Труднодоступный кайф

в душу врываются заморозки. пламя сердца стремительно тухнет. он угрюмо просматривает наши старые фотографии и равнодушно бросает в камин. запас чистой боли больше не нужен, он выбирает жить дальше., но у меня не получается.

Pov Яна

      В сентябре начался мой первый учебный год в университете. Новые люди, новые знакомства, сессии, аудитории и лекции — всё это ожидало меня на пути к получению высшего образования. Первые несколько дней учёбы я чувствовала себя не в своей тарелке. На лекциях я сидела вдали от основного количества людей, а на больших переменах встречалась с Милкой, которая поступила в тот же университет, куда и я, но на актёрский факультет.       Со своими одногруппниками я почти не общаюсь. Среди них есть и фальшивые куклы, и ленивые задроты, посещающие пары не чаще раза в неделю; есть и парочка «батанов», предпочитающих не заводить дружбу со студентами, привыкших грызть гранит науки, не отвлекаясь на беззаботную жизнь, тусовки, выпивку и друзей. В общем, людей-то вокруг много, а поговорить по-прежнему не с кем.       Я пыталась быть, как все девушки моего возраста: пыталась не ворошить прошлое, хотя все напоминало мне о нем. Пообещав себе начать новую жизнь, я не лгала. Я действительно изменилась. Старалась больше времени проводить в обществе, заводить друзей, чтобы не оставаться одной. Но чем больше я узнавала людей, чем больше сближалась с ними, тем чаще разочаровывалась. Видимо, иметь много друзей и знакомых, активно общаться с кем-то и сближаться с ними — это не моё. Мне проще в окружении ближайших людей, с которыми у меня уже установлены длительные отношения. «Тогда почему ты в первый же день знакомства с Лелюком и Плисакиным чуть ли не прыгнула к ним в постель?» — спросил бы кто-то. И я ответила, что сама не знаю ответа на этот вопрос. Почему я сразу же, в первые минуты знакомства, стала им доверять, хотя обычно моё доверие моё получить очень непросто? Наверное, я интуитивно чувствовала, что это мои люди. И я абсолютно уверена, что больше не встречала таких людей, как они. И встречу ли?..       Жизнь текла своим чередом, я всё также учила конспекты, общалась с друзьями. Было лишь одно но: я почти ничего не чувствовала. Не чувствовала любви, благодарности, привязанности. Остались лишь эмоции, которые оставляли меня человеком. Как будто какая-то частичка души, отвечающая за чувства, потерялась и затонула в океане тех самых зелёных глаз. И её уже не спасти.       Первого ноября я проснулась с тяжёлым настроением. Желание делать что-либо напрочь отсутствовало. С самого утра начали поступать звонки от родителей и прочих родственников, друзей и близких людей. Социальные сети тоже были оккупированы многочисленными сообщениями. Я и предположить не могла, что у меня столько знакомых и «друзей». В этот день я решила сделать себе небольшой выходной и не пойти на учёбу, собираясь провести время в своё удовольствие. А всё потому что мне исполнилось восемнадцать лет.       Самый, пожалуй, долгожданный звонок поступил ближе к вечеру. Это был Димка, мой любимый Димка с прокуренным голосом и милой улыбкой на лице. Наш разговор длился не меньше получаса, не считая небольшой промежуток времени, когда Лелюк передавал телефон Роману, а тот от души меня поздравил, пожелав всех благ. Дима был очень расстроен тем, что не сможет приехать ко мне в Москву, потому что буквально через час у них начнётся концерт в украинском городе, а сами они в данный момент находятся в гримёрке. Не сдержавшись, я задала вопрос, ответ на который не слишком волновал меня, я спросила это скорее из вежливости: «Как там Саша, где и с кем он сейчас?» Ложь.       Конечно, я хотела знать о нём всё. Хотела знать, вспоминает ли он обо мне.       