Grandbastard

      Воронка открылась на белом потолке между двумя полосами световой ленты. Из неё вылетело человеческое тело и следом за ним большая чёрная сумка. Это было отнюдь не мягкое приземление, однако парень находился не в том положении, чтобы жаловаться на жёсткий пол. Бегунки на сумке звякнули от грубого падения.       Это был совершенно пустой коридор – один из лабиринта коридоров, обвивающих лабораторию Азимуса. Дэн из последних сил попытался достать свой значок санитара из сумки, чтобы связаться с Майакс. Хотя бы с кем-то. Возможно, она бы ненадолго оторвалась от своей важной работы и нашла его, помогла бы добраться до медицинского корпуса. Но движения Дэна были слишком резкими даже несмотря на упадок сил, отчего его глаза видели расплывающуюся картинку, а лёгкие сжимались, через раз перерабатывая кислород. Тьма окутывала его, поглощая каждую клеточку обессиленного тело. Дэн продолжал сопротивляться, не оставляя надежды добраться до значка. Он должен. Обязан. Обязан позвать хоть кого-то на помощь.       -Мэкс… п-помоги…       Уэй только нащупал холодную металлическую поверхность прежде, чем отключился. Рука, словно пластиковая конечность манекена, упала на пол, а следом за ней голова.       От таких повреждений он бы точно не умер, и потеря крови была совсем незначительная. Парню оставалось лишь надеется, что сюда, в пустое и совершенно безлюдное крыло лаборатории, забредёт хоть кто-то из персонала. Пусть это будет старый уборщик или что-то из молодых ассистентов – мальчиков на побегушках, - кого отправили сюда за реагентами.       Оно использовалось как хранилище для особых реагентов, содержалось всегда в холоде. Для более неприхотливых веществ или теплолюбивых отводился отдельный зал с соответствующей температурой. Данный корпус переоборудовали не так давно – лет сорок или пятьдесят назад (для галванцев это совсем небольшой срок), - и остальными помещениями практически перестали пользоваться. Только в хранилище работала выдача реагентов: собирали в отдельные ячейки и по «трубе» отправляли по действующим лабораториям. Такой же принцип работы использовали точки интернет-магазинов на Земле.       Почему Дэн переместился именно сюда? Вряд ли он сам задумывался об этом. У него была единственная попытка сбежать – он ей воспользовался. А тогда прыгнул в чёрную дыру, подумал лишь о том, чтобы оказаться в научном центре. Неважно, в каком корпусе, на каком этаже, хоть в туалете, хоть головой в чей-то гуманоидной ж*пе, лишь бы под надёжным крылом Азимуса. Что ж, «шалость» удалась.       Из глубин коридора послышались частые шаги. Учащённое дыхание. Воздуха не хватало, видимо, бежал уже долго. Резкая остановка. Шок. Страх. Он никогда не видел человека так близко и не сталкивался с людьми неожиданно. Паника. Паника. Паника. Вызов. Срочное оповещение о присутствие постороннего. Майакс ответила стажёру…       ***       Медицинский корпус располагался особняком от научного центра, но это не мешало обеспечивать непрерывную и мгновенную связь и, если необходимо, транспортировку сотрудника или иного лица для экстренной помощи. Однако в этом пропитанном медикаментами и стерилизационными жидкостями лабиринте мог заблудиться кто угодно, кроме персонала. Конечно, доктора высшего класса расхаживали здесь совершенно спокойно и могли запросто проводить экскурсии молодым начинающим специалистам – за прожитый век уже как-то смогли выучить каждую «тропу» и ориентироваться в медицинском лабиринте без карты.       