День седьмой. Принц и Нищенка.
3 марта 2015 г., 03:04
Еле-еле разлепив глаза, я на ощупь попыталась сбить противно звенящий будильник с тумбочки. Голова болела так, будто на нее нацепили кастрюлю, а сверху постучали огромной ложкой, играя как на барабанах. Наконец, мне удалось избавиться от назойливого монстра, и он упал на пол, издав небольшое кряхтение и наконец заткнувшись.
Спустив ноги на пол, я глубоко вздохнула, кинув взгляд на тумбочку около кровати. Там стояла крохотная бархатная коробочка. И зачем я взяла ее с собой?
Почему я ему отказала? Этот вопрос мучал меня всю ночь, не давая нормально поспать, а когда я наконец смогла сомкнуть глаза, мне раз за разом снился этот момент. Только к утру стало более спокойно и какой-то час я точно поспала.
Настенные часы показывали ровно восемь утра, а это означало, что у меня еще есть целый час до приезда машины в аэропорт.
Медленно поднявшись с кровати, я лениво побрела в сторону ванной, не забыв прихватить с собой нужные вещи.
Надеясь, что холодная вода хоть немного остудит мою голову, поможет расслабиться и хорошенько подумать, я повернула кран и встала под прохладные струи воды.
— Черт! — я со всей дури ударила кулаком о стенку душевой кабинки, рука неприятно заныла, а по белой плитке потекла тонкой алая струйка крови.
Слезы медленно смешивались с водой и стекали вниз, будто их и нету.
Ничерта это не помогло, только если почувствовать жалость и ненависть к себе. Еще большую, чем была вчера.
Почему я не объяснилась с ним, а просто отказала? Вернее, не так.
Он же сказал, что поможет. Но чем?
Отец итак попытался навредить его семье, если бы и с ним что-то случилось, я бы себе не простила.
— Я просто не могу! Не могу так рисковать!
Слезы с новой силой хлынули по щекам.
Сегодня я уеду. Уеду навсегда и никогда не вернусь. Буду жить в другой стране с человеком, которого совершенно не люблю, и с улыбкой на губах и слезах на глазах вспоминать эту неделю, где каждый день был ярче предыдущего, неделю, когда я действительно была счастлива.
Обмотавшись полотенцем, я медленно поплелась обратно в комнату, остановившись напротив большого зеркала в своей спальне.
Наверное, и ребята уже все знают. И ненавидят меня за то, что я сделала. А ведь я обещала Эльзе, что ни за что не брошу Нацу.
Зачем я тогда это сказала? Ведь знала, что все будет совершенно наоборот и обещание я сдержать не смогу.
Подойдя к шкафу, я широко распахнула его дверцы, оглядывая его на присутствие приличных вещей.
Ничего собирать мне было не нужно, через час приедут работники отца, соберут здесь все и сами доставят по моему новому адресу.
Я потянулась к верхней полке, вроде бы там лежало то платье, которое отец выбрал для знакомства с моим будущим женишком.
Еще немного, почти дотянулась.
Ухватившись кончиками пальцев за пакет, я потянула его на себя. Но вместе с пакетом на меня обвалилось все содержимое полки. Оказывается, на ней стояла небольшая коробка, которая сейчас летела вниз, ее крышка распахнулась, и из нее посыпались небольшие конвертики, которые когда-то я так старательно запечатывала.
Будто в замедленной съемке я наблюдала за тем, как белоснежная бумага опускается на пол одна за другой, по инерции схватив один из конвертов.