Но мы незнакомые люди…       Дима замялся, а после ответил, что с Плисакиным всё хорошо, сейчас он общается с Басиком у сцены. Спустя секунду он добавил: «Саня просил передать… Он желает тебе счастья и настоятельно просит, чтобы ты чаще улыбалась. Улыбайся, несмотря на проблемы, боль, несчастья. Улыбайся, и всё в твоей жизни будет хорошо. Как-то так…» Под конец нашего разговора Димка еще раз извинился, что не может приехать и обнять меня «по-братски», но зато он дал обещание приехать чуть позже и уже как следует отметить моё восемнадцатилетие. Я отметила свой день рождения со своим лучшим другом, Милой. Мы просто гуляли по ночной Москве, лопали мороженое и оглушительно смеялись. Наверное, можно по праву назвать этот день рождения самым лучшим в моей жизни, поскольку провела я его в компании любимого и по-настоящему близкого друга, чего прежде никогда не случалось. Но хотя я и не показывала виду, я все-таки очень расстраивалась из-за того, что не смогу увидеться с моими мальчиками — Димой, Ромой и Денисом. И я до сих пор гордилась тем, что смогла прекратить общение с Сашей.       Ноябрь подходил к концу. Тридцатого ноября я поздравляла Дениса с днём рождения, после чего с кружкой зелёного чая сидела у окна и вспоминала. В последние месяцы я редко себе это позволяла, но иногда всё же уделяла время на воспоминания. Вспоминала каждую улыбку, подаренную Сашей, каждый поцелуй, приносящий сладостное послевкусие. Я пообещала себе, что больше не пророню ни слезинки… Сдержала слово. Теперь это лишь приятные воспоминания, ничего более.       Первого декабря я возвращалась с магазина поздно вечером, настроения совершенно не было. Город понемногу начали украшать к Новому году, и по идее, я должна бы тоже начать готовиться к празднику, предвкушая счастливую новогоднюю ночь и удачный год, но депрессия опять настигла меня. Первая в моей жизни сессия, ожидающая меня сразу после коротких каникул, давала немалый повод для этой депрессии. А ещё, меня гнетёт одиночество. Я не умею заводить друзей, поэтому у меня есть только Мила, которая в свою очередь прекрасно общается с доброй третью молодёжи Москвы, и логично будет отметить, что она частенько забывает обо мне. Я не вижу смысла обижаться на Милку или высказывать ей в лицо то, что накопилось во мне в часы одиночества. Мы по-прежнему остаёмся друзьями и довольно близко общаемся, просто она такой человек, и я должна принять её такой.       Проходя мимо поворота на заброшенный домик, я услышала жалобные всхлипы, поскуливания, доносящиеся из темноты. Я хотела было пройти, но очередной громкий всхлип остановил меня. Набрав воздуха в лёгкие, осторожно сделала несколько шагов по направлению к этому дому, освещая путь телефоном, фонарей здесь не было. Подойдя вплотную к дому, я, не заметив небольшую ямку, наступила ногой. Спустя секунду я почувствовала острую боль, пронзившую щиколотку. Похоже, серьёзный вывих. Постанывая, осторожно вытащила ногу из ямки и поковыляла к крыльцу дома, откуда немного ранее доносились всхлипы и поскуливания. Сейчас они утихли, наверное, причиной этому была моя неуклюжесть и слишком громкие шаги вперемешку со стонами от боли.       Кое-как подойдя, я заглянула на крыльцо. В уголке стояла большая потрепанная корзина, там что-то шуршало и копошилось. Мысленно перекрестившись на удачу, я аккуратно заглянула в корзину. Всё, что я увидела, это лохматое существо, замершее на месте от испуга. Я протянула руку и на свой страх и риск дотронулась до темной спутанной шерсти. Комок зашевелился, и на меня уставились два пронзительно-голубых глаза, наполненных надеждой, тоской и бесконечной грустью. Существо было безобидное на вид, поэтому я уверенно начала поглаживать его чуть повыше глаз, выделяющихся среди кромешной темноты. Пушистый прикрыл глазки от удовольствия и заскулил.       