Я никогда не отпущу твою руку

Неожиданная даже для меня самой глава... Я впервые пишу что-то подобное! Поэтому... Я надеюсь на отзывы... хоть какие-нибудь... И спасибо огромное моей замечательной бете, за то, что она так преобразовывает мой текст! И за идею! И вообще за поддержку! Моя бета - самая замечательная ^^ Замолкаю. Приятного прочтения... кхм... этой странной главы!

В моих руках ты словно бабочка порхаешь. Один лишь взмах рукой... и ты сбегаешь. Постой, остановись, не бойся, слышишь? Я чувствую всем телом, как ты дышишь... Твоя рука мою так яростно сжимает, Моя душа под твоим взглядом тихо тает. Я лишь позволю себе на мгновенье сдаться, А ты от власти надо мной не сможешь отказаться. (Sweet_Ma_Ry)

Дни сменялись днями, недели - неделями. Каждую ночь картина в доме на окраине Сеула, где проживали Ки и Джонг, повторялась. Тэ возвращался в дом друзей изрядно подвыпивший и укладывался спать если не на диване в гостиной, то точно на коврике в прихожей, нежно обнимая бутылку какого-нибудь спиртного или собственные ботинки. Обстановка в этой скромной квартире накалялась от ночи к ночи. Джонг ругался и грозился сменить замок, если это не прекратится, а Кибом молчаливо потакал младшему, выполняя любой его каприз, чем вызывал у первого еще большую злость. Иногда Тэмин возвращался в компании заботливого Кибома, который, немало постаравшись, выуживал младшего из очередного бара. В один из таких вечеров Ки оказался в клубе вместе с Тэмином, который этой ночью безумно желал потанцевать и подбивал на это находящегося подле него друга. В клубе было много народу, ритмичная музыка доносилась из колонок. Парни сидели за своим столиком. Медленно подняв руку вверх, Тэмин подозвал официанта. - Принесите мне еще! – Тэ посмотрел ему в глаза и улыбнулся. Официант сдержанно кивнул и ушел. - Может быть, хватит уже? – Ки положил руку ему на плечо. – М? - Пошли танцевать. Музыка такая классная. Пошли, пошли! - протараторил он, сделав вид, что не расслышал того, что Ки ему только что сказал. Парень вскочил со своего места и, схватив Кибома за руку, потащил на танцпол. Несколько танцующих расступились, давая им встать в самом центре этой толпы. Музыка сменилась.

Marishka – Play That Game (Stephan F Remix Edit)

Тэ начал двигаться в такт музыке. Он кружился вокруг Кибома, клал свои руки ему то на плечи, то на талию. В танце он был прекрасен - его движения были плавными, а живой блеск в обычно совсем ледяных глазах напоминал о том, что у него все еще есть душа и сердце. Ки не сводил с него взгляда, пытаясь подстроиться под его движения. Но мальчик снова обходил его, менял траекторию, уходил от его движений. Он был идеален. Абсолютно. Плавно покружившись вокруг Кибома, Тэмин снова оказался перед ним и теперь смотрел ему прямо в глаза, не отрываясь. Обнажая свои белоснежные зубы, он улыбался веселой и, казалось, абсолютно счастливой улыбкой. Он наклонился и прошептал, едва касаясь уха Кибома, не то губами, не то дыханием: - Не смотри на меня так. Я всего лишь танцую, – мальчик усмехнулся и снова положил одну руку Кибому на талию. Мелодия сменилась, ритм стал четче, тягучесть звуков исчезла. Новая музыка заводила.

