АлекСандра

Алек Джейн. Уже второй день я ее избегал, но это не могло больше продолжаться. Рассерженная, сестра просто молча смотрела на меня, ожидая объяснений. - Я был занят, сестренка, ничего серьезного. - Тогда почему тебя не было утром на собрании? Аро о тебе спрашивал. - Потому что я знал, чего ожидать. Состоялась казнь того болтливого новорожденного, ведь так? - Да, верно. - Он был еще совсем зеленый. И нарушил правила только потому, что их ему никто не объяснил. Аро мог бы проявить милосердие. - Ты осуждаешь решение господина?! – Возмутилась Джейн. – Все прошло быстро, преступник не мучился. Разве это уже не милосердие? Я понимал, что спорить с ней на данную тему бессмысленно. Но как же мне иногда хотелось, чтобы сестра увидела истинное лицо наших правителей. С другой стороны, ее непоколебимая верность гарантировала Джейн безопасность, чего уже нельзя было сказать обо мне. - Ты права. – Пошел я на попятную. – Мы не должны обсуждать решения правителей. Лицо Джейн смягчилось. - Брат, если ты закончил свои загадочные дела, может, прогуляемся по замку? Только ты и я. Я кивнул, и мы не спеша двинулись по коридору. Множество вампиров из свиты и охраны находилось здесь в это время. Я встретился глазами с Хайди, беседующей с Феликсом. Она на миг задержала взгляд на моем лице и затем продолжила разговор. Благодаря Хайди, многое изменилось в последнее время. К счастью, кроме нас двоих этого никто не заметил. Но Хайди беспокоилась из-за моей сестры: если Джейн что-нибудь заподозрит, то Аро тут же обо всем узнает. Никогда не мог до конца понять их крепкой до необычности связи: главного Вольтури и моей сестры. Хайди знала все о взаимоотношениях вампиров внутри клана. Используя свой дар, она во многом их и контролировала. В последние месяцы Хайди очень много объяснила мне: как именно она скрепляет узы между вампирами в клане и как она чувствует уже существующие связи. Так, она ощущала неразрывную связь между мной и моей сестрой. Хайди была единственной, кто, пусть и не сразу, но догадалась, что в клане Вольтури меня держит именно привязанность к Джейн, а вовсе не верность Аро, Каю и Марку. Она никому не рассказала об этом и даже перестала влиять на меня с помощью своих способностей. Тогда искусственное внушение преданности по отношению к Вольтури прекратилось, и я смог, наконец, взглянуть на всю картину трезво. Почти сразу я понял, что у меня нет никакого желания оставаться в клане. Но оно было у Джейн, а я не мог ее оставить. Я оставил все, как было. Единственным вампиром, который меня действительно понимал, стала Хайди. Это было преимущество (или недостаток?) ее дара: внушая другим вампирам верность Вольтури, наращивая ее с каждым днем, она не могла заставить быть беззаветно преданной саму себя. Поэтому она видела все вокруг словно моими глазами, без предвзятости. Нас преследовала мысль об уходе из клана. Постепенно она стала навязчивой идеей. Но мы не представляли, как это осуществить. Нам были известны только два вампира, которым удалось покинуть замок, когда они этого захотели. Первый, Карлайл Каллен, был старым другом Аро. Он не обладал никаким особенным даром, и Аро его отпустил. Другой, Елеазар, был одаренным. Мало вампиров об этом знают: чтобы уйти вместе со своей возлюбленной он дал Вольтури наводку на очень талантливого вампира. С тех пор он находился в свите Аро. А что же могли предложить мы с Хайди взамен трех сильнейших даров: моего, ее и Джейн? Сестру я намеревался забрать с собой, хоть и понимал, что это будет сложно. Хайди относилась к моей идее скептически, но я надеялся предложить Аро Сандру, если у той будет сильный дар, когда она превратится в вампира. Будет ли этого достаточно? И смогу ли я обречь эту девушку на то же существование, от которого сам так жажду сбежать?