Зов долга. "Миссия невыполнима"

- Я рад, что вас, наконец, выписали из больницы, - с относительно приветливой улыбкой сказал Саймон, когда мы с Роучем остановились напротив него.       Я была нерешительной и ощущала себя запуганным зверьком, которого безжалостно загнали в угол. Чувство вины свирепо пожирало изнутри, и даже столкнуться взглядами с лейтенантом казалось слишком тревожным и стыдным. Но, судя по его отрешенному поведению, он не обращал на меня определенного внимания.       Равнодушие Саймона было слишком очевидным, пугающим и тяжелым. Я до крови прикусила губу, почувствовав жгучую боль в груди. - Я очень огорчен тем, что Джастин Адамс погиб… - с горечью в голосе проговорил Роуч и опустил голову, - Он был частью нашего отряда. - Если бы не предательство Шепарда, этого бы не случилось, - сухо констатировал       Гоуст, бросив в мою сторону короткий недоверчивый взор, отчего Сандерсон вопросительно уставился на меня, и мое тело мгновенно сжалось в желании тотчас пропасть. - Я чего-то не знаю? – неуемное любопытство Гари поистине действовало на нервы.       Я замялась и судорожно сглотнула. - Роуч, отставить разговоры, - резко скомандовал Райли, - Нам пора отправляться на очень важное задание, у нас уже и так мало времени. - Да, сэр.       Вскоре мы отправились в аэропорт и на самолете добрались до места, откуда нас забрал Николай на «Пейв Лоу». Запасшись некоторым оружием и боеприпасами, мы направились к Прайсу и МакТавишу. Я успела соскучиться по ним, но понимала, что вряд ли все будет теперь как прежде. Возможно, это мое последнее задание в отряде ОТГ.       Полет сопровождался полной тишиной, словно мы все никогда ранее не знали друг друга, и только лопасти вертолета громко раздавались в ушах. Гоуст не смотрел на меня и даже не пытался заговорить. К слову, я тоже пока не решалась. Я лишь мельком наблюдала за тем, как он курил одну сигарету за другой, сосредоточенно думая о чем-то отдаленном. И наверняка не обо мне. Куда уж там! Думать о такой предательнице. Теперь я не заслуживала находиться в его мыслях. И его общения со мной не заслуживала, как и все, что было между нами. При всем этом я никак не могла отказаться от отчаянного желания объясниться, быть понятой и прощенной им. Возможно ли это?.. Я не знала, но хотела верить в это как ни во что другое. Хотела верить, что мое сожаление и муки совести все-таки оставят меня однажды.       Мое внимание ненадолго переключилось на Роуча. Парень был не менее задумчивым и не похожим на самого себя, его общительность будто бесследно исчезла.       Я медленно вздохнула. Сложа руки на коленях и застыв, я просто глядела стеклянными глазами в пол, а мое лицо не выражало никакой эмоции. Я испытывала разные чувства: отчаяние, вину и тоску… Мне пока не приходило в голову, как я могла вернуть доверие Гоуста, и именно это еще больше угнетало меня, но, впрочем, окончательно не лишало надежды.       Полет был многочасовым и утомительным. Я порядком успела устать от полной неподвижности, вызывающей неприятное затекание мышц, и даже задремала.