Britney Spears vs. Eurythmics – Everybody vs Sweet Dreams

Тэмин, гибкий и пластичный, уверенно двигал руками и бедрами. То притягивал Ки ближе, то отпускал, то проводил по спине рукой, то вдруг прижимался, и Кибом чувствовал, какой он горячий сквозь рубашку. И уже неважно, что люди вокруг больше не танцевали, а смотрели на то, как они вдвоем выделываются под музыку. Кажется, кто-то выкрикивал «Давай-давай», кто-то аплодировал, кто-то восхищенно ахал. Лица вокруг были неразличимы и неинтересны. Они танцевали не для них - друг для друга. Ки закусил губу и закрыл глаза. Лицо Тэмина внезапно приблизилось настолько, что было видно, как подрагивали его ресницы. Звук словно выключился, вместе с ним исчезла и толпа. Не стало никого и ничего. Наступила изумительная, чудесная, звенящая в ушах тишина. Единственное, что было слышно и видно – это удары собственного сердца и губы напротив. Еще бы мгновение, и горячее дыхание слетело бы с губ и стало бы не менее жарким и страстным поцелуем, если бы из толпы ни донесся полукрик–полурев: - Ох... я вижу меня никто не ждал... – прервал это действо неожиданно подошедший Джонг. – Это становится интересным. Кибом? Неожиданно придя в себя, Кибом вздрогнул, отступил назад на шаг и перевел взгляд на Джонга, который, словно вулкан, был готов взорваться в любую секунду. Он сверкал глазами, переводя взгляд с одного парня на другого. Яростно схватив Кибома за руку, он быстрым уверенным шагом направился в сторону выхода. - Эээ... - все, что смог выдавить из себя Кибом, пытаясь сопротивляться. Однако, Джонг был значительно сильнее, и все, что оставалось парню – это подчиниться и следовать туда, куда его так решительно тащили, крепко схватив за руку. - У меня синяки останутся! Отпусти! Мне больно! – почти кричал Кибом, но Джонг делал вид, что не слышит. Он пыхтел, еще сильнее сжимая пальцы на его запястьях, и практически дымился от злости. - Да что случилось, черт подери? – раздраженно крикнул Ки и выдернул, наконец, свое запястье из его цепких рук. - Садись в машину! – злобно скомандовал Джонг, открывая перед Кибомом дверь и заталкивая его внутрь. Когда Ки, наконец, оказался в автомобиле и покорно ждал своей участи, Джонгхен захлопнул дверь и сел за руль. - Куда ты меня везешь? – продолжил свои возмущения Кибом уже более спокойным тоном. - А Тэмин? - Сам доберется, у него это неплохо выходит! - рявкнул парень в ответ и, словно выплевывая слова, добавил: - Каждую ночь! - Да он пьян!!! Зачем ты оставил его там одного?! Мало ли, чего с ним может произойти! Останови машину! Верни меня назад!!! – кричал Кибом, в его голосе звучали нотки беспокойства. – Возвращайся! Его надо забрать! - Нет! – снова рявкнул Джонг уже во весь голос, так, что Кибом вздрогнул и вжался в сидение. Ки испуганно поднял на него глаза. Таким взбешенным своего друга он еще не видел. «Что на него нашло? - думал он. - Когда я звонил ему час назад, все было хорошо!» *** Тэ стоял посреди танцплощадки и ухмылялся вслед исчезающим в толпе силуэтам. Вся эта ситуация казалась ему чересчур комичной. Джонг, словно ревнивый любовник, метал в него, в Тэмина, молнии из глаз, как в зачинщика очередного скандала. Он, конечно, давно заметил, что отношения между его друзьями более чем странные, хотя подтверждений тому, что между ними действительно могут быть какие-то отношения, у мальчика не было. До сегодняшнего дня. Это поведение было слишком уж вызывающим, слишком откровенным. Неподдельная ревность в глазах друга выдавала его с потрохами. И нельзя было сказать, что Тэмин был расстроен тем, что вечер безнадежно испорчен, нет, отнюдь. Он просто стоял и ухмылялся, понимая, что пропустит что-то более интересное, чем эти эротичные танцы несколько минут назад и злобные взгляды разъяренного друга. Определенно что-то интересное он пропускает уже прямо сейчас. Но ведь в любом случае он все узнает? Или не узнает? А может ничего и не будет? С такими мыслями он спустился с танцпола и вернулся на свое место. Толпа, наконец, пришла в себя и вернулась к своему изначальному занятию - к танцам, а