Поздравляю, теперь нас будет трое.

[Никакой нагрузки. Просто расслабьтесь и получайте удовольствие] — Кажется, все, — задумчиво пробормотал я, осматривая только что убранную комнату. Бардак здесь был приличный, поэтому на уборку я потратил несколько часов. Найту же поручил привести в порядок прихожую и ванную. В гостиной, где ночевали какое-то время Арни или же Мэтью, было чище всего. Поправив одеяло на кровати, я опустился на колени, заглядывая под нее. — Часы? — с трудом дотянувшись, я вытащил на свет полюбившийся мне будильник. Поправка. Уже не работающий бывший любимый будильник… — У Арина такое лицо, будто каждое мое действие анализируется, — признается Найт, входя в комнату. На нем только домашние штаны, да и полотенце на влажных плечах. Это заставляет смутиться и отвести взгляд. — Не доверяет, но это ведь нормально, да? Он подходит ко мне со спины и чуть наклоняет голову в мою сторону, отчего капли с его влажных волос попадают мне на плечи. Найт замечает это и практически сразу опускает полотенце на голову. — Прости, давай купим что-нибудь новое? Мне бы хотелось обновить дом небольшими мелочами, а тебе? — Было бы здорово. Я схожу в душ. — Хорошо, принесу тебе полотенце.

***

Не понимаю. Почему я так волнуюсь? Я упираюсь лбом о кафельную плитку, подставляя струям свою спину и плечи. Когда Найт не знал о моих чувствах, я был куда спокойнее, чем сейчас, но почему? Он же сказал, что делает это и для себя, а не только для Арина. Возможно ли, что я боюсь, что часть истории его отношений с Джуви повторится со мной?.. — Нет, — я резко выпрямляюсь. — Мне стоит прекращать думать о лишнем. Для таких случаев есть Лоренс, который, кстати, отреагировал на все вполне спокойно, хотя, если обратить внимание на его голос, то он был вполне раздраженным. Стоп! Опять я за свое! Вздохнув, я выключил воду и, уцепившись за мягкое полотенце, потянул на себя, чтобы обтереться. Здесь лежали лишь мои черные плавки и свежая футболка Найта. Должен ли я ее одеть или снова забиваю свою голову разными глупостями? Хорошо, одевшись, я направился в сторону спальни. Ну почему я так волнуюсь?! (Прим. беты: «Потому что ты дурак, лол)») Спит? Нет, не скажу, что я был разочарован, но… Комната, что встретила меня тишиной и темнотой, явно настроение не поднимала… Зато так никто не увидит моего разочарования. Я на цыпочках стал приближаться к кровати. Благо Найт всегда спал с правой стороны и никаких лишних казусов не предвидится. А может мне стоит взять подушку и свалить в гостиную? Но он же вечно возвращает меня обратно… — Ты долго, — я вздрогнул, когда тишину комнаты нарушил его голос. — Уже хотел отсчитывать триста секунд, прежде чем пойти за тобой в гостиную. Пойти за мной?.. — Я люблю воду, — смущенно признался я, пытаясь в темноте нашарить кончик одеяла. Рука неуверенно скользила по одеялу, пока не наткнулась на ладонь Найта. Я чуть не вскрикнул. Мужчина усмехается, одергивает одеяло, приглашая меня забраться к нему. Одно на двоих? Раньше у меня было свое личное, а тут… Сглотнув, я неуверенно лег рядом, повернувшись к нему спиной, пусть тут и темно, но я боюсь, что он увидит мое волнение и смущение. — Все в порядке? — тихий шепот на ушко. Широкая ладонь касается моего живота и Найт одним движением притягивает меня к своей груди. — Знаешь, я сейчас волнуюсь. Пусть мы и раньше спали вместе, но сейчас все как-то по-другому. Ты чувствуешь это? Кивок. Я даже слова не могу выдавить. — Знаешь, сейчас я больше похож на… гея, что пытается свернуть натурала на голубую дорожку, — Найт нервно рассмеялся, уткнувшись носом в макушку моих влажных волос. — Твоя странность передается и мне… — И в чем же ты сейчас странный? — негромко спрашиваю я, пытаясь повернуть голову в его сторону, но замираю, когда его губы касаются