Бета-тестеры. Дополнительное издание

Виртуальная реальность игры «Покорители Забытых Перекрёстков». 26 марта. 13:14 реального времени.       — Нас будут ненавидеть.       — Я знаю.       — Будут пытаться убить.       — Я знаю.       — Никто и никогда не узнает, что было на самом деле.       — Я знаю.       — И ты всё же хочешь сделать это? Да ты псих!       — Мы оба психи. Ведь ты со мной, правда?       — Куда же я денусь?..       — Эй, тунеядцы, чего делаете? — бесцеремонно поинтересовался Банзай, материализуясь возле парочки программистов «в штатском».       — Едем, — скучно ответствовал Ксенобайт.       — Классику смотрим, — вздохнула Минус. — Расстояния здесь всё-таки убийственные. Как ты вообще меня развёл здесь чара создать?       — Должен же кто-то проверить обновление последних квестов, — пожал плечами Ксенобайт. — Кто-то, кто не видел их в процессе составления и не набрал уровня, с которого задачи кажутся пустяковыми.       — Ты просто садист, — вздохнула девушка. — Ну вот почему я не влезла, когда вы этот свой «супер-пупер квест» делали, а? Сидела бы сейчас, как белый человек, на Изнанке, с Ллар и Исом Седьмым, рисовала. Нет, ношусь тут, аки ньюб какой.       — По сути, ты сейчас и есть ньюб, — ехидно заявил Ксенобайт. — Уровень у тебя первый, стартовые локации ты в глаза не видала: мы там практически не работали. Так что давай-ка на Свалку, обживайся. И подрывника ты зря взяла, ой зря, намучишься ты его раскачивать.       — Не учи учёную, — буркнула Минус, подтягивая колени к груди и ёрзая на сидении. Она и сама уже поняла, что нарастить уровень персонажу, больше подходящему для массовых операций, в одиночку будет весьма и весьма непросто, но из «свободных» персонажей среди тестеров остались только сапёр и пулемётчик, а страсти к тяжёлому крупнокалиберному девушка не испытывала.       Конечно, можно было занять воина или мародёра — наиболее распространённые профессии, которые приносили куда более ощутимый и, главное, быстрый результат. Штурмовик или снайпер даже третьего уровня мог вполне успешно участвовать в операциях, да и разведчики, пусть и низкого уровня, требовались всегда. Но сравниться с Мак-Мэдом, Махмудом или Мелиссой Минус, разумеется, не могла: не с таким огромным разрывом в уровнях и практике. Медик был неплохим вариантом: их с радостью принимали в команды, всем миром помогали прокачиваться… Но командным игроком Минус не была. Да и медика уже взяла Внучка, навеки занявшая роль хила в команде тестеров. Понимая это, Минус решилась стать первопроходцем. К тому же ей невероятно импонировала возможность создавать вещества совершенно различного действия, а уж бесхозную лабораторию отыскать в Шелтервилле она надеялась без особого труда, благо расставлял их Кеша, а логику паренька новоявленная подрывница уже вполне себе представляла.       Так одна лаборатория, причём неисследованная — или тщательно умалчиваемая бывалыми игроками — обещала таиться возле памятника Великим Шузам, который явно содержал в себе тайный ход. А если там не было лаборатории — наверняка было что-то другое, столь же интересное и, возможно, полезное. К таким выводам девушка успела прийти, ковыряясь в имеющихся первоначальных картах, тут же уточняя их тысячей и одной пометкой о том, куда стоит заглянуть, ещё в первые полчаса путешествия в потрёпанном багги. Ещё полчаса Минус честно глазела на однообразные пейзажи вокруг, хихикая над комментариями старшего товарища, роль которого исполнял Ксенобайт, собственно, и втянувший её в сие сомнительное мероприятие. К концу второго часа поездка к другому краю локации подошла к концу, а обоих игроков начало смертельно клонить в сон от вида серого песка и редких кустиков, изредка сменявшихся жухлыми деревцами. Поставив багги на автопилот, что ему, как админу, не возбранялось, Ксенобайт включил фильм на протащенном чите-дисплее, и поездку обратно парочка скоротала весьма неплохо.       — Значит, при деле, — заключил Банзай. — Ну, а я вас занять хотел.       — Нет уж, минимум на неделю меня тут уже заняли. — Минус нервно подёргала молнию жилета. — Ну что, привет тебе, позор. Это и есть Шелтервилльская Свалка, как я понимаю. Не посоветуете хоть, что собирать?       — Ищи гайки, — хором заявили Банзай и Ксенобайт. — Гайки, болты и крысы — самый ходовой товар.       — Крыс убивать надо или дохлые валяются? — без особого энтузиазма уточнила девушка, уже принявшаяся распинывать ещё не поцарапанным чистым ботинком ближайшую груду мусора. — Ой, мать!       Здоровенный крысюк, не особо церемонясь, тяпнул потревожившую его жилище, чуть не оставив её без ноги, и, угрожающе размахивая облезлым хвостом, оскалил жёлтые кривые зубы.       — Беги, — с ухмылкой посоветовал Ксенобайт. — До третьего уровня ты его завалить не сможешь.       — Сколько у него хитов? — нервно поинтересовалась Минус, осторожно отступая.       — Полсотни, — просветил Банзай.       — Всего? — ошарашено остановилась девушка.       — На свои посмотри, — хмыкнул программист.       — Мать, — убито заключила Минус.       В строке «здоровье» из десяти единиц мигала красным двоечка. Стрельнув глазами и прокляв горькую судьбинушку и вредных упырей, девушка рванула со всех ног к выглядевшей безопасно горе мусора, надеясь укрыться на ней. Противно завизжав, крысюк кинулся следом. Банзай сочувственно вздохнул, а Ксенобайт поставил закладку на недосмотренном фильме и ехидно прищурился вслед скакавшей по грудам покорёженной техники подруге. Интуиция подсказывала ему, что на крысюка ставить не стоит. Квартира Ксенобайта. 29 марта. 23:57 реального времени.       — Может, спать? — зевнул Ксенобайт, постучав Минус по шлему.       Та недовольно заворчала и замотала головой. Программист уже знал, что подруга вооружилась фомкой и открыла настоящую охоту на так ненавистных ей с первого дня крысюков, но даже не представлял масштабов бойни, пока не увидел, как Минус собирает трофеи в пыльную брезентовую котомку.       — Понятия не имею, на кой хоть кому-то могут понадобиться головы этих тварей, но раз их покупают, то почему бы и нет, — прокомментировала она тогда своё занятие, обтирая покрытый кровью и шерстью ломик. — И вообще, они мне не нравятся, — добавила девушка, закидывая на плечо другой мешок, полный гаек, с боем отбитых у стаи невезучих крысюков. — Неплохой способ совместить полезное с приятным.       Как массовый забой мерзко выглядящих тварей, в процессе которого невозможно было не вымазаться в малоаппетитной смеси грязи со свалки с внутренностями убитого зверья, мог быть приятным, Ксенобайт не особо понял, но спорить о вкусах не стал, подозревая, что иначе следующей жертвой окровавленной фомки станет он сам, запихнувший девушку в не особо интересующую её игру. Та же, подойдя к заданию со всей ответственностью, за первые полтора дня перерыла всю свалку, неплохо поднялась на паре хромовых деталек и обзавелась основной утварью, необходимой для начала профессиональной деятельности.       Чисто интуитивно, основываясь на опыте из других игр, смешивая разную пакость, так же откопанную на всё той же помойке, перегоняя в собранной на коленке из всяческого мусора установке, кипятя, фильтруя, растирая, пропитывая вонючей жижей тряпочки и заливая её в бутылки, она собрала грубый, не самый эффективный, но действующий вариант «зажигалки» и закидала дешёвой бурдой обосновавшихся на богатой хромом жиле командников. Те сгорели, практически не оставив трофеев, но Минус не особо интересовало оружие, которым она всё равно не смогла бы воспользоваться за неимением патронов, равно как и бронежилеты, моментально выдавшие бы её горящим жаждой мести невинно убиенным. Натолкав полную сумку хромовых деталей, набив ими все карманы и даже капюшон накидки, девушка спешно унесла ноги, и очень вовремя: вдалеке уже слышались разъярённые вопли бегущих из морга тиммейтеров.       Устраивая довольно грязные подлянки игрокам высшего уровня, Минус, однако, никогда не опускалась до того, чтобы обирать новичков, у которых, по чести говоря, взять было и нечего. Так, партизаня, охотясь, выполняя мелкие квесты и занимаясь кладоискательством на свалке, она набегала уже пять уровней и намеревалась, набив на крысюках и кротах-мутантах шестой, отправиться штурмом на неведомого Рыгайлу, к которому вёл её квест, но на входе в подземье шатались два элитных бомжа-людогрыза, а где-то внутри явно подвывал третий. Пороху на прорыв у Минус явно не хватало: для победы над бомжами потребовалось бы полтора десятка таких, как она, и то неясно, кто в итоге одержал бы верх. Прорываться мимо бомжей напрямую было безумием. Следовало придумывать план или же искать обходные пути. И интуиция, редко девушку подводившая, подсказывала ей, что поиск обхода может занять неделю, и притом не одну, хотя он явно и существует.       Ещё одним планом, куда более выполнимым, было дождаться ходки игроков постарше и пройти с ними, позволив им расчистить дорогу как можно дальше, после чего-либо прикончить отмычек, либо пробираться дальше с боем самой и собрать трофеи или сгинуть в бою. Но этот вариант не устраивал неясностью и возможностью напороться на уже знакомые лица. Напакостить в Шелтервилле Минус успела многим, и её частично скрытая очками-консервами с вечно закопченными линзами рыжая шевелюра была для приличной части населения довольно желанной мишенью. Поэтому в город девушка совалась редко, предпочитая куда более опасные окраины. Что, впрочем, не мешало Баден-Баденским торговцам скупать у неё гайки, болты, головы крысюков, хром и даже порой собранные из обломков радиодеталек простенькие приборчики вроде детонаторов и металлоискателей, на свалке абсолютно бесполезных и беспрестанно заходившихся противным писком на любую консервную банку, которые валялись на каждом шагу. Торговцы, тем не менее, умудрялись втюхивать их новичкам, за что Минус чувствовала себя слегка виноватой, но утешала себя мыслью, что лох — он и в Африке лох, и не её вина, что всякие идиоты ведутся на дешёвые разводки. Вот только от того, чтобы потратить на девушку пару патронов, большинство знакомых с ней игроков всё же удерживала только стоимость тех самых патронов.       Вариант нарваться на знакомцев не оставлял сомнений в том, чем увенчается предприятие при таком раскладе. Оставалось лишь прорываться собственными силами от начала и до конца. Такое было возможно, но требовалось запастись просто невероятным количеством «зажигалок», а также неплохо обзавестись хоть тремя гранатами и чем-то на смену верному ломику — просто на всякий случай. И, разумеется, спичками. Спички давно стали больной мозолью. Они были нужны постоянно, при каждом броске, причём чаще всего от коробки отрывался чиркаш и прикручивался к каждой бутылке, чтобы в разгар боя не искать судорожно, от чего бы её поджечь. Таким образом коробка спичек хватало лишь на два снаряда, а снарядов Минус, хоть и поднаторевшей в обращении с фомкой, для развития способностей требовались не десятки и даже не сотня.       Конечно, спичечные головки шли потом на изготовление какого-никакого бикфордова шнура или добавлялись к содержимому жутко булькающих банок и склянок, порою давая далеко не тот эффект, который предполагался, но расходы на пресловутые коробки были соизмеримы, пожалуй, лишь с расходами на патроны, на которые жаловались все до единого обладатели огнестрела. Две трети нечестным трудом добытого заработка уходили именно на них. Именно поэтому обзаводиться хоть чем-то стреляющим пока для девушки не имело смысла: обеспечивать себя патронами и продолжать развитие патента одновременно при её уровне было просто нереально. И Минус, скрепя сердце, отказалась от идеи приберечь для себя неплохой дробовичок, оставшийся от подорвавшегося на её первой растяжке незнакомого штурмовика, и загнала его по неплохой цене торговцам, прихватив вдобавок кожаный плащ с капюшоном, непонятно что забывший на продавце с лицензией водителя, но с радостью им всученный вместо десятка монет сдачи с неприличного количества коробков со спичками.       Плащ стоил не десять монет, а все сто, к тому же был в относительно новом состоянии, но оповещать об этом торговца девушка не стала: водителю он всё равно был без надобности и наверняка был взят им у какого-то другого отчаявшегося подрывника, бывшего без гроша в кармане и согласившегося заложить своё имущество по цене в десять раз меньше рыночной. Кожаные вещи: перчатки, куртки, брюки ценились среди подрывников на вес золота, защищая от жара и осколков собственных и не только взрывов. Но самым элитным костюмом для начинающего сапёра считался кожаный плащ. Это тебе не куртка, в которой без шлема и высоких сапог больше трёх минут сквозь огонь не побегаешь, это уже настоящая тяжёлая защита, вкупе с очками способная выдержать и пламя, и взрывы, и химические облака, и даже слабую радиацию. В общем, самое то для тех, кто только начинает игру и на собственной шкуре вынужден проверить все сочетания имеющейся в наличии дряни в поисках удачных и неудачных комбинаций. Кроме этих, очевидных, качеств у плаща было ещё одно: под капюшоном можно было спрятать рыжие волосы, дабы не нарваться на законную месть шелтервилльцев. Виртуальная реальность игры «Покорители Забытых Перекрёстков», Шелтервилльская свалка. 30 марта. 04:17 реального времени.       Денег на спички не было, индикатор здоровья медленно, но верно полз к нулю, терять плащ и так удачно найденную монтировку Минус категорически не хотела, а у группы игроков, методично пытавшихся изрешетить белкой скакавшую по свалке от одного ненадёжного укрытия к другому девушку, с деньгами проблем явно не имелось, если судить по количеству патронов, которые они щедро всаживали в лязгающие металлические двери и крыши искорёженных машин. Горько вздохнув, Минус вытащила из недр плаща пробирку со зловеще светящейся розовой бурдой, в которой то и дело зарождались чёрные и коричневые пузырьки, застегнула плащ, натянула очки и со всей силы швырнула пробирку под ноги нападавшим.       После тихого «дзынь» ещё несколько мгновений гремели выстрелы, потом враз сменившиеся судорожными хрипами. Девушка натянула капюшон как можно ниже, подняла воротник до самых глаз и попыталась зажать рукава изнутри, но индикатор здоровья всё равно резко рванул к нулю. Зажмурив от безысходности один глаз, Минус обречённо смотрела, как жёлтая зона сменяется оранжевой, красной… Фух! Чуть-чуть не дойдя до отметки с надгробием, бегунок остановился, оставляя девушку едва-едва, но живой. О том, что делалось в эпицентре химически-радиоактивного бедствия, можно было догадаться по семи лежащим телам.       Не торопясь расстёгивать плащ и опускать воротник, Минус задумчиво огляделась. В куче мусора угрожающе пискнул крысюк. Подобрав автомат, из которого минуту назад чуть не убили её саму, девушка задумчиво взвесила его в руках, перевела на короткие очереди и выпустила шесть патронов в отчаянно завизжавшую и тут же смолкшую тварь. Здоровье моментально восстановилось, зато синяя строка опыта вновь стала пустой.       — С днём семёрки меня, — задумчиво пропела Минус, неспешно собирая трофеи. — Вот и спичек куплю. Кто тут к нам приходил-то? О, какие эмблемки… Клановские, значит. Знакомые морды, знакомые. И чего неймётся? Подумаешь, большое дело, обокрала слегка. С другой стороны, теперь и на Рыгайлу идти можно. Но сперва — баиньки. Квартира Ксенобайта. 30 марта. 08:17 реального времени.       — Давно легла, чучело? — хмыкнул Ксенобайт. — Час назад? Два? Минус застонала и попыталась спрятать голову под подушку. Программист безжалостно стянул с неё одеяло, и из-под подушки раздалось сонное ворчание, разобрать в котором хоть слово не было никакой возможности. Подумав, Ксен решил, что игра не стоит свеч и даже если девушку поднять, толку от неё не будет никакого, зато сил и нервов будет потрачено немерено. Милостиво вернув одеяло, в которое Минус тут же завернулась, как в кокон, он покачал головой и начал собираться.       