Папе снова 16

Паранойя начала преследовать меня все время: дома, в школе, на свиданиях с Фрэнком, на прогулках с Бэндит. Я уже не знаю, что мне делать. Чувство того, что я брошу Фрэнка, не дает мне покоя. Как я смогу жить без него? Ведь впервые за столько лет мне кто-то понравился. Впервые за столько лет я кого-то полюбил. И теперь уже я не могу представить свою жизнь без этого милейшего паренька. -Джи, ты мне слышишь? – кажется, я совсем задумался и не заметил, что Фрэнк мне что-то говорит. -Прости, я слегка ушел в свои мысли. Что ты сказал? -Спросил, хочешь ли ты есть? – сейчас мы с парнем находимся у него дома. Его родители поехали на дачу за город, а Фрэнк остался на все выходные один. Сперва мистер и миссис Айеро хотели и его с собой взять, но этот гаденыш делает такие щенячьи глазки, что никто не устоит. -Нет, спасибо, - ответил я как-то печально, что не скрылось от подростка. -С тобой все хорошо? Ты в последнее время какой-то мрачный, напряженный, - неужели все это так хорошо видно? Наверное, так оно и есть. Но я не хочу рассказывать Фрэнку о своих мыслях. Не хочу его обременять своей ложью. -Да нет, все в порядке. Просто устал, наверное, - я попытался улыбнуться. -Ну тогда тебе необходимо расслабиться, - эх, Фрэнки, если бы все было так просто. – И я тебе в этом помогу, - а вот это уже интересно. Мы лежали на кровати Фрэнка, и он попросил меня лечь на живот. Точнее, он взял меня и перевернул, а потом спросил, не против ли я. И откуда в нем столько силы? На вид такой хиленький. Парень уселся мне на бедра, задрав мою футболку вверх, пытаясь ее снять. Ну кто сперва переворачивает на живот, а потом снимает футболки? Только Фрэнки, правильно. Но футболки мы все-таки сняли. Я опять лег поудобней, а он поудобней устроился на моей заднице. -Ты готов? – я замычал в знак согласия, правда пока не понимаю, к чему именно я готов. Конечно, у меня были предположения, но… все они развеялись, когда Айеро начал массировать мою шею, спину, постепенно опускаясь ниже, а потом опять выше. Да, у меня было предположение, что он собрался делать мне массаж. Но я никогда бы не подумал, что он может его делать настолько хорошо. Кто его только этому учил? Руки Фрэнка прошлись вдоль позвоночника, от чего я застонал. Слишком уж хорошо он все это творил. Настолько хорошо, что я даже возбудился. Вы правильно поняли, у меня встал от того, что мой парень делает мне массаж. Хотя, от такого попробуй не возбудись. Такой красавец сидит на моей заднице, делает мне умопомрачительный массаж. Я просто таю и стону. Таю и стону. И возбуждаюсь. После нескольких минут такого действа, мой член стоял колом и требовал к себе внимания, но я не мог перевернуться. Зато мог слегка потереться пахом о кровать Фрэнка, что я и сделал. Сразу застонал. Айеро это, конечно, заметил, услышал и сам начал тереться. Только об меня. И, черт меня побери, он тоже возбужден. Об этом мне хорошо говорит то, что в мою попу упирается его стояк. Что же ты творишь, гад? -Ты расслабился, Джи? -Нет, я только больше напрягся, потому что хочу подрочить. А ты меня мучаешь. А ну-ка слазь с меня и дрочи, - что ты сейчас сказал, Уэй? Половое созревание закончилось лет двадцать назад. Может, я стал подростком и этом смысле тоже? Нет, не хочу больше возбуждаться от каждого прикосновения. Раньше надо было думать об этом, Джерард. Сейчас поздно. -Какие ты слова знаешь. А на вид такой милый молодой человек. -Если ты сейчас же не снимешь с меня эти брюки, то я стану милым импотентом, - ну давай же, Айеро, сделай что-нибудь. -Милый, тебе пока это не грозит, - зато тебе грозит стать костратом, потому что я начинаю злиться. А когда я возбужденный и злой, то… я не знаю, что происходит, потому что такого еще никогда не было. Но сейчас есть возможность узнать, что же все-таки произойдет. -Фрэнк, - то ли зарычал, то ли застонал я. А этому, кажется, нравится мучить меня. Ирод. -Ладно, так и быть, - неужели его величество соизволило начать расстегивать мне брюки? Дождался. -Быстрее, - да что же он за мученик такой? Ему в кайф издеваться надо мной? -Какой ты не терпеливый. Погоди чуток, - достал. Я резко перевернулся на спину и притянул Фрэнка к себе, впиваясь в