Candy tips

«Если так по нему скучаешь – едь обратно», - здравомыслящий друг всегда выражал свои мысли прямо. Даже родной Тегу не успокоил ноющую душу. Неспособность простить не давала ему даже позвонить, руки тряслись написать смс, а сердце не позволяло стереть номер, давая надежду на то, что Чон Сок когда-то сможет набрать этот заветный номер. Сейчас он только и мог, что смотреть новости шоу-бизнеса, где парочка блистала во всей красе. А глупые почтальоны то и делали, что подсовывали номера газет, где на первых полосах были эти двое. . Насколько не справедлива, все-таки, жизнь. Но Жизнь ли виновата в их проблемах? Неужели именно она заставляет одного страдать из-за собственной глупости, непонятного никому благородного рыцарского поступка и неведения ничего о возлюбленном, а другого утопать в ревности и не менее глупых принципах, не способному сдать свои позиции. Как же это глупо. Но тут ничего не попишешь. Кажется, им не суждено прожить одну жизнь на двоих. Все зависит от нас самих. .. В Тегу же у Чон Сока квартира, квартира в самом центре города. Желание сменить обстановку, переезжая в Сеул, полностью служило приобретением дома в стиле корейской классики. В этой квартире можно выйти на балкон и закурить, облокотившись локтями о перила. В этой квартире можно запереться ото всех или закатить грандиозную вечеринку, не опасаясь внезапного приезда отца. Можно, в конце концов, выйти и этой квартиры на улицу, чтобы не слышать телевизора, сбежать от новостей. Можно отказаться от подписки на газеты. Можно отключить телефон. Можно все, что душе угодно. А душе угодно травить себя – слушать новости, читать новости. Можно еще неотрывно смотреть на тот самый чупа-чупс, а так же разговаривать с друзьями из Сеула, тайком выпытывая у них информацию. Нужно быть идиотом, чтобы сбежать, а потом таким образом подпитывать свою изодранную душу – ядом. Увлекательно сидеть с безразличным видом в созданном вокруг себя хаосе из газет, собранных за последние 4 месяца, раскрытых на развороте с материалами о Ким У Бине и его прекрасной девушке – Ю Джи Ан. Забавно замечать за собой, как только появившаяся ухмылка растворяется, сменяясь отчаянной улыбкой и безграничным горем в глазах, когда в очередном новостном сюжете мелькают эти двое – счастливые, безмятежные, влюбленные.

***

Ю Джи Ан подписала контракт, в котором говорилось о круглогодичной заграничной деятельности. Решение расстаться было единственным правильным. Какую бы иллюзию любви они не создавали (даже друг для друга) – истины не скрыть. У Бин самый обыкновенный школьник, который даже сам не может понять как и зачем связался с моделью, ну, а Ю Джи – девушка не его полета. Решение пока ничего не оглашать, чтобы не шокировать аудиторию, ведь относительно недавно раскрыли личность Кима, тоже было единственным верным. Фан встречи, которые проводили для успешной корейской модели за границей и несколько, за этот промежуток времени, в родной стране были сопровождены влюбленными охами и взглядами, милейшими реакциями на малейшее упоминание имени своего возлюбленного. С таким актерским мастерством ей можно было подаваться в актрисы. Эти «охи» и «ахи», словно маленькие стеклянные осколки, которые девушка, своими нежными ручками втыкала в истерзанное сердце Ли Чон Сока. А он только и делал, что сидел в своей квартире и предавался тлену, не видя надобности отдавать документы в старую школу и продолжать обучение. Кажется, депрессия поглотила его полностью. Через месяц его рука уже не дрогнула и нажала на «удалить», лишь сердце болезненно кольнуло от окончательно рухнувшей надежды. (пришлось удалить не только номер Ким У Бина, но и всех общих знакомых, у которых он мог бы его узнать, а так же удалить свой аккаунт из всех социальных сетей, и вообще, сменить собственный номер телефона)

