Гинеколог

Дирси Макмаер не любила ни врачей, ни больницы, но определенно больше всего ей не нравилось это неловкое слово "гинеколог". В общем, так было до сегодняшнего дня. Уж то ли звезды так захотели, то ли это чья-то шутка, или, может, снится ей происходящее, но суждено было Дирси записаться к женскому врачу, а после обнаружить, что гинекологом ее оказался мужчина, точнее сказать, молодой и вполне симпатичный парень. "Гарри Эдвард Стайлс врач-гинеколог" Прочитав надпись на бейджике, прикрепленному к белому халату, Дирси пришлось постараться, чтобы не улыбнуться. Сам факт того, что этот парень будет осматривать ее... там... волновал девушку и заставлял мучительно сладко поерзать. Она стеснялась его, что вполне естественно, но ничего не могла поделать со своими желаниями и фантазиями. Дирси любила секс, любила красивых парней и приятные ощущения. Но мысль, что определенные ощущения ей может доставить врач гинеколог... Впрочем, это она уже начала фантазировать. Ведь в его обязанности входит только стандартная схема обследования. Закинув ногу на ногу, Дирси постаралась кокетливо взглянуть на парня, стараясь при этом не покраснеть от нервов и гормонов, разбушевавшихся внутри. — Итак, мисс Макмаер, — сладко и абсолютно спокойно проговорил он, поднимая взгляд на пациентку. — Ты у нас в первый раз? Девушка почувствовала жар по всему телу, когда взглянула в его глаза: изумрудно-зеленые, притягательные, обрамленные длинными ресницами. Она покачнулась на месте, наблюдая за тем, как врач медленно отложил свой стетоскоп на поверхность стола, а после запустил руку в пышную копну каштановых волос. Какого лешего этот красавчик забыл в гинекологах, когда мог бы работать в кино- или порноиндустрии, Дирси никак не понимала. — Что, простите? Его восхитительные зеленые глаза, его волосы, его мужественный голос, его руки, его губы и ямочка на щеке... Дирси могла акцентировать внимание на чем угодно, но, конечно, не на вопросе. — Я спросил, в первый раз ты у нас или нет, — тембр голоса Гарри был приятным, говорил он мягко и вежливо. Дирси вдруг обнаружила, что неожиданно начала расслабляться, а смущение перед парнем совсем отошло на задний план. — Я была здесь последний раз полгода назад. Может, чуть больше, — выдохнула она, не отрывая глаз от доктора, который, наконец, вскоре отыскал ее карточку. Листая бежеватые страницы, мистер Стайлс сосредоточенно изучал историю своей пациентки. Его мужественные скулы красиво выделялись на лице строгими линиями и едва заметно двигались, когда он сжимал челюсть. От всего этого невозможно было оторвать глаз. Таких гинекологов у Дирси точно никогда не было. Да что там, девушка даже не предполагала, что такие вообще существуют. — Так, — медленно протянул Гарри, отодвигая от себя карточку и поднимая взгляд на девушку. Неожиданно он слегка улыбнулся, показывая изумительную ямочку на щеке. — Хорошо, Дирси. И как у нас дела на этот раз? Жалобы? Проблемы? В общем и целом, проблем у нее совсем не было. Так, профилактический ежегодный осмотр. Но юная Макмаер вдруг решила, что не хочет спешить с ответом. Глубоко вздохнув, девушка вдруг неожиданно даже для себя придумала ложь: — Знаете, доктор, я, кажется, ни разу не испытывала оргазм, — проговорила она и сразу стушевалась от собственных слов, когда взгляд Гарри стал более серьезным, а, соответственно, более сексуальным. — Угу, — промычал он, вновь склоняясь над бумагами. — Тогда по порядку. На данный момент у тебя есть половой партнер? — Сейчас нет, — вздохнула Дирси, неловко улыбаясь. Это была правда. Не понимала девушка только одного: на кой черт она соврала насчет оргазмов? Это ведь не шутки, и Гарри запишет все в ее медицинское дело. Чем она думала? И, главное, теперь уже поздно