его губы. Мальчишка, совсем этого не ожидавший, попытался сначала вырваться. Но потом до него дошло, что происходит, и он начал отвечать на поцелуй. Слишком прекрасный поцелуй. Парень не только умеет делать шикарный массаж, но и поцелуи у него тоже то, что надо. Хотя, они даже лучше. Самые лучшие поцелуи в моей жизни. Он посасывает мой язык, пытаясь его то ли съесть, то ли оторвать. Эй, дорогой, мой язык – не член, который, кстати, требует внимания к себе. Об этом я и решил напомнить Фрэнку, снова начиная тереться. Только теперь не о кровать, а о моего парня. Мы одновременно застонали. А что вы хотите от двух подростков, которым сперма в голову бьет? Только так. Только так. Айеро продолжил расправляться с моими штанами, и на этот раз ему удалось быстро от них избавиться. Так же быстро он избавился и от моего белья. Сейчас я лежал полностью голый под Фрэнком, покрывая поцелуями все его лицо: губы, нос, щеки, брови, - все, куда мог дотянуться. Неожиданно Фрэнк оторвался от меня и встал. Сперва я не понял, что происходит. Но, когда он начал быстро снимать с себя одежду, до моего возбужденного мозга все дошло. Черт, и почему я не знал, что у него на теле есть татуировки? Да, их несколько, но они прекрасно дополняют его тело, на котором был виден легкий пресс. И не надо ему слишком накаченного, а то будет качок недоросток. Разве это здорово? Совсем нет. И я не хочу обидеть Фрэнка. Меня полностью устраивает его рост. Он просто очаровашка. Так, Джерард, у тебя тут нечто более интересное, чем размышления о росте. Подумаешь о нем позже. Фрэнк снова забрался на кровать и развел мои ноги в стороны, пристраиваясь между ними. Черт, какой же он прекрасный. Такой красивый, такой голый и такой возбужденный. Сейчас мне хочется выйти на улицу и проорать о том, что у меня самый лучший парень в мире, и пусть все девки завидуют. Но мне 35, и я не могу. К тому же, я сейчас немного занят, потом. Айеро начал гладить своими шикарными руками все мое тело, его губы расцеловывали каждый его участочек, от чего я плавился, как сыр в микроволновке. Видимо, шея – моя эрогенная зона, потому что, когда Фрэнк начал целовать ее, я застонал очень громко. Он только улыбнулся. Доулыбаешься у меня. Мне снова надоело ждать чего-либо, поэтому я опять резко перевернулся, и теперь парень находился подо мной, а я восседал на его прекрасных бедрах. Я никогда не устану повторять, какой он прекрасный. Фрэнк снова не понял, что произошло, и я, воспользовавшись этим моментом, взял оба наших члена и начал дрочить нам обоим. У моего любимого изо рта посыпались такие нецензурные слова. Никогда бы не подумал, что он такие только знает. Ему бы сапожником стать. Честно сказать, мне самому хотелось немного поругаться от того, как было хорошо. Но я себя сдерживал, только громко стонал. Через пару минут я на своей руке почувствовал еще одну. Фрэнк решил тоже принять участие и начал мне помогать. Наши руки на наших членах, истекающих смазкой. Что может быть более развратнее и красивее? Да, я чертов извращенец. Но что поделать? В спальне Айеро сейчас пахло похотью, возбуждением, были слышны громкие стоны. Фрэнки, а я и не знал, что тебя так ведет от обычной дрочки. Я начал поглаживать его головку, от чего он даже вскрикнул. Мой маленький чувствительный мальчик. Когда я начал чувствовать свой приближающийся оргазм, движения моей руки стали более резкими, рваными, стоны более громкими. Фрэнк тоже держался из последних сил. -Давай, Фрэнки, сделаем это как в сопливых фильмах и книгах – одновременно, - между стонами произнес я. -Какие же это ты фильмы смотришь, извращенец? – надо же, у него еще есть силы что-то говорить. Но, кажется, именно это стало его спусковым крючком. Фрэнк, закричав на весь дом, кончил мне в руку и немного на живот. Я последовал сразу за ним. Точно как в дешевых мелодрамах. Но мне понравилось. Я уткнулся головой парню в плечо, пытаясь отдышаться. Но нормальное дыхание так и не хотело приходить. -Так что ты там за ерунду смотришь? – опять спросил Фрэнки. Мой любопытный мальчик. -Не важно, милый, - я поцеловал его. Сейчас это был нежный медленный, я бы сказал, что ленивый поцелуй. Прям как в дурацких книгах и фильмах.