***

Депрессивный синдром сопровождала вылазка не в бар с лучшим другом, чтоб напиться, а в кафе – попить кофе. - И что будешь делать? – спросил друг, помешивая ложкой свой кофе. - В монастырь уйду, - хихикнул Чон Сок. Хорошо, что присутствие друга детства хоть немного помогало держать себя и свои сопли в руках. - Ну, да, я бы на это посмотрел, - парень прыснул в чашку, затем подсыпал еще сахара, размешал и, как показалось Ли, соблазнительно облизал ложку. - Но, если ты продолжишь так делать, то я задам тебе вопрос, о твоих планах на сегодняшнюю ночь, - с издевкой предупредил Чон Сок. - Нет, ну умеешь же ты все испортить! - Что такое? Первый хотел у меня это спросить? Изменяешь своим канонам? – откровенно засмеялся парень. - Нет, я берег эту фразу, чтобы успокоить тебя и помочь сделать правильный выбор, но сейчас она прозвучит, словно я свою жопу спасаю, - подождав, пока у друга прекратиться приступ истерического смеха, вторая волна которого была вызвана только что сказанным, он продолжил. – Понимаешь ли, Чон Сок, сколько бы ты себя не мучил и не терзал, мне кажется, что у тебя никогда не пройдут эти чувства. - Ну, спасибо, друг, утешил, - сложив на груди руки, поежившись и ссутулившись, парень ниже опустился в удобном кресле. - Я просто обязан был тебе это сказать. Сам же знаешь, на затворках твоего сознания, конечно, блуждали подобные мысли, но ты бы никогда даже себе в этом не признался. Я просто хотел подтолкнуть тебя. - Я понимаю, - задумчиво кивнул парень, - но, что ты прикажешь мне делать? - Ты – идиот, - вздохнул парень, потирая переносицу. - Нет, - резко брошенный ответ. - Чон Сок, - подождав, пока парень подымет на него доселе опущенные глаза, продолжил, - если любишь – борись.