давать задний ход. — Когда последний раз у тебя был секс? — новый вопрос выбил почву из под ног девушки и заставил ее слегка покраснеть. Конечно, она ожидала подобных вопросов от гинеколога, но на деле оказалось не такой уж легкой задачей свободно говорить с ним о столь интимном. — М-месяц назад, наверное, — неуверенно проговорила Дирси. Гарри оторвал глаза от бумаг и внимательно посмотрел на пациентку. Его взгляд окутал все ее прекрасное личико, потом скользнул вниз, к декольте, ниже, по припухлой, но милой фигурке, огибая коленки и опускаясь до уровня пят. Парень облизнул губы, когда вновь вернулся к глазам юной мисс, и подарил ей очаровательную улыбку. — Нечего стесняться, милая. Я же врач, — и хоть говорил это совсем молодой парень, в его слова хотелось верить и успокаиваться. Гарри вновь склонился над карточкой и сделал там новую пометку. Дирси даже слегка приподнялась, напрягая икры, но прочитать записи ей так и не удалось. — Хорошо... — вздохнул он, переворачивая страницу, — ...последний вопрос и я от тебя отстану. Дирси невольно просияла улыбкой, выпрямляя спину, довольная тем, что, во-первых, на щеках гинеколога показались милейшие ямочки, а во-вторых, потому что допрос подходил к концу. — Поговорим о самоудовлетворении! — чуть ли не воскликнул парень, отчего девушка закашлялась и вмиг стушевалась, теряя настрой. И какого черта он так радостно сообщил об этом? Гарри откинулся на свою широкую спинку большого кресла, меняясь во взгляде. Некая толика любопытства и хитринка проскочили в его зеленых глазах, что не ушло от внимания собеседницы. Итак, он ждал ее реакции? Ответа? — Да? — забыв о том, что еще минуту назад она хотела кокетничать с врачом, растерянно выдавила Дирси. Мистер Стайлс придвинулся ближе, возвращая локти на начиненную до блеска поверхность белоснежного стола. Тень красиво коснулась части его лица, забирая все дыхание из легких девушки. — Ты пыталась приносить оргазм себе сама? — столько свободы было в каждом его вопросе, столько раскованности. Конечно, это не удивительно, учитывая его профессию, но всё же Гарри — молодой парень, разговаривающий с малознакомой ему пациенткой. Это заставляло Дирси чувствовать себя странно. — Иногда да, — теряя суть вопроса, механически пробубнила девушка, разглядывая, как ее врач сначала кусает свои губы, а затем они краснеют. В этом кабинете возбуждение вперемешку с неловкостью витали в воздухе. И виной тому как Гарри, так и Дирси. — И? — его голос стал более томным. Чуть опустив голову, парень тем самым приподнял тень по своему лицу, что выгодно подчеркнуло его темные прямые брови. — Ты что-то чувствовала? — с каждым вопросом голос становился все сексуальнее. — Клиторальный оргазм? — Да, — выдох. — Вагинальный оргазм? — Д-да... — Так значит сама... — Ага. — А с парнем? Новое "да" едва не вырвалось вместе с горячим дыханием изо рта девушки, но она вовремя вспомнила, о какой своей проблеме заявила гинекологу изначально. Прийдя в себя, Дирси заметила, что машинально подалась вперед, словно тянулась к лицу Гарри, и резко отпрянула, заливаясь краской и забавя чертового сексапильного врача. — Нет, с парнем ничего, — уверено соврала она, елозя на стуле. Уж то ли движение пошло в разрез со словами, что подсказало Стайлсу о притворстве девушки, то ли неловкие румянцы так его позабавили, то ли дело в чем-то еще, но, вставая со стула, он в очередной раз соблазнил Дирси своей умопомрачительной улыбкой. А в глазах его словно разлилось что-то теплое, лучистое. О, да, как бы там ни было, Макмаер безоговорочно могла посчитать этот день определенным чудом. А в комнате стало так жарко... — Ладно, Дирси, — Гарри кашлянул, отворачиваясь к медицинскому шкафу. — Раздевайся и садись в гинекологическое