Я тебя найду

             Тихий городок Магнолия. Численность его населения нельзя было назвать большой — множество таких городов было разбросано по всему континенту: они прятались в лесах, располагались в долинах, окруженные горными вершинами, занимали простирающиеся на многие километры равнины. Каждый такой городок славился чем-то своим, сокровенным, что отличало бы его от сотни других. Кому-то это удавалось, кому-то нет. Магнолия же была знаменита своей литературой — книги здесь были почитаемы, словно божества — рукописные многовековые труды бережно собирались и передавались из поколения в поколение, от отца к сыну, от матери к дочери, создавая вокруг себя настоящий культ поклонения древним артефактам. Библиотеки считались сакральным местом, которое открывает свои врата для каждого страждущего, даря покой, умиротворение и восхищение от соприкосновения с чем-то древним и многоликим.       Но книги были не единственной гордостью городка с таким цветущим названием — устный эпос, хранивший в себе тысячелетия истории, с недавнего времени стал визитной карточкой Магнолии. Легенды, покрытые загадками и мрачностью своего повествования, привлекали все больше туристов, помогая городу развиваться и превращаться из неприметной деревни в один из центров туризма. Ученые, историки, мифологи и многие другие неспокойные умы приезжали сюда со всех концов континента, подстегиваемые жаждой услышать удивительные легенды.       Трое друзей — Леви, Джет и Дрой — как-то раз решили отправиться в этот знаменитый городок. МакГарден, будучи девушкой любопытной и охотливой до легенд и мифов, не могла не заинтересоваться историями её знакомых фольклористов о Магнолии, которая славилась своими коллекциями древних фолиантов и заставляющих трепетать от ужаса легендами. Парни же, будучи её верными компаньонами практически с самого детства, не могли не согласиться на очередную авантюру — они все трое безумно любили путешествовать и охотиться за городскими легендами.       Четверо суток на пассажирском поезде эконом-класса, пара суток на повозке, и вот друзья наконец достигли главных ворот города Магнолия. Городок встретил их ярким безоблачным небом, теплыми лучами, играющими в догонялки на их лицах, веселыми криками играющих на улице детишек и запахом свежей травы с нотками дорожной пыли. Центральная площадь, вымощенная белым кирпичом, пестрила разноцветными вывесками кафе и лавочек, клумбы благоухали сотнями удивительных цветов, а живая музыка, доносящаяся от спрятавшихся под кронами деревьев музыкантов, приятного ласкала уши, погружая прибывших в городок друзей в атмосферу сказочной страны, так разительно отличающейся от их индустриального родного города.       Расположившись в одной из многочисленных уютных гостиниц и переодевшись, ребята направились по главной аллее вглубь города в поисках бара — хотелось перекусить, отметить долгожданный приезд и изучить обстановку. У Леви была одна давно проверенная теорема: если хочешь как можно больше узнать о жизни города — посети местный бар.       Зайдя в одно из таких заведений с яркой вывеской над входной двустворчатой дверью, кампания присела за один из пустующих столиков. Вокруг царила вечерняя суета: официантки носились по залу с подносами, полными яств и горячительных напитков, бармен умело смешивал коктейли за своей деревянной стойкой, а разношерстный люд, среди которого даже усматривались дети, рассевшись за столиками о чем-то мило щебетал.       — Я слышал, у них тут подают отменную хреновуху,— оживленно вертя головой сказал Джет, пытаясь привлечь внимание снующей по залу официантки.       Дрой поддерживающе закивал головой, разглядывая страничку с горячими блюдами в меню, и громко заурчал вечно голодным желудком. Внимание синевласки же привлекло нечто иное: в дальней части бара была устроена импровизированная сцена, на которой в позе лотоса сидел старик. Борода его была настолько длинной, что закрывала всю грудную клетку, а густые ухоженные усы благородно свисали вниз, сливаясь с бородой. Густые косматые брови скрывали от окружающих взгляд, придавая образу старика большей мистичности. У сцены потихоньку собирался народ, детишки садились у самого края, о чем-то перешептываясь, а взрослые же устраивались чуть поодаль с напитками в руках.       Громко прокашлявшись, старик рукой поприветствовал всех присутствующих и, словно по волшебству, всё заведение окутала гробовая тишина: не было слышно ни звона посуды, ни смеха, ни разговоров. Взгляды всех посетителей и работников бара были устремлены на дряхлого старика, разглядывающего толпу из-под густых бровей.       — Что ж, пришло время для очередной истории?— хриплым баритоном на удивление громко вопросил он у толпы.       Дети, перебивая друг друга, начали громко кричать:       — Да! Да! Расскажи про чудовище! Расскажи про чудовище!       Ухоженные усы старика расползлись в стороны, демонстрируя всему залу подобие улыбки, после чего он тихо посмеялся и ответил:       — Что ж, про чудовище так про чудовище. Слушайте внимательно. Давным-давно наши предки покланялись духам леса — приносили подношения, уважали животных, да без разрешения в лес не заходили. Но время то прошло, люд стал наглее и злее, позабыл он духов лесных, стал охотиться когда захочет и сколько захочет, не для пропитания животинку убивать стал, а для выгоды и удовольствия, пожары чинить в гуще леса. И тогда разгневались духи на деревенских, и создали чудовище невиданное: размером он с двухэтажный дом, зубы его словно острия бритвы, а кожа твердая, словно гранит. И была у чудовища одна лишь задача — охотиться на род людской. Всякий, кто в лес входил, уж боле не возвращался, а по утру у ворот деревни находили местные их растерзанные тела. Время шло, люди пропадали, а чудовище так никто и не видывал вблизи. И перестали мы с лес ходить — никто раньше времени из-за чудища помереть не хочет. Месяц назад один охотник был — он первый, кто живым смог из лесу вернуться: глаза его были полны страха, а тело изрезанно, словно в него вонзились сотни бритв, да не смог он сказать ничего, кроме одного — чудище стало охотиться и на зверей лесных. Перестало оно лесных духов слушаться, самовольничает. Так что, детишки, не стоит в лес ходить — чудище никого не щадит. Ни стариков, ни детей, ни больных. Все живое на своем пути уничтожит, и косточки от вас не останется. В лес только с оружием ходить можно, и то, исключительно до ближайшей опушки в сопровождении взрослых. Иначе — смерть.       Закончив свой рассказ, старик воззрился на присутствующих: взрослые уверенно кивали головой, кто-то тихо шептался о потерях, а дети, открыв рты, пялились на рассказчика.