Как водится, как только за единственным, мешавшим спать, закрылась входная дверь, желание подремать ещё хоть пять минут исчезло, словно его и не было. Поворочавшись немного в безнадёжной попытке заснуть снова, Минус убито выползла из кровати и, мрачно взглянув в зеркало, долго соображала, почему не выводится виртуальная консоль и как отредактировать чара без неё. Штаб бета-тестеров. 30 марта. 09:43 реального времени.       — Явился, — хлопнула в ладоши Внучка, едва Ксенобайт зашёл в машинный зал. — А у нас в Шелтервилле неполадки. Туда столько игроков из Баден-Бадена разом ломанулось — кошмар, текстуры минут по пять прогружаются, пули в воздухе застревают. Михалыч в шоке, а тебя всё нет! Ксен, давай быстрее разбираться, пока он Изнанку не нашёл или сервер не лёг!       — Вот уж по делам сходить нельзя… На кой ляд все эти кони туда ломанулись? — мрачно уточнил программист, хрустнув пальцами, шеей и решительно придвинув консоль. — Шелтервилль — локация для новичков, неудивительно, что всё зависает, когда вламывается толпа высокоуровневых лосей с оружием и экипировкой, каких там со дней открытия не бывало. Выставить их оттуда поскорее, и дело с концом.       — В том-то и дело, — всплеснула руками Внучка, — они не уходят! Им Кеша уже говорил уйти по-хорошему, как админ, так они кричат, что не уйдут, пока не отомстят.       — Кстати, не такие уж они и лоси: уровень восемнадцатый, двадцатый — максимум, — стянула шлем Мелисса.       — И чего их просто не расстреляете? — не понял Ксенобайт.       — Так… Нечестно как-то получается, — пожала плечами корреспондентка. — Раз мстить, то, наверное, за дело. А тут мы их просто возьмём и расстреляем?       — Тогда ждите Махмуда с Мак-Мэдом и присоединяйтесь к карательной операции, а я заморожу Изнанку, чтобы сервер правда не лёг, — кивнул парень. — А потом, уж простите, я вам не помощник: у меня в «Перекрёстках» и свои дела есть. Но если что — я на связи.       — Ладно, иди, — недовольно буркнула Мелисса, тоже сообразившая, что помощи от программиста, даже не имевшего понятия, на кого готовится облава, будет немного. — Кстати, ничего от чокнутых сапёров не посоветуешь?       — Кожаная куртка, ботинки с железными набойками и бронежилет, — рассеянно буркнул Ксенобайт, и только потом насторожился. — А вы… на подрывника, значит, охотитесь?       — Да, — жизнерадостно подтвердила Внучка. — Там чокнутая какая-то, настоящая террористка, ограбила три клана. То ли вообще отчаялась, то ли реально без башни. А может, высокого уровня, только развлекается так, потому что, серьёзно, там больше сотни злющих игроков! И мы пообещали помочь. Мы же админы! И Банзай решил нажиться: взял персонажа и поставляет им боеприпасы. О, Мак и Махмуд пишут: решили присоединиться и пойдут, как наёмники. У тех мстителей, правда, даже скринов нет, но они клянутся, что при встрече её узнают.       — Чокнутая террористка, говоришь… Возьми-ка ты, Внучка, на всякий случай камеру.       — Зачем? — удивилась корреспондентка.       — Посмотрю потом, что там у вас было, — нашёлся программист и незаметно вздохнул. Конечно, это могло быть совпадением, но если нет… Интересно, Минус хоть сама-то уже знала, во что ввязалась? Виртуальная реальность игры «Покорители Забытых Перекрёстков», Шелтервилльская свалка. 30 марта. 10:06 реального времени.       — Уже проснулась? — поинтересовался инженер с явно немаленьким уровнем, эффектно дрифтуя на мотоцикле и затормозив меньше чем в полуметре от собеседницы.       — Вроде того, — зевнув, подтвердила подрывница в потрёпанном кожаном плаще, лениво прилепляя на бок бутылок с зажигательной смесью чиркаши. — А ты что проведать-то сподобился? Да ещё в штатском.       — Неприятности у тебя, Виктор Принцип Шелтервилльского разлива, — с удовольствием поведал Ксенобайт. — На тебя охота идёт, как на Шер-Хана.       — Сколько? — нервно облизнув тут же пересохшие губы, уточнила Минус.       — По словам твоей сестры, цитирую: «больше сотни злющих игроков». По словам Мелиссы, уровня восемнадцатого-двадцатого. Рассказывай, чем ты им так насолила, и давай убираться отсюда в ритме танго: Шелтервилльская свалка будет первым местом, которое они проверят.       — Это же было просто ограбление! Жестковато, конечно, но! .. — девушка судорожно бросилась приматывать спички к обрывкам каких-то тряпок и распихивать их по бутылкам с зажигательной смесью. — Ох ты ж, вот ведь… Я же просто! .. Поможешь?       Ксенобайт помог подруге распихать бутылки в два ящика и привязал их с двух сторон от мотоцикла.       — Залезай, — скомандовал он, — и держи свои адские смеси. Если взорвёшь этот мотоцикл, я не смогу добыть нам новый, не привлекая внимания Мака; он наверняка заподозрит, что дело нечисто, хоть на меня прямо и не подумает, и возьмёт у Кеши сканер. Будет искать сапёров уровня тридцатого, я думаю.       — Ты поэтому в штатском, — кивнула Минус, послушно запрыгивая на байк, достаточно грузоподъёмную, и при этом скоростную лошадку, — чтобы сразу как админ не спалиться. Ладно, план есть?       — Зависит от того, есть ли он уже у тебя.       — Не план, но намётки, — задумалась девушка и натянула защитные очки, предвкушая поездку с ветерком. — Гони к шахтам и старому бомбоубежищу. Виртуальная реальность игры «Покорители Забытых Перекрёстков», вход в шахты. 30 марта. 10:27 реального времени.       — Рассказывай, какую-такую свинью ты умудрилась этим пенькам подложить, — скомандовал Ксенобайт, отвязывая ящики.       — Я случайно их до самоубийства довела, — виновато хихикнула Минус, подхватывая груз и волоком оттаскивая поближе ко входу, но недостаточно близко, чтобы зацепить триггеры бомжей, и усаживаясь на один из ящиков с совершенно обыденным видом, словно его содержимое не выжгло бы, разбившись, воронку размером с три квартала.       — Подробности! — потребовал заинтересованный программист. — Ты что, петь при них начала?       — Нет, всё не так плохо, — вздохнула девушка. — Я притащила на их базу три бочки модифицированного клея, стянула их леской для растяжек и устроила так, что их инженер случайно его разлил.       — И они все влипли, — заржал Ксенобайт. — И, не додумавшись, что умирать всем вместе не стоит, одновременно пристрелились, а ты под шумок обчистила их базу, я угадал? И почему их не предупредил сам инженер?       — Запнулся о натянутую леску, упал и влип лицом. И, нет, они на меня ещё орали, пока я их грабила. С собой они покончили потом, от безысходности. Ещё я багги угнала и загнала торговцам, — покивала Минус, и виноватый вид стал совсем уж фальшивым. — И три ящика патронов. И пару базук ещё… И ещё на двух базах то же самое…       — Маньячка, — программист, устав хихикать, опустился на ящик рядом, нервно дёрнувшись, когда внутри что-то обиженно звякнуло. — На кой-тебе всё это было?       — Я хочу ботинки, — заявила Минус, и Ксенобайт просто выпал в осадок.       — Ботинки, — медленно повторил он. — Ты угнала багги, увезла на нём три ящика патронов, на тебя охотится сотня злющих штурмовиков и снайперов, и всё потому, что ты хочешь ботинки?! Почему ты просто не купила их?..       — Так не интересно, — надулась девушка. — Я хочу их за квест получить. За Рыгайло. А там такие хмыри на входе… Три бомжа-людогрыза! Элитных! И вообще, я тут квесты тестирую, или работу барахолки?       — Квесты, — был вынужден признать Ксенобайт. — На самом деле, твоя основная задача — перебраться в Баден-Баден, но начальные квесты протестировать тоже не помешает. Рыгайлу так особенно. Внучка считает, мы с ним перестарались, он же на седьмой-восьмой уровень рассчитан.       — А у меня как раз седьмой, — топнула Минус. — Правда, квест чуток осложняется тем, что на меня открыта охота…       — Мда, ситуация, — почесал в затылке программист. — Знаешь, по-хорошему, я не должен тебе помогать: это твоя задача — пройти начальные уровни.       — Справедливо, — признала девушка, но плечи у неё убито поникли. — Значит, я должна сделать это сама. Спасибо, что предупредил, Ксен, и что подбросил…       — С другой стороны, — сжалился Ксенобайт, — это я тебя во всё это втянул, а значит, немного помощи тебе не помешает. К тому же, вряд ли другой новичок умудрится ополчить против себя три базы воинов, не правда ли?       В глазах Минус засветилась надежда, и она растроганно шмыгнула носом.       — Ксен, — умилённо вздохнула она, — да я ж… Да ты ж… Да я тебе такую пакость нарисую, парни её до конца жизни не забудут!       — Вот это дело, — одобрил программист. — А то заладили: ночной кошмар, ночной кошмар… Итак, какой у нас план?       — Заманим их в лабиринт, и там прикончим всё живое: и Рыгайлу, и этих остолопов, — кровожадно ухмыльнулась девушка. — Как тебе?       — Звучит неплохо, — кивнул Ксенобайт. — А теперь подробности.       — Подробности… — протянула Минус. — О подробностях я ещё не думала. Виртуальная реальность игры «Покорители Забытых Перекрёстков», Шелтервилльская свалка. 30 марта. 11:02 реального времени.       — Хэй, соскучились, мар-ракуйя! — задорно взвыла мишень номер один пятой поисковой команды, то ли сделав попытку продрифтовать, то ли просто поскользнувшись на мотоцикле и обдав зазевавшихся игроков вонючей грязью, полной каких-то объедков, ошмётков и прочих помоечных радостей. Откинув капюшон кожаного плаща, дабы сомнений в её личности не осталось ни у кого, она кинула в толпу пару зажигалок, спалив двух неудачников и заставив остальных шарахнуться в сторону, выпустила автоматную очередь, не задев только ошалело открывшего рот торговца с длинными бородой и усами, и, резко газанув и ещё раз обдав компанию грязью из-под забуксовавшего заднего колеса, рванула к следующей поисковой команде, явно намереваясь собрать комбо. Вслед ей застрочили автоматы, снайперы торопливо примерялись к колёсам, а кто-то даже раскладывал тубус гранатомёта.       Банзай, успевший спрятаться за более крупного штурмовика и потому относительно чистый, спешно печатал сообщение явно уже взявшему девушку на мушку Мак-Мэду. Кажется, охота на своих с выгодой для обеих сторон вполне могла войти у тестеров в традицию. Оставался лишь один вопрос, который, кажется, не был таким уж вопросом: что делал в данный момент Ксенобайт?       Минус стискивала зубы, бросая мотоцикл в невероятные виражи и чувствуя, как отрывается от сидения на поворотах. Перекинутая Мелиссе записка на грязном лоскуте должна была предупредить тестеров, явно располагавшихся в чуть ли не караване, из которого ей в спину строчили автоматы двух первых машин, не лезть в голову колонны, но предупреждение не гарантировало полной защиты, и от этого у девушки ныли виски. От этого, и от того, что автоматные очереди догонявшей процессии ложились уже в полуметре от её надсадно завывавшего двигателем железного коня. Горестно вздохнув, Минус нащупала в рукаве опасную бритву, чуть сбросила скорость, чтобы, наклонившись, пропороть широкую треугольную дыру в примотанной к мотоциклу скотчем канистре, и искренне понадеялась, что в первых машинах никого из тестеров не было.       Снова газуя, она краем глаза следила за тем, как разливается вслед за ней густо-оранжевого цвета полоса, и, когда след начал утончаться, вдавила тормоза, чуть не вылетев вперёд, судорожно разрезала скотч, сбрасывая канистру в едва заметно дымящуюся лужу, торопливо вывела мотоцикл из опасной субстанции, жалея, что у неё нет времени размотать бикфордов шнур, и, кинув в оранжевую дрянь, в которую уже въехали первые машины вереницы, горящую спичку, метнулась к мотоциклу, чувствуя, как пули особо метких снайперов решетят её бронежилет.       Минус ещё только взлетала на байк, а чёрный дым, густой и едкий, уже взметнулся сплошным столбом над всей химической лужей. Первые автомобили забуксовали, судорожно тормозя, и это стало их ошибкой, предотвратившей, тем не менее, куда бо̀льшие жертвы. Колёса машин начали словно увязать, лёгкие багги, казалось, тонули в невесть откуда взявшихся зыбучих песках. Игроки принялись выпрыгивать из транспорта, и… Обгорелые тела с мотоцикла выглядели использованными спичками. Машины не тонули. Они плавились. Виртуальная реальность игры «Покорители Забытых Перекрёстков», окрестности Шайтанова Питона. 30 марта. 11:31 реального времени.       — Три танкиста, три весёлых друга, — напевал Ксенобайт, неспешно продвигаясь к мигавшему на его карте маркеру. Такой же маркер был на карте его напарницы, продвигавшейся куда более торопливо по причине чуть прорежённых, но всё ещё многочисленных её преследователей, не экономивших патроны. — Э, ты, куда пошёл?! — рявкнул он на приотставшего бомжа из числа преследовавшей его троицы и сделал пару шагов назад. Бомж вновь оживился и заковылял к программисту. — Вот ведь придурки, — вздохнул Ксенобайт, задачей которого было провести ботов на последний заградительный рубеж перед шахтами и ждать Минус на крыше билетной будки разваленного цирка-шапито, стоявшего в шести минутах пути от входа в бомбоубежище. Там бомжи не смогли бы его достать и в то же время оставались бы в состоянии атаки, а значит, бросились бы на любого подошедшего на триста метров игрока.       И игроки, изрядно потрёпанные, злые, потерявшие в количестве почти треть, были уже на подходе, судя по двигавшейся на карте чёрной иконке, остановившейся на несколько секунд и сменившей направление на перпендикулярное. Ксенобайт усмехнулся, представив колыхающуюся серую завесу не самого качественного слезоточивого газа. Хитов такой газ, по причине самопальности и низкого уровня готовившей, практически не снимал, но вот видимость ухудшал в разы, а значит, дела у Минус шли не так, чтобы очень. Видимо, преследователи подошли слишком близко, и девушке пришлось натягивать респиратор и использовать последнее имеющееся в запасе средство, которое она оставляла на крайний случай: всё же основной её целью было вести толпу за собой. Судя по скорости, с которой шла чёрная иконка, у её мотоцикла было пробито колесо. Усмехнувшись, программист поправил на плече верный автомат, виртуозно повертел гаечным ключом, проверил, легко ли вытягивается болгарка и натянул сварочные очки. Уже был виден скосившийся красно-золотой купол шапито, а на горизонте маячили пока практически неразличимые жучки колонны машин. Виртуальная реальность игры «Покорители Забытых Перекрёстков», Шайтанов Питон. 30 марта. 11:33 реального времени.       — Перелезешь? — уточнил Ксенобайт, глядя, как Минус, пыхтя от усердия, затягивает узел верёвки.       — Куда ж я денусь? — риторически вопросила та и, вздохнув, ступила на канат. — Ты же включил «Линзу»? Потому что повторять это я отказываюсь, — предупредила девушка, закидывая канат с примотанным камешком с крыши бывшего ларька со сладкой ватой на киоск, где по легенде некогда продавали воздушные шарики.       Перебравшись на следующее сооружение, она метнула верёвку Ксенобайту, который прочно привязал её к антенне, непонятно зачем торчавшей на крыше, и, решив не рисковать, пополз по канату на крышу к подруге. Порыкивавшие возле будки бомжи-людогрызы проигнорировали его манёвр, но сомневаться в их реакции, если парень упадёт, не приходилось.       — Включил, конечно. Вон она висит, — проворчал программист, добравшись до крыши киоска        Минус, прищурившись, метнула отодранный острый кусок шифера, перерезая верёвку возле самой антенны, и, уложив её кольцами, привязала один конец к выступающему вверх краю обломанной вывески. Раскачала ещё пару кусков покрытия, придирчиво потрогала края и припрятала в карман плаща.       — Хоть руками возьмёшься, а то смотреть на тебя больно, — пояснила она и зажала второй конец верёвки в зубах. — Пфифяфу ф фой фофоны, — добавила она, уже ступив на канат.       — Поторопись, гости рядом, — хмыкнул Ксенобайт, щурясь в сторону пылящих по бездорожью машин. Они были ещё слишком далеко для выстрела снайпера даже уровня Мак-Мэда, но уже через пять-шесть минут обещали стать отличной мишенью для автоматчиков на простреливаемой со всех сторон крыше.       — Пусть ещё нас поищут, — мрачно буркнула Минус, надёжно приматывая верёвку. — Давай уже сюда.       Программист не заставил себя ждать, ловко перебравшись к напарнице с опорой на страховку. Та снова обрезала верёвку у противоположного края крыши и убрала спешно смотанную бухту под плащ.       — И откуда в тебе такая бережливость проснулась? — хмыкнул Ксенобайт.       — Если ты не будешь пользоваться терминалом, Мак тебя не запалит, и ты сможешь красиво и неожиданно рухнуть ему на голову, — аргументировала Минус и спрыгнула на прислонённый к стене мотоцикл. — Где тут можно спрятаться надёжно, подальше от монстров и чтобы не нашли подольше? — поинтересовалась она. — Мне какой-то гадский снайпер шину всё-таки пробил.       — Видишь вон там зверинец? — показал Ксенобайт и покатил отказывающийся заводиться байк. — Прокатим с чёрного входа и забаррикадируем его. Как раз хватит времени и стартер починить, и шину залепить.       — А если кто с переднего входа зайдёт? — не поняла Минус, принявшись заметать следы колёс отломанной от жухлого куста веткой.       — Поверь мне, — хмыкнул программист, — этот кто-то об этом очень пожалеет… Виртуальная реальность игры «Покорители Забытых Перекрёстков», Шайтанов Питон. 30 марта. 11:40 реального времени.       — Нужно разделиться и обыскать здесь всё, — скомандовал Мак-Мэд, мысленно усмехаясь. За исключением палившего вовсю солнца, происходящее напоминало фильм ужасов среднего пошиба. Словно подтверждая его мысли, со стороны билетной будки раздался истошный визг. Пара автоматчиков ринулась на подмогу, но группу из пяти девчонок-медиков уже загрызли три элитных бомжа-людогрыза. Подоспевшим к шапочному разбору автоматчикам осталось только злобно изрешетить кровожадных тварей, подобрать перевязочные пакеты и грустно вздохнуть о потере половины медперсонала отряда.       — Откуда здесь бомжи взялись? — оскорблённо вопросил лидер одной из пострадавших группировок. — Отродясь их не бывало в Шайтановом Питоне, совсем админы озве…       — Это не мы, — вздохнула Мелисса. — А бомжи, я так думаю, из бомбоубежища. Искали бы вы поживее, товарищи, а то отсюда лучше поскорее убраться подобру-поздорову. Поверьте мне, ничего хорошего нас здесь не ждёт.       — Она точно заехала сюда, — ткнул в следы проехавшего мотоцикла дулом автомата ещё один главарь. — И следы ведут… Пройдя немного, парень ошарашенно остановился. — Не улетела же она, в конце-то концов, — почесал в затылке он.       — Да просто замела следы, — пояснил вожак третьей группировки, до того не вмешивавшийся в разговор. — Разделимся и обыщем здесь всё. За пределы Шайтанова Питона она не выезжала, наши наблюдатели немедленно сообщат мне, когда это случится.       — Наблюдатели? — переспросил Мак-Мэд.       — Ну мы же не идиоты, — оскалился автоматчик. — Если бы мы всей толпой ломанулись сюда, эта дрянь могла бы запросто ускользнуть. Три наблюдателя дежурят по периметру и держатся на связи. Если она решит сбежать, они проследят за ней.       — А если она просто выйдет из игры? — осторожно уточнила Мелисса.       — Может заводить нового персонажа, — усмехнулся главарь. — Мы продержим оцепление, пока не выкурим её отсюда. А потом она будет вкалывать на рудниках, пока не отработает всё, что украла. С процентами, разумеется.       — Твоя сестра не ищет лёгких путей, да? — шепнул Махмуд, отводя Внучку подальше от кучкующихся лидеров, но не приближаясь к строениям, из которых то тут, то там доносились судорожные вскрики и автоматные очереди: все без исключения закрытые помещения просто кишели монстрами.       — Вообще не ищу, — подтвердил ехидный знакомый голос из-под приблизившейся камуфляжной накидки.       — Сдурела?! — вскинулась Внучка. — Тебя же сейчас!..       — Не ори, — недовольно буркнула Минус и на всякий случай осмотрелась. Пара автоматчиков с подозрением уставились на неё, и она демонстративно медленно стянула капюшон.       — Это ты?.. — обалдела Внучка.       — Отработка, — вздохнула старшая, проведя по чёрным от липкой жижи волосам, собранным в низкий хвост. Автоматчики, не узрев ненавистной рыжей, отвели взгляды и, переглянувшись, решили проверить комнату страха.       — Маньячка, — заключила Внучка. — Я, кстати, всё снимаю.       — Я, кстати, тоже, — Минус ткнула пальцем в висевшую недалеко от зверинца полупрозрачную сферу, в которой младшая моментально узнала модифицированную «Линзу». — Поверь мне, это будет зрелищно. Кстати, мы решили прятаться там, и вам лучше быть поближе к машине, когда кто-нибудь догадается сунуться внутрь. Не отходите далеко от багги и готовьтесь сматываться.       — А что будет потом? — с горящими от любопытства глазами принялась дёргать сестру за рукав Внучка.       — Потом… — мечтательно протянула Минус. — Понимаешь, так совпало, что мне как раз нужна огневая поддержка, а эти ребята не скупятся на патроны. И ботинки. На самом деле, огневая поддержка нужна мне далеко не так сильно, как ботинки.       — С железными набойками? — хмыкнула Мелисса, подошедшая к компании.       — Было бы неплохо, — охотно кивнула Минус. — А тут как раз есть один квест.       — Бомбоубежище, ботинки. Ты хочешь, чтобы они расчистили тебе дорогу до Рыгайлы.       — Именно, — не стала отпираться подрывница. — На самом деле, я и не рассчитывала на такую удачу, но раз всё так совпало…       — На тебя охотится три клана, и ты называешь это удачей, — покачала головой Внучка. — Ой, они идут к зверинцу!       — Но внутрь не заходят, — поцокала языком Минус. — Оно и понятно.       — Мы всё обыскали, — приблизился к тестерам и нахально ухмыльнувшейся Минус один из главарей. — Нигде нет. Наверное, она всё же вышла из игры. Оставим оцепление и поедем отсюда.       Внучка облегчённо выдохнула, но тут же выпучила глаза, когда…       — А мотоцикл? — заявила Минус.       — Что? — не понял лидер.       — Если она вышла из игры, где-то должен был остаться мотоцикл, на котором она приехала, разве нет? — пояснила девушка. — Вы нашли его? Если нет, то она всё ещё прячется где-то вместе с ним и ждёт, пока вы уедете. А потом — вжух! — и придётся гоняться за ней снова.       — Соображаешь, — кивнул главарь. — И где, по твоему, она прячется?       — Там, — ткнула пальцем в направлении зверинца Минус. — Где же ещё? Наши парни обыскали всё, но туда только заглянули.       — Но там… Там ОН, — возразил главарь. — ОН скалится оттуда.       — Скалится, но не атакует, — логично заявила девушка. — Может, она и ЕГО приклеила этой своей дрянью, и ОН просто не может сойти с места, а та хурма смеётся там над вами: уверена, что вы струсите и не доберётесь до неё.       — А ты соображаешь, — с уважением взглянул на девушку вожак. — Ты кто?       — Я Минус, — скромно потупилась подрывница. — Мы с вами уже встречались, но вы меня, наверное, не узнаёте. Я была на вашей базе во время последней атаки.       — Ты же эта… Эта… — защёлкал пальцами главарь, припоминая гостей базы. Минус ехидно ухмылялась: ни один человек не мог знать всех торговцев, отирающихся рядом попрошаек, пытающихся завербоваться новичков и прочую мелкую шоблу в лицо.       — Я ещё не погибла тогда, — услужливо подсказала она.       Внучка мысленно застонала. Её сестра буквально ходила по краю просто ради того, чтобы загадать загадку! Если бы парень просто сопоставил все факты и внимательно присмотрелся, не обращая внимания на цвет волос, ему не составило бы труда узнать источник его последних неприятностей. Но главарь не мог допустить даже мысли о том, что безумная маньячка с зажигательными бутылками, настроившая против себя три небольших клана, может спокойно подойти к одному из глав этих самых кланов и играть с ним в угадайку.       — Ты одалживала патроны в тот день! — заявил он, и с превосходством взглянул на Минус, довольный своей памятью.       — Вроде того, помимо всего прочего, — деланно виновато кивнула девушка, и Внучка чуть не хрюкнула от смеха. Одалживала, вот уж неподходящее слово! — Могу отдать вам полтора магазина, но тогда от меня будет не так уж много проку, — продолжила ломать комедию Минус, и главарь милосердно махнул рукой.       — Ладно уж, прощаю тебе долг, — заявил он, упиваясь собственным великодушием.       — Спасибо! — Минус чуть не хлопала в ладоши, а Внучка зажимала себе рот, чтобы не хохотать в голос. Знал бы вожак, кому сейчас прощает долги! — Надеюсь, это не очень ударит по вашему карману? — закончила представление старшая.       — Уж что-что, а это не проделает в нём дыры, — хмыкнул лидер.       Минус благодарно пожала ему руку и принялась отступать от принявшегося раздавать команды главаря, напоследок одобряюще хлопнув Внучку по плечу, но явно не успевала незаметно просочиться обратно в зверинец к мотоциклу.       Пятеро автоматчиков выстроились клином, готовясь продвигаться внутрь.       — Оцепляй вход, — скомандовал лидер. — Задняя дверь заминирована?       — Да, шеф, — показал большие пальцы сапёр.       Внучка с трудом сдержала крик, а Минус застыла, словно примороженная к месту, после чего решительно вытянула из кармана две подозрительные бутылки и одну из них хорошенько взболтала.       — Ой! — громко закричала она, со всей силы швыряя взболтанную на землю и шарахаясь в сторону от пыхнувшего вверх алого столба. — Берегись, я разбила! ..       В ответ на её вопль в зверинце взревел двигатель мотоцикла.       — В машину, живо! — прошипел Мак-Мэд, и буквально поволок Мелиссу и Внучку к наиболее далёкой от зверинца багги.       — Это она! — взвыли автоматчики, когда прямо на них на мотоцикле вылетело нечто, закутанное в кожаный плащ.       — Это ОН, — благоговейным шёпотом выдохнул прикрывающий отступление коллег Махмуд, во все глаза глядя на метнувшуюся вслед за мотоциклом тварь.       — Мать моя плата, — вздохнула Минус, опрокидывая вторую бутылку себе на голову. — Па-аберегись, маар-ракуйя! — звонко гаркнула она, запуская три зажигалки подряд в вырвавшееся из зверинца существо. Пламя моментально вспыхнуло, окутывая и мотоцикл, но ездок в кожаном плаще явно не испытывал от температуры никаких неудобств. Заложив крутой вираж, он затормозил возле девушки, стряхивавшей с вновь рыжих, хоть и дымящихся, волос скомковавшуюся отработку.       — Карета подана, миледи, — галантно сообщил Ксенобайт, скидывая капюшон.       — И нам пора ехать, господа, — извиняющеся развела руками Минус.       Парочка швырнула ещё по бутылке, но уже не в бота, а в отчаянно строчащих автоматчиков, и спешно покинула заброшенный цирк, оставляя вопящих от ужаса игроков на растерзание мутанту-гибриду гигантского слона и саблезубого тигра. Вслед им неслись пули снайперов, заковыристые проклятия, наполовину зацензуренные сервером, и чей-то брошенный от безысходности сапог.       Пять потрёпанных машинок-багги, лишь одна из которых была снабжена более-менее приличной бронёй, уныло ползли вдоль ровного следа колёс.       — Заманивает, паразитка, — вздохнул один из четырёх выживших в цирковой заварушке снайперов. Ответом ему было угрюмое молчание. От сотни игроков в живых остались шестнадцать, из медиков уцелел лишь нервно шарахающийся от каждого громкого звука парнишка. У несчастного хила были причины трястись: он выжил лишь каким-то чудом. Когда саблезубый слон, которого его первооткрыватель окрестил простенько и зловеще, «ОН», вырвался из зверинца, а вокруг взревело пламя, медик был первым, оказавшимся на пути разъярённого мутанта. На его счастье, ОН его просто перепрыгнул. И практически безоружный хил застрял между беснующимся монстром, огненной стеной и автоматными очередями без малейшей возможности выбраться. Когда мутанта всё же прикончили, парнишка на подкашивающихся ногах пришагал к отряду, чтобы выяснить: огромная делегация уже фактически не существовала. Как чокнутой подрывнице, пусть и с неизвестным сообщником, удалось уничтожить больше восьмидесяти игроков, которые хилу с его двенадцатым уровнем казались непобедимыми, медик не понимал, но мысленно поклялся отыскать рыжую — Минус, как злобно сплюнул вожак его отряда, разрывая перевязочный пакет — и… Что именно «и», парнишка пока не придумал, но у Минус и Ксенобайта появился первый поклонник в «Покорителях Забытых Перекрёстков». Правда, они об этом пока не знали.       Тестеры, умудрившиеся уцелеть в разразившейся буче, утрамбовались в одну машинку, с жалобным стоном подвески просевшую под весом пятерых игроков, и могли переговариваться, не боясь, что их будет слышно в соседних машинах: изрядно потрёпанная броня багги визжала и скрипела, как стенающая баньши.       — Интересно, а что нас в шахтах ждёт? — больше риторически спросил Махмуд, щурясь в бинокль на неизбежно приближающийся зев бомбоубежища, где ещё догорали бомжи-людогрызы, охранявшие вход.       — Не так уж много, — обрадовала его Внучка. — Кто-то же должен выжить, чтобы расчистить ей путь до Рыгайлы.       — Другими словами, — хмуро пояснила Мелисса, — мы будем пушечным мясом. И нас уберут, как только в нас исчезнет необходимость.       — Ну, допустим, как раз нас-то и не уберут, — оптимистично ухмыльнулся Банзай, отбирая у Махмуда бинокль.       — Это с чего это такая уверенность? — с подозрением взглянул на аналитика Мак-Мэд.       — Вот, — перекинул тот снайперу собственную карту, где на схеме бомбоубежища, на глазах дополнявшейся мелкими подробностями, в то же время один за другим вспыхивали чекпойнты, помеченные черепом и скрещёнными костями. О том, кто мог подключиться к админскому планшету Банзая, гадать не приходилось: в планы Ксенобайта и Минус явно не входил огонь по своим. Впрочем, это всё ещё не меняло убеждений пакостников, что «лес рубят — щепки летят», и необходимости соблюдать видимость личной незаинтересованности. Так что, при неимении других вариантов, стрелять друг в друга пришлось бы и устроителям ловушек, и их преследователям.       — Будет весело, — захлопала в ладоши Внучка. — Как бы этот репортаж назвать? Мелисса, есть идеи?       — Из огня да в полымя, — мрачно предложила специалистка. — Чую я, не обойдётся дело без подвоха.       — Мы с Махмудычем получили предоплату, — философски пожал плечами Мак-Мэд. — С Банзаем рассчитаются, что бы ни случилось: злить торговцев — себе дороже. Вы с Внучкой снимете противостояние небезызвестных кланов неизвестной террористке. Минус получит трофеи и выйдет сухой из воды. И Ксен, наконец, спустит пар и перестанет рычать на всех подряд, а то он сам не свой от той мути в «Зазеркалье». Все в плюсе, Мелисса, выключай паранойю.       — О, Иудушки наши пожаловали, — расплылся в улыбке Ксенобайт, незаметно выныривая из какого-то коридора и притираясь к державшейся в конце процессии команде тестеров.       — И ты здесь, свой среди чужих, чужой среди своих, — ухмыльнулся Мак-Мэд. — Что, в диверсанты податься решился? Детство вспомнил?       — Не бросать же своих, — пожал плечами программист. — А я чего, собственно, пришёл-то… Ничего не замечаете?       — Растяжки больше не попадаются, — тут же сообразила Мелисса. — Волчьи ямы одни. У вас боеприпасы кончились, что ли?       — О, боеприпасов у нас ещё ого-го, — покачал головой Ксенобайт. — Только смысл нам растяжки ставить, если этот ваш сапёр их после второго взрыва обезвреживать приноровился?       — Так ты тут…       — Предупредить я пришёл, — подтвердил программист. — Сапёр нам мешает, а значит, пойдёт в расход. Я светиться перед этими мордоворотами особо не желаю, а Минус терять нечего. Она им сейчас устроит выход с цыганочкой… Шла бы ты, Внучка, снимать, вы уже почти на месте.       — Как вы тут вообще ориентируетесь? — вполголоса уточнил Банзай. — Вроде, в дисплей же не заглядываешь.       — А вот видишь, дед, во-он там на потолке такая пакость зелёненькая светится, — ткнул пальцем Ксенобайт.       — Крестик, — кивнул Банзай.       — Сам ты крестик, а это «К», — оскорбился Ксенобайт и продемонстрировал выгнутый кусок толстой проволоки, прикреплённый к телескопическому щупу. — Она же принципиально отказалась просто взять мою карту и таскалась по шахтам, в потолок тыкала, чтобы не заблудиться, свою карту составляла. Правда, в процессе выяснила, что краска её только три минуты светится.       — То есть, ты вот почти прямо сейчас метку оставил?       — Не я, — помотал головой программист. — Здесь ведь, в бомбоубежище, главная фишка в чём — если принцип понял, то никакая карта не нужна. В общем лабиринте каждые двести метров есть боковые ответвления, которые закольцованы, а от них ещё и ещё звенья… Получается такая своеобразная сеть. Кеше просто лень было что-то разное рисовать, так он просто копировал и вставлял. Неплохо получилось. На каждом отрезке пути есть какая-то дрянь, давненько мечтавшая о свежем мясце, и по этому самому кольцу можно её обойти, правда, тогда ты на выходе напорешься аккурат на следующую тварь. Поэтому убивать придётся как минимум половину здешних монстров. Но пока ты в одного стреляешь, пара соседних мутантов подтягивается на шум и освобождает проход до следующего кольца.       — То есть, Минус сейчас просто носится по этим самым кольцам, а эти дуболомы реально расчищают ей путь, — застонала Мелисса.       — В точку, — подтвердил Ксенобайт. — Вдобавок она опережает процессию и, пока они воюют с очередным рудокопом, устанавливает пару-другую растяжек. Ну, или готовит другую пакость.       — Какую другую пакость? — с подозрением уточнил Махмуд.       — Вот такую, — кровожадно сверкнул глазами программист.       С потолка на самое начало колонны обрушилось нечто, напоминающее гигантскую летучую мышь. Сверкнула световая граната, всё заволокло дымом, вслепую застрочили автоматы.       — Не стрелять! — рявкнул главарь: пули автоматчиков рикошетили от стен, нанося урон своим. — Половина в правый ход, половина в левый! Два снайпера впереди, подрывник!.. Подрывник?..       — Нет у нас больше подрывника, — вздохнул медик, поднимаясь с колен. Даже премиум-перевязочный пакет не мог исцелить отрезанную голову.       — Как же она теперь? — нервно кусала палец Внучка, когда снайперы и автоматчики, щедро обруганные главарём, были разделены на два отряда и отправлены по разным коридорам. Во главе каждого отряда шагал хмурый разведчик, светивший под ноги тактическим фонариком: так были хоть какие-то шансы вовремя заметить тонюсенькую леску растяжки. Из левого коридора бабахнул взрыв, серая полутьма коридоров озарилась отблесками пламени. Не успевший далеко уйти правый отряд ломанулся назад, на выручку товарищам. Мелисса, рефлекторно пересчитавшая пронёсшихся игроков, осознала, что ещё один снайпер куда-то делся. Вслед за ними, отставая на какие-то пять-шесть метров, из коридора чёрной тенью скользнула «лишняя» фигура и бросилась к тестерам.       — Фух, — остановилась тень, опираясь на колени и с трудом переводя дух. — Сработало. Я уж думала, всё, финиш. Найдут и на рудники оттащат.       — Почему они не заметили растяжку? — с любопытством потеребила сестру за рукав плаща Внучка. — Они же под ноги так и пялились.       — Потому и не заметили, — усмехнулась Минус. — Они под ноги пялились, а я леску на уровне шеи натянула. И, самое шикарное, этот трюк сработает ещё раз, потому что я к гранате ещё две зажигалки примотала.       — И что? — не поняла Внучка.       — Свидетелей не осталось, — мрачно пояснила Мелисса. — И раз разведчик, напоровшийся на растяжку, сгорел, — а он точно сгорел, если рядом с ним рвануло две зажигалки — то второй будет продолжать смотреть только под ноги.       — Именно, — хищно подтвердила Минус и вытащила любимую фомку. — Пойду-ка я вынесу мусор. Тут, чтобы до Рыгайлы добраться, троих хватит за глаза. Остальным не повезло…       — Кто там последним шёл? — вполголоса уточнил Мак-Мэд.       — По правильному, замыкать строй должны автоматчики, но, я так понимаю, пока бежали, все перепутались. Тогда последний, скорее всего, пулемётчик: ему тяжело с его «Льюисом» бегать, — принялся размышлять вслух Банзай.       — Вот и нет больше пулемётчика, — хмыкнул Ксенобайт. — Ладно, пойду и я присоединюсь к основной массе. У них как раз сейчас активно вакансии освобождаются.       — Там один автоматчик был примерно твоего роста и в шлеме, — посоветовал Мак-Мэд. Ксенобайт кивнул и неспешно завернул за поворот. Навстречу ему выбежала Минус с пулемётом на плече и, развернувшись спиной вперёд, прямо на бегу открыла огонь. Когда злобный, чертыхающийся отряд, потерявший кучу хитов, нервных клеток, двух снайперов и пулемётчика, вернулся к развилке, чтобы вдоволь полить грязью заманившую их в полные ловушек шахты девицу, вновь смывшуюся непонятно куда, автоматчик в лётном шлеме, ехидно блестя сварочными очками, приотстал и ненавязчиво присоединился к завершающей процессию команде тестеров.       — План такой, — потеряв последнего разведчика и прикрывавшего его снайпера, подорвавшихся на натуральной противопехотной мине, в которой командир отряда опознал запасы собственного склада, устало помассировал виски главарь. — Патроны у нас на исходе, но и логово Рыгайлы уже близко. До него дорожка прямая, бежать некуда, в конце тупик. Если будем отжимать эту тварь к монстрам, доберёмся до неё. Решит она лезть сквозь элитных бригадиров или попытается укрепиться в коридорах, это её не спасёт. В Шелтервилле возле морга дежурят наши, как только она оттуда вылетит — ей крышка. Осталось немного. Давайте дожмём.       — Ура, товарищи, — довольно безрадостно поддержал Ксенобайт.       Ещё два автоматчика уныло переглянулись и по очереди набили магазины. Снайпер со вздохом убрал винторез, к которому почти не осталось патронов, за спину и достал тесак. Мак-Мэд с Махмудом также изобразили боевую готовность, Внучка вскинула камеру на плечо. Мелисса вытащила два хищно изогнутых стилета. Медик, выживший лишь благодаря жалостливой Внучке, часто заморгал и отошёл подальше от кровожадно скалящегося главаря, измотанного, но предвкушавшего сладкую месть.       — Как вы думаете, — шёпотом обратился он к выглядевшему самым мирным Банзаю, — они её правда убьют?       — А ты что ж это, в товарищах сомневаешься? — добродушно усмехнулся тот.       — Не сомневаюсь. То есть сомневаюсь. То есть, я и в ней не сомневаюсь. То есть… — парнишка окончательно запутался в словах. — Понимаете, я, вроде как, за неё болею, — стыдливо признался он.       — О как! — крякнул Банзай. — А чего это? Она, вроде как, немало вашему клану крови попортила.       — Ну так… — хил посомневался немного, стоит ли откровенничать с незнакомым торговцем, но, видимо, сработал эффект попутчика, и он продолжил: — Я в клане не особо долго, и, честно говоря, меня там не особо любят. У меня, понимаете, только двенадцатый уровень. Меня и держат-то только потому, что у меня льготы на перевязочные пакеты по патенту. И, если честно, мне там очень скучно. А тут!.. Взрывы, погони, ловушки! Как думаете, ей нужен помощник?       — Не нужен ей помощник! — рыкнул Ксенобайт, уже давно насторожённо прислушивавшийся к диалогу. Сварочные очки, поднятые на шлем, хищно блеснули.       — А вы… — медик ошарашено вылупил глаза. — Я вас узнал! Это вы были там! На мотоцикле в плаще! — В бок парню моментально упёрлось дуло автомата, характерно щёлкнул затвор.       — Ори об этом громче, и следующим узнаешь асфальт возле морга, — ласково предупредил Ксенобайт.       Медик часто-часто закивал, демонстрируя готовность молчать до скончания дней своих, и выглядел так, словно не знает, упасть ему в обморок или попросить автограф. И прикидывает, нельзя ли эти действия совместить. Далеко впереди что-то взорвалось, взвыл мутант-бригадир, звонко прокатился по коридору девичий голос, отдаваясь от стен гулким эхом.       — Прорываться впереди нас решила! — гаркнул командир отряда. — Держать строй! Бежать ей некуда! Застрянет в тупике у Рыгайлы или сдохнет там же! Раз бежит, значит, боится!       — Что будет? — чуть ли не со слезами на глазах зашептал Ксенобайту медик. — Там правда тупик? Её убьют! Или у вас есть план, да? Скажите, что у вас есть план!       — Цыц, паникёр, — недовольно буркнул программист, но Банзай заметил, что коллега нервно покусывает губу и то и дело посматривает на планшет.       — Что? — тихо спросил он.       — Не знаю пока, — честно признался программист. — Сообщений с паникой и мольбами о помощи пока нет, но и предупреждений, что всё в норме, нет тоже.       — И что это значит? — осторожно уточнил аналитик.       — Не знаю! — огрызнулся Ксенобайт. — Может, у неё времени не было написать или руки были заняты. А может… Не знаю я.       Шум борьбы всё приближался, вот уже был слышен звон бьющихся бутылок с коктейлем Молотова и утробное урчание сабленосых кротов. И тут в начале колонны взметнулось пламя. Рыжее, с алыми отблесками, жадно тянущее языки к оказавшимся в его пасти автоматчикам, липнущее к их одежде, стенам, полу, разливающееся ленивой вязкой патокой.       — Все назад! — перекрикивая рёв пламени, завопил Ксенобайт. — Мак, серьёзно, срочно назад! Хватай Внучку в охапку и! .. — голос программиста потонул в грохоте взрыва, от которого, казалось, пошатнулась земля под ногами.       Мак-Мэд, которому не нужно было повторять дважды, волок за собой Внучку, перед ними мчалась Мелисса. Махмуд бежал наравне с выжившим, хоть и потрёпанным главарём, периодически оборачивавшимся и строчившим из автомата по закутанной в плащ фигурке, судорожно раскидывавшей за собой мины. А из стены огня в конце коридора шагала гигантская фигура, тень от которой протягивалась чуть ли не до сгрудившихся на повороте тестеров. Это был Рыгайло.       Что такое, в сущности, Шелтервилльский босс для игроков двадцатого и выше уровней? Особенно если учесть, что Шелтервилль — локация для новичков, редко добившихся даже десятки. Оказывается, очень много, ведь Рыгайло изначально предназначался для самых матёрых игроков, которым банальнейше некуда было пока перебраться: Шелтервилль был единственным крупным городом, остальные локации спешно дочищались админами сервера, но не выкладывались до полного тестирования.       Внучку убили почти сразу, чуть дольше продержались отчаянно строчившие из АК Махмуд и главарь; последний, впрочем, стрелял не столько в босса, сколько в Минус, пытавшуюся не попасть ни под его пули, ни под пулемёты Рыгайлы. В отчаянном броске Мелисса под огневым прикрытием Мак-Мэда попыталась перерезать толстые, с кулак, трубки-провода, уходившие под челюсть босса, по которым текла сверкающая голубыми разрядами электричества ядовито-зелёная жидкость. К несчастью, специалистка попала под удар шахтёров-мутантов, принявшихся колотить её кирками, и, потеряв треть здоровья, отлетела к стенке. Выдохнув, когда добитый то ли одним из шахтёров, то ли Мак-Мэдом главарь рухнул на пол, Минус замахала руками, подавая Ксенобайту какие-то одному ему понятные знаки. Тот кивнул и метнулся подбирать Мелиссу.       — Мак, за угол, — хрипло предупредил он, с помощью Банзая затаскивая специалистку за бетонную стену.       Едва снайпер свернул в коридор, где, сжав побелевшие губы, трясся парнишка-медик, раздался взрыв, казалось бы, не особенно громкий, но игровой мир потемнел, наклонился, и из-за поворота медленно и величаво грянула волна пламени, разбившаяся о стену. Один за другим загрохотали взрывы поменьше, поплыл по воздуху удушливый рыже-бурый дым. Ксенобайт рванулся назад, но из дымовой завесы неуверенно, словно боясь рухнуть после каждого следующего шага, уже шла Минус в превратившемся в лохмотья плаще, с усталым всхлипом уткнувшаяся лбом в его плечо.       — Боезапас рванул? — спросил зачем-то и так понявший всё программист.       — Восемь хитов и осколочное, — мёртвым голосом подтвердила девушка. — Перемудрили вы с Рыгайлой, факт. Столько усилий, и всё зря. Рудники или новый чар…       — У меня перевязочный пакет есть. Премиум! — робко подал голос медик, о котором все забыли, и, не дожидаясь, пока до обалдевших выживших дойдёт информация, вскрыл упаковку с золотой звёздочкой.       Минус, всё ещё не веря, смотрела, как показатель здоровья неохотно переползает в красную, оранжевую, желтую зону и замирает, чуть не добравшись до зелёной.       — Ты кто? — наконец, неуверенно спросила она, изучающе вглядываясь в лицо хила.       — Я Кирин. Можно Кир, — парнишка подал руку для рукопожатия, потом обалдело посмотрел на неё, словно не понимая, зачем протянул, в панике взглянул на Ксенобайта…       Минус крепко пожала руку парню и задумалась, не торопясь отпускать кисть парня.       — Кир, — повторила она. — Хм. И чего же это ты, Кир, вдруг решил помочь врагу клана?       — Я… Я не… — медик затрясся под прищуренным взглядом, пыхтя, потея и заикаясь, и, наконец, выдал: — Возьмите меня с собой! — увидев вопросительно изогнутую бровь девушки, он вновь торопливо зачастил: — Я не враг! То есть, враг, но не клан!.. Я уйду и!.. Я полезным быть могу и вообще… Пожалуйста?..       Вопросительный взгляд Минус переполз на Ксенобайта.       — Лесом пусть катится, клоун! — фыркнул тот.       — Ты слышал Ксена, — тут же легко согласилась подрывница. — Ты прости, конечно, Кир, я тебе очень благодарна, но… Но ты слышал человека, которому я безмерно доверяю.       — Чего сразу нет-то? — смущённо проворчал не ожидавший такого Ксенобайт, на которого устремился взгляд подстреленной лани, в котором только что слёзы не блестели. — Погорячился я немного. Эй, Айболит в депрессии, не смотри на меня так! В общем, дело твоё: если тебе Грустные Глаза пригодится, то я не против.       — Ладно, ты принят, — Минус ещё раз тряхнула руку Кира и ловко выдрала кисть из его сведённых нервной судорогой пальцев. — Кстати, извини за вопрос, но какой у тебя уровень?       — Двенадцатый, — пролепетал Кир и, уверенный, что уж сейчас то его точно прогонят, принялся оправдываться: — но уже скоро тринадцатый, правда! Я ещё пару людогрызов убью, и всё. Мне чуть-чуть осталось…       — Двенадцать, — повторила Минус. — Не, ну круто. Ему двенадцать, слышал? — обратилась она к Ксенобайту.       Тот досадливо фыркнул.       — Скоро тринадцать, — безнадёжно повторил Кир.       — Чувствую себя ущербной рядом с вами, народ, — вздохнула девушка. — Ладно, Кир, которому скоро тринадцать, добро пожаловать в команду исследователей-вредителей. Я Минус, и мне восемь. Нескоро. Очень нескоро. А ещё мне теперь нельзя в местный морг, так что как насчёт перебраться в Баден-Баден?       — Ладно, пойду я, — вздохнула Мелисса. — Передать видео с «Линзы» Внучке?       — Буду очень благодарна! — закивала Минус, передавая специалистке архивированную папку. — Пусть покажет потом хоть, что смонтировала, ладно? Любопытно же, кого она гадами сделает.       — Думаю, всё же вас, — хмыкнул Мак-Мэд. — Отгоню-ка я пару багги. Пусть клан списывает на боевые потери. А деньги за операцию и Махмудыч получит. Верно говорю?       — Верно, — согласился Дед Банзай, ещё на входе в шахты приметивший наименее потрёпанную и достаточно бронированную машинку. — Пойдём мы, товарищи, а то, упаси господи, найдётся в кланах финансист и дотумкает, что после краж и прочих неприятностей разбрасываться техникой стратегически неправильно.       — Им вообще существовать неправильно, — угрюмо буркнула Минус. — Я, собственно, почему именно на эти группировки полезла: уроды снова Панкисское ущелье перекрыли.