***

Гоуст       Иногда я давал волю своим чувствам. Особенно таким сильным чувствам, которые я испытывал к ней, к моей Кейт. Или теперь она была Джессикой?.. Признаться, я уже не понимал кто она на самом деле…       Я не смог удержаться и взглянул на нее, пока она спала, расположившись в кабине вертолета немного удобнее. Кейт, конечно же, не подозревала о том, что я смотрю на ее прекрасное лицо, любуюсь и пылаю нежностью. Я не хотел, чтобы она заметила мой трепетный взгляд на себе. Мне хотелось быть на дистанции, отстранённым и далеким, при этом наблюдать за ней и видеть каждую секунду. Это странное состояние не давало покоя, я никогда ранее не был таким, поэтому не мог понять, насколько мне это близко. Однако сердце, словно при каждом своем ударе билось интенсивнее, и я не хотел это останавливать. «По уши влип ты, Саймон…» - подумал я, с наслаждением разглядывая ее блестящие волосы и розовые губы.       А ведь я скучал по ней… Скучал, хоть и не хотел признавать. - Гоуст, - вдруг обратился ко мне Роуч, сидевший напротив меня рядом с Кейт, и я тут же посмотрел на его лицо, источающее нескрываемое любопытство, - Быть может, я лезу не в свое дело, но… Ты обижен на нее?       Я помотал головой в знак притворного непонимания, однако конечно хорошо знал о ком речь. - На Кейт… Обижен?       Я мельком взглянул на нее, дабы убедиться, что она не проснулась. - О чем ты? – продолжал упрямиться я, нахмурив брови. - Ты думаешь я не вижу, что ты с ней не разговариваешь? Ты задумчивый и молчаливый. Что-то случилось между вами, да?       Я тихо вздохнул и отвел грустный взгляд в сторону.       Роуч выдерживал паузу, специально ожидая от меня подробностей. И я не знал, стоит ли делиться и рассказывать о том, что случилось. Однако минуту спустя, пока Гари уже почти отстал от меня с расспросами, я все же решился. - К сожалению, Кейт недостаточно была честна со мной и нашим отрядом, - коротко сообщил я, наклонившись вперед и положив локти на колени. - Что это значит? - Это значит, что она сама во всем призналась. - Окей. И ты сразу перестал с ней общаться? Серьезно?       Я резко поднял глаза к Роучу. В моем взгляде было недовольство такой наивностью, что проявлял сержант. - Это еще мало. После таких поступков увольняют и лишают звания, и то в лучшем случае. - Гоуст, я тебя знаю уже несколько лет. Ты бы не сделал этого. - Не сделал, вот поэтому и не общаюсь с ней. - А что дальше? – продолжил навязчиво любопытствовать Роуч. - Пока не знаю…       Я не желал продолжать этот разговор, потому что в действительности не знал ответов на заданные вопросы. Я сам себя не понимал и не чувствовал, словно я потерялся в какой-то пустыне в попытках найти дорогу домой. «Что же мне делать?..» - спросил себя я, задумчиво посмотрев на спящую Кейт, - «Ведь я по-прежнему люблю тебя…»

***

Кейт - Кейт, мы на месте, проснись, - послышался тихий голос Роуча, который аккуратно потряс меня за плечо.       Я неохотно раскрыла сонные глаза и увидела перед собой голову Сандерсона в шлеме. Я тут же стряхнула дремоту, стараясь включиться в реальность, и заметила, что Гоуст уже молча покинул кабину вертолета. - Сейчас иду… - сказала я, заправляя прядь волос за ухо.       Роуч кивнул, после чего вышел, оставив меня одну. Я чувствовала себя одиноко, однако старалась не поддаваться этим чувствам и просто терпеть. Терпеть как могу и умею.       Прежде чем пойти навстречу дяде Джону и капитану МакТавишу, мне пришлось обдумать ответы на вероятные вопросы и хоть немного подготовиться морально. На это мне потребовалось пару минут, затем я, снарядившись своим оружием, неспешно вышла из кабины и нашла глазами отряд. На меня разом взглянули все, отчего мне стало не по себе. Поправив винтовку на плече, я подошла к ним не очень-то уверенно и решительно. - Мы рады, что ты невредима, Кейт, - заговорил Прайс, и я устремила к нему полный надежды взгляд, - Очень переживали за всех. Но сказать, что все позади пока нельзя. На этот раз нам осталось выполнить последнее задание. - Верно, только что-то боевого духа не наблюдается, - недовольно заметил МакТавиш, скрестив руки на груди. - Наверное, мне стоит сказать что-то в свое оправдание… - пробубнила я и виновато опустила голову. - Нам все известно, - строго заметил капитан, - У нас мало времени на оправдания, извинения и прочую чепуху. Ты все равно остаешься частью нашей команды. Мы все приняли это решение.       От этих слов я потеряла дар речи. Однако по моим воодушевленным глазам, которые поочередно рассматривали радушные лица МакТавиша и дяди Джона, можно было понять все. Еще несколько минут назад я была готова к тому, что отряд отныне не будет ко мне дружественно настроен, и я попросту неизбежно стану изгоем, которого в конечном итоге затерзают муки совести. На моем засиявшем лице заиграла безудержная улыбка, словно шторм закончился, и в небе появилась радуга. - Я уж и не надеялась на такой прием, - откровенно поделилась я, и дядя Джон улыбнулся, по-отцовски приобняв меня за плечо.       