Тэмин сидел и молча наблюдал за тем, как танцуют другие, мысленно превознося самого себя над ними всеми вместе взятыми. Неожиданно рядом с ним плюхнулся парень. Тэмин вздрогнул и лениво обернулся, чтобы увидеть внезапного гостя. - Привет, Тэмина-ааа! – парень улыбнулся и похлопал его по плечу. - Ты сегодня, я вижу, в ударе. Вон как отплясывал! Чуть Джонга до истерики не довел. Ты чего, малявка, себе позволяешь? - Хичоль-хен! – сказал Тэмин, еле сдерживая смех. - Совсем от рук отбился! – старший потянулся к одной из бутылок, стоящих на столе. – Пьянствуешь тут? Какой повод? Я тоже хочу! Тэмин молча следил за его движениями. - Так, чего у нас тут есть? Эээ!!! Уже все кончилось?! Когда это ты успел все выжрать?! А ну сгоняй за официантом, давай-давай! - Хичоль... - Ты так несказанно рад меня видеть, что ничего не можешь произнести кроме моего имени? В ответ Тэмин лишь хрипло вздохнул сквозь смех. - Ну, рассказывай, что за грусть-тоска привела тебя сюда сегодня, сын мой? – сказал Хичоль с видом отца-настоятеля и, резко изменившись в лице, весело присвистнул. - О, смотри девушка твоего друга! - У кого-то из моих друзей есть девушка? - смеясь, произнес младший. - Ну да, причем, посмотри, какая красавица! – сказал он, откидываясь на спинку дивана и довольно причмокивая губами, словно оценивая. - Где? – заинтересованно спросил Тэмин. - Так вон же. Блондинка! Ах... – сказал он, указывая куда-то в толпу. Пробежавшись взглядом по темному залу, Тэммин изменился в лице. - Ч-чья-я он-на девуш-шка? – заикаясь, спросил младший. - Ну ты, брат, даешь! Друг еще называется! Минхо, конечно же! – сказал Хичоль и снова присвистнул. - Ох, молодец парень! Тэмин резко вскочил с дивана и, уже не слушая то, что кричал ему в след Хичоль, бросился в самую гущу толпы за девушкой, о которой говорил друг. Заметив его, девушка испуганно начала пятиться к выходу из зала. Толпа сковывала движения, замедляла бег, но Тэмин все еще видел ее белокурые локоны, мелькающие чуть впереди. Когда она испуганно выскочила из клуба, Тэмин, резко подавшись вперед, схватил ее за руку. - Стой! – ледяным голосом сказал он. В ответ она одарила его яростным и слегка испуганным взглядом. - Скучал по мне? Вот, аж вдогонку мне бросился! – язвительно прошипела она. - Что... Что тебе надо от него, глупая девчонка!? – он яростно сжал ее запястье и смерил таким презрительным взглядом, что, если бы взглядом можно было убивать, она бы давно уже лежала хладным трупом у него в ногах. Девушка в ответ лишь надменно засмеялась, поднимая глаза к небу. - Что тебе надо от него?! – повторил он свой вопрос еще громче. - Тебя это не касается! Он любит меня! – продолжая усмехаться, проговорила она и ехидно посмотрела ему прямо в глаза. – А ты вот ему оказался совсем не нужен! - Ах ты!.. Пользуешься тем, что он ничего не помнит? – глаза Тэмина блестели от ненависти к девушке. Голос дрожал от гнева, а сердце бешено стучало. Пальцы свободной руки сжались в кулак. - А я сделаю так, чтобы и не вспомнил... – произнесла девушка и сверкнула своими белоснежными зубами. Ее голубые глаза казались почти черными - то ли от злости, то ли просто от темноты. Тэмин прижал ее к стене, крепко сжимая ее запястье, и яростно прошептал: - Послушай сюда... То, что с тобой до сих пор все хорошо - вопрос времени. Мне ничего не стоит поднять то старое дело о преследованиях. Я советую тебе держаться подальше от моего друга, если хочешь быть цела, потому что, если ты сделаешь ему хоть что-нибудь - я от тебя живого места не оставлю, даже несмотря на то, что ты девчонка. Так что слушай меня, следопытка недоделанная, я повторять дважды не намерен! - он смерил ее злобным взглядом и отпустил запястье. - Я все сказал. - Это мы еще посмотрим! - усмехнувшись, бросила она и скрылась за поворотом. - Айщ!.. - прошипел Тэмин и со всего размаху пнул ногой валявшуюся рядом пустую бутылку. Она отлетела на несколько метров и разбилась вдребезги о кирпичную стену. «Ну и ночка!» – хмыкнул про себя парень. *** До дома они доехали молча. Кибом боялся произнести хоть слово. Он не очень