Медленно распечатала и достала листок на которым крупным и ровным почерком было написано:
«Сегодня я узнала, что отец без моего ведома решил выдать меня замуж за какого-то паренька с другой страны. Я бы может и ничего не сказала, если бы он делал это из хороших побуждений, но он просто хочет от меня избавиться, чтобы больше ничего не напоминало ему о тебе, и заработать побольше денег на непутевой дочери. Ты всегда мне говорила о том, что замуж нужно выходить только по большой любви. Дождаться принца на белом коне. Будучи маленькой девочкой, я не понимала зачем ты мне все это говоришь, но сейчас я поняла. Ужасное чувство, когда понимаешь, что все в этой жизни решают за тебя. А тем более решают то, с кем тебе провести оставшуюся жизнь. Я знаю, что если бы ты была рядом, ты бы меня защитила, смогла отстоять мое счастье, потому что я сама не в состоянии это сделать. Не в моих силах перечить отцу. И теперь я обречена на скучную жизнь с человеком, к которому, скорее всего, не буду ничего чувствовать. „Стерпится — слюбится“ — это явно не про меня. Так что мне делать, мама?
Твоя Люси.»
Слезы огромными предательскими каплями вновь потекли по моим щекам, оставляя на них влажные дорожки. Я помню тот день, помню, какие чувства испытала в тот миг, когда узнала новость о собственном замужестве. То отчаяние, которое охватило меня, тот ужас, что у меня нет сил что-то изменить. Я упала на пол, хватая по очереди остальные конверты, быстро распечатывая каждый, вчитываясь в каждую написанную мной строчку, вырывая какие-то фразы из писем, которые приносили наибольшую сердцу боль.«.Сегодня я познакомилась с его сестрой и знаешь, она замечательная! С ней было очень весело, мы разговаривали о всякой ерунде, накупили кучу одежды. Давно не испытывала столько радости от походов по магазинам.»
«. Сегодня я была с Джувией в аквапарке. Она такая веселая, мы из воды практически не вылезали! А я смогла вновь почувствовать себя ребенком, немного, но смогла. И это прекрасное чувство.»
«. А потом приехал Грей и отвез меня на каток. Это так здорово скользить по льду! Чувствуешь себя свободной и легкой, будто за спиной вырастают крылья.»
«.Сегодня я научилась водить машину! Представляешь? Правда я все равно умудрилась влипнуть в неприятности, но со мной все хорошо, правда. Это было очень весело, и Гажил оказался не таким жутким, как я подумала вначале.»
«.Даже сейчас отец умудрился подпортить мне жизнь. Это насколько нужно быть жестоким и мерзким, чтобы заказать убийство двух ни в чем неповинных людей?! Маленькой девочки и ее матери, только для того, чтобы предупредить Драгнила не лезть куда не надо. Но разве это не касается его?..»
Отец. Кулаки сжались, превращая идеально ровный белый лист в скомканную бумажку. Как он может так поступать? Какое право имеет на это? Руки сами схватили еще один конверт.«.Я понимаю, что теперь есть шанс, есть шанс, что свою жизнь я проживу так, как хочу…»
«.Он дает мне силы, окрыляет и вдохновляет на то, что раньше казалось мне невозможным. Я поняла, что ты имела в виду, когда сказала, что я сама пойму, когда встречу своего принца.»
«Я знаю, что смогу. Потому что теперь у меня есть ангел, ангел, подобный тебе, мама, который ни за что не даст меня в обиду.»