Я ощутила тепло в душе, которое будто распространялось по всему телу, но еще не все оставалось на своих местах. Саймон по-прежнему был непреклонен, и это страшно изводило мое сердце. - Итак, ребятки, - сказал МакТавиш, и все разом переключили внимание на него, - Задание крайне важно. Но одно всем нам нужно запомнить точно: Макаров хитер и особо опасен. Наша задача – уничтожить его любым путем. - Что мы знаем о его местонахождении? – задумчиво осведомился Гоуст, уперев руки в бока.       Капитаны переглянулись, а мы выжидающе застыли во внимании. - Он должен находиться в одном отеле, это штаб-квартира, мы его там застанем врасплох, - сказал дядя Джон. - Наверняка у него хорошая охрана, это нужно учитывать, - добавил МакТавиш. - Если уж мы с предателем Шепардом справились, то и с Макаровым разберемся, - самоуверенно заявил Сандерсон и шутливо пихнул локтем в бок лейтенанта, отчего тот, похоже, был готов испепелить своим гневом бедного сержанта. - Я бы не стал недооценивать противника, - неохотно проговорил Прайс, нахмурив брови, - Нам всем нужно быть начеку.       После этого наш отряд отправился в место, которое организовал Николай специально для брифинга. Некоторое время мы находились там и довольно нудно обсуждали некоторые детали предстоящего задания. Капитаны единогласно признали, что постоянная бдительность будет весьма кстати, а оружия должно быть в полном запасе. И вот когда, наконец, все начали расходиться по своим делам, я решила попробовать поговорить с Гоустом, пока для этого оказалось подходящее время. - Саймон, - я окликнула его уже возле двери, и он резко остановился, заинтересованный в происходящем, - Я бы хотела поговорить. Надеюсь, ты не против?       Кажется, мой голос все-таки звучал не слишком уверенно, выдавая мое затяжное смятение, но в этот момент мне было все равно. Я внимательно проследила за тем, как лейтенант медленно повернул голову и через правое плечо негромко спросил: - О чем ты хочешь поговорить? - О моем поступке и о нас с тобой…       Сжав ладони в кулаки, Гоуст глубоко вздохнул, и я уже успела с огорчением подумать, что он равнодушно уйдет. К счастью, этого не произошло. Однако лейтенант как-то неохотно повернулся ко мне, и теперь я с надеждой во взгляде в очередной раз разглядывала изображенный череп на его балаклаве, снять которую Райли не пожелал. В воздухе повисло неловкое молчание. Я пыталась собраться с мыслями, а мои пальцы не давали мне покоя, нервно теребя друг друга. - Я совершила ужасный и непростительный поступок. Да, я какое-то время работала на гадкого Шепарда, но когда пришла в отряд ОТГ, то поняла, насколько ошибалась насчет этого мерзкого типа. Я прониклась вашей дружной командой, теплым отношением строгого, но сопереживающего капитана МакТавиша к сослуживцам… Подружилась с беззаботным и добрым Роучем… А самое главное, я полюбила тебя, Саймон. В связи с этим моя совесть мучила меня. Но неужели ты думаешь, что мои чувства ложь?       Он помотал головой, и я не знала что думать. Я заторможенно встала со стула, чувствуя, как неприятный ком нарастает в горле, затем замерла в ожидании ответа, глядя в его задумчивые, не излучающие теплоты глаза. - Кейт… Или Джессика… Я хочу верить тебе, правда есть сомнения, - его последние слова прозвучали жестоко, но справедливо для меня, и отразились болью в моем сердце, которое уже не заживет от этих ран.       Я всеми силами старалась не разреветься, хотя это было слишком трудно. В моей душе уже давно бушевал ураган, в своих представлениях я сидела на полу и плакала от отчаяния и боли. А в реальности я не могла этого сделать, поэтому на моем лице отражалась лишь печаль. - Но ведь я говорю тебе правду, Саймон. - Скажи мне, ты хоть раз собиралась признаться мне во всем? Хоть раз эта мысль возникла? – полюбопытствовал он, скрестив руки на груди и скептически прищурив глаза. - Не один раз я пыталась сказать, но не решалась.       Кажется, Гоуст удивился. - Что тебя останавливало? - Твоя реакция. Я до последнего боялась ее и не знала. - Согласись, что лучше попробовать и пожалеть, чем не попробовать, а потом своей недосказанностью и ложью сделать больно себе самой и другим?       Я виновато поджала губы и кивнула. Я не могла не согласиться с каждым словом моего лейтенанта. - Надеюсь, ты сможешь меня когда-нибудь простить… - Я хочу еще отдохнуть перед заданием, извини.       Гоуст быстро и внезапно исчез, скрывшись в темном коридоре, а я осталась наедине с горьким чувством вины, но по-прежнему не без надежды.

