Телохранитель

Бэкхён еще раз посмотрелся в зеркало. Отражение показывало ему всю его идеальность. Красивые черты лица, подведенные черным карандашом глаза, придают взгляду еще большей надменности, губы искажены в коварной улыбке. Одежда четко подчеркивало все его достоинства, включая выпирающие ключицы и просто божественные бёдра. Да, Бэк знал себе цену и мог похвастаться многими частями своего тела, которые не могли не привлекать. Сейчас Бён, как в любой обычный субботний вечер, собирался пойти в клуб, где его ждали развлечения и куча красавчиков, которых можно полапать и прижать где-нибудь к стене. Но только вот Бэкхён совсем забыл о приставленном к нему телохранителе. Возможно он просто надеялся, что этот эльф-переросток не будет таскаться за ним прям уж повсюду. Нельзя же так нарушать чье-то личностное пространство. Вообще Бэкхён был безумно зол. Ему не нравилась вся эта ситуация, ему не нравился его охранник. После вчерашнего знакомства остался очень неприятный осадок. Никто не позволял себе так разговаривать с Бёном и этот опыт ему не особо нравился. Ладно, если было бы от кого принимать такие оскорбления, но ведь Чанёль ничего из себя не представляет. Жалкий, убогий, отталкивающий, в нем смешивались все качества, которые ненавидел Бэкхён и собирался исправить. Он приручит этого дрища и заставит плясать под свою дудку. - Добрый вечер, господин Бён, - здоровается Чанёль, немного склоняя голову. Бэкхён лишь фыркает и снова недовольно осматривает своего охранника. Он одет в строгий черный костюм, волосы зачесаны назад, еще больше выделяя топорщащиеся уши, а взгляд все такой же непроницаемый. - Ты, что на похороны собираешься? - Нет, это обычная одежда любого телохранителя. - А кривые ноги и торчащие уши, это тоже одежда любого телохранителя? Бэкхён ударяет ладошкой себя по коленке и заливается громким смехом. Сам пошутил, сам посмеялся. А что? Он же хозяин, ему все можно, даже издеваться над людьми. Им за это платят, чтобы они терпели все выходки своих господ. - А стервозный характер и довольно заурядная внешность, походу у всех богатеньких сыночков? - вдруг выпаливает Чанёль и расплывается в своей безумной улыбке. В этот момент Бён перестает ржать и ошарашенно смотрит на Пака. Ему послышалось или этот нищесброд, только что, назвал его внешность заурядной? Бэкхён и не думал, что это будет такой большой удар по самолюбию. В чем, в чем, а вот в своей внешнем виде он никогда не сомневался. Поэтому услышанные только что слова очень задели и выбили из прежней уверенности. - Ты, что охренел? Да, будет тебе известно, что я считаюсь самым красивым среди всех богатых наследников и кстати, самым богатым, - процедил Бён, подходя к Чанёлю и хватая его за воротник. - Вот именно потому что вы самый богатый, вам и не решаются сказать всю правду в лицо. Оскорбление за оскорблением. Кажется Бэкхён сейчас просто взорвется. После такого унижения он не позволит Паку спокойно жить. Это была последняя капля. Похоже, что этот эльф считал себя бессмертным и неуязвимым. - Послушай меня, ты дерьмо собачье! Я надеюсь, что в последний раз слышу от тебя такие слова. Думаешь, если у тебя нет семьи, то мне нечем тебя припугнуть? Не беспокойся, я ограничусь только тобой, - пробормотал Бэкхён, обхватив шею Чанёля своими длинными пальчиками, - Когда придет время, я просто задушу тебя и знаешь, мои руки не дрогнут. - Я буду очень вам признателен. А сейчас нам уже пора. Вы же не забыли о своих планах? Пак улыбнулся и аккуратно убрал руки Бёна от своей шеи. Ему вовсе не страшно, подобное он слышал довольно часто. Вот только прикосновение холодных пальчиков вызывало дрожь и не понятную бурю эмоций. Наверное дело в самом Бэкхёне и его желании доказать свою красоту. На самом деле Чанёль не считал его заурядным, но просто хотелось хоть как-то задеть эту изысканную "принцессу". И похоже, что это очень хорошо получается, только бы потом не пожалеть об этом. Приехав в клуб парни направились к главному входу. Чанёль всячески старался не подпускать никого к Бэкхёну, даже просто рядом находящихся людей. Он был бдительным и осторожным, даже слишком осторожным. Это поведение безумно злило Бёна. Все смотрели на них как на двух идиотов. Конечно, частенько кто-то приходил с телохранителем, но только не Бэкхён. Он всегда считался независимым и бесстрашным, а тут пришел с охранником, да еще и с таким страшным. - Здравствуйте, господин Бён! Прошу вас проходите! А этот... парень с вами? - спрашивает мужчина стоящий на фейс-контроль, недоверчиво глядя на Пака. - Нет, он не со мной! Преследует меня от самого дома, - отвечает Бэкхён, проходя внутрь и даже не обернувшись на своего телохранителя. Соответственно после этих слов Чанёля не пропустили. Два амбала перегородили ему дорогу и попросили отойти, чтобы не возникло никаких