Наша история начинается здесь

Кларк чуть отворачивается, чтобы не видеть прямо перед собой эту сцену. Снова. Какой это уже по счёту раз? Второй? Третий? Но точно — не последний. Точно не в последний раз Кларк видит, как Беллами Блейк отходит от неё, оставляет в одиночестве, потому что прямо к нему двигается Эхо — его девушка. Не в последний раз Кларк видит, как Беллами крепко обнимает ту и как они замирают на несколько мгновений, чтобы уловить этот миг спокойствия и любви друг с другом, миг посреди океана хаоса и войны. Не в последний раз Кларк Гриффин чувствует, как её сердце снова разбивается на миллион мелких осколков, потому что она снова и снова — опоздала. Она опоздала сделать самый важный, нужный и правильный выбор в своей жизни. Кларк опоздала и не выбрала Беллами Блейка, когда он этого ждал, когда он ждал её, когда он хотел быть рядом с Кларк и делать для неё действительно всё. Кларк опоздала со словами, с объяснениями, она опоздала ещё на Земле, а Санктум не даст ей такого желанного второго шанса. И вот теперь Кларк снова наблюдает за тем, как Беллами крепко сжимает Эхо в своих объятиях, как он на мгновение закрывает глаза и как словно успокаивается, будто бы всё наконец-то идёт совершенно правильно и так логично. Словно наконец-то он в мире и покое, он рядом со своей девушкой. Кларк просто смотрит, она бы хотела не смотреть, оторваться от этой сцены, переключиться и сосредоточиться на чём-то действительно важном и нужном, но она не может. Пока Беллами не поднимает на неё свой взгляд и не смотрит прямо на Кларк. Раньше такого не было. Первый раз был в песках пустыни, когда они с ВанКру встретили друзей с Ковчега. Тогда Кларк обняла Мэдди, а потом с тем самым шоком наблюдала за тем, как Беллами бросился к Эхо и как они крепко обнялись, сделав ситуацию совершенно понятной без любых слов. Тогда Кларк чувствовала боль и разочарование: это был резкий и внезапный удар в самое сердце, удар, который выбил её из реальности и заставил растеряться. После шести долгих лет ожидания, после шести долгих лет разговор с Беллами по рации каждый день, после шести долгих лет надежды и веры в лучшее будущее, просто потому что Кларк наконец-то разрешила себе иметь надежду и поверить в хорошее будущее с Беллами… В тот момент это был удар, но Беллами не видел Кларк. Он не мог увидеть её лицо и её разочарование, он не мог знать, что она чувствует, а скрывать свои чувства Кларк Гриффин научилась слишком давно и слишком идеально. В другой раз Кларк снова была рядом с Мэдди, а Беллами и Эхо целовались, явно прощаясь перед важной миссией, которую им устроила Октавия. Тогда Кларк тоже отвернулась, уверенная в том, что никто не мог заметить ни её взгляда, ни её чувств и эмоций, ни её странного разочарования, а после и оцепенения. Тогда Кларк уже знала — надежда исчезла, растворилась и стоило принять новую реальность — Беллами больше не был для неё, он устал её ждать и пошёл дальше. Беллами устал ждать Кларк, ждать того момента, когда бы она наконец-то снова позволила себе быть счастливой и позволила быть счастливой именно с ним. И снова это происходит. Беллами обнимает Эхо, но на этот раз его глаза находят Кларк. Они стоят так несколько поразительных мгновений, не отрываясь друг от друга, тогда как между ними стоит Эхо. Эхо стоит в объятиях Беллами, спиной к Кларк, и Эхо так символично разделяет их обоих, но взгляды Беллами и Кларк друг на друга даже Эхо не может прервать. Кларк снова словно застывает. Потому что Беллами смотрит на неё, но она не видит в его взгляде просто дружеской поддержки или искреннего участия. Кларк видит там боль, сожаление, растерянность и словно чувство дурацкой вины. Кларк хочет ошибаться, но сердце снова бьётся с перебоями в груди просто потому, что не хочется ошибаться и придумывать себе то, чего в действительности нет. Не хочется иметь ложные надежды, но Беллами смотрит прямо в её глаза, а Кларк читает там сожаление и извинения. Прости меня. Извини. За то, что не спустился вовремя. За то, что ты не дождалась меня. За то, что потерял надежду и не верил в то, что ты можешь быть жива. Прости за то, что я пошёл дальше, но теперь снова и снова продолжаю оглядываться назад и возвращаться в то прошлое, когда я ждал тебя. Он же её спас! Беллами спас её! Когда Кларк лежала там, в операционной, когда Рассел склонился над ней и Кларк поняла, что вообще сейчас будет происходить, то дикий ужас бился в её сознании. Умирать — это дерьмово, никому не хотелось бы пожелать такого, но у Кларк было несколько минут для того, чтобы понять — она умирает. Она умрёт и оставит здесь одну Мэдди, свою маму и Беллами. Вот они, три самых главных