Скрытое в небе счастье

Привычное голубое небо потемнело, стало каким-то грузным, тяжёлым. Солнце скрылось за огромной чёрной тучей. Кожей он почувствовал холодное прикосновение ветра. Раздался оглушающий раскат грома. Откуда-то издалека ему вторил другой, не менее грозный. Совсем рядом сверкнула молния, разрезавшая потемневшее небо. Дождь был бурен, как горный водопад. Молнии всё ещё сверкали, освещая окрестность, но грома уже почти не было слышно. С могильного камня стекали крупные капли дождя. Найл склонил голову перед могилой сына. - На небе, должно быть, хорошо. Но здесь ты был бы нужнее, Марк. Мама не находит себе места. Примерно через месяц она родит. Августа уже не так часто вспоминает тебя. Она наконец-то отвлеклась. Марк. Но мы скорбим о тебе. Все, кто знал тебя, все до единого. - Найл, рада видеть тебя! - раздался сзади женский голос. - Прости, не хотела тебе мешать. Ты не промерзнешь? Дождь ведь. - Чего? Я? Никогда! Такая погода мне нравится, - Найл развернулся и поприветствовал ее. - Ты не помешала, Лана. Как твое самочувствие? Как протекает беременность? - Спасибо, все хорошо. Из разведчиков в стенах почти никого и не осталось, так что частенько бывает нечем заняться. - Понятно. Эрвин что-нибудь писал? - Да, сказал, что дошли до пустынь. По песку сложно передвигаться, но легион старается изо всех сил. - Будем надеяться, что у них получается. На каком ты месяце? - На четвертом. Малыш уже дает о себе знать – он пинается. - Слушай, Лана, прости, что мы даже не заходим к тебе. Сейчас Мари сложно передвигаться. Я пропадаю на работе. Ты бы знала сколько на меня посыпалось работы сверху, - мужчина виновато потер затылок. - Найл, никого не вини. Все в порядке. Я справляюсь. Леви помогает мне. Я очень благодарна ему. Сказал, что сделает все, чтобы огородить нас от опасности. - Приятно слышать, - он ухмыльнулся. - Насколько я знаю, то Леви всегда был приближен к Эрвину. Кажется, он спас ему жизнь, или я путаю? - Он посмотрел на землю, пытаясь вытащит воспоминания из прошлого, - хотя, возможно, это уже и не так важно. Повисла тишина, которую нарушал только далекий гром. - Зачем ты пришла на кладбище? - Я была у легионеров. Хотела притереть могилу, но пошел дождь, - она улыбнулась и посмотрела на небо. - Наверное, это и есть счастье – смотреть на небо. Только смотреть нужно внимательно, открывая свою душу и готовясь что-то принять. - Наверное, - Найл поднял глаза на тучи. - Заглядывай к нам домой почаще. Мари безумно скучает. И Августа постоянно спрашивает тебя. - Конечно. Обещаю, мы с Леви заглянем к вам. Раскаленный воздух вместе с пылью попадал в легкие и словно жег их так, что простое пребывание на улице превращалось в пытку. Горячий ветер вперемешку с песком слепил глаза и резал открытые участки кожи. Лошади обессилено шли вперед, то и дело фыркая. Каждый шаг давался с трудом. Телеги с продовольствием приходилось тащить сразу двум, а то и трем лошадям. - Командор, впереди дом! - крикнул Армин. - Дом! - Вайт, Нанаба, Майк, осмотреть помещение. Арлерт, Кирштайн, Спрингер, осмотреть периметр. - Есть, - названные солдаты погнали лошадей. Эрвин спешился с лошади. Голова закружилась, он облокотился на Таллина, чтобы сдержать равновесие. Обшарпанная отделка дома с внешней стороны, осевшая крыша, поросшая мхом. Внутри пусто. Во всем доме из мебели только три старые кровати, стулья и картины на шатких стенах. Запах затхлости заполонил весь дом. Дышать было еще противнее, чем снаружи. - Командор, скорее сюда! Пожалуйста! - раздался крик Конни. - Командор! Эрвин прикрыл за собой облупившуюся дверцу дома и пошел на зов. Трое солдат стояли с поникшими головами. У Арлерта тряслись руки. - Рядовой Спрингер, доложить обстановку. - Командор, трупы, - Конни отошел в сторону, давая Эрвину посмотреть на тела. - Как они оказались здесь, командор? Как это могло произойти? - дрожащим голосом спросил Армин. - Кирштайн, приведи сюда майора Захариуса и Моблита. - Есть! - Жан едва ли не вприпрыжку выбежал из комнаты, словно пребывание здесь было для него величайшей пыткой. - Они умерли, как и остальные гиганты? - спросил Спрингер. - Одному дьяволу известно. - Эрвин, вызывал? - раздался сзади низкий голос Захариуса. - Майк, что скажешь о запахе? - Лежат здесь больше пяти дней. Не чувствую запаха крови. Думаю, телесных повреждений нет. - Понятно. Положите их в телегу. - Командор, что вы хотите сделать с ними?! Они ведь наши товарищи! - Спрингер, отставить панику. Ваши товарищи предали человеческий род. Это изначально была их миссия, и не