В отличии от других писем, на этом не было проставлена дата написания, что меня немного насторожило. Когда я это писала? До сих пор не могу принять ту мысль, что все это время ты была ненастоящей. Что тебя придумал отец, лишь бы скрыть от меня правду о своей сестре. Зачем он это сделал? Почему сказал, что она умерла седьмого июля? Почему именно в день моего рождения? Должно быть, потому что именно в этот день умерла Лейла? Может быть. Почему не сказал правду? Почему он не сказал, что моя мать умерла раньше? Почему именно в 10 лет? И почему я отчетливо помню женщину, которую считала ей? Помню праздники и простые события, где мы семьей были все вместе, где отец не был таким жестоким, где я была счастлива? Слишком много вопросов и ни одного ответа. А получить их можно только у одного человека. Я бросила ненавидящий взгляд на дурацкое платье, которое продолжало лежать в прозрачном пакете среди всего разбросанного хлама. Внезапно с улицы раздался громкий гудок машины, который сообщал мне о том, что прибыла машина, которая отвезет меня в аэропорт. Сколько же я просидела на полу? Подниматься не хотелось, не хотелось куда-то ехать, а только уткнуться бы лицом в подушку, забиться в угол и спрятаться ото всех подальше, лишь бы не трогали меня. — Мисс Хартфилия, машина доставлена, — холодно сказал водитель мне в трубку. Я даже не заметила, как сняла ее. — Спускаюсь, — коротко бросила я и поднялась с пола, не забыв прихватить пакет с одеждой. Когда я нажала на кнопку отбоя, в глаза бросились оповещения, которые висели со вчерашнего дня. Сердце снова больно кольнуло. Несколько пропущенных от Эльзы, Грея и Джувии, а также смс от Леви, которая умоляла меня поднять трубку. Убрав телефон подальше, я принялась одеваться.***
— Драгнил, — раздался громкий голос, но парень даже не дернулся. — Ты собираешься здесь всю жизнь просидеть? — Даже если и так, — пофигистично ответил розоволосый, грозно посмотрев на сестру. — Тебе-то что? — Не груби, — глубоко вздохнул Фуллбастер, усаживаясь на диван рядом с другом. — Ты как? — А как бы ты себя чувствовал на моем месте? — горько усмехнулся Нацу. — Может тебе стоит с ней еще раз поговорить? — тихо предположила Эльза, усевшись на кресло напротив парней. — О чем? — в тон ей ответил юноша. — Я понимаю ее, она беспокоится из-за того, что ее отец может отыграться на мне или ком-то из вас, если она его разозлит. — Но все же... — Это ее выбор, — сухо сказал Саламандр. — И я не собираюсь навязывать ей свое мнение и поддержу ее, чтобы она не решила. — Ну, тогда поднимай свою задницу с дивана, — сказал Грей, утешительно положив свою руку на плечо друга. — Время поджимает. Тяжело вздохнув, парень поднялся с места и направился в сторону шкафа. Оставалось только гадать, что у этой блондинки творится в голове. Если она уедет, то ему хотелось бы попрощаться с ней, чтобы не расставаться на такой ноте. Она ворвалась в его жизнь подобно урагану и также стремительно уходит дальше, а хочется еще хоть немного покружиться в этом вихре чувств и эмоций, которые девушка внесла в его жизнь.***
Люси вышла из подъезда своего дома и замерла на месте, после того как сделала два шага. — Мисс Хартфилия, поторопитесь, — сказал водитель, услужливо открывая заднюю дверцу машины. Еще секунду девушка стояла не в силах пошевелиться. Смятение, что еще недавно не отпускало ее сейчас испарилось, не оставив и следа. Как она могла забыть? Как могла забыть такую важную вещь? — Нет, — резко крикнула она и, пока мужчина в форме растерялся, кинулась к машине, что вчера ей подарили Грей с Джувией. Быстро завела мотор и рванула вперед, не обращая внимания на недовольные крики водителя. Вчера она сбежала, не объяснила, не поговорила с Нацу. Побоялась спуститься к друзьям, посмотреть им в глаза, поэтому воспользовавшись пожарной