кресло. Несколько слов и падение. Несколько слов и мощный взрыв. Несколько слов и девушка превращается в каменную статую, когда оборачивается и видит это самое кресло, где нужно раздвинуть ноги, чтобы открыть врачу обзор на... "Твою ж мать, мать твою, твою же за ногу!" — выругалась пациентка, когда отмерла под вопросительным взглядом доктора и поднялась с места. Выбора у нее было. Снять юбку, снять чулки, ме-е-едленно и неуверенно снять розовые кружевные трусики... обернуться и заметить, что Гарри смотрит на ее голый зад. Замечательно. — А майку тоже снимать что ли? — спросила она с нервным смешком, замечая далеко не безразличное наблюдение за ней парня. — Да, снимай, — ответ отрывистый. Мужской голос хриплый и низкий. Возбужденный? Зачем снимать майку? Зачем снимать лифчик? Так и не найдя на это ответов, Дирси пофигистично плюнула и сняла с себя все. В конце концов, почему бы и нет? Тем более, с ее упитанной, но приятной на вид фигуркой, нечего стесняться. Спина немного вспотела, концы пальцев похолодели, а сердце забилось так, как будто настолько ужаснулось действиями хозяйки, что норовило вырваться из нее, бесстыдницы, и ускакать куда подальше, покидая эту развратную комнату. Комнату, которую, возможно, развратной сделало лишь воображение Дирси. На ватных ногах подойдя к гинекологическому креслу, девушка остановилась, оглядывая его. Нервозность всколыхнула мурашки по всей ее коже. Она сглотнула, провела по волосам, а затем постаралась как можно изящнее устроиться, запрыгивая на прохладную сидушку. Расставив ноги, закрепляя их на установленной подставками ширине, Дирси закрыла глаза. Холодок прошелся по телу от чувства натянутости мышц внутренних бедер. Дыхание окончательно сбилось, когда послышались неспешные тяжелые шаги. По звуку слышала — он натягивает перчатки, что противно скрипят под натяжением и соприкосновением с кожей его рук. Потом двинул свет, вдобавок делая его ярче. Выдохнув, Дирси попыталась расслабиться. Но голос парня моментально сбил все ее намерения: — Просто успокойся. Я не собираюсь делать больно, — в его тоне была легкая усмешка и ласка. Его манера говорить завораживала... Но не расслабляла. — Что вы собираетесь делать? — открыла глаза девушка, с волнением замечая, что Гарри уже стоит между ее ног, буквально в полшаге от нее. — Для начала возьму мазок на анализы, — беззаботно проговорил он, поднимая брови. — А потом разберемся с твоими проблемами, — добавил как-то слишком чувственно, отходя к разнообразным полкам, чтобы взять оттуда что-то необходимое. "Вот дерьмо, — закатила глаза Дирси, не веря, что правда лежит перед этим красавчиком голая, пылающая и с раздвинутыми ногами. — Кто вообще додумался пустить его в гинекологи? Неужели нельзя было стать кем-то другим? Терапевтом? Травматологом? В конце концов, урологом, чтобы заниматься, как он выражается, "проблемами" мужчин, а не женщин..." Легкое касание к ее бедру резко выбило все мысли из головы Макмаер, и уже спустя секунду она забыла, о чем только что думала. Девушка напряглась, пытаясь приподняться на локтях, но опустилась обратно, когда парень дотронулся перчаткой до ее живота, протянув расслабляющее на его взгляд: "Тш-ш-ш". Он ненадолго ввел что-то тонкое ей внутрь, и это не показалось Дирси особо приятным. Но когда вынул обратно, одобрительно похлопав девушку по ноге, словно хваля ее, она вновь смогла размякнуть, выдыхая в своих мыслях его имя и профессию вместе с отборными матами. — Давай посмотрим, что там у тебя. Отложив все, что было до этого у него в руке, Гарри пододвинул стул к гинекологическому креслу, присаживаясь прямо между ног пациентки. Он, конечно, не мог не заметить, какой горячей была ее кожа. Кроме того, парню пришлось кинуть пытливый взгляд