Безусловно, события минувших дней добавили им работы: после взрыва в лабораторном крыле центра (нижние и прилегающие ярусы, что пострадали меньше) и ночи головной боли несколько десятков сотрудников так и не покидали свои больничные койки. Наблюдение за ними оставалось прежним, лекарства вводились по расписанию и не только для улучшения физического состояния. У некоторых галванцев выявлялось расстройство психики – они бредили, иногда вопили и прятались по углам, крича о том, что напротив них стоит тёмный высокий силуэт и бились в панике, почему никто не реагирует на «это» существо и не вызывает охрану. Ситуация медленно, но верно выходила из-под контроля. К Азимусу появлялось всё больше вопросов, которые он попросту игнорировал и отказывался показывать подчинённым (точнее, всему научному центру) плод своих подпольных творений. Возможно, и у великого создателя «жизни из ничего» также постепенно прогрессировала паранойя: ему мерещилось, что за ним кто-то следит, пытается украсть какие-то данные из защищённых серверов по всем проектам, убить его во сне и завладеть Галваном.       Технический осмотр дорогого – во всех смыслах – проекта «Си-Джей» Азимус проводил в своём кабинете за закрытыми на замки дверями. Четыре раза на одной неделе визиты были утренними, ещё до общего подъёма, а на следующей недели осмотр проходил после отбоя (лишь бы никто ничего не увидел). Галванец кропотливо проверял каждый сантиметр механического тела Джерри, снимал синтетическую кожу и хлопотал чуть ли не над каждым волокном плазматических мышц, которые уже увеличились в полтора раза от ежедневных многочасовых физических нагрузок, и каждым «винтиком», чтобы тот, не дай Бог, не ослабел и не разрушил всю эту сложную конструкцию.       Особыми переживаниями облагался вполне живой человеческий мозг внутри черепной коробки. К сожалению, у Азимуса почти отсутствовала практика с такого рода материей и взаимодействием её с инородными веществами. Можно даже сказать, что это биомеханическое тело работало по воле чуда чудесного, дива дивного, «держалось на соплях», но как-то работало. Старик ещё никогда так не рисковал в своей жизни. Если бы у него было гораздо больше времени на изучение и разработку этого проекта, он бы не трясся так над ним и не пытался бы сдувать с него каждую пылинку или разглаживать вмятины на теле, оставленные от тренировочного посоха Майакс.       Но показатели мозга, пусть и из осмотра в осмотр стабильные, заставляли великого создателя потерять спокойный здоровый сон. Зачастую резкие всплески энергетической активности проявлялись поздним вечером. В такие моменты Джерри была неразговорчива и напряжена. На все вопросы отвечала довольно сухо: «Всё норм, просто устала». Азимус ничуть не сомневался, что разумное существо ещё не полностью доверяет ему, поэтому решил пока на время придержать возле себя Даниэля – кому-кому, а вот ему «Си-Джей» доверяла больше, чем собственному отражению в зеркале. Хотя ничуть не скрывал своё призрение к этому мальчишке.       Между тем, юнец уже находился на больничной койке в медицинском корпусе. Медсестрам и медбратьям пришлось раздеть его до пояса, чтобы обработать видимые раны на теле и не допустить попадания инфекции в кровь, а в дальнейшем - гангрены. Вряд ли кому-то из них и тем более врачам охота возиться с «инопланетянином» – ампутация конечностей и протезирование, - когда на своих сородичей не всегда хватало маленьких зелёных лапок.       -Это Ваш подопечный?       Майакс не отходила от Уэя дальше трёх метров. Сейчас их разделяет лишь стеклянная панель в стене, через которую она наблюдала за парнем. Его грудная клетка слабо двигалась от ровного дыхания – даже такая мелочь смогла обрадовать химеру. Спасение чьей-то жизни, кажется, для всех цивилизаций и народов является честью. «Плюсик» в карму. А Мэкс это не помешает...       -Вам это важно знать для назначения лечения? – она посмотрела на врача-галванца так, словно он съел её утренний салат и запил горячим травяным чаем со сладким кексом. Однако тот не обратил на помощницу своего господина никакого внимания и лишь продолжал изучать электронную карту нового пациента в своём планшете.       -Нет, мне любопытно, - честно ответил тот.       -Что с ним случилось?       -Спросите у него, когда очнётся, - наивно полагать, что гуманоиды обделены чувством юмора. Но даже недовольно сдвинутые брови, точнее мышцы, и тяжёлый вздох, не помешали галванцу отпустить шуточку. Только на данный момент Майакс совсем не воспринимала никакой юмор. Если этот парень умрёт, её как минимум понизят в должности и заставят писать кипу объяснительных и доказывать свою невиновность перед верховным судом, а максимум – определят в камеру Нулевого пространства и после освобождения отправят на родную планету без права возвращения на Галван. Как бы ей не хотелось возиться с человеческими детьми, приходилось это делать по приказу Азимуса: старик, казалось, уже настолько спятил, что свято верил, что брат и сестра Уэй спасут его от всех проблем. Особенно Джерри – раз создал её из разлагающейся человеческой плоти, то она просто обязана обеспечить ему спокойную старость. А вот Мэкс приходилось следить за этим исполнением «святого долга». Ей повезло только в том, что Даниэль не откинулся ещё во время телепортации сюда.       Зачастую просто хотелось проснуться от этого неприятного сна, и чтобы всё было как раньше. Но увы…       -Не смотрите на меня так, - Лордас, так звали специалиста, покосился на химеру, давая понять, что в пределах медицинского корпуса ей дарована минимальная власть. – Я и с первого раза понял, что Вы имели ввиду. У парня сломано четыре ребра, вывих левой руки, смещена нижняя челюсть и перегородка носа. Не волнуйтесь, это мы уже вправили обратно, - принялся зачитывать галванец из карточки. Хоть Уэй поступил им два часа назад, но гуманоид уже успел обойти ещё трёх своих пациентов, поэтому, дабы не допустить ошибок, обратился к источнику. Уже поймал себя на мысли, лучше бы им вместо больных присылали новые кадры. - И сильный ушиб правой ноги. По мелочи: синяки, ссадины, кровоподтёки. В целом, ничего страшного – жить будет.       -Как намереваетесь лечить?       -Поместим в капсулу на сутки, уколем плазмой, и через пару дней малец встанет на ноги. Это я Вам гарантирую.       Помещение в капсулу с раствором лекарственных препаратов, соответствующим диагнозу, было для медиков обычным делом, только вот этих самых капсул хватало не на всех. Скорее всего, Дэна поместят в ту же капсулу, что и Макса Теннисона несколько лет назад. А так называемая плазма способствовала быстрому срастанию сломанных или повреждённых костей.       -Это всё? – Майакс интересовал не только способ лечения Уэя, но и его личные вещи. В том холодном коридоре она увидела транспортировочную сумку рядом с ним. Именно с ней он улетал на Землю буквально вчера ранним утром (в совокупности прошло уже тридцать четыре часа с момента вылета корабля санитаров). Более того, Мэкс приметила эту сумку в холле под разросшейся «Горгоной» - особый цветок, довольно пышный, питающийся негативной энергией, а уж здесь её было хоть ж*пой жуй. Внешне очень похож на хищное растение времён динозавров.       -При нём была сумка. Мы планировали отнести её в отдел «Забытых вещей». Можете её забрать, если она Вам нужна, - напоследок фыркнул Лордас. Он намеревался как можно быстрее выпроводить Майакс из мед.корпуса, чтобы та более не отвлекала никого от работы. И к тому же подходило время давать лекарства пациенту из пятьсот сорок восьмой палаты.       Стоило только врачу закрыть окно с карточкой Даниэля Уэя на своём планшете, как в коридор выбежал медбрат из палаты с «человеческим детёнышем». Совсем молодой галванец был напуган или наоборот слишком ответственно относился к своей работе на первых парах, поэтому каждую просьбу пациента принимал близко к сердцу. Сейчас ему казалось, что от него зависит вообще всё дальнейшее существование родной планеты. А если он, не дай Бог, не передаст просьбу человека, то Галван сию же секунду взорвётся и разлетится по галактике кусками.       -Господин, пациент пришёл в сознание!       -Очень хорошо, - врач покачал рукой параллельно полу, дабы ассистент умерил свой пыл, после обернулся на Майакс и добавил, - вот видите, я Вам говорил, что с ним всё в порядке.       -Господин…, - несмело произнёс галванец, боясь поднять глаза выше, чем на метр от своего уровня. - Он просить поговорить с Вами, Майакс.       -Возвращайтесь к своей работе, - скомандовала химера. Лишние взгляды и внимание, что порождает слухи, ей и Азимусу ни к чему. Пусть и дальше думают, что служат во благо всевышнего и подчиняются медицинской диктатуре. Пусть их сознание останется сухим и только увлажняется на поставку лекарств и новой формы с дезинфицирующими средствами. Так будет лучше для всех.       Мэкс вошла в палату. За ней замкнулись пневматические двери с тихим шипением. Еле-еле хлопали чёрные ресницы парня. Сквозь них было заметно, как бегают зрачки в пределах досягаемости полотка и уже нервно вздымается грудная клетка. Даниэль был напряжён и обеспокоен. Что сейчас он может сделать для своей сестры, если даже голову поднять не в состоянии?       -Мэкс, это ты? – хрипло простонал парень.       -Да, я здесь, - химера подошла ближе.       -Где… Где мои вещи? – Уэй рефлекторно сжимал пальцами левой руки простынь. Просто для того, чтобы на мгновение почувствовать себя в безопасности и осознать, что находится от Беллвуда в сотнях тысяч километров.       -Тебе сейчас стоит отдохнуть, - Майакс приблизилась к койке практически вплотную и наклонилась над пострадавшим, оперившись одной рукой о край койки. Дэн увидел её крупный зелёный силуэт и немного успокоился. Хотя бы здесь он не один.       -Нет, там… Там телефон… Отдай его Джерри. Она просила. Просто сделай… это, - его глаза снова закрылись и последние, что он успел прошептать прежде, чем снова отключиться, было: «Я устал».       Иногда Мэкс саму раздражало то, что она была слишком послушной. Всегда старалась выполнять любые приказы безукоризненно, чтобы её похвалили, поставили в пример, чтобы ей восторгались и ровнялись на неё. Такая идеальная рабыня собственного эго – нет права на ошибку, нет права на малейшую погрешность в работе. И плевать, что она зачастую не спала ночами, чтобы доделать очередной отчёт о проделанной работе и предоставить его первой. Плевать, что последнее время вставала с постели с пронзающей болью в теле, ведь сегодня ей снова необходимо проводить тренировку со своей подопечной куклой. Плевать, что с неё сходило семь потов, но она продолжала махать конечностями, чтобы уложить Джерри на лопатки и показать ей своё превосходство. Правда, в последнее время ей удавалось это сделать всё реже и реже – девчонка быстро училась и начинала вовсю пользоваться способностями своего тела, чтобы одержать над учителем победу. И уже ей было плевать, что она уступала Мэкс во всех размерах – рост, мышечная масса, сила (пока ещё), прочность и ловкость.       Майакс должна держать планку лучшей. По крайней мере на Галване.       Химера не стала копаться в сумке с грязными вещами Даниэля – она просто забрала её с собой, решив разложить её в своей комнате. Однако буквально через несколько минут передумала. Не хотела даже к ней прикасаться. И уж тем более тревожить Джерри, ведь если Мэкс лично передаст тот самый телефон, о котором говорил Дэн, биомеханизм заподозрит неладное и выйдет из привычного спокойного состояния. Никто толком не знал, на что проект Азимуса способен в гневе. Химере и без того немалых усилий стоило, чтобы научить «Си-Джей» находить гармонию между своими чувствами и эмоциями, использовать их во благо себе, а не против себя. Не делать себя уязвимой и слабой.       