Дневник Люсии

      Привет—Пока, дневник! В школе прорвало трубу и затопило первый этаж в среду. Вода поднялась до уровня щиколоток в коридоре, я не вру! Директор организовал выход всех учеников из школы и сказал, что в ближайшие дни все починят, а пока объявляются выходные до понедельника. Как же мы радовались с Диланом и Шарлоттой! Моей мамы не было дома, она была на работе, и я пригласила друзей к себе. Шарлотта сразу же полезла в мой шкаф, чтобы присмотреть одежду для вечеринки, а Дилан копался в интернете через мой ноутбук.       Шарлотта достала самое короткое платье и заставила меня примерить. Это платье я купила полгода назад на подаренные деньги, но ни разу не надела, потому что мама была яро против, уж слишком короткое. Когда я вышла из ванны, уже переодетая, шевеля плечами и натягивая платье на ноги, Шарлотта скривила губы и произнесла: «Ты можешь быть женственной? Что ты так горбишься?».       Она подошла ко мне и выпрямила мои плечи. Мне было неловко, когда Шарлотта подвела меня к зеркалу. Да уж. Отражение желало оставлять лучшего. У меня, наверное, никогда не получится быть сексуальной. В комнату вошел Дилан и, не сводя с меня взгляд, сказал, что мы должны закончить примерку, потому что вечеринка у Одри будет костюмированной. Я тяжело вздохнула, хотя была немного рада этому известию. Я бы себя ужасно чувствовала в этом платье, которое еле прикрывало мои ноги.       «Но ничего так», — проговорил Дилан и позвал нас посмотреть на флаеры, которые он сделал. Они были точь—в—точь такие же, какие раздавала всем Одри. «Ну, ты мастер», — Шарлотта похлопала его по плечу. Через мгновение позвонил ее телефон. Оказалось, что ей нужно было срочно бежать домой. Дилан тоже не стал задерживаться и ушел вместе с Шарлоттой.       Я осталась одна дома. Делать было совсем нечего. Тогда я начала придумывать наряд для вечеринки. У меня была маска, которая прикрывала половину лица. Это поможет мне остаться незамеченной для «крутых» на вечеринке в воскресенье.       Я настолько была вовлечена в процесс, что не заметила, как наступил вечер и мама вернулась домой. На мне была пышная черная юбка по колено и прозрачная блузка; ресницы я накрасила тушью, а губы намазала блеском, но я все равно не чувствовала себя сексуальной. Меня будто кто-то дергал за ниточки, когда я двигалась. Ну почему я не такая, как некоторые женственные девушки? Почему не могу быть расслабленной и естественной?       Мама зашла ко мне в комнату, когда я крутилась перед большим зеркалом в туфлях на большом каблуке. Она усмехнулась и спросила, для чего я так приоделась. Я тяжело вздохнула, еще раз повернувшись вокруг своей оси.       «Мама, я выгляжу сексуальной?» — спросила я.       «Сексуальной?» — на ее лице появилась добрая улыбка: «Зачем тебе это нужно? Ты очень милая, дорогая».       «Этого не достаточно», — ответила я и нахмурилась. Тогда мама подошла ко мне и погладила по голове, улыбнувшись.       «Ты очень милая, добрая и ответственная, Люсия. Не обязательно быть сексуальной, чтобы кому—то понравится. Если кто—то не ценит тебя, то и не будет ценить, когда ты будешь сексуальной», — ее лицо стало задумчивым. Она что—то еще хотела мне сказать, но замолчала, а я стояла и обдумывала ее слова. А ведь мама была права. Не нужно всей этой мишуры. Это все лишнее и такое пошлое!       Уже на выходе из комнаты мама остановилась в дверях, еще раз взглянув на меня: «Я тоже хотела быть сексуальной в твоем возрасте. И знаешь, что получилось? У меня родилась ты в семнадцать лет». Она ушла, прикрыв дверь.       Я решительно пошла смывать всю косметику, сбрасывая со своих ног туфли.