Встретились два одиночества

Нужно всегда быть благодарным за помощь, а за спасение своей шкуры – вдвойне. А что может быть лучшей благодарностью, чем профессиональное удовлетворение плотских потребностей в исполнении красавца-мастера своего дела? Так или иначе, но Зевран Араннай думал именно так. Вот и сейчас Зев усиленно соблазнял Хоука. Хоть он и начал делать это, до того как ему вообще помогли, но суть дела не меняет. Помощь оказана, а значит и награда тоже не должна задерживаться. – Может, мы…ты и я…- Зев, похотливо улыбаясь, открыто флиртовал с Хоуком. Сам же Защитник был бы не против продолжить их разговор где-нибудь в более укромном месте, если бы не одно «но». – Нет! – вдруг встрял маг, именуемый Андерсом. – Можем тут только Мы. Он и Я. – Ты занят? – взгляд эльфа сразу стал печальным. – Какая жалость. – Да, жалость, – Андерс схватил Хоука за руку. – А мы уходим. Зевран с интересом наблюдал, как удаляется вдаль группка, которая ему помогла. Конечно, его печалил факт того, что такая прелестная персона, претендующая на место его партнёра на ночь, оказалась занята, но он не был слепым и поэтому заметил ещё один грустный взгляд, глядящий на эту парочку. *** Фенрису было плохо. Очень, очень плохо. Нет, не от того количества алкоголя, которое он выпил за этот вечер (хотя это станет причиной его невзгод утром), а от неразделённой любви. Ладно бы его отвергли, но он ведь сам виноват. Тогда три года назад он сам сбежал от Хоука, как трусливая собака, а теперь сидит и жалеет. Его Хоук после случившегося между ними, недолго думая, ушёл к этому чёртовому магу Андерсу. Всё было бы не так плохо, но эти двое постоянно напоминали, что они вместе. Вот и сегодня эта парочка вновь принялась за своё. После встречи с антиванским эльфом Андерс устроил грандиозную сцену ревности, которую слышала вся округа. Да, он ревновал, что и понятно, ведь они с Хоуком встречаются. А вот у Фенриса оснований разорвать на куски бывшего антиванского ворона вместе с Защитником не было. Обидно. Больно. Одиноко. Неоткрытая бутылка дорогого вина полетела в стену. – Эй! Зачем зря переводить хорошее вино? – Фенрис вздрогнул от неожиданно раздавшегося за своей спиной голоса, который он почему-то сразу же узнал. – Ещё шаг – и я проткну тебя мечом, – зарычал он на Зеврана. – Этим что ли? – усмехнулся убийца, указывая на стоящий в углу меч, который по стечению обстоятельств оказался подарком Хоука. Фенрис поник больше. Подарок-то был сделан хорошему другу, а не любовнику. – Значит, этот презент от него, – задумчиво протянул Зев, садясь рядом на скамейку. – Что тебе от меня надо? – спросил Фенрис и пригубил очередную бутылку. – Мне? Ничего, – отозвался Зев и, выхватив тару из рук местного алкоголика, отпил её содержимое. – И зачем ты тогда тут? – воин отобрал свою драгоценную бутылку обратно. – Я просто хочу помочь собрату по несчастью. – И какое же у нас с тобой несчастье? – не понял Фенрис. – Влюбляемся не в тех, – пожал плечами эльф. – Ты вот, например, совсем раскис с этим своим Хоуком. А ведь он такой ветреный и непостоянный, если бы не этот Блондинчик, то я бы точно утащил его куда-нибудь в кусты. – Хватит мне на мозги капать. И без тебя хреново. – А я что? Я поддержать пытаюсь, – Зев поднял с пола ещё нетронутую зелёную бутылку и принялся её открывать. – Хочешь, расскажу о своей трагедии? – Попробуй, – поняв, что от собутыльника ему не избавиться, вздохнул Фенрис. – Когда-то я путешествовал с Героем Ферелдена. Мой флирт с ним был чистой формальностью, скорее привычкой, но он, как ни странно, ответил. Мы переспали и не раз. Он обо мне заботился, подарки дарил, расспрашивал о моей жизни, а я сам не понял, как влюбился в него. Но одним вечером я застал его голым в обнимку с ведьмой по имени Морриган. – И что ты сделал? – Отпустил, сказал, что я не помеха настоящей любви. Короче, дурак полный. – Так просто взял и отступил? – Да, – с досадой сказал Зев и приложился к бутылке. – Ради любви стоило бы и побороться. – Сам не лучше, - отметил Зевран. Выжрав (другое слово не подбирается) ещё ящик вина, два эльфа сидели на полу и строили домики из бутылок. – Аккуратней! – Прикрикнул Зев на Фенриса, который ставил бутылку на вершину их стеклянной башни. – Без тебя знаю, – проворчал пьяный воин и, не удержавшись на ногах, рухнул вперёд, сшибая собой конструкцию. Зажмурившись, эльф слушал звон стекла и удивлялся, почему не было боли от падения. – Интересно, а без доспехов ты станешь легче? Фенрис распахнул глаза и уставился на источник звука. Только сейчас он понял, что не упал: его поймали. Сильные руки прижимали его к себе, и одна из них, кажется, была на его заднице. – Кхм! – возмутился он, когда понял, что его пятую точку начали гладить. – Что? – «искренне» удивился Зев. – Даже не пытайся! – Фенрис попытался вырваться, но у него не получилось. – И что ты пытаешься этим добиться? – А разве не понятно? – Ты… – У тебя когда последний раз было? – перебил его Зев. Фенрис опустил глаза. Его смущало не то, когда у него в последний раз было, а с кем. – Понятно, – протянул убийца и наклонился к уху война. – Давай я тебе помогу, – ласково прошептал он. Фенрис посмотрел на эльфа перед ним. В этот момент в его пьяном мозгу вдруг вспыхнули вопросы: «Почему бы и нет?» и «Зачем хранить верность к тому, кто к тебе уже никогда не вернётся?». Не говоря ни слова, он притянул лицо Зева к себе и неуклюже поцеловал его в губы. *** Солнышко светит, птички поют, а Хоук со своим отрядом опять прётся куда-то за какой-то фигнёй. – Ты чего такой счастливый последнее время ходишь? Обычно же весь мир ненавидишь, – подметил Варрик, наблюдая за идущей впереди воркующей парочкой Хоука и Андерс. – Смог придумать, как уничтожить всех магов в мире? Ответом ему послужил презрительный взгляд эльфа. – Не твоё дело. – Ну, как знаешь, – фыркнул Варрик. Нет, конечно, отрицать то, что гном прав, Фенрис не мог: он прямо светился от счастья, но причину этого рассказывать хоть кому-то явно не планировал, а, точнее, сам не до конца понимал. Подумаешь, один эльф вот уже четвёртый раз за этот месяц намеревается прийти к нему ночью. Неважно, что вторая их встреча произошла без алкоголя. Не имеет значения, что в третий раз он сам пригласил к себе бывшего антиванского убийцу. И для Фенриса «совсем» ничего не значит, что сегодня ночью снова встретятся два одиночества.