Чокнутые

Раз уж делать нечего, я забредаю в душ. Беру два новых полотенца. Хорошо, что двери и стенки душевой кабинки матовые, не разглядеть даже нечего. Довольная, я влажу в кабинку и позволяю себе расслабиться под струями ледяной воды. - Завтра как хочешь, но я на пары, - уверенно говорю я, обматываясь полотенцем и впуская парня в душевую. Это конечно ужасно, ведь он видит меня, по меньшей мере, голой. Тихо вздыхаю, садясь на холодный кафель. Мокрые пятки лежат на коврике, пока я пытаюсь разобраться в своих чувствах. Голову занимают совсем другие мысли. Пит стоит передо мной уже в шортах. Я натягиваю полотенце выше и направляюсь в комнату. Надеваю летний сарафан, пока Пит с голым торсом стоит напротив меня. - Еммм, это для тебя норма? - спрашиваю я нового друга, а он только улыбается. Набирает номер знакомого и просит о нескольких футболка на застежке сбоку. Тот что-то ему говорит, ну, а Пит с улыбкой на лице ждет своего знакомого. Я хочу к нему приблизится, но я слишком хорошо помню, чтобы забыть боль и обиду. Горячие потоки слез в прошлом все еще скатываются по моим щекам. Я не покажу слабость, не хочу казаться слабой, зависимой от кого-то. Все, что ты должен был сделать, остаться, но вместо этого ты ушел, сильно хлопнув за собою дверью. Милый, теперь между нами вражда. Знаешь, это была сумасшедшая любовь, Так посмотри, что ты натворил: Милый, теперь между нами вражда. Теперь у нас проблемы, И я не думаю, что их можно разрешить. Ты нанёс действительно глубокую рану, Так что, милый, теперь между нами вражда. Тебе пришлось это сделать? А я думала, что тебе можно доверять. Тебе пришлось разрушить то, что сияло? Теперь это всё заржавело. Ты не мог поступить иначе, как ударить меня В самое слабое место? Милый, у меня перехватило дыхание. Посыпав соль на рану, тебе пришлось хорошенько втереть её? Похоже, ты просто смеёшься мне в лицо. Как же грустно думать о хороших временах, о нас с тобой... Ведь, милый, теперь между нами вражда. Знаешь, это была сумасшедшая любовь, Так посмотри, что ты натворил: Милый, теперь между нами вражда. Теперь у нас проблемы, И я не думаю, что их можно разрешить. Ты нанёс действительно глубокую рану, Так что, милый, теперь между нами вражда. Ты думал, что всё будет хорошо? У меня до сих шрамы на спине от твоего ножа. Так что не думай, что всё в прошлом, Такие раны не проходят без следа, они остаются. Ты тщательно всё продумал? Ведь ты будешь расплачиваться за то, что сделал. Время лечит, но не такое, Так что даже не пытайся приблизиться ко мне. Как же грустно думать о хороших временах, о нас с тобой... Милый, теперь между нами вражда. Знаешь, это была сумасшедшая любовь, Так посмотри, что ты натворил: Милый, теперь между нами вражда. Теперь у нас проблемы, И я не думаю, что их можно разрешить. Ты нанёс действительно глубокую рану, Так что, милый, теперь между нами вражда. Бинтами следы от пуль не скроешь, Ты извиняешься только для показухи. Это твоя жизнь, ты живёшь с призраками. Бинтами следы от пуль не скроешь, Ты извиняешься только для показухи. Это твоя жизнь, ты живёшь с призраками. От такой твоей любви кровь стынет в жилах. Милый, теперь между нами вражда. Знаешь, это была сумасшедшая любовь, Так посмотри, что ты натворил: Милый, теперь между нами вражда. Теперь у нас проблемы, И я не думаю, что они разрешимы! Ты нанёс действительно глубокую рану, Так что, милый, теперь между нами вражда. Милый, теперь между нами вражда. Знаешь, это была сумасшедшая любовь, Так посмотри, что ты натворил (посмотри, что ты натворил) Милый, теперь между нами вражда. Теперь у нас проблемы, И я не думаю, что их можно разрешить. Ты нанёс действительно глубокую рану, Так что, милый, теперь между нами вражда. И за глубокую рану, ты отвечаешь!

***

Твое лицо меняется в догадках... Почему же мне так плохо? Моя мечта - причинить тебе боль, Видеть отчаяние на твоем лице. Почему же мне так плохо? Почему же мне так больно? Я знаю, что не остановлюсь. Хочу причинять тебе боль! Я знаю, что это игра. Только игра для тебя, А я под милой улыбкой Скрою от тебя свою сущность, Ну что ж, милый, сыграем в игру?

***

Звонок в дверь, я бегу открывать, даже не посмотрев в глазок. - Гэйл? - От удивления мое лицо вытянулось, а по телу пробежали мурашки. Пит вышел к входной двери в одних шортах. Лицо Гейла стало злобным, а серые глаза отдавали холодом. Он сжал руки в кулаке. Я со страхом смотрела на кузена, пока он уже думал, куда ударить Пита. - Привет, Кис. - Весело он переводит взгляд на меня, а потом вновь на моего друга. Он наверняка вспомнил Пита и сейчас смотрит на меня удивленно. Ведь мало того, что Пит в моем доме, так он еще и наполовину раздает. Меня охватило волнение, ведь первой кому я рассказала про Пита, был Гэйл. Он был первым и последним, кому я плакала на плечо. Только он знает, как мне было больно. Я смотрю в его серые глаза, наполнены злобой и отвагой. Кулаки сжаты, а я стою, жду его реакции. В голове вспышками проносится все, связанное с Питом. Минуты радости, бесконечные годы соленых слез. Я мысленно добиваю себя, моя душа - моя собственная клетка. Слова новой песни слетают с языка. Я со всей силой тяну Пита на кухню. Ручка машинально движется, выводя знакомые слова. Текст - крик души, я только его исполняю. Читаю вновь строку за строкой, в глазах всё расплывается от выступивших слез. Пит только гладит меня по голове, шепча успокаивающие слова. Во всем виноват ты и только ты!