Hopeless
18 июня 2017 г., 13:09
Если слишком часто ломать крылья – они поселяют в душу темноту и безнадёжность.
Она смотрит на мерцающий кулон и скулит. Глухо, тихо, опустошенно. Ей есть к кому возвращаться, но не с кем идти дальше в жизнь. Ей больно от собственного бессилия. Но лучше больно, чем пусто.
Лучше глупая надежда, чем безликая обреченность. Лучше больное сознание, чем душащее сумасшествие. Она вспоминает жизнь. И не делит её на «до» и «после». Он так просил.
«- Если тебе кажется, что всё закончилось, значит, всё только начинается. Начало и конец – две стороны одной медали. Мы всё начинаемся, чтобы закончится. Но ты… Ты обязательно помни про бесконечность, которая живет здесь…» - говорил он, и это было последнее прикосновение к её сердцу. И в прямом, и в переносном смысле.
- Мы справимся, слышишь? Слышишь… Мы вернемся… Мы, Айдо. Мы…
Она подымается уже в который раз. В который раз роняет перья и осколки сердца. Разбивает душу в кровь.
Она не плачет. Она верит и знает. Чувствует. Сделает.
Уверенность даёт ей силы. Вера даёт ей жизнь.
- Мы справимся, Айдо. Мы – значит ты, я и малыши. Ты вернёшься.
Она теряет сознание и видит его. Его белоснежные крылья.
Он улыбается…
