Стрела одна, как и любовь моя.

      - Мирана! Мирана! - из последних сил кричала Алиса.       Вокруг был густой чёрный лес, Кингсли еле держалась на ногах, помогая идти Шляпнику, который с трудом находился в сознании.       - Мальчуган, оставь меня, мне уже не помочь...       - Нет, нет, - сквозь слёзы произносила она, - мы спасёмся, мы дойдём, да! Мы справимся! Террант? Террант!       В этот момент Алиса упала, споткнувшись об подвернувшийся камень, и кубарем скатилась вместе со Шляпником, окончательно отключившимся от большого количества травм. Она не могла сдаться, только не сейчас.       - Шляп... ник... - еле произнесла Кингсли пытаясь дотянуться до него, медленно теряя сознание.

***

2 дня спустя

      

"Ты здесь чужа-а-ая... УМРИ!.. Слейся-я-я с землё-ё-ёй... НИЧТОЖЕСТВО!.. Их смерть ТВОЯ вина... ИСЧЕЗНИ-И-И... *шипение и истошные крики* Слышишь?.. Тебе не сбежать от НА-А-АС-С-С..."

      - А-А-А! - Алиса проснулась в холодном поту, её окружала тьма, - где я?       - ВО ТЬМЕ! - истошно хриплым голосом произнесло нечто.       - Кто ты?!       - Я ТВОЙ КОШМА-А-АР! - с криком из тьмы выпрыгнула гигантская сороконожка. По её клыкам и клешням стекала кровь, на голове располагалось лицо клоуна, а пасть полная острых загнутых зубов, источающая запах гнили, стремительно направлялась на лицо Кингсли...       - А-А-А!       - Алиса? В чём дело? - обеспокоено быстро приблизилась Мирана.       Она не могла прийти в себя, не понимая всё происходит во сне или наяву. Холодный пот стекал по её лицу, а глаза бегали по всей комнате и тёмным углам, боясь увидеть ЭТО снова. Всё тело трясло. Слова Белейшиства проносились как в тумане.       - Алиса! - Мирана взяла её лицо в руки и несколько раз одновременно пошлёпала по щекам приводя своего война в чувство, - Всё хорошо! Слышишь? Ты в безопасности!       Постепенно тело перестало трястись и взгляд был направлен только на Её Величество. Глаза перестали бегать из стороны в сторону и пришло осознание, что жизни ничего не угрожает.       - Где я? И главное как я тут оказалась? - пока ещё отходя спросила Алиса.       - Сейчас мы под землёй, Илосович не знает про это место, - отпустив её лицо произнесла Мирана, - Что ты помнишь?       - Последнее... Я помню как... упала, а потом... потом, - внезапно Кингсли попыталась подскочить, но боль мгновенно охватила её тело. Медленно возвращаясь в горизонтальное положение, она обеспокоенным голосом спросила, - Шляпник... Где он?       Отведя взгляд, Мирана заметно переменилась в лице.       - Ваше величество, пожалуйста, - умоляюще прохрипела Алиса.       - Он сражался стойко как и все мы...       Тишина повисла в комнате, те несколько секунд что молчала королева показались вечностью. Алиса с надеждой смотрела на опечаленное с нотками безысходности лицо, некогда сияющее в былом величии. Сейчас всю его белизну перекрыло горе и отчаяние, пыль и кровь сражений.       - Но шить он больше не сможет, так же как и раньше... его рука... она почти не работает. Сейчас он бессознания. Мы не знаем как вы оказались около входа сюда, но это чудо, что вы живы... - Мирана поднялась с колен и попрощавшись отправилась к остальным пострадавшим.       Никто не знал каким образом они оказались около убежища, но точно понимали, что сами дойти просто не могли. Тело жутко ломило, ныло от ран и ушибов. Вокруг лежали некоторые жители Мрамории, которые смолги уцелеть и убежать, но к сожалению далеко не полностью... Многие из них потеряли лапы, крылья, руки или ноги, кто-то в бреду повторял одни и те же фразы качаясь из стороны в сторону, кто-то был без сознания. Все они лежали на простынях далеко уже не белоснежного цвета. Оттеки крови, лекарств и земли смешались и казались чёрными пятнами поглощающими остатки сил. Комнату больше напоминающую нору или пещеру освещал тусклый свет факелов и свечей. К сожалению, это всё что успели сделать обитатели замка, времени не было, говорить о безоговорочной победе никто не мог, так как время играло не в нашу пользу. Во время боя продолжалась работа над убежищем и в итоге получилось несколько комнат: три в медицинских целях, в одной из которых находилась Кингсли, комната штаба и несколько общих комнат для сна и отдыха, а также склад для продовольствия.       Ближе к вечеру Алиса не могла больше терпеть. Её мысли всё больше и больше нагнетали обстановку, не давая покоя. Она думала о том, что не смогла спасти многих, не успела защитить их и Шляпника. Слёзы предательски скатывались по её щекам. Так долго мечтая о Стране Чудес, в которой она росла, жила и мечтала, она ни разу не задумывалась, что всё однажды окрасится в тот самый предательский алый цвет, что вернувшись на её плечи рухнут тяготы сражений и потерь. Страна Чудес не сможет стать прежней пока жив Илосович Стейн, пока флаг победы не возвысится над Подземельем.       - Му-у-ур-р-рчательный вечер, Алиса, - нависая над ней появилась чеширская улыбка.       - Чешир... - вытирая скатывающиеся по щекам капельки произнесла Кингсли, принимая полусидячую позу.       - Где же былой Булатный воин, которого не сломить? - уже полностью появляясь спросил парящий кот.       - Я не знаю, мы несём сплошные потери... мы проигрываем Чешир...       - Мра-а-ау-у-у, мы проигрываем сражения, а не войну. Улыбнись, без улыбки ты словно без одежды мр-р-р. Куда важнее, что он скоро проснётся, - ещё шире улыбнулся Чеширский кот постепенно исчезая, - Есть план, но мраузавтра, а сейчас подумай о другом...        После исчезновения Чешира, Алиса попыталась подняться, перенося адскую боль в ногах и рёбрах. Опираясь на стену она сделала шаг, но упала на колени охваченная внезапной слабостью. Нельзя сдаваться. Медленно и аккуратно, собирая накопленные силы, шаг за шагом воин, за которым следует целый народ, сможет дойти до намеченной цели. Постепенно Кингсли смогла выйти в коридор и направится в соседнюю комнату. Оставалось чучуть, совсем немного...        Тусклый свет освещал помещение. Здесь существ было меньше и в самом дальнем углу располагалась знакомая фигура. Шляпник лежал с перевязанной рукой, что-то постоянно бормоча во сне. Не долго думая Алиса не торопясь подошла к нему и, обнимая, легла рядом с ним. Она была готова заплакать от счастья и от невыносимой боли в груди, которая терзала её. "Он больше не сможет шить как раньше" проносилось в её голове от чего она ещё сильнее сжимала его жилет. Почувствовав знакомое тепло, Террант замолчал и сквозь сон приобнял её левой рукой. Он наконец приходил в себя...

Завтра войдёт в историю