на лицо зажмуренной девушки, когда он заметил, как все повышается и повышается влажность в ее нежном розовом месте. Что-то сладостно оттянуло и у него самого в животе. Обычно Гарри спокойно справлялся со своей работой, уже давно привыкнув к каждодневным знакомствам с самыми разными и в то же время абсолютно одинаковыми вагинами, но сегодня молодая и вся такая аппетитная девчонка разожгла в нем странный интерес. Еще когда они вели разговор, еще когда она так притягательно закинула одну ножку на другую, будто знала, что делает. Еще когда она начала смущаться, как ребенок, но горячо следить за каждым словом и действием парня, думая, что он ничего не замечает и не понимает. О, она так разожгла его по непонятным причинам. Многие молодые девушки, да и даже тетки в возрасте, завидев своего привлекательного врача, принимались вести себя так же странно или заигрывающе. Но Дирси была всего второй, кто смогла так распалить его. Первой была одна дамочка, когда Гарри еще был зеленым интерном. Тогда это кончилось лишь обменом телефонами, неловкими румянцами и его мастурбацией в душе. Сегодня... сегодня был совсем другой день. Он коснулся пальцами ее там, раздвигая половые губки. Профессионализм автоматически отмечал, что все с ее чертовой вагиной в порядке, пока взбудораженная кровь, разгулявшаяся по венам, жарила тело. С минуту осматривая половые губы и проход, светя туда фонариком, Гарри шепотом сообщил пациентке, что выглядит все неплохо, и только спустя еще полминуты понял, что она даже не услышала. Грудь Дирси поднималась и опускалась, дыхание было не частым, но глубоким. Она ощущала каждое мельчайшее прикосновение, рисовала в голове картинки и давно уже боролась с желанием наброситься на мучителя и сорвать с него нелепый медицинский халат. Все ее мысли крутились только возле Гарри, его рук, его пальцев, раздвигающих вход. А потом он коснулся ее клитора... и голова просто отключилась, вводя девушку в коматозное состояние. Стайлс знал, что выходить за установленные рамки отношений гинеколог-пациент — не комильфо. Но как удержать свои пальчики, когда здесь лежит такое горячее и сексуальнейшее существо, провоцирующее его своими торчащими сосками и закусанной губой? Когда его палец скользнул вверх и вниз, Гарри встретился с лицемерно возмущенным взглядом, который спрашивал: "Что вы вообще делаете?" Чувствовал. Чувствовал, что на самом деле она хочет большего. Видел в этих испуганных глазах противоречивое желание. Она сама виновата. Нефиг быть такой возбуждающей, особенно когда полулежишь в кресле гинеколога. — Так приятно? — тихо спросил парень, продолжая водить пальцем по клитору. Вторая рука его коснулась ее ноги. Она вздохнула, ошарашенная этими действиями. — Вполне, — прозвучал рассеянный шепот. Дирси стала буравить парня взглядом, а его палец тем временем все не останавливался, скользя по чувствительной влажной коже. Девушка металась: то смущалась, то сердилась, то наслаждалась тем, что он делает. Но было уже так поздно. Ощущения стали слишком сладкими и желанными, чтобы читать извращенцу лекции о морали. Он наклонился и оставил свой щекочущий поцелуй. В животе все скрутило. У обоих. Дирси вздрогнула, будто вдруг всё же пришла в себя, но Гарри опять подключил свое гипнотизирующее "Тш-ш-ш", поднимаясь со стула и целуя на этот раз согнутую коленку. — Ты же жаловалась на отсутствие оргазмов, — приулыбнувшись, сладко пояснил он. — Нужно ведь проверить, чтобы убедиться, верно? Это был конец. Подсознательно дождавшись этого часа, Дирси выгнулась в спине, выдыхая скопленный внутри воздух, позволяя парню делать все, что он хочет. — Да, — покорно пролепетала она, обхватывая руками свои груди и поворачиваясь так, чтобы наблюдать за действиями Гарри. — Ты