понимал, в чем конкретно виноват перед другом, и виноват ли вообще, но одно было очевидно – Джонг был в ярости. И сколько бы Кибом ни думал на эту тему, какие бы варианты ни приходили ему в голову, ни один из них не мог точно ответить на его вопрос. Что-то произошло. И это «что-то» не давало покоя его другу. Припарковав так же молча машину, Джонг открыл перед Ки дверь. Стоило Кибому выйти из автомобиля, как его тут же снова жестко схватили за руку и потащили в сторону лифта. В его глазах непонимание сменилось испугом. Запястье горело. - Джонг... Мне больно... отпусти меня, пожалуйста... – прошептал Кибом. Ответом ему послужила лишь звенящая тишина. Тем не менее, Ки почувствовал, как хватка слегка ослабла и ногти Джонга перестали впиваться ему в сухожилие чуть выше ладони. Когда лифт открылся, Джонг пинком вытолкнул Кибома вперед и, доставая ключи, направился к входной двери их квартиры. Ки, испуганно моргая, следил за его движениями. Замок щелкнул, Джонг ударом ноги распахнул дверь, втянул за шиворот внутрь несчастного обеспокоенного Кибома и без всяких объяснений прижал его прямо к стене в прихожей. - Д-джонгхен... – проскулил дрожащими губами младший. − Что ты делаешь?! – он испуганно смотрел на друга, стараясь заставить себя отвести взгляд. Это было слишком уж возбуждающе. Глядя на него, Джонгу было все труднее и труднее сдерживать себя. Джонгхен навис над ним, внимательно заглядывая в глаза. Молчание напрягало Кибома, секунды казались бесконечными. Лишь разгоряченные выдохи скользили по его лицу, еще больше разжигая непонимание в его мыслях. Лицо Джонга было так близко, что Ки хотелось отвести взгляд - только бы не видеть его губы, немного приоткрытые от сбившегося дыхания. Ему хотелось прикоснуться к ним, и в то же время он винил себя за столь противоестественное желание. Опуская глаза, Кибом чувствовал себя ничуть не лучше - все его поле зрения занимала грудь друга, часто вздымающаяся от глубоких вдохов. Позорно радуясь, что в прихожей почти нет света, Ки буквально физически чувствовал, как его щеки переливаются всеми оттенками красного. Сказать что-либо он не мог - уже не боялся, скорее не хотел, а потому решил просто дождаться, когда Джонг сам соизволит что-нибудь объяснить. Хотя здравый смысл подсказывал ему, что дело движется далеко не к разговорам. Спустя несколько минут полнейшей тишины Джонг, будто решившись наконец, приподнял подбородок Кибома так, что между их губами осталось самое минимальное расстояние и впился жадным поцелуем, еще сильнее прижимаясь к младшему. От шока Ки не мог даже пошевелиться. Джонг яростно терзал его губы, горячее дыхание обжигало. Его руки начали жадно скользить по спине друга, от чего тот лишь вздрагивал, как от ударов маленькими разрядами тока, и пытался вырваться. - Успокойся, – прошептал Джонг и коснулся своими горячими губами шеи Кибома. - Джонгхен... – Кибом уперся ему в грудь руками и, слегка отодвинув от себя, посмотрел ему прямо в глаза. – Я не понимаю... Джонг снова подался вперед, жадно касаясь его губ, и прошептал: – Чего ж непонятного, я хочу тебя, – его рука скользнула по животу Кибома и замерла на ремне. - Я... Я... Я так не могу! – запротестовал было Кибом, но Джонг с еще большим напором углубил поцелуй, прикусив при этом его губу, и стал расстегивать ремень на его брюках. Собравшись с силами, Ки оттолкнул настойчивого парня и стремглав бросился в свою комнату. Побежав за ним, Джонг нагнал его на лестнице и, обхватив за талию, прошептал: - Еще скажи, что ты не знал... - Я, правда, не знал! Отпусти меня! Я не хочу! Оставь меня в покое! – а сердце бешено стучало, и вовсе уже не от страха, который он пытался изобразить. Одной рукой обнимая младшего за талию, а второй продолжая расстегивать ремень на его штанах, Джонг стал покрывать его шею поцелуями, слегка прикусывая нежную кожу. Кибом, не выдержав такого напора, сквозь зубы издал слабый стон, но, тут же придя в себя, снова попытался вырваться из жарких объятий. После очередной попытки Кибома к бегству Джонг, сжав воротник рубашки младшего в руке, пригвоздил