Одинокие люди.

Боль! Боль! Все, что она чувствовала в подсознании собственного воображения. Она помнила, словно это было вчера. Тот день, та ссора между Узумаки и Учиха; он тот, кто остался рядом в день, которого она так ждала, но все ее ожидания разбились на миллионы осколков разбитых надежд…. *Flashback* В этот день Хината старалась продумать все тщательно. Этот день был из тех, который никто просто не смел, портить; это касалось даже и ее отца. Ведь это был тот день, в который она встретит перламутровый рассвет с оттенками изумруда и каплями аквамаринового неба, рядом с теми, кто был с ней эти последние несколько лет. В ту ночь ее платье из белого шелка, вышитого в греческом стиле, поверх, которого так красиво развивался шифон, греческие сандалии, шнурки которых вот-вот развяжутся… Иссиня-черные волосы, до недавнего времени были собраны в греческую косу, уже развивались по ветру, разнося аромат ванили. Бег, шаг, удар, холод скорлупы, прикосновение вязкой желтой жидкости - желтка. Минуты… И шелк в липкой смуте. Чувства, желток, что так растекался по всему ее телу. Злые насмешки одноклассников. Глаза! Глаза темнее ночи, хозяин которых стоял за всем этих. Жестокости юноши – не было предела. Он был порождением того, который никогда не сумеет полюбить! Прикосновение! Объятья! Защита! Теплота голубых глаз… Она потеряла сознание на его руках. Мальчик с сиянием солнца стал ее героем навеки! *END Flashback* Парень, чьи ониксовые глаза бдительно были устремлены на дорогу, маской безразличия на лице – вел машину. Но разум юноши был далеко за пределами машины и серых дорог… *Flashback* 26 лет назад…. В мучениях проснулась Микото, никак не иначе плач боли разбудил ее в столь позднее время. Сердце екнуло в груди, ибо чадо, которого она так с нежностью носила под сердцем – дал о себе знать. Плач ее души, ее родной кровинки вот уже мучил ее три ночи. Мрачные взгляды старейшины не давали покоя бедной матери: предрекало это лишь одно- несчастье, смерть ребенка! Три дня жила в мучениях Микото, пока схватки не взяли вверх, пока тот которого она так в мучениях ждала, не появился на этот свет. Малыш родился абсолютно здоровым, ибо все предсказания смерти оказались позади. -Тот, кто плакал в чреве матери - никогда не сможет полюбить. – мрачным взглядом окинув малыша, предрекла старейшина. Мать не задумалась над этими словами: ребенок был здоров, все опасения позади, а это самое главное! Всю нежность, всю любовь она дарила младшему чаду, ибо верила, что подаренная ею любовь сохранится в его сердце. Но годы шли, а мальчик, чьи глаза темнее ночи, рос жестоким… Его сердце было отравлено. Хрупкая, ранимая душа Микоты закрывала на это глаза, надеясь на то, что это всего лишь присуще детству. *END Flashback* Незаметно улыбнувшись, Учиха вспомнил тот день. День, в который его старший братец заставил его признаться во всем, выступив перед всем на концерте его брата. Песня, которую заставил его петь Итачи ,называлась: « I’m terrible person» (Я ужасный человек) Я ужасный человек, Я ужасный человек, Я ужасный человек, Потому что я решился. Я ужасный человек, Потому что толкнул ее на это. И я - единственный, кто так поступил с ней. Но я гораздо умнее сейчас, Я не расскажу своим друзьям о ней Я кошмарный человек, Я прочитал ее дневник. Я не был искренним И я просто рассказал всем ее секреты! Но я не думаю, что когда-нибудь мне будет жаль. Нет, я не жалею о том, что сделал, И я не думаю, что когда-нибудь проснусь в одиночестве, Потому что, честно говоря, быть с ней - не было чем-то особенным. (Rooney – I’m a terrible person! Да-да именно так представляю голос подросткового Саске!) В тот момент он чувствовал на себе взгляд той, о которой он пел, из-за которой его заставили признаться. Взгляд наивных аметистовых глаз пронзали его на сквозь, причиняя ему колики в животе. Он это отлично помнил, и понимал, насколько он был ужасен. И, возможно с возрастом он становился хуже. Бессердечный жестокий мальчишка- так его называла бабка, что предрекала ему одиночество. Ухмыльнувшись, он прибавил скорости….