***

      — Товарищ, верь, взойдёт она, звезда пленительного счастья, — активно жестикулируя, вещала Минус, в благородном порыве души чуть не заехав в нос своему временному стилисту, честно пытавшемуся преобразить девушку достаточно, чтобы рыскающие по Шелтервиллю поисковые отряды с плакатами не смогли её опознать.       Кожаный плащ, уничтоженный в огненном смерче, был признан не подлежащим ремонту и заменён красно-коричневой накидкой-пончо, снятой с убитого сапёра. Накидка была с подкладом из огнеупорного брезента, что немало порадовало подрывницу, к тому же под неё отлично прятались фомка, бутылки с зажигательными смесями и прочие полезные в хозяйстве вещи, которые должны быть под рукой, а доставаться незаметно. Расставаться с очками Минус категорически отказалась, и поэтому они, правда, в перевёрнутом ремешком вперёд виде, были возвращены ей на голову, больше походя на кожаный ободок. На предложение снова вымазать волосы в отработке девушка, скрепя сердце, была вынуждена согласиться, и Кир плюхнул ей на голову смачную горсть чёрной липкой жижи, выплюнутой двигателем мотоцикла Ксенобайта, равномерно распределив её по всей длине волос. Сами волосы хил предложил завязать в легкомысленного вида хвостики, но, увидев получившиеся из-за отработки сосульки, отказался от этой идеи и закрутил их в две шишки. Напоследок Кир запихал в каждую шишку по куску ломаной проволоки, закрепив конструкции, чтобы не распались при первом движении головы, и остался в целом доволен результатом.       Для довершения маскировки Минус закинула за спину снайперскую винтовку, достаточно дорогую, чтобы на начальных уровнях быть показателем профессии. Узнать в потрёпанной снайперше рыжеволосую подрывницу, с безумным блеском глаз швырявшуюся зажигательными бутылками прямо с мотоцикла, было нереально, а других скринов, по осторожным уточнениям Кира, у кланов не было. К тому же, возвращаться в Шелтервилль новоявленная команда не собиралась, и маскировка была больше предосторожностью: неизвестно, что может случиться с двумя пешими путешественниками по дороге в Баден-Баден, на просторах пустырей меж обжитыми городами вполне могли кататься члены кланов или просто любители лёгких денег, видевшие розыскной плакат на форуме.       И отправляться бы отважным путешественникам в путь-дорогу, да побыстрее: не ровен час, в шахты могли нагрянуть с проверкой, хоть такой исход был и маловероятен, ведь любой здравомыслящий человек убрался бы с места преступления полчаса назад. Но Минус, сосредоточенно сопя, осматривала патронташи, скрупулёзно снятые с убитых снайперов, которыми побрезговал нагрузивший багги автоматами и патронами Мак-Мэд и о которых не задумался выметший подчистую всё, что мог, Банзай, уволокший даже фляжки и тубус от одноразового гранатомёта. Минус с Киром нагрузились только тем, что могли унести на себе, не отказав себе, впрочем, в таких мелочах, как новые фляжки, доверху заполненные ускоряющим восстановление здоровья энергетиком, тактические фонарики, приличные наборы антидотов, аптечки и перевязочные пакеты, которыми радостно нагрузился Кир, и неизвестно что забывший в одной из багги автоген, который Минус поспешно спрятала под накидку, подальше от глаз Банзая, осведомлённого о стоимости прибора. И теперь девушка, хмуря бровь, вертела в руках патронташи, бывшие, к слову, уже пустыми, и явно о чём-то напряжённо думала.       — Вот как считаешь, Кир, — больше риторически спросила она, — они сделаны так, чтобы в них патроны не взрывались или сохраняли первоначальное состояние? И прописаны ли в их коде патроны?       — Считаешь, что это универсальное хранилище? — потёр переносицу Кир.       — Угу, — хмыкнула Минус, довольная сообразительностью нового напарника. — В ячейки идеально вошли бы пробирки, и…       — Может, не стоит сейчас проверять? — робко попросил медик. — А если патроны прописаны в коде, и твои пробирки рванут?       — Жарко будет, — хмыкнула девушка. — Кварталам трём, — вспомнив о результатах опытов с взрывателями, уточнила она. — Ладно, ты прав, потом проверю. У тебя случайно нет подробных карт Панкисского ущелья и мест к западу от него?       — Случайно, ты не поверишь, есть! — радостно вытащил карту Кир. — Наш клан как раз исследовал ту местность, а я увлекаюсь открытиями… В смысле…       — Ясно всё с тобой, — покачала головой Минус, — ты тоже из этих.       — Из каких? — не понял волнообразный жест над головой Кирин.       — Из Колумбов двинутых, — пояснила девушка. — Хлебом не корми, дай что-нибудь открыть да обозвать. Прутся в Индию, открывают Америку и называют её в честь кошки троюродной бабушки бывшего однокурсника. Кара-Мурза, это ж надо додуматься так город назвать. Это ж надо додуматься так кошку назвать!       — Что ещё за Кара-Мурза? — обалдел Кир.       — Не-не, это просто… кхем. — Минус досадливо кашлянула. Кара-Мурзой был окрещён Ксенобайтом незнамо зачем рисуемый им же городок, находившийся до сих пор в зоне разработки и недоступный для игроков. Особо отличалось местечко новогодней атмосферой, жизнерадостно торчащими тут и там ёлочками, увешанными цветными шариками и гирляндами, и вальяжно разгуливавшими по улочкам дедушками Морозами, вокруг которых вилась всякая лесная мелочь, бодро водившая хороводы вокруг любой мало-мальски подходящей вещи, будь то ёлка, сломанная лыжная палка или оторванная нога одного из дедушек, торчащая из окровавленного сугроба: изредка Морозы, пересекаясь, не ладили и устраивали кровавые битвы за территорию. Увидев одну из таких баталий, где «стенка на стенку» сошлись около дюжины ботов, Минус обходила локацию десятой дорогой, а Ксенобайт и не просил о помощи в Кара-Мурзе, вместо этого отправив девушку тестировать стартовые локации, чему та была только рада.       — Секрет, да? — уныло вздохнул Кирин.       — Вроде того, — виновато кивнула Минус. — Ты прости, но…       — Да ничего, в клане от меня тоже вечно всё скрывали, — с фальшивой беззаботностью отмахнулся Кир, и девушка почувствовала себя последней свиньёй. Желая поскорее избавиться от противного ощущения, она уткнулась в протянутую карту и надолго задумалась. — Радиация, радиация, снова радиация, — разочарованно простонала Минус через некоторое время. — Здесь тоннель, но раз ваш клан наведывался в те места, там, скорее всего, засада. К тому же, где тоннель, там и тоннельные крысли, а я эту дрянь пока не осилю.       — Говорят, они размером с гризли и снимают сотню хитов одним укусом, — зловеще провыл Кир. — А если обходить с востока?       — Там меньше радиация, можно на антидотах проскочить, — задумалась Минус. — С другой стороны, там всякая дрянь водится в количествах немереных. Не крысли, конечно, но если стаей навалятся…       — И снова ноль, — вздохнул медик. — Через горы ведь много перевалов есть, почему не порыскать там?       — Потому что там полно мелких группировок и зомби-альпинистов. Свалится такой на голову не пойми откуда, и поминай как звали, — угрюмо буркнула Минус. — К тому же, это длинная дорога, мы по ней все четыре дня протаскаемся, и не факт, что не заблудимся в процессе, кстати.       — Четыре дня?! — взвыл Кир, то ли обалдевший от перспективы прошататься столько времени по скучной пустоши, то ли осознавший возможность провести столько времени с объектом поклонения и фанатизма.       — Там мы не пойдём, — мрачно отрезала Минус. — Давай думать. Какие ещё есть возможности?       — Караван? — робко предложил Кир.       — Во-первых, они дерут за место несусветные деньги; во-вторых, придуркам, которых я ограбила — не в обиду тебе — нужно вернуть деньги и самоуважение. А путники — отличный источник лёгкой наживы, и самоутвердиться за их счёт легче лёгкого. И пока у нас нет транспорта, мы с тобой — потенциальная мишень.       — Почему Ксенобайт забрал мотоцикл? — горестно вопросил хил.       — Потому что это его мотоцикл, — логично заявила Минус. — Он и так мне здорово помог, хотя не обязан был: это были мои неприятности. Так что пешком, товарищ, пешком в Москву, за обозом скорее в путь.       — Предлагаешь идти на отдалении от каравана? — не понял Кир.       — Предлагаю стяжать лавры дяди Миши Ломоносова, — вздохнула девушка. — Правда, он с обозом шёл. Так что, можно сказать, половину пути ехал.       — А может, и нам доехать?! — оживился Кир.       — Такси взять предлагаешь? — хмыкнула Минус. — Так с караваном и дешевле, и безопаснее выйдет.       — Нет, не такси! — медик размахивал руками и слегка заикался, что, как заметила девушка, особенно проявлялось в минуты волнения. — Поезд! Говорят, раньше в игре ходили поезда! Они, наверное, и сейчас ходят, только редко. Вот бы нам на такой влезть!       — И докуда мы доедем? — озадачилась Минус. — Где вообще рельсы проходят? А если они сломаны, и мы вместе с поездом под откос улетим?       — Можно не на поезде, — подумав, предложил Кир. — Можно такую штуку взять… Чёрт, слово забыл. Как вагонетка с рычагом, его качаешь и едешь!       — Дрезину, — поняла Минус.       — Вот, точно, дрезину! — радостно завопил хил. — Если рельсы будут сломаны, мы её просто немного перетащим и снова поедем!       — А поднимем? — усомнилась девушка.       — Поднимем! — Кир смущённо потупился. — Понимаешь, я ведь в лагере почти всё время сидел, но я ведь часть группы. И мне процент от опыта капал. Капал, капал, а я его в силу и выносливость вкладывал, мне ведь огнестрельное не давали.       — Ясно, — ошарашено кивнула Минус, прикидывая, сколько ещё в её новом попутчике неизведанных глубин. — Так что насчёт рельс? Где они идут?       — Я не знаю, — вдруг виновато выдал Кир. — Я по ним не катался никогда. Я только на станции дрезину видел, но я тогда с группой на миссии был.       — Ясно, — снова кивнула девушка, стараясь, чтобы её голос не прозвучал разочарованно, чтобы не расстроить медика. — Ну… Тогда давай снова думать. Рельсы же явно куда-то ведут, так? Где-то они должны пересекаться с пешими маршрутными путями. Если найти на скринах местности рельсы, можно составить их общее направление, так?       — Так, — оживился Кир. — У меня хорошие карты, я их часто обновляю. Давай посмотрим начиная от Шелтервилля, а потом, где начнутся пробелы, будем дорисовывать.       — Хорошо. — Минус увеличила масштаб и принялась вглядываться в скрин станции. От бетонного строения уходили три ветки рельс, а на уголке рисунка скалился случайно попавший в кадр стрелочник. — Три направления. Ладно. Одни идут туда, — девушка черкнула от станции на запад, — другие туда, — ещё один небрежный штрих карандашом для пометок на восток, — и третьи странные, ржавые и не внушают доверия. Они идут как раз в нужном нам направлении, прямо на Баден-Баден. По ним, что ли?       — А куда ведут эти? — нервно уточнил Кир, тыкая пальцем во вторые рельсы. — Там ведь что-то есть, так?       — Если подумать, — снова озадаченно протянула Минус и принялась рыскать по всей карте, обводя попадающиеся обрывки рельс большими кругами, чтобы не потерялись при изменении масштаба. — Хэй, а это что?! — ткнула она карандашом в хиленькое строеньице, вплотную примыкавшее к рельсам. Как правило, безымянные посёлки состояли хотя бы из полудесятка домишек, но тут здание стояло совсем одно и не походило на некогда обитаемую жилую постройку.       — Похоже на станцию, — растерянно предположил Кир. — Я на такой выхожу, когда к тёте в сад езжу. Вроде, станция, но до деревни пентюкать и пентюкать. Может, тут то же самое?       — Может, — странным голосом повторила Минус и обвела рельсы в кружок, дополнив его размашистым крестом. — А это что?       — Шелтервилль-Грузовая, — радостно ответил парень, довольный, что знает ответ на вопрос. — Я там дрезину и видел.       — Грузовая? Здесь ещё поезда на пассажирские и грузовые делятся?! — обалдела подрывница.       — Не знаю, — почесал в затылке Кир. — Раньше, говорят, делились. На поездах грузы отправляли. Только столько волокиты было: загрузи, разгрузи, везде заплати, не опоздай, и ещё не факт, что состав не ограбят: они просто мишенью для группировок были. И это дело признали бесполезным. Стали караванами отправлять.       — Хм… — Минус снова задумалась и неуверенно соединила Шелтервилльскую станцию с Шелтервилль-Грузовой, после чего снова уставилась на привлёкший её внимание домишко.       — Допустим, — принялась медленно рассуждать она, — это и впрямь станция. Но для чего она нужна? Одни рельсы входят, одни выходят, остальное — маневровые пути, которые, в общем и целом, не имеют смысла. Странновато это, не находишь? Для чего оно, спрашивается, надо? Банально усложнить игрокам жизнь? Так тут грузы возили, а значит, жизнь усложнялась только ботам. И упрощалась задача мародёров. Думаю, это всё неспроста. Куда идут первые рельсы?       — Это кольцевая объездная вокруг Шелтервилля, заброшенный экскурсионный экспресс, — без запинки ответил Кир.       Минус послушно нарисовала объездную вокруг Шелтервилля, проходя через попадавшиеся на скринах обрывки рельсов.       — Вторая ветка идёт через Грузовую и непонятный маневровый клубок. Там явно какая-то гадость, но я пока не понимаю, какая. А третья смотрит прямо на Баден-Баден, но не может же она через горы идти, верно? К тому же, мне не нравится её вид. Какую выберем?       — Ты… Ты меня спрашиваешь? — обалдел Кир.       — Ты видишь здесь ещё кого-то? — слегка раздражённо отозвалась Минус. — Мы собираемся сунуть голову в какую-то неизвестную дрянь, о которой ты, кажется, знаешь в разы больше меня. Ты знал про направления рельсов и идея с поездом тоже была твоей. У тебя как минимум есть право голоса, не считаешь?       — Эм, да, — Кир смотрел на девушку круглыми глазами. Самостоятельно принять решение! Его героиня предлагала ему принять решение и собиралась последовать его предложению! После недель клановой жизни это казалось сказкой, сном наяву. — Вторые, — после недолгого раздумья, ткнул пальцем он. — Они вполне могут идти, огибая горы, до грузовой станции Баден-Бадена, а оттуда мы сможем добраться до города на своих двоих.       — Звучит как план, — одобрила Минус. — Но не лучше ли будет дойти до Шелтервилль-Грузовой, где точно есть дрезина?       — Там ещё кислотные мародёры, стрелочники и бригадиров пруд пруди, — тоскливо оповестил Кир. — Если есть хоть малейший шанс найти дрезину в Шелтервилле и просто на скорости проскочить Грузовую, нужно им воспользоваться.       — Мда, дела, товарищи, — вздохнула Минус. — Будем надеяться, мой новый образ спасёт меня от назойливых фанатов. И, раз уж мы идём в Шелтервилль, не заскочим по пути на свалку? Мне там забрать кое-что нужно.       — И что там? — подпрыгнул от любопытства Кир, когда Минус, воровато оглянувшись, вытащила из внутренностей перевёрнутого и проржавевшего джипа, наполовину ушедшего в землю, пластиковый контейнер размерами полметра на метр.       — Полезности, — витиевато ответила девушка и, пыхтя, поволокла контейнер к следующей горе мусора. Из неё она извлекла не внушающую доверия конструкцию из свинченных огрызков алюминиевых труб, дополненную разнокалиберными колёсиками. Разные размеры колёсиков компенсировались различной высотой креплений, и в целом объект, по крайней мере в теории, должен был ездить. Водрузив свой груз на приспособление, Минус прокатила его взад-вперёд и довольно ухмыльнулась. — Я у Ксена инженер, — гордо похвасталась она. — Ну почти, — с тяжёлым вздохом пришлось исправиться девушке, когда одно из колёсиков отвалилось и подобие тачки перекосилось на бок. — Зато у меня есть автоген!       Когда тележка была приведена в порядок, Минус надёжно примотала контейнер скотчем и выжидающе посмотрела на Кира.       — Что? — не понял тот.       — Веди, — пояснила Минус. — Я понятия не имею, где Шелтервилльская станция, я по городу практически не ходила.       — А, да, конечно, — суетливо закивал парень. — Нам вон туда.       — Куда идёшь, Красная Шапочка? Что несёшь? — хохотнул один из прочёсывавших город игроков, с интересом глядя на контейнер Минус.       Девушка мысленно воззвала ко всем высшим силам, моля о терпении, чтобы не отметелить мародёра фомкой: поединок явно был бы проигран, а красная накидка с капюшоном и впрямь придавала ей сходство с небезызвестным персонажем. К тому же, следовало придерживаться роли начинающей местной и стараться не привлекать лишнего внимания, а драка непременно притянула бы к ним множество взглядов.       — Добычу везу, — оттирая напрягшегося Кира в сторону, гордо заявила она вместо этого и, словно спеша похвастаться, охотно продемонстрировала содержимое контейнера, состоявшее из лоскутков, обломков чипов и плат, гаек, проволочек и прочей мелкой рухляди, стоившей сущие копейки. О том, чтобы ничего мало-мальски ценного, способного привлечь внимание других игроков, там не было, Минус особо позаботилась.       — Молодец, — ухмыльнулся мародёр, поглядывая на неопытную девчонку сверху вниз.       Минус улыбнулась как можно шире.       — А ещё, — шёпотом поведала она, — у меня есть во-от такая штука…       Мародёр насторожился было, но полуразочарованно, полуснисходительно вздохнул, увидев откопанную в горе хлама хромовую детальку. На фоне остальных «сокровищ» она и впрямь выглядела внушительно, но стоила меньше, чем даже единичный патрон. Грабить девчонку из-за подобного пустяка и наживать себе врага-снайпера, пусть и начинающего, не стоило.       — Зачем мы тащим весь этот мусор? — шёпотом поинтересовался Кир, когда мародёр остался позади.       — Если повезёт, то никогда не узнаешь, — искренне пожелала Минус, вновь закрывая контейнер. Ни к чему было зря нервировать несчастного парня.       — А что внутри? — с подозрением всмотрелась в местами заляпанные кровью, местами заколоченные досками окна зала ожидания Минус.       — Не знаю и знать не хочу, — сглотнул Кир.       — А я хочу, — возразила девушка. — Покараулишь? — впихнув контейнер растерявшемуся парню, Минус вытащила фомку и, с интересом осматриваясь, полезла в один из немногих не заколоченных оконных проёмов, аккуратно высадив стекло. Через несколько секунд внутри раздался зловещий вой, странный лязг и что-то, похожее на хриплое радио, забасило гнусавым голосом на всю платформу невнятные слова, среди которых можно было разобрать только «Шелтервилль», «неполадки», «грузовая», «пассажирам». Конец непонятного сообщения был искажён страдальческим хрипом старого патефона. Как только замолкли последние взвизги и хрипы громкоговорителя, стал слышен хрустальный звон разбивающихся бутылок и тихое фырчание пламени. Через минуту-полторы на крышу вокзала вылетела Минус, закопчённая, дымящаяся, размахивающая фомкой в одной руке и зажигательной бутылкой в другой. То ли поскользнувшись, то ли просто оступившись, она кувырком полетела с крыши и рухнула на землю, только чудом не сломав себе шею.       — Тикаем! — рявкнула она, отмахиваясь от бросившегося на помощь Кира. — Контейнер не забудь! Сейчас тако-ое будет!..       Послушно ухватив тележку, медик попятился назад, и тут случилось «такое». Здание дрогнуло, окуталось облаком бетонной пыли, с неба посыпалась щебёнка. А через пару секунд сверху начали плюхаться непонятные кровавые ошмётки.       — Я там растяжку перед выходом на крышу установила, — переводя дух, пояснила Минус, когда оба приключенца уже неторопливо качали рычаг дрезины. — На меня десяток бригадиров выполз из какой-то дыры, когда я в кассу сунулась. А потом на шум ещё кислотники подтянулись. Я решила удочки сматывать, а там в дверях стрелочники, а у окна помойник что-то вылёживает. Я и полезла через крышу, но второпях не ту гранату на растяжку привязала. Надо было с двойным зарядом, а я туда экспериментальную пихнула. А когда поняла, поздно было возвращаться. Круто шарахнуло, скажи?!       — Круто, — с завистью признал Кир. — А что там было, в кассах?       — Да там бумажки какие-то лежали, меня что привлекло: там у некоторых по краю такая золотинка шла, как фольга у конфет, она и блеснула, когда я фонариком посветила. Я туда полезла, и эта штука как захрипит, как заскрипит, и вся эта шваль проснулась и на меня кинулась. Жуть!       — А что за бумажки? — насторожился Кир. — Вдруг это что-то важное было? Не зря же там такая охрана.       — Я схватить не успела, на меня бригадир напал, — виновато призналась Минус. — Зато я, как только этот хрип услышала, «Линзу» включила.       — Какую линзу? — не понял медик.       — Это программка такая, вроде камеры, — пояснила девушка. — так, притормози-ка, давай посмотрим, что там было.       — «Со станции Шелтервилль», кажется, — в очередной раз прослушав жуткий хрип, предположил Кир.       — Внимание, важное объявление. Рейс со станции Шелтервилль отменён. На — что-то непонятное — неполадки. Поезд отправится от станции… Снова что-то непонятное, следующей за … Грузовая. Просьба пассажирам отнестись с пониманием, — прочитала записывавшая за расшифровывавшим гнусавый голос диктора Киром Минус. — Звучит неплохо. Значит, поезд всё-таки существует и даже ездит. Причём, я так думаю, как раз от этого клубка, который мы видели на карте. Потому там и маневровые пути, чтобы поезд разворачивался и туда-сюда носился. Оч-чень неплохо!       — И нам надо добраться дотуда и сесть на поезд, — подтвердил Кир. — А станция следующая за Шелтервилль-Грузовая. Всё сходится. А бумажки нужны были, чтобы привлечь внимание и заманить в будку, а как только туда заходишь, начинается квест.       — Да, наверное, — согласилась Минус. — Ну что, товарищ, потрудимся на благо Советов?       — Чего?       — Ничего. Греби, блин.       Натужно поскрипывая рычагом, дрезина понеслась по рельсам в скучную, однообразную, но обещавшую что-то интересное серую даль.       — Пути разобраны, — охнул Кир, когда половина пути до Шелтервилль-Грузовой была проделана.       — Ну, не так уж и далеко нам осталось, — попыталась подбодрить медика Минус. — К тому же, может, они немного разобраны.       — Да, точно! — оживился Кир, горя желанием оправдаться за собственный просчёт. — Если мы немного пронесём дрезину…       — А может, всё-таки пешком? — осторожно уточнила Минус, с неприязнью косясь на ржавую железную махину в полтонны весом.       — Снова дрезина, — хмыкнула Минус, осторожно обходя бригадира.       Железная таратайка, куда более ржавая, чем на станции Шелтервилля, лежала на боку возле рельс.       — Сейчас подниму! — захлопотал Кир и запыхтел, пытаясь приподнять дрезину. Словно из ниоткуда, из тумана вынырнул стрелочник и, угрожающе оскалив длинные тонкие зубы, занёс над головой хила молоток.       — Паскудные твари, но тупые, — подытожила Минус, вырубая стрелочника фомкой и методично забивая его насмерть. — Ох ты ж мать моя материнская плата, поднажми, тяжеловес! Там кислотников штук пять и бригадиры откуда-то лезут!       Дрезина двигалась неторопливо, покачиваясь и угрожая в любую секунду рухнуть обратно. Минус отстреливала не успевших подобраться близко бригадиров, стараясь снимать их хэдшотами: патронов было не так уж и много, группа кислотников, взволнованно бурча и болтая хоботами противогазов, толклась возле обреза канализационной трубы, и девушка не ждала от них ничего хорошего, но куча бригадиров была куда более насущной проблемой. Проредив бригадиров, насколько позволяли патроны, Минус бросила в кислотников зажигательной бутылкой и тут же об этом пожалела. С возбуждённым писком один из мародёров рванул торчащий из трубы шнур, и в девушку полетела круглая чёрная штуковина с горящим фитилём сбоку. Повинуясь какому-то наитию, Минус вскинула снайперку и прикладом, словно битой, отбила бомбу обратно. Взрыв выбил почву из-под ног, уронив и девушку, и ботов. Кир с обречённым писком толкнул дрезину, вложив в рывок все силы, и вагонетка, покачавшись для приличия, рухнула на рельсы.       — Готово! — затаскивая на платформу тележку с контейнером, с которым Минус упорно не пожелала расставаться, оповестил он, уже нажимая на рычаг.       Минус сделала пару выстрелов из снайперки, уходя перекатом, разбила зажигательную бутылку, отрезав монстрам путь, и ухватилась за очень кстати приваренную ручку позади дрезины. Кир, не останавливаясь, качал рычаг, дрезина неуклонно набирала скорость и мутанты, ещё некоторое время бежавшие вслед за дребезжащей вагонеткой и предпринимавшие попытки взобраться, но неизменно отбрасываемые находившейся в куда более выгодной позиции Минус, вскоре остались позади. Только убедившись, что все боты отстали, девушка перевела дух и перелезла через бортик, устало усевшись рядом с гнавшим новообретённый транспорт вперёд Киром.       — Что день грядущий нам готовит? — в пустоту спросила она. — У меня патронов осталось только чтобы застрелиться, то бишь ровно один. И штуки три бутылок.       — А тут? — осторожно спросил Кир, показывая на контейнер.       — Для ближнего боя использовать бесполезно, для дальнего — пока невозможно, — вздохнула Минус, открыв контейнер, вытащила из него коробку со всяким дешёвым хламом, игравшую роль второго дна, небрежно позволив ей упасть на пол, и бережно, словно котёнка, вынула скрывавшуюся до того времени под коробкой гладкую штуковину, напоминавшую чёрное страусиное яйцо. — Вот, — любовно выдохнула она, поглаживая непонятный объект. — Это моя К-2, моя прелесть, моя любимица. Эта крошка может превратить Шелтервилль во вторую свалку. А вот это, — вытащила она маленькую коробочку с красной кнопкой посередине, — детонатор. Видишь?       Кир обречённо взвыл, когда девушка вдавила кнопку в пульт, и лишь через несколько секунд решился приоткрыть один накрепко зажмуренный глаз.       — Мне пока уровня не хватает на радиоуправляемые детонаторы, — горько поведала Минус. — Так что без проводов эта штука абсолютно бесполезна. А проводов у меня как раз и нет.       Медик сочувственно покивал, с трудом скрывая смесь облегчения и искреннего восторга. Он не был уверен, что если бы провода были, подрывница смогла бы удержаться от искушения продемонстрировать свою «крошку» в действии.       — Вот и поезд, — радостно заявил Кир, показывая на жуткого вида состав из семи вагонов, весь покрытый ржавчиной, засохшей кровью, помятый, подрагивавший в предвкушении новой жертвы… Помотав головой, Минус заставила себя выключить слишком живое воображение и залезть на грузовую платформу вслед за довольным хилом.       — Не нравится мне всё это, — всё же вздохнула она, когда тамбур плацкарта, в который они перелезли, оказался разворочен, изрешечён пулевыми отверстиями и забрызган кровью. Следы когтей покрывали стены, пол и даже потолок. — Может, ну его к чёрту? — робко предложила девушка, когда Кир вознамерился пробиться к локомотиву. — Пошли обратно на грузовую платформу, а?       — А тебе разве не интересно посмотреть, что там? — возмутился Кирин. — Я вот хочу знать, кто нас повезёт!       — Поверь мне, ты не так уж и хочешь это знать, — сглотнула девушка и бережно убрала К-2 под накидку. — Ладно, идём.       Сквозь искорёженные плацкарты и купейный вагон, полный странных цистерн с не подающими признаков жизни мутантами, плавающими в зеленоватой жиже, шли в гробовой тишине. Кир десять раз пожалел о своём предложении, но отступать не хотел, не желая показаться трусом. Наконец, дошли до люка в локомотив, запертого на механизм с запорным колесом. Кирин навалился на него, и заржавевший механизм, нехотя, роняя рыже-бурые хлопья, провернулся, пропуская путешественников внутрь. Из локомотива, подсвеченного чем-то голубым, донеслось утробное ворчание. Миновав коридор, где сверкали голубыми электрическими молниями странные приборы вдоль стен, приключенцы перешли в рубку. Там на них уставились кочегары. Один из них угрожающе вскинул на плечо лопату. Кир шарахнулся было назад, но Минус успокаивающе удержала его за плечо.       — Тихо, — шепнула она. — Видишь?       Проследив за указывающим жестом девушки, Кир увидел, что оба кочегара прикованы толстыми цепями и лишены возможности добраться до ребят. Неожиданно распахнулась какая-то железная дверь в стене, которой, Кир готов был поклясться, не было мгновение назад, и из неё в лучших традициях фильмов ужасов вывалился несвежего вида зомби, полувисевший на кабеле, торчавшем из его головы. В месте присоединения кабеля виднелись жуткого вида гвозди, не оставлявшие сомнений в том, как именно он держится. Зомби раззявил пасть, показав гнилые зубы, и издал такой звук, словно его вот-вот стошнит, после чего достал хлыст и принялся стегать им кочегаров. Те, трагически взвыв, принялись бросать в топку что-то из странной кучи, и у Минус истерически запищал датчик радиации.       — Назад! — рявкнула девушка и выпихнула Кира прочь из рубки, задраив тяжёлый люк. — Слава тебе админ, свинцовая, — выдохнула она, навалившись на дверцу. — Антирад есть?       Антирад у запасливого Кира был, причём чуть ли не в промышленных количествах. Сбив последствия заражения, приключенцы, переговариваясь вполголоса, поплелись обратно на грузовую платформу.       — Такого не было, — прервав беседу на середине, заявила вдруг Минус, когда они проходили купейный вагон. На цистернах мигали лампочки, заработали какие-то датчики, на которых начали метаться туда-сюда стрелки.       — Бежим? — сипло предложил Кир, когда одна из цистерн с шипением начала открываться.       Не оглядываясь, оба понеслись мимо, что было сил, подталкивая друг друга вперёд, чтобы проскочить узкие тамбуры. Уже на выходе из последнего плацкартного Минус уронила К-2, горестно вскрикнула, но притормаживать не стала, логично заключив, что если выживет — обязательно подберёт её, а если не выживет, то бомба всё равно исчезнет. Только добежав до середины грузовой платформы, они остановились и тут же развернулись, доставая небогатое оружие: Кир автомат, к которому осталось полтора магазина, а Минус зажигательную бутылку. Лишь тогда, в полной боевой готовности, они позволили себе посмотреть, что же их преследовало. И тут же об этом пожалели. На крыше плацкарта, угрожающе щёлкая жвалами, стояло нечто, напоминавшее одновременно огромную бронированную многоножку и детского пупса, ожившего и тут же попавшего под бензопилу маньяка.       — Ваши билетики! — прохрипело нечто, потрясая окровавленными билетными щипцами. — Где ваши билетики?!       — Кидай! — завопил Кир, отчаянно строча в бота из автомата, но пули рикошетили о воронёную броню многоножки и с чавкающим звуком проходили сквозь плоть пупса, порой вырывая куски и не вызывая у того ни малейшей реакции. Оглянувшись на подругу, он увидел, что Минус в каком-то трансе смотрит на монстра, а бутылка вот-вот выпадет из её ослабевших пальцев. Метнувшись к ней, он вырвал у неё бутыль и швырнул в мутанта, но охватившее его пламя также не причинило ему вреда.       — Ваши билетики! — вновь прохрипела тварь и поползла к грузовой платформе. — Где ваши билетики?!       — Мама… — тускло шепнула Минус и, пятясь ко краю платформы, вскинула на плечо снайперку с последним патроном. Увидев, куда она целится, Кир с отчаянным криком спрыгнул с поезда и покатился по насыпи. Мишенью девушки была лежавшая прямо под брюхом монстра К-2.       — Ты прости, — Минус, сброшенная взрывом, тряслась и сверлила собственные руки пустым взглядом, пока чуть живой Кир обматывал их обоих бинтами. — Я с детства кондукторов боюсь. Меня как-то мама одну в вагоне оставила с младшей сестрой, а сама пошла в первый вагон, билеты покупать. И тут как раз контролер. И говорит: «Предъявите билетики!» Мне восемь, мелкой три, я в ступоре. А этот урод, видимо, решил, что мы из дома сбежали и прикопался, угрожал на станции ссадить. Хорошо, что дядька какой-то заступился, сказал, что видел, как наша мама ушла за билетами. Но я с тех пор этих ребят не перевариваю. И тут этот…       — Он, походу, бессмертный, — заявил Кир. — Взрывом твоей «крошки» семь вагонов разорвало просто в клочки, а этот гад прополз по рельсам и снова на локомотив залез. Я уж не знаю, из чего его мочить надо.       — Может, у него слабое место какое-то? — помотала головой Минус. — Да нет, его взрывом тогда всё равно бы убило. Что ещё? Что мы знаем про этот квест? Он начался с того сообщения в Шелтервилле, в…       — В билетной кассе, — убито застонал Кир. — Покажи мне скрин. Ну точно, «билетики»! Конечная станция Баден-Баден. И что же нам, в Шелтервилль возвращаться? Может, проще пристрелимся: сразу окажемся на месте?       — Во-первых, нет, мне нравится эта штука и я не хочу её терять, — Минус погладила снайперскую винтовку. — Во-вторых, билеты, я думаю, можно взять не только в Шелтервилле, но и на промежуточной станции, где мы садились на поезд: там тоже есть вокзал и билетные кассы. В-третьих, если я умру, я окажусь в Шелтервилльском морге и вся моя маскировка слетит. А значит, прямой рейс мне будет не в Баден-Баден, а на рудники. Так что пешком, мой друг, до клубка, где мы садились. Там возьмём билеты и покатим с ветерком навстречу счастливому будущему!       — Собаки, — шёпотом буркнула Минус, заглянув внутрь станции через окно и посветив себе фонариком.       — Чего ругаешься? Что, монстры какие-то? — с любопытством всунулся Кир. — Мамочки! — взвизгнул он, когда свора собак-мутантов, среагировав на шум, ринулась в окно, и бросился наутёк.       Сидя на водонапорной башне и дразня от скуки завывающих внизу псов, Кирин осматривал местность, надеясь увидеть приметную накидку Минус, но та после атаки мутантов как сквозь землю провалилась. Подумав, Кир уже решил было, что девушку затащили на станцию и разорвали собаки, и теперь та уже на полпути к рудникам, пойманная злобными кланами на выходе из морга, дезориентированная и безоружная, но тут знакомое кирпично-красное пятно вылезло на крышу вокзала, демонстрируя две бумажки, бывшие, как радостно понял Кир, билетами. Довольно откинувшись на цистерну с водой, парень расслабленно выдохнул. Если мобов не дразнить, они должны были скоро уйти обратно на станцию, а пока можно было спокойно посидеть, успокоить нервы и восстановить здоровье.       — Спокойнее, подруга, — хлопнул Минус по плечу Кир, когда девушка грохнулась на пол платформы, и протянул ей свою фляжку. — Он уже ушёл.       — Я думала, я умру, — призналась та, отпивая энергетик и закашливаясь. — Или в обморок грохнусь. Или не выдержу и зажигалку в него кину.       Кондуктор стучал сотнями хитиновых ножек по крышам вагонов, изредка заползая внутрь и вновь выбираясь на крышу. От путешественников он отстал, после того как пробил предъявленные билеты щипцами.       — Не, ну это для «Перекрёстков» жестковато, — покачал головой Кир.       — Вы думаете? — хмыкнул Ксенобайт, материализуясь из воздуха рядом с двумя пассажирами адского экспресса.       — Если надеялся меня напугать, не вышло: у меня сегодня доза страха в два раза годовую превысила, — буркнула Минус.       Кир молча пучил глаза. Его напугать Ксенобайту явно удалось.       — Для «Перекрёстков» жестковато, — наконец, повторил он снова. — Эдакой сюрреалистической мерзости больше в «Зазеркалье» место. Но там ведь вечное Средневековье, там поезд не в тему будет.       — Кошмар, — мрачно пробубнила Минус. — Признавайся, меня Внучка сдала, да? Она тебе сказала, что я кондукторов боюсь до нервной трясучки?       — Если и сдала, то не мне. Квестом-то Мелисса заправляет, — пожал плечами программист. — Вообще, это как бы альтернативный путь в Баден-Баден, раз уж Панкисское ущелье перекрыли. Реальный квест, нет?       — Реальный, — были вынуждены признать приключенцы. — Если сразу в кассе билеты взять, то даже, можно сказать, простой.       — Вот и отлично, — заключил Ксенобайт. — Ну что, Баден-Баден осваивать пойдёте?       — Я бы лучше в реал, — робко признался Кир.       — А меня уже подташнивает от «Перекрёстков», — вздохнула Минус. — Я теперь, наверное, даже на Изнанку неделю не зайду.       — Я, кстати, её заморозил с утра, — виновато признался программист. — В Шелтервилле перегруз был, пришлось машинные ресурсы освобождать.       — Перетащить бы нам её, — вздохнула Минус. — Или хоть резервную копию заархивировать. Если Страну Чудес найдут — чёрт с ней; кладбище и дворец тоже не особо жалко, если не считать Драко и Монти; но вот Изнанка… Если её Михалыч отыщет. Если он поймёт, что это и кто это… Пиши пропало.       — Перетащить, а куда? — угрюмо огрызнулся программист, и сам уже не раз задумывавшийся над этой проблемой.       — Слушай, а вот у вас 4-С изъяли, а где он сейчас? — насторожилась вдруг Минус.       — Где-то в Самаре, в «Самаре», — облизнул губы Ксенобайт. — Это было бы просто идеально, ты знаешь…       — Остров где-нибудь в Бермудском треугольнике, защищённый магией, — мечтательно предложила Минус.       — Или подвесить его отчасти в небе, отчасти под землёй, поближе к магме, и создать магические телепорты, иллюзии близости, пути сообщения, — подхватил программист. — Но как нам добыть хоть один экземпляр?       — Отправим туда дядю Семёна, — заговорщическим шёпотом предложила девушка. — Подкинем ему наводку на других тестировавших костюм. А потом умыкнём один набор со склада. Ты не поверишь, но защита там в основном компьютерная, а окна никогда не зарываются.       — Это чистой воды авантюра, — ухмыльнулся Ксенобайт.       — Именно, всё как ты любишь, — мило улыбнулась ему Минус. — Что мне приготовить на ужин?       — Круто! Прямо семейка пакостников! Вы, ребята, прямо как Карпат и Копия из «Зазеркалья», — воскликнул Кир. — Только они боты, а вы реальные!       — Чего?! — остолбенела Минус.       — Да, кстати, — неловко кашлянул Ксенобайт. — У нас тут появилась одна проблемка…