проблем. Да, такого можно было ожидать от Бёна, и Пак примерно представлял, что подобное случится. Вот только этот умник совсем забыл, что у Чанёля немного, но тоже работают мозги. Он заранее подготовился, получив от Бёна старшего письменное разрешение следовать за его сыном куда угодно. Собственно эту "золотую карточку", Чан и предоставил охране, а потом и администратору. Хорошо, что "ByunCompany" была очень известна в высшем обществе и предоставление такого документа открывало все двери в мир дорогой жизни. - Так он, что с тобой притащился? - насмешливо спросил Кёнсу. - Да! Но я оставил его у входа. Это как табличка: с собаками и телохранителями не входить! Мне еще этого лоха здесь не хватало. Бэкхён поудобнее уселся на диване и сделал пару глотков своего виски. В душе он просто ликовал, ну по крайней мере до того момента пока не увидел приближающегося Чанёля. Бён буквально выплюнул виски, не веря своим глазам и тем самым пугая Кёнсу. - Что случилось? - Это, это... Он меня уже реально достал! Он портит мне настроение и все веселье, - кричал Бэк, топая ножками как маленький ребенок. - Господин Бён, извините за задержку. В следующий раз давайте обойдемся без этих шуток, хорошо? - пробасил Чан, присаживаясь рядом с Бэкхёном. - Это, что твой телохранитель? - шепотом спрашивает Кёнсу, толкая друга в бок. - Да! Мой надоедливый телохранитель, от которого я никак не могу избавиться, - совсем не тихо ответил Бён, спихивая Пака с диванчика. - А он ничего такой, симпатичный. И почему ты говорил, что он урод? Такое заявление Кёнсу просто выбило Бэкхёна из колеи. Его друг всегда был очень разборчив в выборе партнеров, он был даже слишком переборчив. И как такому гурману мог понравится этот лопоухий дрищ? Может здесь что-то не так именно с Бэком? Может это он чего-то недопонимает? Ну нет, Чанёль - урод и засранец, это точно. Просто Кёнсу плохо рассмотрел его в тусклом свете. - Ты просто плохо его знаешь, - шепчет Бён, придвигаясь к другу. - А зачем мне его узнавать. Я бы не прочь поиметь его, ну или, чтобы он меня поимел, там как карта ляжет. - Ага, мозги он тебе поимеет. Он меня заурядным назвал, представляешь какого он мнения о тебе? - Что? Заурядным? Кёнсу начинает смеяться, прикрывая ладошкой рот. Бэкхён уже пожалел, что рассказал о своем новом прозвище. Теперь наверняка все узнают о том, как Бэка унизил какой-то никчемный идиот. Потерять свою репутацию всего за день, такого даже в страшном сне не приснится. - Замолчи Кён! Если об этом кто-то узнает, я сделаю все, но твоей вокальной деятельности придет конец, - прошептал Бэкхён, после чего Кёнсу перестал смеяться и стал серьезным. - Ладно! Но хотя бы позаигрывать с твоим охранником ты мне позволишь? - Валяй, если у тебя конечно получится пробиться сквозь его броню непроницаемости. Ребята поменялись местами так, чтобы теперь рядом с Чанёлем сидел Кёнсу. Пак улыбнулся ему, озаряя свое лицо чистотой и искренностью. От такого на удивление милого жеста, Бён нахмурился. Его посетила мысль, что эта улыбка была не такой безумной, которая была раньше. - Меня зовут Кёнсу, а ты как я полагаю, Чанёль. Ммм, а ты хорошенький. Жаль, что ты не мой телохранитель. Дио провел указательным пальчиком по шее Пака, от чего тот едва ощутимо вздрогнул и отшатнулся. Он хоть и не был богатым, но эти игры хорошо знал. Лучше не попадаться в подобные ловушки, чтобы потом не попасть впросак. Но кажется Кёнсу не собирался отступать, он закинул одну ногу на колено Чанёля, а рукой уже активно поглаживал его пресс. - Ты такой мужественный и в то же время милый, - шепчет Дио, обжигая своим дыханием кожу на шее. Чанёль тяжело выдохнул и только собирался оттолкнуть от себя надоедливого парня, как вдруг его взгляд привлек Бэкхён. Он пристально наблюдал за всем происходящим и на мгновение показалось, что он сердится из-за того, что Пак до сих пор не оттолкнул Кёнсу. Да уж, эту золотую молодежь вообще невозможно понять, но ясно одно - лучше играть по их правилам. - Господин Кёнсу, вы очень добры. Знаете, когда я окончу работать у господина Бёна, вы можете нанять меня для себя, - улыбается Чанёль и выпутавшись из крепких объятий, встал, отходя поодаль. - Я хочу домой! - буквально выкрикивает Бэкхён и вскочив с места, уходит. За сегодняшний вечер он потерпел столько унижений. Сначала были оскорбления в его адрес, а теперь это. Получается Пак предпочел ему, Кёнсу - это так унизительно. Бэкхён лучше в тысячу раз, но его называли заурядным, а вот у Дио Чан бы с удовольствием поработал. Что за ерунда? Такое даже в голове не укладывалось. Еще пара таких вечеров и у Бёна больше не останется никакой гордости, никакого самолюбия, никакого собственного Я. - "Пак Чанёль, ты еще будешь бегать за мной на цыпочках. Будешь умолять меня оставаться твоим господином. Уж это я точно обещаю!"