***

Дубай, ОАЭ 22:14       Темная ночь и глухая тишина окутали все вокруг, и только редкие капли дождя стучали по крыше, играя уникальную мелодию. - У меня уже руки затекли, блин, - недовольно буркнул Роуч, глядя в прицел снайперской винтовки, - Кейт, и как ты так долго можешь быть в одном положении? Это навык снайперов что ли?       Я усмехнулась, хотя чувствовала, что мои руки затекли не меньше. - Скорее я к этому привыкла больше, чем ты. - Ну да. Я то привык со штурмовиком обращаться. Теперь я понимаю, почему Гоуст ненавидит сидеть в засадах со снайперкой. - Ко всему можно привыкнуть. - Согласен… - протяжно и задумчиво сказал Гари, направляя прицел винтовки на окна противоположного здания.       Мы находились на крыше отеля, где располагалась штаб-квартира Макарова. Дядя Прайс, капитан МакТавиш и Гоуст, снарядившись самым навороченным оружием, направились прямиком внутрь. Отряд Сэндмана тоже подключился к нам и вошел в отель с другого входа. Нам с Роучем оставалось лишь подстраховывать ребят. Было ли мне страшно?.. Определенно. Я хорошо понимала, что Макаров не Шепард. Он более изворотлив, и может нас встретить так, как мы того и предположить не могли бы.       Я заинтересованно посмотрела на Роуча. Он был максимально сосредоточен и неподвижен, словно статуя, и даже немного походил на снайпера. - Прайс сказал, что Макаров должен быть где-то здесь… - тихо проговорил парень.       Я молча вернула взгляд к прицелу. В некоторых окнах отеля горел свет, но за плотными шторами ничего не было видно. - Роуч, Спарк, прием, - обратился МакТавиш по рации, - Мы продвигаемся к входу. Как у вас обстановка? Заметили что-нибудь подозрительное? - Пока все чисто, сэр, - доложил Гари. - Отлично. Мы продвигаемся дальше. Не спите там. - Сэр, а почему именно я сегодня за снайпера вместе с Кейт? - Много болтаешь, Роуч. Не засоряй эфир.       Я усмехнулась, заметив, как Сандерсон раздосадовано вздохнул. - Прайс, я подключился к их камерам. Макаров в вестибюле на верхнем этаже, - сообщил Николай. - Он живым не уйдет, - угрожающе сказал дядя Джон, - Рассредоточьтесь!       Напряжение постепенно росло. Мы с Роучем крепко держали в руках свои винтовки, а через несколько секунд раздались автоматные очереди возле входа в отель, тем самым, полностью завладев нашим вниманием. - Прайс, кажется они уже знают, что мы здесь! – возмутился МакТавиш.       Я резко перевела прицел к месту перестрелки и, сняв винтовку с предохранителя, взяла на мушку двух макаровцев, которые укрывались за автомобилями. Два выстрела сразили обоих наповал. Гари стрелял не слишком метко, и я поняла, что над его техникой нужно было немного поработать. - Роуч! - громко обратилась я, прикончив еще одного противника, - в момент прицеливания излишне не напрягайся, при выстреле не моргай и задерживай дыхание! - Я стараюсь, Кейт! – пробормотал парень, но в его голосе я отчетливо услышала ненужное волнение.       Мы стреляли еще в течение нескольких минут. Перестрелка была шумной и противники изворотливы. Всюду раздавались взрывы, кто-то кричал и перебегал из укрытия в укрытие… Гоуст едва успевал менять магазин в своей винтовке, а МакТавиш умело развлекался с подствольным гранатометом. - Мы привлекли их внимание! Вторая волна прибудет в любой момент, - информировал Прайс, ловко открывая огонь по позиции оставшихся противников, - Метал 0-1, прием! Как обстановка? - Мы почти зашли внутрь здания. Похоже, нас встретят не слишком гостеприимно, - иронично ответил Сэндман. - Гоуст, Соуп! Продвигаемся! - дядя Джон энергично указал рукой на вход, и ребята направились в указанном направлении, осторожно оглядываясь по сторонам, - Николай, перехвати управление лифтами, чтобы этот черт Макаров не сбежал. - Будет сделано.       