Зайдя в комнату, Майакс убрала сумку в шкаф и плотно закрыла створку. Всё. Больше она туда не заглянет. А новую мантию будет снимать через другую створку – выкрутит руку, но достанет. Однако любопытство постепенно брало над ней верх: что же там за телефон и какая важная информация скрыта в нём, раз ради этого Дэн рисковал своей жизнью – так считала сама Мэкс. Ведь она не знала и даже не догадывалась, в результате чего парень получил свои увечья. Взглянуть бы. Хотя бы одним глазком. Тем более закрыта дверь, никто не узнает. Но ведь это личная вещь чужого человека (если можно так назвать), нельзя так делать. Здравый смысл останавливал, но трепещущий интерес набивал стремительно обороты. И вот Майакс уже сидела на корточках перед открытой створкой шкафа и расстёгивала молнию на сумке. Конечно, пришлось дотронуться до грязной одежды Дэна, чтобы отыскать телефон, который явно уже сполз на самое дно сумки. Химера периодически оборачивалась, опасаясь внезапного проникновения в свои покои и наблюдение её за «незаконными» деяниями. Наконец блеснуло защитное стекло – искомый предмет был найден. Мэкс покрутила телефон в руках: примитивная людская технология, запакованная в тонкую коробочку с тремя камерами. Нажав на кнопку блокировки, она удивилась, что устройство не запрашивало никаких паролей или сканер лица или отпечатка пальца. Зачем ставить пароль, когда живёшь один и единственным твоим собеседником является кот? Лишено смысла. Майакс нажала на первый попавшийся значок – телефонная трубка в зелёном квадрате, - и опешила. Дыхание перехватило, а сердце пропустило один удар. Весь журнал был забит одним единственным абонентом – Альбедо. Входящие, исходящие, пропущенные – всё адресовалось ему или от него. Крайне редко мелькало имя Дэн. Мэкс была озадачена: на ум приходил лишь один «персонаж» с именем Альбедо, и она очень сомневалась, что хотя бы один человек на планете Земля будет носить такое имя. На экране выскочило уведомление о скором отключение телефона. Значок батарейки был красным, но этих нескольких секунд хватило химере, чтобы заглянуть в галерею – снимки могли подтвердить её догадки или наоборот их опровергнуть. Она до последнего не верила, что самый ярый ненавистник человечества мог встречаться с их представителем и, причем, не самым симпатичным. Мэкс считала, что в там случае Альбедо должен был выбрать её, а не дохлое подобие женщины.       Первые несколько рядов в галереи были фотографиями, явно сделанными в последние несколько дней человеческой жизни Джерри. На них красовался бывший ассистент Азимуса: некоторые фото были чёткими и яркими, а некоторые наоборот – смазанные, сделанные не в самый удачный момент. На предпоследнем снимке Уэй пыталась как-то позировать на камеру, а Альбедо, сидящей на диване позади неё, смотрел на неё с приподнятой бровью и с таким говорящим выражением лица: «Чем бы дитё ни тешилось, лишь бы не плакало и не выносило мне мозг!». Однако в его взгляде не было той ненависти и злости – он смотрел так нежно и тепло, что непринуждённая улыбка на его лице лишь придавала ему несвойственной мягкости.       Следующая фотография – поцелуй. Несомненно, в квартире, в спальне Джерри. Напротив окна. Альбедо держал девушку за шею, слабо сжимая пальцы, чтобы не защемить ей артерии и не лишить жизни. Его глаза были полуприкрытыми, в отличие от её – Джерри, казалось, наслаждается каждой миллисекундой. На этом снимке телефон отключился.       Майакс замерла и в такой неудобной позе – на корточках долго могут сидеть только гопники – застыла ещё на минуту. Бегали из стороны в сторону только её красные зрачки. Почему? Как так? Чем она лучше? За какие заслуги слабая, дохлая женская человеческая особь заслужила Альбедо?       А самое печальное то, что именно сейчас Мэкс придётся покинуть свои покои и идти в «подпольный» тренировочный зал, чтобы проводить очередное многочасовое занятие для биомеханизма. И как теперь она будет смотреть «Си-Джей» в глаза и как станет относиться, после всего увиденного? Конечно, не стоило копаться в чужих вещах, и совесть и голова были бы чисты, но что сделано, то сделано…       А сейчас Мэкс придётся напустить на себя прежнее безразличие и идти на тренировку. В конце-концов, силовая практика не закончится, пока Джерри не одолеет свою наставницу.