Моя боль в ноге снова дала о себе знать, едва я попыталась облокотиться на неё. В тот момент я поняла, что от моего решения зависит жизнь этого малыша. Всё-таки наступает зима, холодные ночи, и ему необходима помощь. Но с другой стороны, смогу ли я дойти до дома со своей больной ногой, таща при этом пакет с едой и пушистого? Да и позволяют ли условия моей жизни заводить домашнего питомца? Тем более, еще неизвестно, что это за животное. Может, это щенок какой-нибудь дворняжки, может, пушистый кот. Может, это вообще лиса… Я слышала, дикие звери, зараженные бешенством, сами лезут к людям в руки, дают себя гладить, а потом наносят неожиданный удар. Точнее сказать, укус. Из-за свалявшихся клоков шерсти невозможно разобрать, что за животное передо мной.       Я взвесила все аргументы «за» и «против». Наблюдался явный перевес в сторону «против», и это расстраивало меня. Кажется, голубоглазого пушистика это расстраивало не меньше, он зажмурился и прижался к моей руке. Сердце разрывалось на части, и я осознала, что просто не могу оставить здесь этого малыша. Вздохнув, я встала, подняла нелегкую корзину и пакет, и, опираясь на здоровую ногу, побрела в сторону горящих фонарей и дороги. Еле-еле я дошла до своего дома. Дал Бог, существует крайне полезная в данный момент вещь — лифт.       Поднявшись на шестой этаж, я открыла дверь и поставила корзину и пакет на пол. Пока я снимала верхнюю одежду, животное не шевелилось и не пыталось вылезти из корзины, но стоило мне наклониться к корзине и потрепать его по грязной шерсти, тот поднял на меня свои голубые глазки. Судя по форме мордочки, это собака или лиса. Хотя я сомневаюсь, что лиса может быть такой смиренной и спокойной. Что ж, приступаем к самому интересному.       Я поставила его в ванну и начала мыть. У бабушки как-то давно жила собачка, рыженький пушистый шпиц. Поэтому у него всегда была густая длинная шерсть. Я помню, как мы с бабушкой мыли его, это был долгий и мучительный процесс, пёсик еще и на месте не мог стоять, постоянно вырывался. Так что, в общих чертах, я знала, как нужно мыть пушистых животных. Порывшись в шкафчике, я нашла старый шампунь для собак с длинной шерстью и начала намыливать на спокойное существо. Тщательно промыв каждый волосок, я смыла шампунь и вытерла большим полотенцем, после чего выпустила малыша из ванной комнаты. Я решила сначала заняться готовкой, чтобы дать пушистому высохнуть, а уже потом буду рассматривать его и решать, что с ним делать.       Через минут сорок пюре с котлетами было готово, и я пошла искать моего нового друга. Обойдя все комнаты, я нашла его в моей спальне на кровати. Свернувшись калачиком, он сладко посапывал. В том, что это собака, у меня не осталось сомнений. Я погладила его между ушек, он поднял на меня свои глазки и лизнул руку. Господи, неужели одна из моих самых больших мечт сбывается? Я всю жизнь мечтала о большой собаке породы немецкая овчарка, лайка, хаски, лабрадор…       Шерсть, казавшаяся такой темной из-за спутанности и грязи, после мытья и расчесывания оказалась бело-серой. Своей расцветкой она напоминала хаски или лайку.       На следующий же день я отнесла пушистика в ветеринарную клинику. За небольшую плату его полностью осмотрели, проверили на наличие болезней, физических недостатков, сделали необходимые прививки, узнали пол и приблизительный возраст. К моей великой радости, это была сучка, абсолютно здоровая, порода её — хаски, возраст не более двух месяцев. Как сказал врач, такое чудо грех выбрасывать на улицу, и я с ним полностью согласна.       По дороге домой мы зашли в зоомагазин и купили сухого и консервированного корма, синий ошейник и такого же цвета поводок. Всё это время я думала, как назвать мою собачку. Уже подходя к дому, определилась с её именем. Мою малышку зовут Алиса.