Как только наш отряд подошел к большому фонтану, расположенному напротив входа, неожиданно подъехали два черных автомобиля, откуда выскочили несколько вооруженных бойцов. Выстрелы вновь возобновились и усилились. Гоуст присел на корточки и, не мешкая швырнул к их ногам осколочную гранату, которая мощной ударной волной раскинула тела противников на несколько метров. Я оперативно прикончила еще троих, чувствуя, как от волнения мои холодные ладони становятся все более влажными. Роуч пустил пулю в бензобак машины, отчего та взлетела, окруженная янтарным ослепительным пламенем. - Обожаю взрывать тачки, - усмехнулся он, перезаряжая винтовку. - Осторожно, тут гражданские, - предупредил Гоуст, и Роуч тут же напрягся, увидев кричащих людей, что выбегали из отеля.       Ребята прошли мимо опасно горящих автомобилей, всего на несколько метров приблизившись к входу. С каждым их шагом я все сильнее и отчетливее слышала свой ритмичный пульс, который уже раздавался в затылке, словно мне предвиделось что-то. Это очень насторожило. Я замерла как в ожидании. - Кейт, все в порядке? – внезапно забеспокоился Гари и легко коснулся моего запястья.       Я чуть вздрогнула от неожиданности, переведя на парня тревожный взгляд. - У меня какое-то странное предчувствие… - мой язык едва шевелился, чтобы произнести слова. - Что ты имеешь в виду? - Не знаю, Роуч. Просто так чувствую.       Судя по его озадаченному выражению лица, он погрузился в свои размышления, но я не хотела продолжать наш диалог, потому что не могла понять саму себя. - Прайс, что-то вы совсем там застряли, - насмешливо сказал Сэндман по рации, и я отвлеклась, - Мы уже заходим в гнездо. - Пора бы уже делать скидку на возраст, приятель. Николай, где там Макаров? - Он еще в вестибюле, но движется дальше. - Не упусти его, мы почти на месте! - Вот сволочь редкостная, - разгневанно прокомментировал МакТавиш и молниеносно ринулся в здание, чего, кажется, никто не ожидал. - Соуп! Отставить, черт тебя дери! – крикнул вслед Прайс, неохотно понимая, что ситуация выходит из-под контроля.       Мы с Роучем замерли как холодные статуи. Как только капитан МакТавиш исчез из нашего поля зрения, раздались возгласы: - Это засада! Берегись!       Спустя всего секунду в том же месте прогремел достаточно мощный взрыв, от которого я ошеломленно подскочила.

***

Гоуст - Какого черта, Соуп?! – обреченно повторял Прайс, когда я визуально, не без ступора, оценивал состояние капитана, а после с тяжелым сердцем заметил, что весь отряд Металл уничтожили. - Старина… - тихо прохрипел МакТавиш, - Тут была засада, как только я зашел… Взрывчатка… - Держись, приятель.       Прайс с выпученными, выражавшими глубокое сострадание глазами смотрел на капитана, который лежал почти неподвижно, при этом изрядно кряхтел и глубоко дышал. Его сморщенное от боли лицо было залито багряной кровью, и поэтому не только я понимал, что ранение довольно серьезное. Мое сердце выстукивало, наверное, 120 ударов в минуту, ибо я в очередной раз не хотел принимать эту реальность, не хотел мириться с дерьмовой действительностью! Внутри меня бушевал огонь ненависти, злости и паршивой безысходности, распространяясь по венам, стремительно впитываясь в каждую клетку. В такие минуты ты словно теряешь себя и все больше погружаешься в кромешную тьму, как в глубоководный океан. Последний раз я чувствовал подобное, когда моя возлюбленная была на грани жизни и смерти, и я был в абсолютно страшной неизвестности. Вот и теперь по моей коже пробежал тот же знакомый жуткий холод. - Гоуст, что случилось? – обеспокоенно спросила Кейт, и я, с трудом набрав воздуха в легкие, приставил палец к наушнику. - МакТавиш ранен. Свяжись с Николаем, пусть он как можно скорее заберет его и отправит в ближайший госпиталь.       