***

      — Да уж...вот так легенда...— задумчиво болтая трубочкой в стакане с клубничным милкшейком пролепетала пораженная историей старика Леви.       — Да ну, фигня какая-то. Медведь какой зверствует, ну или стая волков, а они чтоб дети одни в лес не бегали историю придумали,— хмыкнул Джет, внимательно наблюдая за пребывающей в прострации кареглазой девушкой. Дрой затерялся где-то в булочной, так что они сейчас сидели вдвоем в холле гостиницы, обсуждая услышанное.       — А мне так не кажется! С мантикорой ведь та история правдой оказалась,— возразила скептически настроенному парню Леви, встречаясь с ним взглядом.       — Это один случай на миллион,— хмыкнув парировал рыжий.       МакГарден же обидчиво надула губы. У неё было предчувствие, что за этой легендой кроется что-то древнее и мистическое, так что скептицизм своего парня она не разделяла. Джет, внимательно следящий за её поведением, глубоко вздохнул, сдаваясь, и произнес:       — Ну, мы можем устроить рейд как тогда с мантикорой. Мы с Дроем вооружимся, захватим припасов, да сгоняем на разведку.       — А это идея! Но я пойду с вами,— уверенно кивнула девушка, будучи удовлетворенной предложением парня.       — Нет, это может быть опасно.       — Джет, я не маленькая девочка, и могу за себя постоять. Тем более ты сам говоришь, что это всего лишь дикий зверь,— нахмурилась девушка.       —...ладно. Но при одном условии,— с этими словами рыжий парень наклонился вперед, устремляя серьезный взгляд в глаза опешившей от такого резкого внедрения в её личное пространство девушки,— после этого мы наконец-то сходим на нормальное свидание.       После этих слов лицо МакГарден резко стало серьезным. Она виновато взглянула на парня и немного поерзала в мягком кресле.       — Джет...ты же знаешь, что у меня было много работы, и я правда не могла с тобой увидеться, я же не вр-       — Знаю-знаю я,— прервал её бормотание Джет,— но, Леви, ты и меня пойми. Мы встречаемся уже второй месяц, а на нормальном свидании за всё это время были один раз,— с этими словами он аккуратно накрыл девичью руку своей,— так что, ты согласна?       Синевласка смущенно опустила глаза и кротко кивнула, соглашаясь на поставленные условия. Не то, чтобы Джет ей не нравился и она намеренно его избегала, просто...она не могла понять, были ли её чувства романтическими или же исключительно дружескими. Они втроем дружили с самого детства, и парни были для неё самыми родными людьми на свете. Джет же в последнее время начал проявлять далеко не дружеский интерес, сбив девушку с толку своими поступками и поведением. Будучи профаном в делах амурных она по глупости пустила данную ситуацию на самотек, так что сейчас пожинала плоды своей же глупости: ей совершенно не хотелось обижать близкого друга, но и ответить на его чувства она в настоящий момент не могла.       Заметив изменившееся настроение девушки, Джет глубоко вздохнул, убирая ладонь, и медленно встал с кресла.       — Пошли, найдем Дроя и расскажем ему о нашем плане.