такая хорошая пациентка. Ты хорошая девочка, верно? — этот низкий голос вызывал мурашки, словно миллион тонких иголочек одновременно саданули ее кожу. — Да... — лишь выдохнула Дирси, послушно качая головой... и бедрами навстречу его пальцам. — Просто лежи и наслаждайся, — гулял его голос где-то в этой комнате, в ее ушах, голове, в ее сознании. Девушка простонала, когда почувствовала, что он добавил еще один палец, сделал несколько скользящих движений, а потом вынул их, наклоняясь, чтобы поцеловать нежную кожу ее внутренних бедер так, чтобы его дыхание потом обожгло клитор. Хренов садист. — Введи в меня что-нибудь, — совсем не смущаясь уже своих слов, попросила Дирси, елозя и вертясь на кресле. Она с мольбой посмотрела в зеленые глаза Гарри, телепатически пытаясь заставить его расстегнуть ширинку. Но он пошел иным путем. Коварно улыбнувшись, затейник отошел от девушки, чтобы принести какую-то продолговатую толстую штуковину, похожую на мужской член. — Ты знаешь, что это? — Фаллоимитатор? — Дирси неосознанно понизила голос. — Я введу его в тебя, и мы попытаемся вызвать оргазм, договорились? Не бойся. Так нужно. Конечно, так было не нужно, конечно, если бы на приеме была кто-то другая, Гарри бы и не вздумал доставать игрушку и тем более применять ее. Но здесь была эта девочка... Наивная, горячая, мокрая. — Вот так. Он смазал участок кожи вокруг входа смазкой, прежде чем приложил туда кончик фаллоимитатора. Дирси напряглась, но не возражала. Потерев ее клитор, парень заставил своими прикосновениями размякнуть ее тело, после чего поймал момент и двинул рукой, выслушивая протяжный стон. Черт, дверь ведь осталась не заперта. Впрочем, хрен с ней . Половина агрегата была внутри, стенки влагалища очень туго обхватывали его, и Дирси хотелось сжать ноги, но их держали специальные подставки гинекологического кресла. Гарри, сексуальный мучитель, вынул игрушку и ввел ее вновь, уже дальше, а его смоченные в смазке пальцы все ходили вокруг клитора и непосредственно по нему самому, быстро вызвав щекочущие ощущения где-то внизу живота пациентки. Пациентка. Какая к чертям она пациентка после этого? Дирси была почти доведена до оргазма, когда Стайлс вдруг решил, что наблюдать за создаваемыми им движениями стало слишком тягостно. Бережно вынув фаллоимитатор наружу, он отложил его и поцеловал разбухший клитор, проводя по нему языком. — Сделай еще что-нибудь, — это были ее слова. Жадно закусив губу и сжав соски, Дирси требовала продолжения. А разве желание клиента не закон? Напомнив о своей шикарной улыбке, Гарри наклонился над телом девушки, затем целуя ее в живот. — Давай сделаем так. Этого действительно было недостаточно, чтобы я мог убедиться в диагнозе, — он взял ее за лодыжки, потянув так, чтобы освободить ноги девушки. — Думаю, тебе нужно поменять позу. Давай ты перевернешься и встанешь... на ладони и колени. Раком. Она уже выполнила просьбу, вставая раком, когда Гарри нажал на кнопку, чтобы сработал механизм, и кресло плавно опустилось ниже до уровня его бедер. Эта игра была им обоим по вкусу. Дирси прекрасно понимала, что врач собирается подключить уже свой, живой член. — Не напрягайся, все нормально. Звук расстегивания молнии подтвердил ее мысли. Ладони парня легли по обе стороны ее ягодиц, вонзаясь в кожу сильными пальцами. Так сложно было поверить, что все это происходит на самом деле. Он... ее гинеколог. В больнице. Сейчас. Она слышит его тяжелое дыхание. — Хорошо, ты готова, милая? — Думаю, да. Гарри делает это медленно. Водит головкой вокруг, размазывая смазку, потом проникает совсем чуть-чуть, на пару сантиметров, оттягивает член обратно и входит вновь, погружая внутрь уже целую головку. Но он не железный и не намерен вечно играть в эти