Из-под панамы на меня уставились обозленные глаза. - Лейтенант, мы сейчас же должны догнать этого пса Макарова. Другого шанса не будет, - твердо и решительно заявил капитан, - Роуч, останешься с Соупом и дождешься вертушку Николая. Кейт, будешь прикрывать нас с Гоустом. Этот сукин сын не уйдет… - Так точно, - отчеканили сержанты.       Выражая поддержку, Прайс похлопал по груди кряхтевшего от боли МакТавиша и, выпрямившись в полный рост, указал мне рукой на эскалатор. Я тут же последовал за ним, после чего услышал взволнованный голос Кейт в динамике: - Гоуст, прошу, будь осторожен.       Я был напряжен и жутко сосредоточен, однако ее забота вызвала искреннюю улыбку на моем мрачном лице. Несмотря на это, я не произнес ни слова, продолжив как можно быстрее подниматься наверх по эскалатору. - Николай, что там с Макаровым? Он выиграл время? – осведомился Прайс. - Я сейчас управляю вертушкой и наблюдаю за ним. Один глаз там, другой здесь. - Николай, давай точнее. - Он немного выиграл время, сейчас поднимается на взлетную площадку. - Кейт, прикрывай нас! – скомандовал Прайс, - Как только увидишь вражеский вертолет, шмаляй из всего чего только можно! Роуч, как Соуп?       Мы с капитаном ускорились и бежали по коридору напрямик к лестнице, попутно уничтожая противников. Их было все меньше, но они становились более назойливыми как поганые мухи, и от этого пальба усиливалась. Макаровцы выпрыгивали из-за углов, кидали осколочные гранаты нам под ноги, однако мы успевали отбегать и уклоняться, уничтожая всех на своем пути. - Ждем Николая, сэр, - растерянно ответил Сандерсон, и я прошипел сквозь стиснутые зубы, чувствуя, как боль от неизвестности с новой силой мучает меня.       Я не сомневался, что Джон Прайс испытывал то же самое. Впрочем, скорее всего, ему было в разы хуже, ведь МакТавиш для него не просто капитан и товарищ, но и верный друг, с которым он в свое время через многое прошел. Я понимал его чувства, и очень хорошо. - Я вижу вражеский вертолет, прием. Стараюсь его сбить, - сообщила Кейт, после чего я услышал отчетливый гул лопастей.       Мы поднялись по лестнице довольно быстро, насколько это было возможно, и Прайс сразу побежал впереди меня на несколько метров. Мимо нас в панике пробегали гражданские. Они кричали и хватались за головы, когда видели в наших руках автоматы, думая, что мы террористы.       В то же время за панорамными окнами отеля Кейт пыталась сбить вертолет, который внезапно открыл огонь по нашей позиции. Осколки стекла посыпались на пол, все вокруг крошилось, дребезжало и гремело. Мне попался на глаза длинный черный диван, и я незамедлительно укрылся за ним, отлично понимая, что это временная идея, хотя на самом деле у меня не было выбора в данной ситуации. - Черт возьми! – воскликнул Прайс, - Кейт! Сбей гада!       Я успел обратить внимание, что она воспользовалась РПГ, и это было весьма кстати, однако назвать ее попытку успешной я все же не мог. - Целься точнее! Ты сможешь, давай! – приободрил я, перезарядив винтовку. - Уффф… - сосредоточенно выдохнула она, - Он уклоняется… Как вы там?! - Кейт, сейчас не до этого!       Она сделала еще одну неудачную попытку, и я уже с огорчением начал признавать, что мы проваливаем всю операцию, поэтому выругнулся себе под нос, силясь оперативно придумать хоть что-нибудь. Однако я заметил, как Прайс укрылся за стеной возле окна, присел на корточки и начал целиться в пилота. Спустя секунду капитан метко выстрелил, и вертушку повело в левую сторону, а затем граната, выпущенная из РПГ, разнесла птичку к чертям собачьим. В душе я ликовал. - Молодец, Кейт! - похвалил Прайс, на что я поддерживающе улыбнулся. - Спасибо. - Гоуст, вперед!       Мы с капитаном энергично ринулись на взлетную площадку, где должен находиться Макаров.