***

      Дрой воспринял предложение друзей позитивно: у них с Джетом уже был опыт охоты на хищников, так что ориентирование в лесу и обеспечение безопасности синевласки особого труда составить не должно было. Собрав все необходимое в походные рюкзаки, группа направилась в сторону леса на поиски таинственной легенды.       — Как думаете, а если мы сможем прикончить эту тварь, нам хорошее вознаграждение выплатят?— задумчиво протянул Дрой, рассматривая проросшую травой главную тропу, по которой компания сейчас продвигалась.       — Слушай, ну, если это действительно чудовище, то, думаю, парочкой десятков, а может и сотней золотых нас одарят,— хмыкнул Джет, искоса поглядывая на плетущуюся позади девушку: то, что Леви оказалась абсолютно не приспособленной к прогулкам по лесу, все больше превращалось в конкретную такую проблему. За недолгое время пути она уже успела изрядно запыхаться, пару раз умудрилась свалиться, споткнувшись носком кроссовок за очередной торчащий из земли корень дерева, а также раз двести вздохнуть.       Поправив покоящееся за спиной ружье, рыжий парень жестом остановил друга и сказал:       — Давайте устроим тут ночлег. Дальше без знания местности пробираться не вариант, да и Леви устала. Завтра утром продолжим путь.       С полным боли стоном синевласка плюхнулась на расстеленный на земле спальник и вытянула ноющие от долгой ходьбы худые ноги.       — Боги, как же тут холодно,— протянула она, наблюдая за разжигающими костер парнями,— вы не замерзли?       — Одеваться теплее надо было,— тихо проворчал Джет, протягивая девушке запасную утепленную куртку. Та с благодарностью её приняла, укутавшись с головой в теплой ткани.       Место для лагеря ребята выбрали правильное: их пристанище окружали высокие кусты, упрятавшие тихо спящих друзей от взора окружающих, а высокий могучий дуб скрывал своей густой кроной от лунного света, полностью погружая местность вокруг лагеря в кромешную темноту.       В спальнике было на удивление тепло, так что уставшая синевласка довольно быстро погрузилась в царство Морфея, позабыв обо всем на свете. Однако, её сну не суждено было стать долгим и приятным — Леви дергалась от каждого шороха, возникающего на периферии её слуха, отчего она вечно просыпалась и ворочалась, сильнее укутываясь в жесткую, но сохраняющую тепло ткань. Когда шорохи стали слышны более отчетливо и громко, девушка резко распахнула глаза. Медленно поднявшись из своего спальника, МакГарден максимально бесшумно подошла к кустам, отделявшим её от подозрительных звуков. Сердце бешено колотилось, а инстинкт самосохранения вопил о возможной опасности, но любопытство перекрывало все остальные чувства, заставляя ноги тихо передвигаться, а руки слегка раздвинуть листву, открывая взору вид на небольшую полянку на той стороне импровизированной лесной стены.       Девушка усиленно напрягала зрение, пытаясь привыкнуть к темноте и разглядеть, что же за шорох привлек её внимание. Тихонько разглядывая пустующую поляну, её взгляд вдруг пересекся с устремленными на неё алыми глазами. Сердце пропустило гулкий удар и упало куда-то вниз, заставляя синевласку застыть на месте, не имея возможности отвести взгляда от светящихся в темноте узких, почти что звериных зрачков, все еще не моргая уставившихся на неё.       В следующую секунду ночную тишину густого леса оглушил дикий звериный рёв.