лестницей, она добралась до машины и уехала домой. Одному Богу известно, как девушка вообще справилась с ней, ведь никогда не сидела за рулем настоящего автомобиля, благо, что здесь все было автоматизировано по последним технологиям. Вот и сейчас. Адреналин в крови зашкаливал, вдавив педаль газа в пол, она сконцентрировалась на дороге. В четвертый день. Они сидели с Драгнилом, он рассказывал блондинке правду, которую так старался скрыть Джудо. Она совсем позабыла о решении, которое приняла. Ни за что. Ни за что на свете она не откажется от него, не выйдет замуж за другого. Не станет более подчиняться человеку, который и отцом-то ей не считается. Нацу — единственный человек, который ей нужен, и она не отступится. Он дает ей силы, он ее поддержит. И даже если она его вчера сильно обидела, девушка знает, что он рядом. Решение, что она приняла: она ни за что не покинет парня и ни за что не предаст. Ради него она готова на все и не позволит Джудо навредить кому-то из его близких. Машина резко остановилась у ворот в особняк Хартфилиев, который она ненавидела всем сердцем. Поэтому и поставила Джудо условие, что она станет учится там, куда он ее определит, но будет жить отдельно, и мужчина снял ей квартиру в центре города. Громко хлопнув дверцей, она быстрым шагом направилась в сторону ворот. Те мгновенно распахнулись, а удивленная охрана поприветствовала дочь их хозяина, тут же доложив ему о ее неожиданном визите. Дверь кабинета резко распахнулась и в него буквально влетела блондинка, сзади металась личная охрана Хартфилия, которая не знала, как им действовать. — Люсьена, что ты себе позволяешь? — раздался грубый и недовольный голос Джудо. — Что за наглость? И почему ты вообще здесь, а не в самолете? — А потому что, папочка, — это слово она буквально выплюнула блондину в лицо. Его голос породил в душе сомнения, но вспомнив об одном юноше, она вновь собралась с силами. — Твоей доченьке очень хочется с тобой поговорить. Только вот являюсь ли я таковой для тебя? — Оставьте нас, — холодно бросил мужчина охране и те мгновенно скрылись за закрытыми дверьми. — О чем ты говоришь, Люсьена? — О чем я говорю? — усмехнулась девушка. — О том, что ты врал мне всю мою жизнь! — громко закричала она, срываясь на визг. — Врал о моей матери, врал о том, что ты мне отец! Я не знаю, что произошло между тобой и Игнилом, но ты не имел права лишать его жены! — А он имел право лишать меня сестры? — потеряв самообладание, закричал Хартфилий, подрываясь из кресла. — Тебе никогда не понять, что я чувствовал, когда Лейла умирала у меня на руках! — Ты прав, — вдруг совершенно спокойно сказала Люси, прикусив нижнюю губу. — Но это не повод врать мне о моей матери. Я должна была знать! Должна была знать ту, которая породила меня! Почему я помню Мирану? — громко, захлебываясь слезами, продолжала блондинка. — Почему помню, как мы всей семьей праздновали Рождество? Почему помню свои дни рождения с ней?! Расскажи мне правду, немедленно! — Она была нашей гувернанткой, но звали ее просто Мира, — тихо сказал Джудо. — Когда ты была маленькой, то назвала ее мамой и я решил, что будет лучше, если ты продолжишь так считать. Лейла была слишком дорога для меня, ее потеря стала большим, чем просто ненависть к Драгнилам. Вызывало отвращение все, что было связано с ней и ее единственная дочь, рожденная в день ее смерти, стала самым ужасным напоминанием о том дне. Люси вновь закусила губу и крепко сжала кулаки до побеления костяшек, она должна дослушать. Должна. — С появлением Мираны, я мог спокойно не видеть тебя долгое время, лишь изредка появляясь на праздники, — продолжал рассказ Джудо. — Но восемь лет назад за два дня до твоего дня рождения и до годовщины смерти Лейлы, умерла и сама Мирана от неизведанной болезни. — Почему ты сказал, что она умерла в день