***

Сердце бешено бьётся, когда непослушные ноги ведут его домой, когда пальцы пересчитывают купюры, а мозг пытается сосчитать хватит ли ему на билет. Очередь в авиакассе кажется ему длиною в жизнь, а как только самолет взлетает – тревога стихает – затишье перед бурей. Наплевав на правила безопасности, Чон Сок выбегает из здания аэропорта, ловя попутное такси. Оставшихся денег чудом хватает, чтобы рассчитаться с таксистом. Как ни странно, уверенность никуда не исчезает, когда парень в полпятого утра стоит перед школьными воротами. В голове яснеет мысль, что его не пропустят через главный вход, так что решение перелезть через забор кажется ему отличным, не смотря на то, что сейчас на улице темно хоть глаз выколи, и бог его знает, почему не работают фонари. К его счастью черный ход открыт, а по предыдущему опыту тайной ночевки в школе, парень знает, что охранник как раз в это время ходит по этажам, проверяя обстановку. С одной стороны ему это только на руку, а с другой – не понятно где этот мужчина и приходится красться все четыре этажа до выхода на крышу. На крыше холодно. Этот холод дает возможность привести в порядок мысли. Чон Сок только сейчас понимает, что он уже не в Тегу, и вот, наконец, страх начинает просачиваться по его жилам. Вдыхая ледяной воздух, который обжигает легкие, он шарится по карманам в поисках сигарет. Подойдя к парапету, закурив, с наслаждением выдыхая дым, Ли задумчиво вглядывается в горизонт, встречая рассвет. Время от времени он переводит взгляд на ворота, пробегается им по школьному двору, залитому первыми лучами солнца. Когда солнце уже ярко светит в небе, парень сверяется со временем, отмечая, что уже начало восьмого – настал час неотрывно следить за малейшими передвижениями во дворе. Спустя 40 минут пристального наблюдения, наконец, Чон Сок замечает знакомую фигуру. Наступает паника. Действительно, он даже приблизительно не знает, что теперь делать. В момент заледеневшее от холода тело наливается жаром, горло хрипит от долгого молчания и почти полностью выкуренной пачке сигарет, но он кричит, наполовину перевешиваясь через парапет, кричит отчаянно, что слезы проступают на глаза – то ли от эмоционального перенапряжения, то ли от дунувшего в лицо ветра. - КИМ У БИН! Словно ножом надувной шарик этот крик разрывает тихое утро. У Бин сначала вообще не понимает, что это за вопли с утра по раньше, но стоит ему поднять голову, силуэт на крыше отдаленно напоминает ему Чон Сока – но этого не может быть. Скорее всего, кто-то на него похож, или это уже воображение настолько разыгралось? Ведь думать об одном и том же человеке каждый день, каждый час, каждую минуту – чревато последствиями. - ИДИ СЮДА! Вновь, как гром среди ясного неба. Ослепленный надеждой, У Бин срывается с места, за считанные минуты преодолевая расстояние, которое разделяло его и предмет его грез. Дыхания еле хватает на последнюю ступеньку и, с силой толкая дверь, он вваливается на крышу. Будто пьяного, его шатает и, на неподчиняющихся ногах, направляется к нему. - Да ладно? – только и вырывается у дышащего через раз парня. - Не может быть, - с шальной улыбкой, говорит сам себе парень. - У Бин-а! – опять прикрикнул парень, выводя второго из транса, - знаешь, - опять эта улыбка, отдающая сумасшествием, - я прямиком из Тегу, никто не знает, что я здесь. Я пробрался тайком в школу и простоял на холоде несколько часов, высматривая твой приход, и я бы тебя убил, если бы ты сегодня прогулял. - И, - осмелился подать голос парень, уловив секундную паузу, - зачем ты это сделал? - А ты как думаешь? – было большой глупостью идти на такой риск. - Приехал мстить? Ты ведь так яро меня ненавидишь, - с горечью сказал парень. Это заставило Чон Сока немного встрепенуться. За эти месяцы беспросветного тлена, он и думать забыл о какой-то там ненависти. Кажется, У Бин сказал это нарочно, пытаясь как-то отрезвить мысли парня, но Ли остался непреклонен. Их эмоциональные состояния немного отличались, ведь, Ли был беспечен, уверен, был на взводе, будто принял какой-то наркотик или выпил водку с энергетиком, а нет, это всего лишь адреналин в крови. У Бин же, напротив, был подавлен и осторожен, словно боялся сделать шаг в сторону, будто этот марафон до крыши забрал у него последние силы. - Я ненавижу, разве что, вашу с Джи Ан любовь, - горько выплюнул, нежели ответил. Тут на парня навалилась тяжелым грузом ложь для СМИ. – Какая у нас с ней может быть любовь, если она целиком и полностью отдана работе? Мне иногда кажется, что она и замуж за свою профессию выйдет. - Что прости? - Это все игра, - тут У Бин, как бы не хотел, но не смог себя остановить, - мы давно расстались, а сейчас просто продолжаем поддерживать иллюзию отношений, потому что это удобно ей. На это Чон Соку нечего было ответить, точнее, он просто не мог языком двинуть от шока. Его жизнь превратилась в своеобразный ад благодаря этим новостям. Если бы не лучший друг, кто знает, сколько бы еще времени Ли продержался? А все было гораздо проще. - Ким У Бин, тебя хрен поймешь, – не сдержался парень. Ким вел себя так, что невозможно было понять, что он чувствует, это только Чон Сока можно было читать, словно открытую книгу. Не понятным оставалось только то, почему У Бин так неожиданно быстро прибежал на крышу, и почему у него были тогда такие не верящие, но будто увидавшие чудо небесное глаза? - Ладно, позволь закончить то, что начал и зачем я вообще здесь, - выждав паузу, на выдохе произнес, - Я тебя люблю, - нужно было видеть лицо У Бина, насколько оно было шокировано, - И мне абсолютно безразлично, что ты – безнравственный ублюдок, который воспользовался мной, а потом сделал вид, будто ничего не было, - он подошел к опешившему от такого напора парню практически вплотную, - И еще, мне безразлично любишь ли ты Ю Джи Ан, - схватив ладонями его лицо, Чон Сок впился поцелуем в такие желанные губы, а, получив ответ, и вовсе обвил руками шею, запуская пальцы в волосы, прижимаясь к любимому телу, начиная понемногу ощущать потребности молодого организма. А У Бин просто посчитал не нужным рассказывать как все было на самом деле, хотя бы чтоб не вгонять в краску Ли, который только открылся ему. Он ему расскажет обо всем позже. Может быть. А сейчас, понимая то, что Ли Чон Сок принял его «таким, каков он есть и что содеял» и не важно, что это только плод его воображения, Ким был по настоящему счастлив. - Ты, наверное, не поверишь, но я безумно тебя люблю.