человека в её жизни, она умрёт, и они останутся здесь без неё. Кларк просто отчаянно просила, чтобы Беллами пришёл, чтобы он разобрался с Расселом и его отвратительным культом, что Беллами её спас. Беллами и спас её. Он действительно бросил всё и всех, чтобы спасти её. Сначала Кларк ждала его в своём собственном запертом разуме. Но когда Джозефина сказала о том, что Беллами отказался от неё, это было самым больным и жестоким ударом. Тогда Кларк знала — всё кончено, но потом… Пришёл Монти, и они вместе придумали план, который помог Кларк не исчезнуть, помог сохранить сознание Кларк в её разуме… Кларк знала, что исчезает, когда услышала голос Беллами. Он кричал. Кричал и просил её не уходить, не бросать её, просил не оставлять его снова. Беллами просил её бороться, просил сильно, отчаянно, страстно и с надеждой, которая ещё не умерла, даже несмотря на то, что технически у тела Кларк остановилось сердце и она была мертва. Кларк слышала его голос и его мольбу, и потом… Силы откуда-то появились, силы на последний рывок, на последний отчаянный и самый последний удар. На удар, который разнёс сознание Джозефины вдребезги и вернул её. Кларк открыла глаза и увидела перед собой только Беллами. Его лицо была в отчаянии, там был написал страх, но ещё больше там было надежды. Невероятно сильной и отчаянной надежды, когда прозвучал его негромкий голос «Кларк?» Она кивнула, и они бросились друг к другу. Отчаянно цепляясь и не отпуская другого, Кларк уткнулась лицом в его шею, чтобы снова и снова вдыхать этот запах: самый близкий, родной и самый нужный. Кларк не могла отпустить его, улыбаясь и с облегчением осознавая: она не зря так надеялась на него и так ждала. Не зря думала именно про него: Беллами её спас. Она его ждала, и она его любила. Любила. Слишком сильно и слишком остро. Чрезвычайно сильно, той самой любовью, которая въедается в тебя навсегда. Это не просто романтическое увлечение или лёгкая влюблённость, это не просто весёлое приключение или роман. Это не просто любовь и страсть, нет. У Кларк любовь к Беллами давно уже стала просто частью её самой, такой неотъемлемой и огромной частью, без которой она уже даже и не знала, как вообще существовать. Кларк любила его как лучшего друга, как своего партнёра, как свою родственную душу, как… мужчину. Теперь, спустя годы, сюда добавилась и любовь, любовь и романтическое влечение, страсть и желание быть рядом с ним. Желание быть рядом с Беллами на месте Эхо. Обнимать его так, как делает его девушка. Целовать и держать за руку, дарить ту самую поддержку и верность, иметь небольшие и только им двоим понятные и уютные моменты близости и улыбки. Кларк теперь всего этого очень хотела, и… И она продолжала вглядываться в глаза Беллами, когда он обнимал Эхо и смотрел только на Кларк. Смотрел словно с извинениями и просьбой простить, смотрел виновато и с той самой виной, которая их и разделяла. Кларк смотрела на него столько, сколько позволяло им время. Возможно, она и не может сейчас быть с Беллами так, как бы она этого желала. Не может быть его девушкой, его романтической любовью и его страстью. Но она уже есть у него, просто это — намного большее. Беллами Блейк бросил всё и всех, включая свою сестру и даже Эхо, чтобы спасти Кларк Гриффин. Беллами Блейк наплевал на свою жизнь, на свою безопасность, на безопасность своих друзей и семьи, чтобы спасти Кларк Гриффин. Беллами Блейк наплевал на всё и ушёл вместе с Кларк навстречу смертельной опасности, в полную неизвестность, и всё это было только ради одного призрачного шанса спасти Кларк. Он снова и снова прошёл через ад, чтобы спасти Кларк и вернуть её к себе. Это значило только одно: Беллами тоже любит Кларк больше всего на свете. Пусть не так, как первоначально им было и предначертано. Пусть они не целуют друг друга и не обнимают по ночам, пусть у них нет романтических моментов и поцелуев, пусть у них нет секса, но Кларк для Беллами — та самая родственная душа, которая важнее всех остальных. Может быть, пока этого для Кларк Гриффин было и достаточно? Поэтому она отворачивается и чувствует, как противное и ноющее чувство ревности и обиды исчезло. Растворилось и пропало, уступив место приятному теплу и воспоминаниям о том, как именно Беллами держал Кларк в своих руках после того, как она очнулась и поняла, что вернулась буквально с того света. Она чувствует себя довольно хорошо для человека, который буквально недавно был мёртв, а вернувшись к жизни, обнаружил, что её дочь и мать были в смертельной опасности и ей снова нужно идти и спасти их как можно скорее. Но это было нормально. Потому что у неё был Беллами, и они точно справятся с любым хаосом. Вместе.