моего рождения? — процедила сквозь зубы блондинка. — Не знаю, — честно признался Хартфилий. — Наверное из-за той же смерти Лейлы. — Я все поняла, — кивнула головой Люси и развернулась к выходу. — А потому немедленно сообщаю вам, что никакой свадьбы не состоится, и никуда я не поеду. — Ты не посмеешь! — закричал мужчина, кидаясь в след за племянницей. — Вернись немедленно! — Я благодарна, что вы рассказали мне правду, мистер Хартфилий, — спокойно сказала Люси, посмотрев на него через плечо. — Но я не ни на секунду не задержусь в этом доме. Вчера был день моего совершеннолетия, о котором вы, разумеется, забыли, а значит, что я сама вправе решать, что мне дальше делать, и вы мне не указ. — Я лишу тебя наследства! — кричал Джудо. — Не очень-то и хотелось, — фыркнула Люси, ни один мускул на лице не дрогнул. — Я убью каждого, кто тебе дорог! — продолжал сыпать угрозами мужчина и эта фраза подействовала. Хартфилия развернулась и медленно подошла к нему. — Ты не посмеешь, — прорычала она. — Нет, не так. Только попробуй хоть пальцем тронуть кого-нибудь из них, — ее взгляд был стальным, в нем читалась уверенность в своих действиях. Ни капли страха. — И ты пожалеешь, — договорив последнее слово, она бросила перед ним пакет с дурацким платьем, что пару недель назад доставил курьер отца, то, которое она должна была надеть на встречу с будущим женихом. Затем девушка развернулась и вновь направилась к выходу. — Люсьена! — раздался позади хриплый голос, почему-то блондинка почувствовала, что должна повернуться. Так она и сделала. Ее взору предстал мужчина, который схватился рукой за свою рубашку в области сердца, еще секунда и он начал падать на пол. — Джудо?! — закричала Люси, мигом кидаясь к блондину. — Помогите, кто-нибудь! Скорую, скорее! В кабинет сразу ворвалось двое парней в форме, незамедлительно подскочив к хозяину, один из них разорвал на том рубашку и принялся делать непрямой массаж сердца. Второй контролировал пульс и набирал телефон скорой помощи. Хартфилия стояла и с ужасом наблюдала за их действиями, прикрыв рот руками. Сейчас девушка сидела на лавочке около особняка. Телохранители Джудо и горничные сразу выставили ее на улицу, чтобы та успокоилась и привела мысли в порядок, а также чтобы не видела происходящего. Только что в дом забежали люди в белых халатах и скрылись за дверью кабинета. — Люси! — раздался обеспокоенный голос впереди блондинки, та сразу же подняла на него голову. На огромной скорости к особняку приближалась аловолосая девушка, вид у нее был под стать голосу. — Эльза? — удивилась Хартфилия. — Я... я… — Я все знаю, — ласково сказала Скарлетт, заключая девушку в свои объятия. — Все хорошо, Люси, успокойся. — Я... — продолжала мямлить блондинка, слезы вновь потекли по ее щекам. — Прости, я обещала... я... — Мисс Хартфилия? — в главном входе показалась голова одной из горничных. — Вас просят пройти в кабинет. — К-конечно, — согласилась девушка, вытирая слезы тыльной стороной ладони. — Хочешь я пойду с тобой? — спросила Эльза, выпуская блондинку из объятий. — Нет, — Люси поднялась со скамьи. — Я сама. — Я подожду тебя здесь, — кивнула Скарлетт, обеспокоенно посмотрев на подругу, что сейчас скрылась за дверью. — Эльза? — спросил Грей, отвечая на входящий звонок телефона. — Да. Ага. Что? Ясно. Да, хорошо. Увидимся, — нажал на кнопку отбоя Фуллбастер. — Люси поехала в особняк, — сказал брюнет, поворачиваясь к своему другу, что сейчас сидел рядом. С утра они разбились на две команды и отправились в две точки, куда могла прибыть Хартфилия. Нацу и Грей отправились в аэропорт, чтобы попрощаться, если девушка решится покинуть страну. А Эльза и Джерар в особняк Хартфилиев, чтобы помочь в случае чего, если блондинка поедет разговаривать с Джудо. И сейчас, когда Нацу услышал, что она решила рискнуть, облегченный вздох сам сорвался с его губ. — Но что-то случилось с Джудо, — продолжил Фулбастер. — Они привезут Люси к ней в квартиру, там и встретимся. — Хорошо, — кивнул Саламандр, поднимаясь со своего кресла и направляясь в сторону выхода из аэропорта. Почему-то теперь он стал уверен в том, что все будет хорошо.***
