Сказка Леголаса

      … Трандуил сидел на троне, и держал на руках Каэльлана, который с жадностью наминал лембас.       - Вот доешь хлебушек, и я велю служанкам принести тебе чего-нибудь вкусного.       - Я хавчу кахфет, - с набитым ртом проговорил маленький эльф.       - Сначала прожуй, а потом скажи, что хотел, - строго произнес король.       Мальчик проглотил очередной кусочек хлеба, и повторил свою просьбу:       - Дедушка, я хочу тех конфет, которые ты мне вчера давал. Они вкусные, - Каэльлан зажмурился, представляя, как ест сладости.       Трандуил рассмеялся, глядя на довольное лицо внука, и произнес:       - Вот папа приедет с обхода, и мы его спросим, можно ли тебе есть конфеты. А то в прошлый раз он очень ругался.       - Ну-у-у-у-у-у-у-у-у, - расстроенно проговорил маленький эльф, - дедушка, папа не разрешает мне есть так много вкусностей. Давай ты мне дашь конфеты, и мы ему ничего не скажем, - ребенок заговорщицки посмотрел на дедушку, заставив его снова засмеяться.       - Посмотрим, - весело ответил внуку владыка Лихолесья. – Все зависит от того, когда твой папа вернется. Ведь я могу дать тебе сладости, а он войдет, все увидит, и накажет нас обоих, - Трандуил сделал круглые глаза, имитируя испуг.       Каэльлан расхохотался так, что выронил остатки лембаса.       - Ой, - сконфужено произнес мальчик, и покраснел.       - Ничего страшного, - король погладил внука по волосам, - я не расскажу твоему папе, что ты не доел хлеб… Кстати, - тон золотоволосого эльфа стал обеспокоенным, - что-то Леголаса слишком долго нет. Уж не случилось ли чего…       Не успел владыка Лихолесья договорить, как в тронный зал вбежал запыхавшийся стражник. Резко упав перед своим королем на колени, эльф сбивчиво проговорил:       - Ваше Величество… Ваш сын прибыл… Он ранен.       Лицо Трандуила несколько раз сменило выражение. Сначала из улыбающегося дедушки он превратился в надменного владыку, недовольного тем, что его потревожили. А на последней фразе воина король сильно побледнел. Его лицо выдавало в нем отца, испугавшегося за своего ребенка. Трандуил резко встал, держа на руках Каэльлана, который не успел толком понять, что же все-таки произошло, и, совладав с эмоциями, грозно спросил:       - Где он? Где мой сын?!       - Наши воины отнесли его в восточную часть замка, к знахарям, - не поднимаясь с колен, и продолжая смотреть в пол, дрожащим голосом проговорил рыцарь.       - Позови Таллона, и скажи ему, чтобы немедленно шел туда, - не меняя тона, произнес король.       - Да, Ваше Величество, - успел сказать в след быстро удаляющемуся Трандуилу.       - Дедушка, - запищал испуганным тоном маленький эльф, - где папа? Что случилось? – ребенок начал хныкать.       - Мы идем к нему, Каэльлан, - еще не успев выйти из образа бездушного владыки Лихолесья, произнес король. – Веди себя достойно, ты из королевской семьи…       - Дедушка, - мальчик заплакал еще сильнее, - почему ты так со мной разговариваешь? Ты злой! Я хочу к папе! – он начал вырываться.       - Малыш, прости, я… не хотел, - король тряхнул головой, сбрасывая с себя маску безразличия. – Я просто сильно испугался за твоего папу…       В голове Трандуила была какая-то каша. Он не знал, насколько опасно ранение Леголаса, и это просто убивало золотоволосого эльфа. От мысли о том, что его единственный сын может умереть, у короля сжалось сердце.       - Я хочу к папе! Где мой папа?! – не переставал рыдать ребенок, интуитивно предчувствуя беду.       - Пожалуйста, малыш, не плачь, - пытался успокоить внука его дедушка, быстро и одновременно грациозно передвигаясь по коридору, ведущему к комнатам знахарей. – Мы сейчас к нему придем.       Мальчик уткнулся носом в серебряную мантию короля, а пальцами правой руки принялся нервно дергать его за волосы.       - Все будет хорошо… Все будет хорошо, - тихо повторял Трандуил, уже не понимая, кого он пытается успокоить, своего внука или себя самого.       