***

Кейт       Проводив взглядом рухнувший вертолет, я не смогла сказать себе, что особенно гордилась собой, когда, наконец, его сбила. Внутри меня были неприятная пустота и глубокая печаль, отчего к глазам подступали горячие слезы. Я чувствовала, что мне все так же больно. Я в темноте, но стремлюсь к свету. Этот свет мой Гоуст, который оставался все таким же непреклонным и холодным.       Я смахнула рукой слезу со щеки, которая стремительно катилась к подбородку, и продолжила тревожно наблюдать через прицел винтовки за передвижениями дяди Джона и Гоуста. Я заметила, что Макаров, держа возле уха телефон, нервно метался по взлетной площадке, наверняка догадываясь о своем поражении. Однако он все же не был похож на того, кто сдался, и это значительно напрягало. - Кейт, видишь его? – осторожно спросил дядя Джон. - Да, он у меня на прицеле, - мой голос был скован волнением. - Не стреляй без команды. Я оставлю рацию включенной. - Так точно.       Джон и Гоуст поднялись наверх, направляя автоматы на главного опасного противника, и я позволила себе немного выдохнуть. - Разве ты не слышал, Прайс?.. – ехидно заговорил Макаров, стоя на одном месте с телефоном в опущенной руке, - Говорят, что война окончена…       Я крепко вцепилась в винтовку, но случайно заметила маленький дрон, который пролетев недалеко от меня, направлялся к взлетной площадке. В моих глазах вспыхнул ужас, смешанный с паникой. Машинально я навела прицел на беспилотник и, затаив дыхание, уверенно произвела выстрел. Однако моя уверенность быстро исчезла. Я ожидала совершенно другого исхода, потому что дрон не был уничтожен, он был лишь сбит, и его траектория падения слишком резко изменилась в сторону Прайса и Гоуста. Я скривила от отчаяния губы, едва справляясь с сердцебиением. - Черт возьми! Осторожно, к вам падает дрон!       Беспилотник рухнул рядом с Прайсом и Гоустом, после чего взорвался за долю секунды как осколочная граната. Мое лицо исказилось болью, страхом и растерянностью. Отбросив винтовку, я вскочила на ноги, словно ударенная током, и устремила опустошенный взгляд к месту взрыва. Я стояла неподвижно. Казалось, что мое сердце остановилось, я перестала дышать и чувствовать себя. - Гоуст, Прайс… - дрожащим голосом твердила я в динамик рации.       Начались помехи, затем послышался кашель и тихий саркастический смех Макарова. - Вам повезло, капитан Прайс… Вы отделались лишь царапиной… Но сейчас с вами все будет покончено…       Недолго думая, я подняла с пола брошенную мной винтовку и посмотрела в прицел, который направила в голову этого мерзавца, доставшего пистолет из-за пояса. Я готова была раскромсать его череп и глазом не моргнув. Вот только к своему сожалению я не смогла выстрелить, когда заметила, что Гоуст, еще не отошедший от взрыва, прострелил тому плечо, отчего пистолет выпал из ладони Макарова, а затем дядя Джон накинулся на него, резко повалив на землю.       Завязалась драка, и в динамике рации я слышала мощные удары по лицу. Прайс одной рукой держал врага за воротник куртки, а другой в ярости замахивался кулаком и беспощадно бил в челюсть. Каждый новый удар, казалось, был сильнее предыдущего. Я лишь как вкопанная стояла с винтовкой, наблюдая за происходящим, ведь это было больше похоже на какой-то боевик, который я бы пришла посмотреть в кинотеатре. - Кейт, Кейт… - говорил лейтенант вполголоса. - Да, Гоуст. Прием.       Я насторожилась, когда кроме тишины ничего не услышала. - Гоуст, прием, ответь!..       И снова пугающая тишина. Через прицел винтовки я увидела, что он неподвижно лежал и вполне вероятно без сознания. Я ощутила страх, от которого потемнело в глазах, а руки неконтролируемо задрожали. Однако у меня совсем не было времени, чтобы собраться с силами, и мне пришлось действовать быстрее того, к чему я привыкла. Мои действия опережали мысли. Я старалась как можно скорее добраться до взлетной площадки, минуя, уже, казалось бы, бесконечные лестницы, затем двор при отеле, но спустя некоторое время в моем динамике громыхнул выстрел, который заставил меня остановиться и замереть на месте.