Еще несколько часов Люси пришлось проторчать в особняке. Когда она зашла в кабинет, оказалось, что врачи не успели, а телохранители не смогли помочь Джудо, и он скончался от сердечного приступа. Несмотря на то, каким он был человеком, что врал девушке всю ее жизнь, угрожал и не давал спокойно жить, она все равно разрыдалась, и врачам пришлось вколоть ей успокоительное. Секретарь Хартфилия тут же позвонила его главному партнеру по бизнесу и сообщила о кончине Джудо. Напарник приехал буквально через час со своим адвокатом и горой бумаг, из которой оказалось, что юная девушка не имеет и копейки с наследства мужчины. Все компании, счета и даже особняк принадлежит деловому партнеру Джудо. Хартфилия даже не стала смотреть бумаги, но Эльза все досконально прочла и только подтвердила их слова. Действительно, оказывается, что Хартфилий нацелился на то, чтобы выдать Люси замуж и избавиться от нее, поэтому в наследстве он написал, что все имущество отходит Тому — тому самому напарнику. Этот Том сказал девушке, что его не волнуют ее проблемы, и она должна немедленно съехать из квартиры, которую снимал ей Джудо. В таком раздавленном состоянии Эльза кое-как довела Люси до машины, где их все это время ждал Джерар. Парень и словом не обмолвился, решил ничего не спрашивать, увидев двух девушек, лишь завел машину и повез их домой к Хартфилии. Стоило Люси переступить порог квартиры, как она упала на колени и зарыдала во всю мощь легких. Нет, она плакала не из-за того, что ей не достанется наследство, дом и прочее, а из-за того, что скончался последний близкий ей человек, пусть он и был редкостной сволочью. Эльза тут же подскочила к подруге, утешающе притянув ее к себе, а Джерар вновь почувствовал то напряжение, которое витало в машине на протяжении всей их поездки. — Вы вернулись? — раздался голос из кухни и в прихожую вышел брюнет, увидев двух девушек, сидящих на полу, одна из которых еще и заливала слезами все вокруг, он застыл на месте, не зная, что ему дальше делать. Подняв глаза на Джерара, он понял, что парень чувствует себя также неловко. Следом за Фуллбастером в коридор вышел Драгнил и также застыл, наблюдая за девушками. Люси, будто почувствовав на себе его взгляд, подняла на него свое лицо, по которому ручьем текли слезы. Еще секунду они неотрывно смотрели друг на друга, а в следующую одновременно подорвались и кинулись навстречу своей второй половинке. — Люси, я... — начал парень, крепко прижимая всхлипывающую Хартфилию к себе. — Нацу, прости, — перебила она его, уткнувшись носом в его широкую грудь. — Я не должна была... Нужно было... Я хотела… Я забыла, что... — Я все понимаю, — ласково прошептал юноша, запустив свои руки в ее золотые локоны. — Все хорошо. Я рядом. — Спасибо, — прошептала Люси и начала медленно погружаться в темноту. Успокоительное дало о себе знать.***
Открыв глаза, Хартфилия долго не могла понять, где находится и что за голоса звучат повсюду. — Проснулась? — раздался рядом звонкий голосок. — Ребята, Люси проснулась! — Леви, зачем так кричать? — сказала блондинка, когда смогла понять, кому принадлежит этот голос. — Где я? Что происходит? — Ты у Нацу дома, — спокойно сказала вошедшая в комнату Эльза. — У Нацу? — ошарашенно переспросила Хартфилия, озираясь по сторонам. — Как я здесь оказалась? — Эльза рассказала нам о событиях в особняке, — сказал Джерар, который сейчас подпирал стену. — И мы отвезли тебя сюда, — дополнил Грей, что сейчас тоже зашел в комнату. — А также все