***

Виртуальная реальность игры «Зазеркалье», холм двух К. 30 марта. 21:17 реального времени.       Возвышенность в форме буквы «к» и её зеркального отражения заросла фиолетовой травой с кроваво-алыми цветами. На холме стояла аккуратная скамейка с витыми ножками, на ней сидели двое в форме тайных убийц чёрного анклава, но форма слегка отличалась: во-первых, её цвет был серым; во-вторых, на плечах у обоих вместо клановых были аккуратные красные нашивки с витиеватой «З», знак собственности игры «Зазеркалье». Моб повыше, темноволосый парень с кислым лицом, собирал желающих поучаствовать в квесте «Долой Кровавую Ведьму», походе на Красную Королеву, и выдавал билеты на арену, место постоянных боёв за очки опыта и звонкие монеты. Второй моб, рыжая девушка, недовольно хмурившая лоб, предлагала покататься на Брандашмыге или единороге и заправляла квестом «Безобидная зверюшка» — охотой на Бармаглота.       — Поверить не могу. — Минус растерянно смотрела на двух ботов, похожих на неё и Ксенобайта, как две капли воды, за исключением формы. — Как?.. Нет, понятно, как, но зачем? Нет, понятно, зачем, но… Но почему они с нами так?! Мы же, по сути, раскручиваем им игру!       — Вот именно, — угрюмо вздохнул Ксенобайт. — И они решили поставить «фокусы Карпата и Копии» на постоянную основу.       Минус беззвучно кусала губы, но, программист был уверен, по его квартире разносятся тихие всхлипывания. Однажды девушка призналась, что «Зазеркалье» для неё уже практически вторая реальность: появившаяся во время её ухода из дома игра помогла ей на время забыть о неприятностях, вдохновила на новый проект, который увенчался успехом, затянула с головой и свела с Ксенобайтом, который под ником Карпат стал напарником по игре и другом не на один год. И теперь эта вторая реальность предавала её.       — Это ещё не всё. — Программист лучше вышел бы против Бармаглота в одиночку, чем сказал то, что собирался сказать, но он и без того тянул слишком долго. — Позавчера со мной связался один из админов и непрозрачно намекнул, что чаров нам, конечно, оставили, но чисто из уважения к былым заслугам. Вторым Карпату и Копии в «Зазеркалье» нет места. Начнём отсвечивать — заблокируют аккаунты.       Теперь уже ех-Копия молча уселась на фиолетовую траву и обхватила колени руками. Её губы задвигались, но звука не было. Досадливо поморщившись, девушка ткнула пальцем возле виска, туда, где на вирт-шлеме располагалась кнопка включения микрофона.       — Это конец, да? — хрипло спросила она и недовольно кашлянула. — То есть, можно, конечно, просто играть… Но смысл? В «Эпохе Химер» квесты намного интереснее, да и движок покруче будет. Всё было в том, чтобы не просто играть.       — Долой Кровавую Ведьму! — рявкнул бот-Карпат голосом Ксенобайта, и Минус всхлипнула, не успев отключить микрофон.       Программист похлопал подругу по плечу и тактично вышел из игры, позволяя ей побыть одной. Штаб бета-тестеров. 30 марта. 21:36 реального времени.       — И что, вы просто сдадитесь?! — завопила Внучка, не успел Ксенобайт стащить шлем.       Мелисса с круглыми глазами качала головой.       — А что мы можем? — устало спросил Ксенобайт. — Шаг в сторону от роли обывателя, и нас забанят. Это было весело, но теперь… Переть против админов — всё равно, что пытаться остановить бульдозер, встав у него на пути.       — И Карпат и Копия просто скроются с горизонта, уступив место тупым ботам?! — взвыла Внучка. — Да это же просто!.. Если вас гонят из «Зазеркалья» — по крайней мере уйдите красиво!       — А если нам вдруг понадобятся чары в «Зазеркалье»? — логично возразил Ксенобайт. — Прокачивать персонажа с нуля, когда уже привык к определённым возможностям — нелёгкое и неприятное занятие. Разумнее просто отойти в сторону, забыть о «Зазеркалье» и на всякий случай сохранить аккаунты.       — Когда это вы двое начали поступать разумно? — ехидно уточнила Мелисса, но тут же посерьёзнела. — Ксен, — вздохнула она, — я понимаю, что ты говоришь логичные вещи. Но скажи честно, разве тебе самому не хочется поддержать Минус? Устроить ей прощание с Зазеркальем, чтобы было не так обидно уходить?       — Последний выход Карпата и Копии! Я буду обязана это снять! — влезла Внучка.       — Стоит обсудить это с ней самой, — Ксенобайт поправил пенсне и, хрустнув пальцами, придвинул клавиатуру.       Внучка хотела сказать ещё что-то, но Мелисса мягко дёрнула её за рукав и покачала головой. Минус не единственная считала «Зазеркалье» второй реальностью. Квартира Ксенобайта. 30 марта. 22:41 реального времени.       — Последний выход? Попрощаться? Ксен, если ты пил, почему не позвал меня? — Минус принялась мерить комнату шагами. — Откуда в тебе этот романтизм ушедших эпох проснулся? О, не говори, и так понятно, что за птички тебе это напели.       — Можно подумать, ты сама этого не хочешь, — буркнул Ксенобайт.       Минус открыла рот, желая возразить, но запнулась и вздохнула.       — Ладно, поймал, — кивнула она и уселась на пол возле дивана. — Вот только давай честно. Какую бы мы пакость ни устроили, это только привлечёт к игре внимание. Чтобы отомстить по-настоящему, стоит как раз таки забыть о «Зазеркалье», и не пройдёт и полугода, как проект окончательно угаснет. Сервер живёт от большого события к большому событию. А кто устраивает им треть ивентов? Но тебе не хочется мстить, тебе хочется «мстить», да? Уйти, красиво хлопнув дверью, чтобы все знали, что Карпат был настоящим, и говорили об этом до самого закрытия игры. И этим мы как раз устроим им раскрутку. Выбирай, Ксен: эффективность или эффектность?       Ксенобайт рывком затащил её на диван.       — Я знаю, как совместить, — хищно ухмыльнулся он. Штаб бета-тестеров. 31 марта. 10:03 реального времени.       — Это может сработать, — кивнула Мелисса, выслушав план, который Ксенобайт и Минус шлифовали половину ночи. — Если всё пройдёт так, как вы говорите, конечно.       — Узнаем, когда узнаем, — вздохнул Ксенобайт.       Минус отчаянно зевнула.       — Если это не сработает, станем посмешищем, — пробурчала она.       — Ты против, что ли? — удивилась Внучка.       — Чего против-то? Я всегда за любой кипиш. Просто говорю, что если не сработает, о нас будут слагать не легенды, а анекдоты.       — Не каркай, — фыркнул Ксенобайт.       — А кто здесь каркает? — девушка жмурилась и тёрла глаза. — Я просто говорю, что будет, если хоть что-то пойдёт не по плану.       — Кончай бурчать и лезь в шлем, — Внучка дала сестре подзатыльник и пихнула в руки вирт-шлем.       — И вовсе я не бурчу, — возмутилась старшая. — И вообще, это Махмуда шлем. Дай хотя бы шлем Мака, а не этот.       — Чем он тебе не угодил? — не поняла Мелисса.       Внучка, так же занимавшая шлем одного из тестеров до того, как сподобилась принести в контору дополнительный костюм, виновато протянула сестре вирт-шлем снайпера. Незаменимый в «Квейке» мощный савбуфер с фильтром громких звуков вызывал у всех, кроме самого Махмуда, мигрень через несколько минут. Вдобавок, к тому, что всё, что должно быть тихим, орёт, как сумасшедшее, а всё громкое звучит не громче обычной речи, нужно было ещё привыкнуть, а времени на привыкание не было. Всё следовало провернуть как можно быстрее, чтобы возможно наблюдающие админы сайта не успели спохватиться и забанить пакостников до осуществления «великой страшной мести». Виртуальная реальность игры «Зазеркалье», холм двух К. 31 марта. 10:21 реального времени.       — Встретимся здесь, — скомандовал Ксенобайт. — Мелисса, Внучка, вы отвечаете за информирование белых. Первое правило: только словесные формулировки. Никаких чатов, никаких объявлений. Вербальные и только вербальные формы оповещения. Второе правило: никому не говорить о первом правиле, иначе начнутся тупые вопросы, и кто-то особо умный обязательно напишет в чат. Правило третье: проверенные каналы. Выбирайте тех, кто предпочтёт пробежать десяток клеток, но сообщить новость лично, с важным лицом и осознанием собственной значимости. Надутых балбесов, короче. Правило четвёртое: тем, кто ненадёжен, не забудьте добавить, что это секрет, и говорить о нём никому нельзя. Тогда получится как раз нужный эффект: разболтают, но писать нигде не станут, чтобы не светиться. Вперёд, информационный отряд!       — Мне как-то неудобно саму себя убивать, — призналась, глядя на ничего не подозревающих ботов, Минус.       — Хочешь, я тебя убью? — щедро предложил Ксенобайт.       — Не хочу, — девушка покосилась на напарника с подозрением и ухватила за рукав своего моба, оттаскивая подальше от скамейки, откуда на них недоумевающе оглянулся бот-Карпат. — Форму кровью не забрызгай.       — Всё таки хорошо, что я не стала сообщать об этих багах, — ухмыльнулась Минус, расчехляя комплект мутаторов, замаскированный под камень, чтобы случайно не привлечь внимания админов. Что камень забыл в инвентаре, скромно умалчивалось; в конце концов, если что-то можно положить в инвентарь — никто не может запретить этому там находиться. — Так, смотри, у меня осталось пять штук двойного копирования и блокиратор овербаффа.       — То, что ты баг-репорт не составила, лежит на твоей и только на твоей совести, но что ты даже от меня мутаторы зажала…       — Пф, а сам-то! Явно ведь тоже что-то для личного пользования припас. Давай выкладывай, а иначе твои секреты будут забанены вместе с тобой.       — У меня последняя точилка, трейнер на три параметра и два саммона, — неохотно поделился заначкой Ксенобайт. — Как распределяем?       — Два копирования — уже вечный запас, одно другим копируешь, и никогда не закончатся. Саммонов в самый раз, блокираторы будем множить, точилки тоже. И видеть тебя в сером очень странно.       — Глаз режет, — поморщился Ксенобайт. — Впрочем, тебе почти идёт. Правда, мне постоянно кажется, что настройки графики сбились.       — Иди уже качайся, — фыркнула Минус. — А мне надо котёл тебе энчантить. Ты уверен, что это сработает?       — Уверен, — оскорбился Ксенобайт.       — А раньше времени не… того?       — Не должно, — уже менее уверенно пожал плечами парень.       — Не должно, — передразнила Минус. — А если?       — А если, тогда всё, — твёрдо кивнул программист.       Минус, кажется, удовлетворённая ответом, забрала точилку, трейнер и два копирования. Уже на полпути с холма, она резко затормозила, чуть не упав, и обернулась.       — С тобой мы вышли на тропу войны, — неуверенно начала она.       — Ты не считай врагов, ты на меня смотри, — сообразив, хмыкнул Ксенобайт.       Минус, широко улыбнувшись, понеслась с холма, жизнерадостно взмахивая руками. Ксенобайт неспешно направился в другую сторону. Но обоих соединила ниточка песенки, которую один проговаривал себе под нос, а вторая распевала, перепрыгивая ядовитых ящерок: «Ведь мы уже никем не будем спасены. Нам выбор дан простой: ты победи или умри!» Виртуальная реальность игры «Зазеркалье», Дикие Земли. 31 марта. 11:17 реального времени.       — Я всякое видал, но такого не видал, — заявил Махмуд.       Он и Мак-Мэд случайно пересеклись в баре «Зазеркалья» и решили отправиться вместе с десятком азартных воинов на добычу экспы, то есть за головой Бармаглота. Махмуда прельщала возможность усовершенствования оружия, повышавшаяся с каждым новым уровнем, Мак-Мэд же вдохновился близостью семидесятого уровня, а с ним и возможности самостоятельно сделать бронебойную стрелу: незаменимая в бою против воинов в тяжёлых доспехах, одна такая стрела стоила, как небольшая оружейная вместе со всем содержимым. Портал в трактире «Лев и Единорог» добросил группу прямо до «Диких Земель», и охотники уже видели Бармаглота, но… Но кто-то добрался до него раньше них. Мелкая на фоне огромной зверюги фигурка бесстрашно приблизилась к Бармаглоту, ухватила за хвост и с лёгкостью швырнула в воздух. Туша шмякнулась о землю с отвратительным хрустом, который было слышно даже у портала. Игроки, которые надеялись поохотиться, поспешили вернуться в трактир, но Мак-Мэд, зорко прищурившись, ухватил напарника за рукав.       — Ничего не заметил? — спросил он.       — Что? — не понял Махмуд.       — Форма, — пояснил снайпер. — Она чёрная или белая?       Махмуд прищурился и озадаченно крякнул.       — Пойдём разбираться, — заключил Мак-Мэд.       Форма, разумеется, оказалась серой.       — Вот ты грифер! — скривился Махмуд, глядя на довольного Ксенобайта.       — А что такого? — невозмутимо пожал плечами тот. — Мне срочно нужно уровень поднять. Вы же сюда затем же пришли, только паровоз с собой зачем-то притащили. Как насчёт навестить Красную Королеву, кстати?       — Что это на тебе? — не позволил перевести тему Мак-Мэд.       — А, так вы не в курсе, — хмыкнул программист. — У нас с Копией появились официальные копии. Странновато прозвучало, не находишь?       — И? — требовательно поднял брови снайпер.       — И мы без ложной скромности решили, что оригинальные мы несколько лучше. Вот только у администрации другое мнение.       — Что вы задумали? — заинтересовался Мак-Мэд.       — А что насчёт Красной Королевы? — нетерпеливо уточнил Ксенобайт, взглянув на часы.       — Да, — переглянувшись, решили ходоки. — Но ты всё расскажешь по дороге.       — Схема простая, — разглагольствовал Ксенобайт, с видом профессионального бармена смешивавший содержимое десятка баночек, бутылочек и колбочек. — Берёшь бустеры, — он продемонстрировал получившийся коктейль, — берёшь вот эту чудесную штучку, — он показал маленькую таблетку, аккуратно положил её в ложбинку между большим и указательным пальцем, — и — вуаля! — ловко слизнув таблетку, программист залихватски опрокинул набор усилителей и деланно поморщился.       — Ты такую же штуку с Муней как-то провернул, — сообразил Махмуд.       — С кем? — нахмурился Ксенобайт.       — Шкет из «Химер», который Громозеку в Бермундию притащил, — напомнил Мак-Мэд. Самого Муню он тоже не помнил, но эффект узнал. — Как вообще такие штуки делаются?       — Немного того, немного сего, — туманно отозвался программист, точно не знавший, из чего сварить блокиратор овербаффа в «Зазеркалье». Догадки у него имелись, всё-таки котёл они с Копией качали, чтобы не тратить ресурс впустую, один, и краем глаза он наблюдал за её экспериментами, но точно ответить, в какой момент получилась баговая таблетка, Ксенобайт вряд ли бы смог. — Угощайтесь, — щедро предложил программист, кидая парням по таблетке, и вновь принялся колдовать с бустерами.       — А теперь объясни по человечески, ради чего вы всё это делаете, — потребовал Мак-Мэд, когда карточный замок лежал в руинах, сотни приконченных с особой жестокостью карт постепенно исчезали, а Красная Королева была уничтожена.       — Чтобы отомстить, разумеется, — пожал плечами Ксенобайт. — Гулять так гулять… Кому трейнер на три параметра?       — Грёбаный читер, — фыркнул Махмуд, но от предложенного трейнера не отказался, тут же прокачав боевой топор на прочность, силу и скорость удара.       Мак-Мэд с интересом повертел трейнер и предпочёл припрятать его в инвентарь на будущее.       — Ты вообще можешь говорить, не переводя тему? — со смешком спросил он. — Неужели ещё не понял, что мы уже решили вас поддержать?       Ксенобайт хмыкнул и извиняющеся развёл руками.       — Есть у нас интересная мысль, — начал он. Виртуальная реальность игры «Зазеркалье», холм двух К. 31 марта. 13:46 реального времени.       — Объясните мне, люди добрые, как я в это ввязалась? — вздохнула Минус.       — Ты сама это и предложила, — ухмыльнулся Ксенобайт. — И вообще, больше нахальства на лицо, а то на Копию не похожа.       — Это она на меня не похожа, а не я на неё, — недовольно буркнула девушка, и смерила бота мрачным взглядом. Тот ответил, в точности скопировав выражение её лица. — Нет, ну копия Карпата — это ещё куда ни шло, но копия Копии уже ни в какие ворота!.. — возмутилась Минус и гневно топнула ногой. Бот повторил её движение и мимику. — Карпат, я не могу, я ей прям сейчас шею намылю! — зафырчала девушка.       — Правду говорят: если человек одним своим видом вызывает у вас желание ударить его, возможно, вы смотритесь в зеркало, — глубокомысленно процитировал спокойный, как удав, Ксенобайт, созерцавший свого двойника. — Хорош! — наконец, заключил он. — Заметила: они теперь повторяют наши движения.       — Учатся, паразиты, — кисло подтвердила Минус. — Нас наверняка скоро попёрли бы вне зависимости от того, навели бы мы шороху или нет.       — А значит, драться с ними — всё равно, что драться с отражением, — продолжил рассуждать программист. — Был у меня такой неприятный опыт, правда, не в этой игре.       — И чем закончилось? — заинтересовалась девушка.       — Да ничем, — скривился Ксенобайт. — Завалили мы тот квест.       — А если местами, ну, в смысле, противниками, поменяться? — предложила Минус. — Ты меня убьёшь, а я тебя. В смысле, ты — ту меня, а я — того тебя.       — А сможешь? — усомнился программист.       — Как минимум задержать смогу, а потом ты мне поможешь, если что, — пожала плечами девушка. — Чего уставилась?! — гаркнула она на свою копию.       — Чего уставилась?! — повторил бот и на мгновение ехидно скривил губы.       — Речевой анализатор… — ошарашенно сообразил Ксенобайт.       — Речевой анализатор, — подтвердила его копия, так же ухмыльнувшись.       — И, что бы мы ни сделали, они сделают то же самое, но при этом не будут действовать себе в ущерб, — простонала Минус.       — Не будем, — мотнула головой бот-Копия, отходя от роли зеркала.       — Ну, что ж, — вздохнул Ксенобайт и вытащил из инвентаря две бутылки стамины, протянув одну напарнице. Боты повторили его движения. — Да победит сильнейший.       — За честный бой! — чуть хрипло сказала бот-Копия. — Аве, моритури!       Четыре бутылки выносливости столкнулись с весёлым звоном.