нужно оправдывать их. - Вы собираетесь сжечь их тела?! - Нет. В нас все еще есть немного человечности. Они найдут свой покой как бойцы. Легион развернется к стенам, привал сделаем ближе к дому. - Есть, сэр. Утро в Ковчеге наступает рано. Эрвин проведал тренировки новобранцев. Солдаты трудились в поте лица. Но, скорее всего, это последний набор солдат. Больше легиону незачем существовать. Остались немногочисленные шажки к мирной жизни человечества, к полному выходу за пределы стен. - Командор, вы хотели нас видеть? - Кирштайн, Арлерт, что вы будете делать, если появится новая угроза? - Сражаться, сэр. Бороться за человечество, - ответил Жан. - Смотря какая угроза. Если появится кто-то вроде титанов, то бороться. Но если угроза будет в лице человека, то действовать по ситуации, - ответил Армин. - Старое поколение сменяется новым, - совсем не в тему начал Смит. - Я сделал много для легиона. Я поднял его с колен, и вместе мы одержали победу, но мое время вышло. Я жил ради легиона. Вся моя жизнь была связана только с ним, но я решил, что стоит пожить для себя. Я назначаю Кирштайна четырнадцатым командором легиона разведки и исследовательского корпуса. Ханжи будет твоей правой рукой. Доверяйте ей, она знает что делает. Без неё мы бы не достигли всего, чего достигли. - Но командор! Осталось ведь совсем мало! Вы начали эту игру! Вы истребили всех гигантов! Вы вернули Ковчег! Вы не можете так просто уйти. Еще совсем чуть-чуть! Вы должны закончить эту игру! После того, как мы исследуем мир вы можете спокойно уйти! - Отставить. Я считаю, что моя миссия здесь выполнена. Теперь у меня другая задача. Поколения всегда сменяются. Вы должны довести это дело до конца. Должны дать свободу человеку. Хистория уже подписала манифест. По праву ты уже считаешься главой легиона, Жан. Ни шагу назад! Пронесите знамя человечества через новую землю. - Есть, сэр! Оба кадета бывшего сто четвертого корпуса отдали честь. Смит достал из седельных сумок Таллина потертый и обшарпанный дневник. Было видно, что время над ним не сжалилось. - Леви достал его из подвала семьи Йегер, я ознакомился с ним, но считаю, что моя работа над этим кончилась. Нас ждёт ещё множество загадок, которые предстоит разгадать. Но я верю в вас. Верю, что вы освободите этот мир. Я останусь в стенах, я уделял этому слишком много внимания и совсем позабыл о другой жизни. Вы всегда можете рассчитывать на меня. Я останусь вашим товарищем до конца жизни, - Смит протянул им дневник. - Будьте осторожны, солдаты. Этот дневник содержит в себе тайну других миров. Парадайз это всего лишь часть мира, которую вам придётся исследовать. - Парадайз? - Все написано в дневнике. Ознакомьтесь с ним, солдаты. Эрвин удалился. - Армин, Жан! Как и говорилось в той книге! Вода! Я вижу воду! - вопил Конни, козырьком приставив ладонь к глазам и смотря вдаль. - Вода! Огромная лужа воды! Лошадь Конни устремилась к морю. Песок на берегу был влажным, и лошадиные копыта оставляли в нем глубокие следы. Жан спешился с лошади, зачерпнул воды и поднес ее ко рту. - Соленая! - Тут огромные залежи соли! Бесплатной соли! Легионеры еще долго осматривали воду, берег, песок. Но нужно было что-то делать. - Кейджи, отправь сообщение о находке в Шину. Сообщи о том, что мы планируем соорудить что-то похожее на те корабли в стенах, но только больше и прочнее. - Есть, командор Кирштайн. Жан и Армин сели на берегу. - Нужно немедленно заняться чертежами. Спустя пять месяцев. Лана держала сопящий, постоянно дергающийся сверток на руках. Этери Смит была слишком подвижной для новорожденной и постоянно высовывала маленькие ручки из пеленок. Алана видела ее живущей в свободном мире без границ и стен, которые подавляли в себе людей. Она видела ее свободной. Лана аккуратно перехватила сверток с неугомонной дочкой и посмотрела на снующих чуть дальше людей. Кто же знал, что уже почти через полгода люди впервые после победы над гигантами запустят свой первый корабль! Девушка с трудом верила в то, что все, происходящее сейчас на ее глазах, не сон. Эрвин подошел сзади и обхватил ее за талию, украдкой глянул на собственного ребенка. Их ноги сами закапывались под рыхлый и влажный песок, соленая вода билась о малочисленные камни. На глаза девушки налились слезы счастья. Она взглянула на огромный корабль, затем на небо. Облака медленно плыли по небосводу, скрывая за собой солнце. Она поняла, что небо всегда наблюдало за ними и скрывало счастье внутри себя. Но всегда стоило помнить, что самый темный час бывает только перед самым светлым рассветом.