игры, поэтому... толчок. Она выгибается, позволяя парню схватить ее волосы. А на его шее активно пульсирует жилка, похожая на натянутую веревку под кожей. Стоны. Мужской и женский, разлетаются по комнате эхом, не боясь быть услышанными. Ну бояться-то должны эти двое, а не звуки, которые они издают. Но им пофигу. По-фи-гу. — Какого ты такая узкая, а? Нельзя так. Можно. Вцепившись в искусственную кожу кресла ногтями, Дирси не замечала, что оставляет порванные следы. Даже не заметила, что сломала один ноготь. Не суждено было вспомнить и про дорогой маникюр, чтобы загрустить. О каком, в общем, маникюре речь, когда сзади тебе вставляет умопомрачительный гинеколог, парень с такой красивой улыбкой, самыми зелеными на свете глазами и с таким... огромным членом? Да, он однозначно лучше, чем скользкая игрушка. — Да, глубже, — на этот раз вылетает фраза из грязного ротика девушки, она хватается за свою задницу, пытаясь найти пальцы Гарри. Он переносит руки на ее бедра, управляет всем сам, оттягивая и притягивая разгоряченное тело Дирси. Толчки ускоряются, резкая встреча тел создает пошлые шлепки. Она стонет, когда гинеколог наращивает темп. А врач находит рукой клитор, возобновляя его стимуляцию. Он профессионал. Он точно знает как надо, чтобы у нее сносило крышу. И у нее сносит. В голове только выкрики сознания на подобие: "Быстрее, жестче! Стони. Стони ради меня и трахай дальше. Да!". К тому моменту, когда Стайлс ненадолго выходит, чтобы укусить ее за задницу и облизнуть покрасневшее место, девушка забывает даже свое имя, что уж там говорить о воспоминании, где она находится и с кем занимается сексом. Кресло начинает скрипеть. Противно и очень пошло. Эти звуки существуют отдельно от сбивчивого дыхания партнеров. Не сочетаются, не идут в такт. Вдох-выдох, скрип, вдох-выдох, вдох-выдох, скрип, вдох, скрип, выдох... Выдох, выдох, выдох. Стон. Дирси едва не вскрикивает, когда Гарри меняет позу. После этого по комнате раздается шлепок. Ее ягодица пылает после удара за то, что пациентка чуть не сдала их; теперь Макмаер не знает, как лучше: вскрикнуть, чтобы быть капитально отшлепанной или молчать, оставаясь покорной и послушной пациенткой, чтобы не расстраивать доктора. Когда они снова меняют позу, и девушка вновь оказывается лежащей на спине, стонать начинает и Гарри. Он должен держаться дольше, но темп слишком быстрый, а внутри партнерши слишком мокро, узко, приятно. Невероятно. Собрав все свое мужество, он старательно доводит ее до оргазма. Выслушивает маты. Она пытается сдержать крик, потому что выбирает второй вариант, и чтобы сюда не слетелась вся любопытная больница. Глубокий звук застревает где-то в горле вместе с задерживаемым дыханием, продлевающим экстаз. Ее голова кружится. Восстанавливая дыхание, девушка только-только осознает, что кончила, и чувствует, как плавно Гарри выходит из нее, а затем тянет за руки. Она понимает, что должна сделать. Улыбнувшись, молча опускается на колени, чтобы обсосать член, и это становится последней каплей из чаши терпения Гарри — он бурно кончает ей в рот, запрокинув голову и закусив губу. Кажется, что парень слишком уязвим, но на самом деле уязвимы оба. Выдохнув его имя, Дирси целует засранца в бедро, закрывая глаза и все еще чувствуя наслаждение. Найдя его руку, она блаженно шепчет: — Думаю... О, думаю, теперь я точно знаю, что такое оргазм, доктор. Да... Дирси Макмаер не любила ни врачей, ни больницы, и определенно больше всего ей не нравилось это неловкое слово "гинеколог". В общем, так было до сегодняшнего дня. К гинекологу девушка стала ходить намного чаще и только в те дни, когда наступала смена Гарри Стайлса, имя которого она запомнила на всю жизнь. Теперь он ее любимый врач. А она, бесспорно, его любимая пациентка.