Наконец эльфы добрались до покоев, возле которых стояло два стражника, а за дверями комнаты слышались голоса и непонятная возня. Король так гневно посмотрел на своих подданных, что они расступились перед ним, не дождавшись его словесного приказа.       В комнате находилось несколько врачевателей, суетящихся вокруг сидевшего на краю кровати Леголаса, из правого плеча которого торчала моргульская стрела. Она прошла насквозь, и явно была отравлена, потому что принц был неестественно бледен, а его лоб покрывала испарина.       - Леголас… что… как… - только и сумел выговорить Трандуил.       Вид раненого сына окончательно выбил из колеи владыку Лихолесья       - Орки, - прохрипел принц. – Они что-то готовят… Я проследил за небольшим отрядом, - говорить эльфу было тяжело, казалось, он вот-вот потеряет сознание. – Я был неосторожен… Прости, отец, - пытаясь сдержать приступ боли, Леголас сильно сжал матрац, на котором он сидел.       - Ни слова больше… Расскажешь потом, - остановил принца его отец, и, одарив уничтожающим взглядом знахарей, присутствующих в комнате, грозным голосом произнес: - Если он не выживет, я лично избавлю ваши плечи от ваших бестолковых голов!       Старший из врачевателей, стойко выдержав гнев короля, подошел к нему и тихо сказал:       - Выйдете, пожалуйста, за дверь, и дайте нам сделать свою работу.       - Первой полетит твоя голова! – холодные глаза Трандуила наполнились яростью.       - Хорошо, Ваше Величество, это будет потом, а сейчас позвольте нам подлатать Вашего сына…       - Папа! – закричал Каэльлан, который все это время пытался вырваться из рук дедушки. – Папа! Я хочу к тебе! Папа!       - Все будет хорошо, маленький, - с трудом сдерживая стон, произнес Леголас, пока окружающие его эльфы снимали с него кольчугу. – Побудь с дедушкой, пока папу полечат, хорошо? – и, обращаясь к королю, сказал: - Отец, выведи его отсюда, пожалуйста. Он не должен этого видеть…       Трандуил кивнул, и направился с рыдающим внуком к выходу.       - Я узнаю, кто сделал твою броню, и велю отрубить ему голову, - бросил король, закрывая за собой дверь.       - Я не сомневаюсь, - выдавил из себя принц.       - Яд не успел сильно распространиться, - произнес все тот же целитель. – Это хорошо… - и, обращаясь к Леголасу, добавил: - Не переживайте, принц, Вы будете жить. Но боль все же потерпеть придется.       - Спасибо, - усмехнулся эльф. – А на счет боли… Это не первое мое ранение… Я уже привык.       - Ясно, - коротко сказал знахарь, и, посмотрев на своих собратьев по ремеслу, сказал: - Доставайте стрелу…

***

      …Держа на руках плачущего внука, Трандуил не находил себе места в ожидании того, когда за дверью наконец-то все кончится. Рядом с королем стоял Таллон, некогда лучший воин свиты Леголаса, назначенный теперь командиром роты войска короля, и, по-совместительству, лучший друг принца. Только ему Леголас разрешал присматривать за сыном, если по близости не было ни его самого, ни его отца. Эльф был готов в любой момент забрать Каэльлана из рук владыки Лихолесья, и отвести подальше от комнаты, в которой лечили Леголаса.       За дверью послышался громкий крик принца, заставивший его отца еще сильнее побледнеть и нервно вогнать пальцы левой руки в стену, на которую он опирался, продолжая при этом удерживать правой рукой вырывающегося мальчика. От стонов боли своего отца, ребенок заплакал еще сильнее, и прижался лицом к груди дедушки.       - Тише, тише, - зашептал Трандуил своему внуку, - все уже почти кончилось, - король поцеловал Каэльлана в макушку светлых волос.       - Пожалуйста, дедушка, я хочу к папе… - пальцы ребенка вцепились в локоны короля.       - Пока нельзя, маленький, - владыка Лихолесья обнял внука обеими руками, и принялся его легонько покачивать, - потерпи немножко…       Заплаканный мальчик явно был обессилен от переизбытка эмоций. Поэтому от раскачиваний дедушки его начало клонить в сон. Заметив это, Трандуил начал тихонько мурлыкать и напевать колыбельную, которую он недавно вспомнил, когда рассказывал внуку о своей жене. Глотая слезы и шмыгая носом, мальчик из последних сил боролся с сонливостью. В конце концов, ребенок сдался и задремал на руках у дедушки.       - Таллон, - шепотом подозвал воина король, - забери Каэльлана, и посиди с ним, пока он будет спать. А как только он проснется, принесешь его сюда.       - Да, Ваше Величество, - тихо произнес эльф, и принял из рук владыки Лихолесья его внука.       Когда, наконец, воин скрылся из виду, Трандуил разрешил себе выпустить немного эмоций. Он шумно выдохнул, и закрыл лицо руками. Нет, плакать он себе не позволил, лишь попытался подавить подступающие приступы паники. Вся напыщенность и холодность золотоволосого эльфа улетучилась сама собой, когда он осознал, насколько сильно он любит Леголаса.       - О, Эру Всемогущий, - прошептал король, - я не вынесу, если мой сын умрет. Сначала мой отец, потом моя жена, потом его жена… - в груди эльфа неистово жгло. - Я справлялся, как умел… Но только не он, только не мой мальчик…       Послышался звук открывающейся двери, из-за которой вышел тот самый врачеватель, позволивший себе дерзить Трандуилу. Король отнял руки от лица, уже даже не стараясь скрывать отчаяния, и с надеждой посмотрел на своего подданного.       - Стрелу мы вытащили, рану обработали, - спокойно произнес целитель. – Орочий яд не успел сильно отравить его тело. Но на то, чтобы он окончательно вышел из организма, нужно некоторое время.       - Я могу увидеть своего сына? – с мольбой в голосе спросил владыка Лихолесья, чем совершенно обескуражил знахаря.       Такая резкая перемена в поведении короля дала понять, что ему не чужды такие чувства, как боль и любовь. Эльф, чью голову Трандуил обещал отрубить первой, если умрет его сын, немного растерялся, и не сразу ответил на поставленный вопрос.       - Конечно, - придя в себя, произнес врачеватель. – Он сейчас без сознания, но Вы можете зайти.       Целитель открыл дверь перед своим королем, и тот незамедлительно вошел в покои раненого. Вид беспомощного Леголаса, лежащего на кровати с перевязанным плечом и грудной клеткой, отозвался глухой болью в сердце его отца. Принц тяжело дышал, и было видно, что у него горячка.       - Я могу остаться со своим сыном наедине? – тихо проговорил Трандуил, вперив свой взор в стену, чтобы не показывать присутствующим в комнате, насколько он уязвим рядом с обессиленным принцем.       - За ним нужен уход, - попытался заговорить с королем один из целителей.       - Я могу сам о нем позаботиться, - произнес владыка Лихолесья более жестким и уверенным тоном. – Я попрошу всех вас выйти, и подождать в соседней комнате. Я позову вас, если вы мне понадобитесь, - эльфы замялись в нерешительности, чем заставили Трандуила рявкнуть на них: - Я сказал, выйдете немедленно!       Испугавшись гнева короля, его подданные быстро ретировались из покоев. Оставшись вдвоем с сыном, владыка Лихолесья продолжал стоять и пялиться в стену, не решаясь подойти к Леголасу. Но принц сам обратил на себя внимание отца, когда начал бредить:       - Амара… Да, я помню, я обещал тебе… Обещал… Нет, я не брошу его… не брошу, - шумный вдох. – Не брошу… Не уходи, любовь моя… Не уходи… - эльф застонал, и его голос стал жалобней: - Мама… мама… - Трандуил вздрогнул и повернулся к сыну, - отец запретил мне… вспоминать о тебе… Мама, мне больно… Мама… Почему ты меня оставила… - Леголас заметался.       Сердце короля обливалось кровью. Он подошел к сыну, и, присев рядом с ним на кровать, осторожно положил ладонь на повязку. Владыка Лихолесья закрыл глаза, позволив теплу и свету течь через его руку в рану принца. От разливающейся исцеляющей и успокаивающей волны у него в груди, исходившей от ладони отца, Леголас практически сразу затих, и задышал ровно. Посидев так несколько минут, Трандуил отнял руку, и, достав из складок своего одеяния шелковый платок, вытер пот со лба Леголаса.       - Мальчик мой, не знаю, чтобы я делал, если бы ты умер, - тихо произнес владыка Лихолесья.       