моего уха. — Мне безумно хочется узнать, что будет, если я сделаю так, — шепчет он, скользнув языком по мочке. Я выдохнул. — Позволишь ли ты моей руке спуститься чуть ниже, — под стать его словам, рука Найта опускается к резинке боксеров. Указательный палец ненавязчиво поглаживает кожу рядом с ней. — Н-найт… — Разрешил, — судя по голосу, он улыбнулся. Большим пальцем мужчина поглаживал меня через тонкую ткань по члену, остальные же скользили по внутренней стороне бедра. — П-пожалуйста… Я не знаю, чего я просил или же желал. Легкие поглаживания, нежные поцелуи — все это было для меня в новинку. Обычно, даже будучи снизу, всеми ласками занимался я, не получая ничего, кроме растяжки и поцелуев, взамен. Да, он был неуверенным, но безумно искренним. Только из-за этого уже невозможно не полюбить его. Дыхание участилось у обоих, когда он полностью накрыл мой член. — Странное ощущение, — сбивчиво шептал он, дразня поглаживая меня там. Мужские пальцы то надавливали, слегка обхватывая поднимающийся член, то касались почти невесомо. — Вроде бы ласкаю тебя, а возбуждаюсь я… Я отклонил голову насколько это возможно, подставляя изгиб шеи под россыпь легких поцелуев. Он спустился ими до плеча, слегка прикусил кожицу, лизнул, будто пробуя на вкус, не прекращая поглаживать мой член через эти чертовы плавки… — Поцелуешь меня? Он все-таки спрашивает, не утверждает. Дожидается, когда я разверну к нему лицо, забирается рукой под ткань и только тогда целует. Я выгибаюсь ему навстречу, постанывая в губы, когда его пальцы плотно обхватывают мой орган. — Я никогда не делал это парню, — признается он, разрывая поцелуй, — поэтому, если что не так, прости. И он снова накрывает мои губы, разворачивает на спину, нависая надо мной. Обхватываю его за плечи и поддаюсь его ловким умелым поцелуям. Боже, да у него же даже паста мятная! Большой палец скользит по головке, поглаживает, возбуждает, растирая капли смазки по стволу. Член становится скользким и тогда он плавно опускает руку вниз, затем вверх. Немного неуверенно, сжимая чуть крепче, чем нужно, но до чертиков возбуждающе, хотя бы потому, что это делает он. Человек, которого я так люблю и безумно хочу. Мои пальцы зарываются в тёмные волосы, оттягивают длинноватые пряди, заставляя мужчину довольно прорычать. Его язык выскальзывает из моего рта, заставляя следовать за ним, и уже сплетает вне рта. Это так пошло, возможно, даже грязно, но я так хочу. Прямо здесь и сейчас. Почувствовать его внутри себя. Глубоко, ближе, чтобы сорвать голос, без возможности что-то говорить на следующий день. Несмотря на то, что он только еще пытается, несмотря на то, что его сын мирно спит в соседней комнате. — Найт, — мой голос дрожит. Я весь раскрасневшийся, влажный и до чертиков желающий секса. Секса с ним. С тем, кого действительно люблю. — Сейчас, — он не понимает или старательно делает вид. Найт целует меня в лоб и исчезает в темноте этой комнаты. Куда это он? Я приподнимаюсь на локтях, пытаясь разглядеть этого непонятного для меня мужчину, но почти не получается. — Прости, кажется, их здесь нет. Кого? Презервативов? Что за глупость. Если ты хочешь, то можешь это сделать в меня. Я хочу это сказать вслух, но Найт не дает мне. Он снова возвращается, коротко целует и заставляет усесться на его колени. Мои руки сразу же занимают свое законное место на его плечах, а губы встречаются с чужими. Приоткрываю рот, пропуская его язык и отдаю всю эту чертову инициативу. Ты можешь делать со мной все, что угодно. Даже если будет больно, а мне будет. Я это понимаю хотя бы потому, что руки мужчины мягко поглаживают мою спину и бедра, не уделяя времени анусу. Может он не знает про растяжку? Должен ли я ему сказать? Ведь последний секс у меня был так давно и это будет явно больно. Но если он не