того к стене. - Не стоит сопротивляться, - усмехнулся он. И снова последовал поцелуй, но уже не такой жадный как до этого, а нежный и неторопливый. Джонг проводил языком по губам Ки, слегка прикусывал их и вновь мягко посасывал. Рука Джонга скользнула вверх и зарылась в волосах младшего. Сердце забилось быстрее, дыхание участилось, а ноги, и без того почти ватные, подогнулись в коленях. Алкоголь, не до конца еще выветрившийся из головы, туманил разум, и Кибом, оставляя этот факт как оправдание себе, ответил на поцелуй. «Наверное, я еще прочту Тэмину пару лекций о вреде спиртных напитков, если он осмелится заявиться сюда!» - мелькнула в голове Кибома странная мысль, когда он обнаружил свою руку, ползущей вверх по бедру Джонга. Джонг, ухмыльнувшись, разорвал поцелуй, на что получил недовольный вздох. Младший, окончательно сдавшись, смотрел на него совсем затуманенным взглядом и прерывисто дышал, и уже было не ясно, против он или нет. И, воспользовавшись этим, Джонг снова поцеловал его и, не разрывая поцелуя, стал подталкивать в сторону своей спальни. Аккуратно опустив младшего на постель, он отстранился, но лишь для того, чтобы стащить с себя майку. Кибом, не отрывая взгляда от него, протянул слегка дрожащую руку и, коснувшись плеча, нетерпеливо притянул друга обратно к себе. И снова Джонг стал покрывать шею младшего нежными поцелуями, оставляя еле различимые в темноте метки на его нежной коже. Коснувшись мочки уха младшего, Джонг услышал сладкий стон возбуждения, призывающий к более активным действиям. Пуговиц на рубашке Кибома, по мнению Джонга, судя по всему, оказалось многовато - расстегивать их по одной было мучительно долго, и потому, не долго думая, Джонгхен просто дернул края в разные стороны, не прерывая поцелуя. Ни в чем не повинный предмет одежды вскоре полетел на пол вслед за майкой Джонгхена. Он коснулся губами ключиц Кибома, проводя мокрую дорожку из поцелуев вниз к пупку. От его жаркого дыхания Кибом, почти хныча, умолял о более решительных действиях и нетерпеливо елозил под ним. Джонг ощущал себя на седьмом небе от счастья, прижимаясь к Кибому, слушая, как часто бьется его сердце, и все еще не веря в реальность происходящего. Навалившись сверху, он жадно поглаживал руками все, до чего мог дотянуться: то зарывался пальцами в волосы, то нежно проводил по коже на животе, то спускался ниже, порывисто и ласково сжимая член сквозь ткань брюк, от чего Ки нетерпеливо стонал и подавался вперед, требуя продолжения. Джонгхен наслаждался неожиданно полученной свободой действий, близостью и податливостью младшего. Каждое движение, подогреваемое жаждой получить все и сразу, выходило поспешным и немного неловким. Двумя пальцами он расстегнул пуговицу на джинсах и полностью стащил их с Кибома. Тонкая ткань трусов уже не могла скрывать пульсирующий возбужденный член, и младший в голос стонал и выгибался навстречу ласкающим его рукам. - Кибоми... как давно я... я хочу тебя... просто невозможно хочу, – прошептал Джонг, заставляя тело Ки покрыться мурашками. От этого сбивчивого шепота Кибом окончательно лишился возможности и желания думать, да и рассудка в целом. Осмелев, он сбросил Джонга на другую сторону кровати и сам оказался сверху. Дрожащие руки спешно расстегнули ему ремень, забрались под брюки и сжали возбужденный член. Губы жадно заскользили по груди. Слегка прикусив сосок и получив сдавленный стон в ответ, Кибом стал спускаться еще ниже. Руки касались возбужденного члена: то сжимали, то спускались вниз к основанию, то возвращались обратно. Джонг стонал почти во весь голос, крепко сжимая плечи Кибома влажными ладонями. Голова кружилась, сердце бешено стучало, в комнате будто внезапно закончился весь кислород. Глотая стоны и вдохи, каждый старался сделать другому как можно более приятно. Единственное, что было слышно в темноте комнаты - это нескрываемые громкие стоны от неловких прикосновений рук. Кибома на секунду замешкался, и Джонг снова оказался сверху, зубами стянул с младшего трусы и, приподнявшись, облизнул языком головку. — Джо-о-нг-и-и... — выдохнул