Я не могу без тебя

Мне нельзя показывать свои настоящие чувства. Мне нельзя плакать, нельзя кричать. Ведь я уже взрослый, а капризничать – дело детей. Я не могу разговаривать со своими коллегами так, как я разговариваю с Мисаки. С ним я могу вести себя как захочу. Без притворства. Очень забавно наблюдать за ним, когда он в очередной раз меня за что-то ругает. Такой родной, свой. И ничей больше. Никому тебя не отдам. Но вот, его недельный отъезд к брату выбивает меня из колеи. Время тянется мучительно долго и невыносимо. Кажется, что секундная стрелка часов движется в десять раз медленнее. Вытаскиваю еще одну сигарету. Сколько пачек я скурил за последние сутки? Две или три… я не перестаю думать о тебе, Мисаки. Я не могу представить, что я буду делать, если тебе на ум взбредет завести себе девушку. Я сойду с ума. Ты для меня загадка. Загадка, которую мне никогда не разгадать и не понять даже. Только ты сам предоставляешь мне решения, сглаживая все внутри меня. После любого знака внимания, нежности и любви в душе расцветает невиданной красоты цветы. И я превращаю их в свои новеллы. Не думаю, что без чувств я бы стал таким известным. То, что я пишу, является отражением моих собственных чувств. Эмоции героев, слова, поступки – в жизни я бы сделал тоже самое. Сейчас, когда Мисаки нет рядом, и в душе пусто. Я сомневаюсь насчет того, вернется он обратно или нет. Я хочу, чтобы ему было хорошо. Со мной или без меня, неважно. Но без него мои рассказы не пишутся… бездумный лепет, неспособный удовлетворить целевую аудиторию. Мисаки… вернись, прошу тебя. Мысли прерывает телефонный звонок. - Усаги? Это я. Я возвращаюсь. Внутри все обрывается. Ликует. Празднует. - Мисаки, я тебя люблю. – в ответ неловкое молчание, готов поклясться, он покраснел. – Возвращайся скорее, Мисаки. - И-и-идиот, Усаги. Я не заставлю поезд двигаться быстрее… - Ну тогда я заберу тебя сам. – отключаюсь, не давая ему права возражать. Быстро накидываю пиджак, выхожу из квартиры и завожу машину. Всего час отделяет тебя от меня.