захочет этого сделать? Должен ли я сам себя растянуть? А как же смазка. — Я слышу, как активно работает твой мозг, — шепчет любимый, мазнув губами по щеке. — Разве не я должен волноваться? Просто отключись и получай удовольствие. Легко сказать. Это не у тебя сносит крышу от того, что твой член прижимается к другому. Рука Найта скользит по позвонку. «Вот оно», — думаю я, но мужчина совсем не спешит туда. — Н-найт… Свободной рукой он обхватывает наши члены, прижимая головку к головке, поглаживая их большим пальцем. От того, что я сижу у него на коленях, они практически на одном уровне. — Х-хочу с-сам, — мой голос вновь дрожит. Его ладонь на моей спине, пальцы на члене и эти поцелуи в шею — просто сводят меня с ума. Больше всего я хочу повалить на спину Найта и оседлать его просто так, без растяжки. Но я понимаю, что для Найта это все впервые, поэтому мы будем играть по его правилам. Найт усмехается, отпуская свой член. — Тогда я слезу? — Хорошо, — неуверенно. Кажется, кто-то теперь думает, что делает что-то не так. Черт. Я становлюсь на четвереньки боком к нему. Беру одну из его рук и накрываю свой пах, вторую же опускаю на макушку. — Я буду не против, если ты будешь меня направлять? — Направляяя… — Найт простанывает, когда я касаюсь губами его головки. Он такой возбужденный, сладкий, горячий. Одной рукой я придерживаю его у самого основания, второй крепко упираюсь в кровать. На выдохе вбираю в рот. Сначала совсем немного, но с каждым толчком все глубже. Его пальцы сжимают мои волосы. Кажется, ему понравилось. — Крис-тиан… — неуверенно, надрывно. Но я не обращаю на это внимание, лишь продолжаю двигать головой. Постепенно Найт подстраивается под мой такт, двигая рукой по моему члену. Вверх-вниз. Движения плавные, нежные, но так хочется… Рука Найта надавила на мою голову, заставляя резко опуститься. Понимает. Глубже, резче, желая вобрать его полностью. Если это Найт, то здесь нет ничего противного. Снова и снова, раз за разом, пока не начинает потряхивать меня и пока я не чувствую, как твердеет его плоть. -Крис-тиан… Кивнуть не получается, вместо этого вновь резко опускаюсь вниз, желая коснуться носом его жестких волос. Найт понимает. Движения его все быстрее и быстрее. Больше не могу. Взрываюсь, пачкая постель, себя, но не успеваю очухаться, так как мою голову резко опускают вниз и, наконец, его семя выстреливает мне в глотку. С трудом, но проглатываю, выпускаю плоть изо рта, облизывая испачканные губы. — Прости меня… Самая странная фраза после недосекса. Но это ведь Найт, а это занятие любовью. — Мне никогда не было так хорошо, — шепчу я, позволяя перетащить меня на него. Там меня и оставляют. Влажного, довольного и обляпанного, но ни меня, ни Найта это не смущает. — Будет же лучше? Я усмехаюсь. Хочет сказать, что осмелится зайти дальше? Верно, мы же пытаемся. Я с трудом приподнимаю торс, желая хоть немного нависнуть над Найтом. Как же дрожат мои руки. — С тобой иначе быть не может, а другие мне не нужны, — уверенно шепчу я, смотря туда, где, по идее, должны быть его глаза. — Не знаю, насколько ты поверишь, но я люблю тебя, Найт. С самой первой встречи в парке, которую ты даже не знаешь. — Я не знаю насколько по мне видно, — в тон мне отвечает мужчина. — Но ты понравился мне в тот момент, когда попытался убить меня коробками. Когда пытался убить меня своим голым телом, перешёл на следующую ступень. Я, правда, не знаю, во что выльется наша любовь или равноценная она твоей, но знаю точно, что никогда тебя не отпущу и не позволю никому к тебе прикоснуться. Ведь с самого начала ты предназначался именно мне. Я сейчас был достаточно романтичным? Я рассмеялся, уткнувшись лбом в его плечо. — Только ты можешь после оргазма довести еще и до смеха. Мы ненормальные, Найт. — Да уж, семейка психов…