***

Виртуальная реальность игры «Зазеркалье», холм двух К. 31 марта. 14:00 реального времени.       — Леди и джентльмены! — Когда два абсолютно одинаковых чара в серых плащах одновременно подняли руку, прося тишины, многие игроки, собравшиеся посмотреть, что снова задумали Карпат и Копия, которые, по слухам, были ботами, постучали по шлему и потрясли головой.       — Господа и дамы, — ещё одна пара одинаковых чаров, на этот раз девушек, невесело усмехнулась.       — Мы собрались здесь, чтобы решить один важный вопрос.       — Ни для кого не секрет, что Карпат и Копия — боты.       — Многие знают, что Карпат и Копия — игроки.       — Все вы правы.       — Все вы неправы.       — Не так давно Карпат и Копия были игроками и существовали в единственном экземпляре, — парень и девушка сделали шаг в сторону и поклонились.       — С недавних пор появились более совершенные их версии, которые игроками не являются, — заявили оставшиеся двое и так же склонились в вежливых поклонах.       — Но в «Зазеркалье» нет места для четверых, — с сожалением вздохнули все четверо. — Поэтому нам придётся выяснить, кто останется, а кто уйдёт навсегда.       — Мы не знаем, кто победит, — честно призналась Копия, которая представилась, как настоящая. —Администрация угрожает заблокировать наши аккаунты, админы хотят, чтобы игра была полностью под их контролем. Что ж, пусть так. Мы просто… Ладно, пусть гриферы! Пусть читеры! Мы часто кэмпили, пользовались абилками, о которых ещё никто не знал, а если знал, предпочитал не распространяться, мы устраивали подлянки практически всем, кто стоит здесь. Некоторые считают нас имбами, но всё было честно: мы кэмпили — вы нас выпиливали, вы не брезговали спаункиллом, и мы отвечали грязными фокусами. То, что мы делали, мог сделать любой из вас, если бы только захотел. И всем было весело!       — Но никто не посмеет сказать, что мы не боролись, — заявил Карпат. — И мы в любом случае уже победили. Ведь все вы запомните: Карпат и Копия были реальными. Мы не шутка, не легенда! Но теперь, независимо от того, кто победит, нас скорее всего забанят и внесут в чёрные списки. А если и нет, мы всё равно уйдём и не вернёмся. Прощайте, народ, и знайте: если мы выиграем, мы сделаем так, чтобы «Зазеркалье» нас никогда не забыло!       — Она дерётся как ты, — пропыхтел один из Карпатов.       — Даже не знаю, это оскорбление или комплимент. В любом случае, он — как ты, — мрачно фыркнула одна из Копий и с трудом ушла перекатом от удара коротким мечом.       — Ауч! — взвыли обе Копии, когда, столкнувшись спинами, синхронно полоснули друг друга клинками.       — Отравленный? — весело спросил у одной из них её противник. Девушка зашипела и попыталась выколоть ему глаз кинжалом.       — Прыгай! — взвыла вторая Копия. Карпат автоматически взвился в воздух, а по земле пронеслась яркая вспышка, разошедшаяся от швырнутого на землю амулета, как круги по воде.       — Что за?.. — возмутился не успевший подпрыгнуть Карпат, на несколько секунд прилипший к земле и получивший кинжал в плечо.       — Это моя любимая связка, — выдохнула сквозь сжатые зубы та Копия, что предупредила. — Ксен, я поняла! Они не импровизируют, они используют связки, которыми мы пользовались раньше. Может, админы вписали их в скрипт с видео, на которых мы засветились, или ещё что-то… Они только повторяют то, что было, и то, что мы показываем им сейчас. Обмен!       После обмена ударами, в результате которого Копии и Карпаты оказались друг против друга, понять, где игроки, а где боты, стало невозможно. Пока Карпаты пытались обойти противников со спины, Копии задумчиво уставились друг на друга.       — Даже не думай играть в зеркало, ты! — хором заявили обе, обвиняюще ткнув друг в друга пальцем. — У-у, ненавижу!.. — осторожно, словно боясь разбить неосторожным движением, Копии вытащили большие склянки с жгучим пухом, который можно было собрать вечером каждой субботы с цветущих вокруг дерева Тум-Тум одуванчиков, появлявшихся утром и исчезавших ночью. Злобно фыркнув, девушки синхронно размахнулись и швырнули склянки, тут же уходя перекатом. Вот только склянка Копии, стоявшей к Ксенобайтам спиной, разбилась за спиной её соперницы, а вторая склянка брызнула осколками под ногами другой девушки.       — Ха! — радостно хлопнула в ладоши кинувшая дальше, когда ветер швырнул горсть пуха в затылок противнице, а ещё одна порция пришлась в спину одному из Карпатов.       — Сдурела? — возмутился тот.       — Неплохо, — одновременно с ним кивнул второй.       — Да я тебя! — зашипела вторая Копия, сумевшая отодрать комок пуха от затылка и трясшая обожжённой ладонью, и кинулась в атаку.       Схватка продолжилась, но теперь один из Карпатов получил явное преимущество: его противник не мог уходить перекатом, чтобы не увеличивать урон от куска намертво прилипшего жгучего пуха, уже и так прожегшего броню. После трёхминутной драки второй Карпат добил пострадавшего от жгучего пуха и демонстративно отряхнул руки.       — А теперь разойдись, а не то я обеих взорву, — хладнокровно скомандовал он, доставая самую обычную намазанную маслом гренку.       При виде гренки побледнели не только Копии, но и зрители: гренки были очень злой и символичной шуткой разработчиков. Гренками в играх обычно называли гранаты, а так как «Зазеркалье» всё ещё основывалось на творении Льюиса Кэролла, хоть и весьма искажённом, то какому-то приколисту показалось неплохой идеей сделать аналогом гранат обычнейшие гренки, которые не особо часто, но всё же подавали на завтрак в Британии. В результате от взрыва такой гренки в своё время натерпелся каждый: всё-таки не ожидаешь, что мирный кусок тоста шарахнет прямо у тебя в руках. И даже предупреждение обычно воспринималось как плохая шутка.       — Нихт чизн! — синхронно замахали руками Копии, мгновенно отшатываясь друг от друга.       — Кто из вас та Копия, которая не копия? — наклонил голову Карпат.       — Я, — хором заявили обе.       — Ладно, — хитро прищурился парень. — Настоящая Копия, подними правую руку.       Обе Копии моментально подняли руку. Обе левую.       — Ясно, — кивнул Карпат и броском кинжала прикончил ту, что стояла справа от него. — Ты это ты?       — Скорее всего. Потому что той меня, которая не я, уже нет, — логично ответила оставшаяся Копия. — Впрочем, до сих пор есть вероятность, что та я, которая я, запаниковала и ошиблась, и я не я, а другая я. Но вероятность эта стремится к нулю, как и твоё терпение. Итак, дамы и господа, как вы уже поняли, человечество одержало победу в битве с искусственным интеллектом движка при совершенно равных исходных данных. Думаю, сомнений в том, что лучшие Карпат и Копия — оригинальные Карпат и Копия, не осталось ни у кого. Тем не менее, нас удалят, а эти ребята будут респауниться на этом холме каждые три часа, то есть восемь раз в сутки. Как думаете, это справедливо?       — Нет, разумеется, нет! — поддержал сочувственные возгласы толпы Карпат. — И мы надеялись, что выйдет по-другому, что администраторы через пару часов осознают свою ошибку, извинятся и вернут нам такую важную вещь, как уникальность. Но — увы и ах. И тогда мы решили: раз в «Зазеркалье» нет места настоящим Копии и Карпату, то и места для ботов в нём не найдётся! Поэтому для вас, джентльмены и леди, сейчас две прекрасные воительницы открывают портал. Да-да, вы не ослышались, именно открывают портал. Позвольте нам оставить себе секрет его изготовления в этой прекрасной, но такой несправедливой по отношению к нам игре… У вас будет прекрасная возможность понаблюдать с безопасного расстояния, как над этим символичным местом растёт ядерный гриб от взрыва, который, во всяком случае, в теории, потрёт к чёртовой матери все данные с этого места.       — Компания «Два грифера» не несёт ответственности за побочные эффекты, такие как заикающийся движок, нервный тик системных администраторов, безвозвратно удалённые аккаунты случайных прохожих, искажения ландшафта и нарушение общей эстетики пейзажа, — скороговоркой протараторила Копия. — Всем спасибо за внимание, просьба как можно скорее покинуть место будущего взрыва, от этого зависит ваше виртуальное и психологическое здоровье.       Рядом с холмом и правда начал появляться портал, больше похожий на дыру в реальности со сверкающими электрическими разрядами краями.       — Прощайте, други, недруги и нейтрально настроенные обыватели, которые непонятно что здесь забыли, — помахал Карпат и демонстративно поднял большой металлический шар, из которого торчал здоровенный фитиль.       — Десять, — улыбнулась Копия и чиркнула спичкой. — Девять.       Толпа моментально рассосалась, и последний игрок прыгнул в телепорт ещё на счёте «четыре».       — Ну что, Карпатик, пора и нам уносить ноги, — вздохнула Копия и подожгла фитиль.       Карпат согласно кивнул.       — Мак, вызывай, — коротко скомандовал он в коммуникатор.       Обоих игроков окутало слабое свечение, и они исчезли за несколько секунд до взрыва. На их месте остались медленно тающие контуры их тел, словно вырезанных из игровой реальности. А потом грянул взрыв. Виртуальная реальность игры «Зазеркалье», холм на расстоянии трёх клеток от холма двух К. 31 марта. 14:38 реального времени.       — Эх, красиво, — вздохнул Махмуд, глядя, как над холмом вдалеке медленно и величественно взвивается столб земли, дыма и пыли, изнутри светящийся алым, плавно разворачивающийся в знакомую многим форму гриба.       — И никаких багов, просто мощное взрывчатое зелье, — похвастался Ксенобайт.       — Не думаю, что там хоть что-то останется. Ядерный взрыв есть ядерный взрыв. Я посчитала, если не ошибаюсь, на месте холма будет вторая Хиросима. — Минус авторитетно подняла указательный палец. — Интересно, а каково там, в эпицентре?       — Плохо, — честно сказал Ксенобайт и машинально скривился. — Поверь мне на слово: там очень плохо. Штаб бета-тестеров. 31 марта. 15:51 реального времени.       — А красивый всё-таки репортаж получился, — Внучка мечтательно разбирала видео и скрины. — Я, наверное, эту картинку на рабочий стол поставлю, — добавила она, дойдя до скрина ядерного гриба.       — Кстати, а как ты определил, где настоящая Минус, а где — бот? — вспомнила Мелисса.       — Да мы просто заранее договорились поднимать ту руку, что со стороны бота, — пояснила Минус. — Когда ты справа и поднимаешь левую руку, убивают того, кто слева. Когда ты слева и поднимаешь правую руку, убивают того, кто справа. Расчёт на то, что бот чует подвох в случае, когда настоящий игрок поднимает левую руку вместо правой, и тоже поднимает левую руку.       — Аккаунт удалён, — с горьким удовлетворением оповестил Ксенобайт. — Медленно ребята работают, почти полтора часа уже прошло.       — Мой тоже. Ну и ладно, — фыркнула Минус. — Жаль только, не успели ответить Шляпнику. И выковырять пешку из Раковины Желаний. И найти зеркало. И…       — А что, всё это можно сделать?! — горестно взвыла Внучка. — Блин, вы не могли другой день для мести выбрать, я ведь теперь не смогу снять такие потрясные репортажи!       — А кто тебе мешает-то, солнце? — не поняла Минус.       — Так ведь аккаунты удалены.       — Наши с Ксеном аккаунты удалены и только, — фыркнула старшая. — Думаю, с твоим ничего не случилось, как и с остальными. Так что дерзай, мелкая, всё зависит от тебя. И пары сотен внешних факторов… Но ведь и от тебя тоже. Мы, Карпат и Копия, властью, данной нам величайшими игроками истории «Зазеркалья», то есть самими собой, завещаем «Зазеркалье» тебе.       — Минус… — Внучка круглыми глазами смотрела на сестру. — А ты?       — А что я? — усмехнулась старшая. — Я буду вести скучную рутинную реальную жизнь: нарисую дворец для богача из Эмират; попытаюсь ограбить КПОТ; если совсем скучно будет, тогда, может, окна вымою…