Убрав мокрые от пота волосы с лица принца, король неожиданно сам для себя улыбнулся и проговорил:       - Твоя мама любила заплетать тебя. А я подшучивал над ней, что с этими косичками ты больше похож на маленькую принцессу, а не на принца. Она жутко сердилась, а я смеялся, и любовался смешными морщинками на ее переносице. В конце концов, она уставала злиться, и тоже принималась смеяться, - Трандуил замолчал. – Когда ты злишься на меня, ты больше всего мне ее напоминаешь…       Это было приятное и болезненное воспоминание одновременно. Улыбающаяся эльфийка с его маленьким Зеленым Листочком на руках…       - Отец, - сиплый голос Леголаса заставил владыку Лихолесья вернуться в реальность, - где Каэльлан?       - Пару часов назад он уснул у меня на руках, и я попросил Таллона отнести его в вашу комнату.       - Это ненадолго… - слова давались принцу с трудом, - он проснется, и будет искать меня… После смерти Амары он долгое время и часу не спал, если меня не было рядом, - Леголас посмотрел на своего отца, и заметил, как тот осунулся.       Как бы ровно Трандуил не старался держаться при сыне, бледное лицо и синие круги под глазами с головой выдавали короля.       - Отец, ты в порядке? – слабым голосом обеспокоено спросил принц.       - Ты, наверное, хочешь пить, - ушел от ответа владыка Лихолесья.       - Да, - хрипло подтвердил Леголас, заметив, что отец переводит тему.       «Боишься быть слабым…», - подумал золотоволосый эльф. - «У меня совсем нет сил, чтобы на тебя давить. Но мне это и не надо. Твое лицо говорит само за себя».       Тем временем Трандуил подошел к столу, стоявшему рядом с кроватью, и, налив в миску воды из кувшина, взял чистый кусочек ткани для перевязки, погрузил его в жидкость.       - Много пить тебе все равно пока нельзя, - вернувшись к сыну, король приложил тряпочку к его губам. – Так лучше?       Леголас слабо кивнул. Его все еще мучила жажда из-за жара, а ноющее правое плечо вызывало беспокойные мысли о том, как скоро он снова сможет владеть мечом и луком.       - Ты рассказывал мне о маме, - все же собравшись с силами, снова заговорил принц.       - Ты слышал? – удивился Трандуил, пряча глаза от сына.       - Да, - подтвердил принц, - и не только это.       - Я думал, ты спишь, - тихо ответил король. – Ты бредил. Звал Амару и свою мать…       - Я видел их… Точнее, думал, что вижу, - эльф нервно сглотнул. – И я почувствовал твое прикосновение…       - Я не мог видеть, как ты страдаешь, - все еще не глядя на сына, произнес владыка Лихолесья.       - Отец… Спасибо… - Леголас еще что-то хотел сказать, но не успел, потому что в дверь постучали.       - Войдите, - голос Трандуила снова засквозил холодностью.       Дверь приоткрылась, и в нее вошел Таллон, держащий на руках Каэльлана.       - Папа! – закричал мальчик, пытаясь вырваться из надежной хватки воина.       - Простите, Ваше Величество и Ваше Высочество, что тревожу Вас, но маленький принц настаивал на том, чтобы его отвели к отцу.       - Все нормально, Таллон, - слабо улыбнулся Леголас. – Можешь отдать этого непоседу мне.       Эльф подошел к своему принцу, и осторожно положил трепыхающегося мальчика на здоровую половину грудной клетки Леголаса.       - Папа, - ребенок вцепился руками в отца, и захныкал, - ты же не умрешь? Ты же не бросишь меня?       - Конечно, нет, маленький, - Леголас обнял сына левой рукой.       Движения отдавались тянущейся болью в правом плеча, заставляя принца морщиться.       - Я ведь тебе обещал, что всегда буду с тобой? – Каэльлан кивнул. – Вот видишь, папа держит свои обещания… Ты кушать хочешь?       - Нет.       - Точно? – переспросил принц.       - Хочу дедушкиных конфет, - мальчик спрятал глаза, уткнувшись в грудь Леголаса.       На лице принца отразилась боль.       - Ох… Ты толком не ел, нормально не поспал, - хрипло сказал золотоволосый эльф, - не знаю, можно ли тебе есть сладости…       - Ну, папа, - закапризничал мальчик, - дедушка мне разрешил. Правда, дедушка? – Каэльлан жалобно посмотрел на Трандуила, заставив короля улыбнуться.       - Дедушка, что это ты там такое ему разрешил, пока меня не было? – наигранно сердито спросил Леголас. – Оставить вас нельзя одних не на минуту. Объедитесь вдвоем конфет, и животы потом болеть будут.       - Не будут, - засмеялся ребенок, уже забыв, что всего несколько минут назад он плакал.       - Леголас, пока ты был на обходе, Каэльлан съел и обед, и ужин, - король подмигнул внуку так, чтобы это заметил и его сын, - так что, я думаю, ему можно немного сладкого.       - Съел, говоришь… - недоверчиво прищурился золотоволосый эльф, и, помолчав немного, делая вид, что принимает какое-то очень важное решение, добавил: - Ну, ладно, тогда можно.       - Ура, - искренне обрадовался мальчик, чем заставил всех присутствующих в комнате эльфов заулыбаться.       - Таллон, сходи, пожалуйста, на кухню, и принеси этому врунишке немного конфет, - попросил друга его принц.       - Будет исполнено, - воин поклонился, и вышел из покоев.       - Так, после того, как поешь, дедушка уложит тебя спать, - строго сказал Леголас. – Ты и так уже слишком долго гуляешь.       - Ну, папа…       - Не спорь, - не меняя тон, перебил сына золотоволосый эльф.       Принцу не нравилось, что у его ребенка нарушился режим. Плюс, он чувствовал слабость во всем теле, и скачущий по нему мальчик причинял боль его раненому плечу.       Ребенок насупился, и обиженным голосом проговорил:       - Дедушка, я хочу к тебе на ручки.       Трандуил кинул вопросительный взгляд на сына, Леголас утвердительно опустил веки. Его плечу нужен был отдых, да и сменить положение эльфу тоже бы не помешало. Король подошел, и, взяв сердитого ребенка на руки, присел на стул, стоявший рядом с кроватью раненого.       - Вот так вот, значит, да? – принц сделал вид, что тоже обиделся. – Как папа наказал, так сразу к дедушке.       Каэльлан показал Леголасу язык, и засмеялся.       - Ох, получишь ты у меня, - сдерживая смех, проговорил его отец.       - А вот и нет, - продолжал дразниться маленький эльф, - дедушка меня тебе не отдаст. Правда, дедушка?       - Конечно, не отдам, - подыграл внуку Трандуил.       Глаза короля сияли от радости. Его сыну было лучше, и внук наконец-то снова стал смеяться.       В этот момент в комнату вернулся Таллон, и, подойдя к владыке Лихолесья с Каэльланом на руках, протянул мальчику миску, в которой лежала горсть голубых леденцов, сделанных из сока какого-то эльфийского фрукта. Ребенок незамедлительно с жадностью набросился на конфеты.       - Не спеши так, а то подавишься, - в один голос произнесли Трандуил и Леголас.       - Никто их у тебя не отберет, - принц покачал головой. – Что за ребенок такой…       - Я могу еще что-нибудь для вас сделать, милорд? – Таллон вопросительно посмотрел на Леголаса.       - Спасибо, Таллон, пока больше ничего не надо, - ответил принц. – Ты можешь идти.       - Поправляйтесь, милорд.       Рыцарь поклонился, и вышел из покоев. Нагружать своего воина золотоволосый эльф не видел причин, к тому же, на него навалилась усталость, и большая компания в комнате мешала ему восстанавливать силы после ранения. Ему было тяжело справляться с притворяющимся бездушным Трандуилом и слишком развеселившимся мальчиком.       - Ты наелся? – спросил Каэльлана отец, увидев, что миска в его руках пуста.       - Да, - маленький эльф облизался.       - Значит, теперь вы с дедушкой идете спать, - так строго произнес Леголас, что его отцу показалось, словно он слышит голос Орофера.       Неожиданно для себя самого, Трандуил и правда готов был незамедлительно лечь спать, увидев на секунду в принце своего покойного отца. Зато на его внука голос Леголаса в этот раз не очень-то и подействовал.       - Ну, папа, можно мне еще немного побыть с тобой? – ребенок умоляюще посмотрел на отца. – Ну, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…       - Хорошо, - сдался золотоволосый эльф. – Только недолго…       Трандуил встал, и отдал внука его отцу. Каэльлан снова примостился на груди принца, причинив ему незначительную боль. От чего левая бровь эльфа вздернулась вверх, и он слабо застонал.       - Все нормально, сын? – обеспокоено спросил его король.       - Да, отец, - соврал принц.       - Папа, сказку, - неожиданно скомандовал маленький золотоволосый эльф, тем самым прервав повисшее неловкое молчание.       Мальчик лежал на своем отце, и запутывал пальцы в длинные белые пряди Леголаса.       - Сказку? – переспросил принц. – Дай-ка подумать…       - Не буду вам мешать, - боясь почувствовать себя лишним, Трандуил встал, собираясь уходить.       - Отец, - остановил его Леголас, - останься с нами… пожалуйста…       - Да, дедушка, послушай папину сказку, - попросил Каэльлан.       - Ну, хорошо, - владыка Лихолесья изо всех сил старался сделать вид, что не испытывает радости оттого, что его попросили не уходить.       Но получалось у него это плохо. Радость, промелькнувшая в его глазах, не ускользнула от принца. Леголас улыбнулся уголком губ, и заговорил:       - Давным-давно в одном эльфийском королевстве жили-были папа-король и сын-принц, - услышав первую фразу, Трандуил замер, стараясь не пропустить ни слова. – Жили они себе, не тужили, как вот однажды сын-принц пошел гулять по лесу и встретил там злого колдуна…       - Ой, - мальчик зажмурился, и сильнее прижался к отцу.       - Злой колдун произнес страшное заклинание, от которого принц сильно заболел, - поглаживая своего сына здоровой рукой, снова заговорил Леголас. – И никто в королевстве не знал, как его лечить… - толком и не спавший Каэльлан начал зевать. - Узнав о болезни принца, его отец очень расстроился, и стал сам искать лекарство для единственного сына, которого очень любил, - эльф бросил беглый взгляд на своего отца.       Поймав взгляд сына, Трандуил опустил глаза. Он уже давно догадался, о ком эта сказка, и поэтому внимательно слушал ее, стараясь не выказывать своих чувств. Хотя, его реноме непробиваемого нарцисса уже и так пострадало, когда он не смог скрыть нахлынувшие на него эмоции при виде раненого сына.       … - Долго ходил король по лесам, по болотам, по странам дивным, - медленно проговаривая каждое слово от усталости, продолжил свой рассказ Леголас. – Встречал он на своем пути людей, гномов и хоббитов. И каждого он спрашивал, не знает ли тот, как ему вылечить его сына. Но никто из них так ему и не помог, - лежавший на груди отца маленький эльф успел задремать, слушая папину сказку. – Но вот однажды эльфийский король встретил старого волшебника, которому стало жалко безутешного отца. И тогда волшебник залез в складки своего серого балахона, и достал оттуда маленький мешочек.       «Возьми это мешочек», - сказал старик эльфу. – «В нем спрятан лучик солнца. Иди назад в свое королевство. А когда придешь к сыну, открой его и высвободи его содержимое над его головой…».       Сказав это, волшебник стукнул своим посохом, и исчез, - от своей сказки Леголас уже и сам начал засыпать, не замечая, что его маленький сын уже давно тихонько сопит, уткнувшись носом в грудь принца.       - Взяв мешочек… отец припустился домой что есть силы… - речь эльфа начала прерываться, а рука, которой он гладил сына, уже практически не совершала никаких движений. – И, когда король наконец-то оказался дома… он… он открыл мешочек… и выпустил солнечный луч на… на своего сына… Тепло и свет окутали принца и… он… вылечил…ся…       Трандуил тихо встал со своего места, и осторожно укрыл одеялом уснувших сына и внука.       - Хорошая сказка, сын, - улыбаясь, прошептал король, и тихо вышел из комнаты.       Направляясь в свои покои, владыка Лихолесья чувствовал усталость и умиротворенность. Его сын был жив, внук спокоен, а сам король был счастлив оттого, что оба эльфа нуждались в нем так же сильно, как он нуждался в них. И пусть Леголас не сказал отцу это напрямую, но, засыпая в свое постели, золотоволосый эльф знал, что принц любит его. А с орками, которые посмели ранить Леголаса, он разберется завтра. Потому что сейчас Трандуил был не королем и не непобедимым воином, который сражался с великими змеями севера, сейчас он был просто отцом и дедушкой. И, на данный момент, ему этого было достаточно. Лицо спящего золотоволосого эльфа озарила улыбка от приятных мыслей, которые унесли Трандуила в царство хозяина снов Ирмо…