужих губ к своим. Он вздрогнул, но не отстранился, еще не конца понимая, что происходит. А Артур, зарывшись рукой в его волосы на затылке, притянул его голову еще ближе к себе, заставив Лешку ее запрокинуть, не переставая ласкать его губы своими. И лишь когда он настойчиво стал пропихивать свой язык в Лешкин рот, тот как будто очнулся и стал вырываться. Артур тут же обвил его руками, крепко прижимая к себе целуя в висок и шепча ему в ухо: - Леш, успокойся, извини. Ты был таким милым, таким манящим, я просто не сдержался. Успокойся, ничего страшного не произошло. Я ничего тебе не сделаю. Лешка подергался еще и затих. В крепких объятиях Артура было так непривычно, но так уютно. Он был так близко, что Лешка ощущал биение его сердца – оно стучало быстро-быстро, а аромат его парфюма оглушал. Он кивнул, показывая, что уже успокоился и его можно отпустить. И, правда, объятия разомкнулись, и Артур немного отодвинулся он него, не переставая смущать своим пристальным взглядом. - Извини, - снова произнес Артур. - Ничего, - почти прошептал вежливый Лешка. - Я хочу еще, - вдруг неожиданно выдал хозяин квартиры. Лешка, не веря своим ушам, поднял на него взгляд. Но Артур не шутил, он снова приближался, гипнотизируя взглядом, словно удав кролика. А Лешка и вправду не мог пошевелиться, не знал почему, не задумывался, скорее вообще не думал почему, просто замер, не отрывая взгляда от темных глаз. Артур придвинулся почти вплотную, деля дыхание. И остановился. Лешка ждал. - Можно? Молчание. А что ответить? Все роящиеся в голове ответы казались глупыми, а простое «нет», как-то не находилось. И Артур снова поцеловал его. Нежно, осторожно. Его губы скользили по Лешкиным губам, лаская, юркий горячий язычок, пробовал их на вкус, нежно обводил по контуру. Поцелуй затягивал, так Лешка еще ни с кем не целовался. Да, опыт в поцелуях у него был, хоть и небогатый. А тут, просто восторг, просто горячее удовольствие, что накатывает волнами. Начинаясь с губ, горячая волна катится прямо в пах, скапливаясь там томительным жаром. В пах? Лешка снова дернулся, легко высвобождаясь от объятий и пытаясь отдышаться. - Мне пора, - он решительно поднялся и, пятясь задом, стал отступать от плетеного диванчика в темноту. Артур удивленно взглянул на него и собрался уже что-то сказать. Но в этот момент Лешка развернулся, и побежал, уже ничего не слушая, спотыкаясь и натыкаясь на горшки с флорой к спасительному свету выхода из зимнего сада. Влетел в холл, схватил свою куртку, и кивком попрощавшись с удивленной Верой Павловной, кинулся к лифту.