Кибом, запрокидывая назад голову. Закусив губу, он застонал от удовольствия, когда Джонг взял его член в рот полностью и, плотно обхватив губами, стал посасывать, слегка сжимая у основания. Ки вцепился пальцами ему в волосы, едва удерживая себя от соблазна начать неистово вколачиваться в его горячий рот. Он опустил руки на его плечи и, отрывая от своей разгоряченной плоти, потянул наверх, шепча непослушными губами: «Возьми меня!» Джонг слегка оторопел от такого заявления, а Кибом уже обвил его бедра ногами и, прикрыв глаза, ждал решительных действий. Старший, смочив палец каким-то жирным кремом с тумбочки, аккуратно ввел его в тугую звездочку мышц, на что Кибом дернулся от неожиданности, широко распахнул глаза и даже было собрался возмутиться, но, наткнувшись на потемневший от желания взгляд Джонгхена, передумал. Тот так старательно ласкал его изнутри, так нежно поглаживал по бедру другой рукой, что Ки решил расслабиться и попробовать получить удовольствие. Джонг замер, внимательно вглядываясь в лицо младшего. Не увидев отрицательных эмоций, вновь пошевелил пальцем и, преодолевая сопротивление, добавил к первому пальцу второй, растягивая, надеясь лишь на то, что не спугнет Кибома и не сделает ему слишком больно. Сколько Кибом ни пытался расслабиться, не зажиматься, у него все равно не получалось. Но когда Джонг достиг простаты, Ки, наконец, расслабился, и, даже прикусив губу, не смог сдержать стон. Нетерпеливые, дрожащие пальцы Джонга, его губы, его частое дыхание, его аромат – все смешалось в один тугой клубок исступленного желания и боли. Через секунду или две, собравшись с духом и смазав себя кремом, Джонг аккуратно начал входить, зажмурившись от желания резко насадить Кибома на себя. Младший зашипел от резкой боли, руки мертвой хваткой вцепились в плечи Джонга, а на глаза навернулись слезы. Старший остановился, давая Кибому время привыкнуть к новым ощущениям, и, спустя пару мгновений, почувствовал, как тот поерзал, подался наверх, словно прося продолжения, и качнулся сначала вперед, потом назад. Вторя его движениям, Джонг стал понемногу двигаться, с каждым разом все глубже входя в него, сталкиваясь с неведомыми доселе ощущениями. Кибом тихо стонал в его руках, сильно зажмурив глаза. Движения обнаженных тел, вздохи сводили с ума. - Джонг! Джонг! – все громче и громче вскрикивал Кибом, захлебываясь в стонах, и то ли просил прекратить, то ли умолял не останавливаться, приводя в неистовство Джонга и заставляя того причинять еще больше боли и... наслаждения. В комнате становилась все жарче... Сердца бились в бешеном ритме, стоны становились все громче. Теплые руки Кибома рисовали ногтями на спине старшего немыслимые узоры, впиваясь в кожу и заставляя Джонга шипеть от мазохистского удовольствия. А юноше нравилось думать, что стонущий в его руках Ки отдается ему весь без остатка, открывается навстречу его желаниям и любви. Ему хотелось раствориться в нем, даже умереть, если так будет нужно, лишь бы эта ночь не заканчивалась. Ки извивался и кричал в его объятиях, и хотелось, чтобы это продолжалось вечно... Рука Джонга скользнула по члену младшего и стала двигаться то вверх, то снова вниз, заставляя Кибома выгибаться навстречу его движениям все больше. Джонгхен еще сильней задвигал рукой, лаская член Кибома, и громко вскрикнул, когда его словно прошило насквозь электрическим разрядом от нахлынувшего оргазма. Судорожный вздох, и Кибом кончает следом, жадно сминая ладонями простынь. Джонг услышал его стон словно сквозь густую пелену и почувствовал, как мышцы, обхватывающие член, сжимаются и пульсируют. Ки был для него всем, принадлежал только ему... — Ах... Кибоми... — выдохнул он. Отдышавшись, Джонг выскользнул из тела младшего и навис над ним, любуясь. Слегка наклонившись и коснувшись языком губ младшего, он без сил упал рядом. - Я люблю тебя... - прошептал он, нарушая тем самым затянувшееся молчание. «Сумасшедшая ночь!» - думал Кибом, засыпая. «Тэмина я, пожалуй, помилую...» - улыбнулся своим мыслям Джонгхен, прижимая к себе самого дорогого человека.