твои вещи, — радостно продолжила МакГарден. — Твою машину тоже подогнали к его дому, — вставил свое слово Гажил, ловко вертя в руках ключи от машины Хартфилии. — Не понимаю, — прохрипела она. — Что непонятного? — в дверях показалась розоволосая макушка, которая сейчас радостно улыбалась. — Теперь ты живешь здесь. — Чего? — от такого заявления Люси подскочила на месте. — Что это значит? — То и значит, — спокойно ответила Эльза. — Мы собрали все твои вещи и перевезли их сюда. — А теперь нам пора, — сказал Грей, оглядывая всех друзей. — У них есть еще одно важное дело. — Удачи, Люська, — Леви крепко обняла подругу и скрылась дверью. Все ребята последовали ее примеру и быстро покинули квартиру, оставляя парочку наедине. — Давай начну я? — после долгого молчания сказал Нацу, которого эта тишина сильно напрягала. Люси лишь слабо кивнула, боясь поднять на парня глаза. — Я не обижаюсь на тебя за то, что произошло вчера, потому что прекрасно понимаю твои чувства. Это был сложный шаг для тебя, когда столько всего свалилось на твою голову, а я вместо того чтобы помочь, просто ушел. — Ты не виноват, — тихо сказала Люси. — Я... — Я не договорил, — перебил ее Драгнил. — Но сейчас я ни за что не оставлю тебя одну. Ты стала самым важным человеком в моей жизни за какую-то неделю, — продолжал розоволосый, не отрывая взгляда от девушки. — Нет, вру. Еще раньше. В день нашего знакомства ты уже стала для меня чем-то большим, и я ни за что не намерен упустить тебя. И повторюсь, я понимаю, что сейчас столько всего на тебя свалилось, но я прошу, — он на секунду задумался. — Нет, умоляю, останься со мной, я люблю тебя, Люси. — Нацу, — прошептала девушка одними губами, но парень ее прекрасно понял. Она наконец подняла на него свой взгляд. — Я не умею красиво говорить, и пусть мои слова прозвучат глупо. Но ты стал для меня принцем, тем, кого я ждала всю свою жизнь. И если в начале меня можно было назвать принцессой, — горько усмехнулась Люси. — То сейчас я таковой явно не являюсь, скорее Нищенкой, — грустно улыбнулась Хартфилия. — Но позволь мне быть всегда с тобой рядом, потому что я тоже люблю тебя, Нацу. — Глупая Люси, — заключая девушку в свои крепкие объятия, сказал Драгнил.***
Прошло три дня с того момента, как Хартфилия переехала жить к Саламандру, перестав снимать свою квартиру. За это время девушка успела уволиться из журнала, где работала моделью, и найти себе работу по специальности в какой-то крупной компании, на руку сыграло то, что она с отличием закончила элитную академию. Оказалось, что владельцем компании является никто иной, как Игнил Драгнил — отец Нацу, который, кстати, оказался настоящим принцем и наследником огромной корпорации. В квартире они жили втроем — парень, Люси и заметно подросший комочек голубой шерсти — Хэппи. Все эти дни Хартфилия провела словно в настоящей сказке. Эльза приняла решение распустить команду, да и вообще завязать с поединками, предпочла мирную жизнь с Джераром. Гажил с Леви уехали отдыхать куда-то на все лето, Грей и Джувия последовали их примеру, отправившись в какое-то жутко романтичное и уединенное место, где он собирается сделать девушке предложение. От Каны с Лексусом давно не было никаких вестей, должно быть они тоже проживают жизнь на полную катушку, зная Альберону. На третий день переезда Хартфилия продолжала разбирать коробки и в одной из них наткнулась на маленькую бархатную коробочку. Она аккуратно открыла ее и с грустной улыбкой посмотрела на небольшое колечко, что в ней находилось. Сзади послышался шум, и девушка обернулась. Ее взору предстал довольный Драгнил, что стоял в центре комнаты с огромным букетом цветов. — Попытка номер два, — усмехнулся Нацу, вставая на одно колено. — Люси, ты... — Я согласна — радостно рассмеялась девушка, бросаясь на шею розоволосого.Конец.
