Иного духа.

Всё удивительно скверно. Где взять столько терпения? В плену только первый день, а уже паршиво. А чего, собственно, следовало ожидать? Благо, Соник скоростной и вернулся быстро. С женщиной и двумя мелкими пацанами лет по двенадцать. Мальчишки — близнецы. — Как и обещал: доктор и няньки, — Звуковик указал на гостей. Женщина-врач, черноволоса и черноока, стройна, наверняка тоже ниндзя. Хотя чему тут изумляться? Подошла и молча откинула одеяло. Бросила оценивающий и пронзительный взгляд, как у орлицы, чем сильно смутила Сайтаму. Не хотелось, чтобы его, голого, связанного и беззащитного рассматривала женщина, тем более с таким сканирующим взглядом, прямо как у Киборга-Демона. У Соника все знакомые такие суровые? Незнакомка покосилась на хозяина дома: — Почему связан? Так надо или опасен? — Чтобы не вставал, уже разгуливал голым по деревне, — тот развел руками. — И угораздило же ему на Режущую Ветром нарваться. Гостья сдержанно усмехнулась и вновь посмотрела на больного, подсела и развязала. — Парень, тебе повезло — жив остался. Режущая не любит мужчин ни в каком виде, тем более голых. Сайтама попал в совершенно другой мир, но и там есть крутые герои с особыми способностями. Невольно улыбнулся. Всё как в сёнен-манге! Жизнь не так уж и плоха. Взбодрился. Соник заметил странный огонь в глазах пленника — ему понравилось знакомство. Звуковик тоже улыбнулся и сел на пол. Дети, что были рядом, переглянулись и последовали его примеру. Наблюдали безмолвно. — Сможешь сесть? — доктор поманила к себе пациента. Тот послушался. Скованно, но получилось же. Дышал тяжеловато. Доктор осматривала глаза, рот. — Почему обезвожен? — спросила как бы мимоходом, уже разматывая грязные бинты на голове обследуемого. Соник — детям: — Принесите воды. Тот, что был ближе, пошел выполнять приказ. Когда бинты сняли, взору предстала операционная рана: от уха она тянулась к темечку, затем петлей изгибалась ко лбу, где и заканчивалась. Часть швов уже снята. — Так, рана чистая. Прекрасно, — доктор ожидала худшего. — На днях можно снять все швы. Пришел мальчик с водой и дал напиться. Сайтама не мог поверить своему счастью. Теперь можно открывать варежку: — Спасибо! — благодарил он сорванца. Но ребятенок даже не улыбнулся. Посмотрел, что миссия выполнена, и вернулся к брату. Дальнейшее обследование. Переломанные ребра, швы на боку, на руке. Но больше всего врачу не понравилась высокая температура. — Где травму получил? — Упал с неба, — отшутился герой. Женщина похлопала ресницами: — Мотор сломался, что ли? — Можно и так сказать… — А с рукой что? — указала на свежую рану. — Покусал, — признался честно. — Зачем? От боли, что ли? — Д-да. — А шею как порезал? — Оставила подарок та самая феминистка, о которой шла речь, — Ударник сделал правильные выводы. — Только ей об этом не говори… — А она этого не знает? — Эй, разговорчики! Давайте за дело! — Соник малость приревновал, уж больно мило те заворковали, как ему показалось. Также обратил внимание на прорастающие волосы. Попытался представить Сайтаму с шевелюрой, но как-то не воображалось. Доктор оставила нужные лекарства и сказала, чтобы больной отдыхал и не перенапрягался. — Не обижайте его, а то затяжелеет, — сказала она перед выходом, словно догадалась обо всем. Соник в ответ лишь нахмурился. Когда вернулся в комнату, Сайтама уже умудрился заснуть. — Ребята, — Звуковой обратился к маленьким гостям. — Глаз с него не спускать, из дома не выпускать. Если нужно выйти куда — по одному. Контроль круглосуточный. А я отлучусь на время. Соник — сволочь продуманная. Взял на работу двух человек, пока один спит, другой — зрит. Теперь пленник никуда не сбежит и не стоит волноваться, что окажется не там, где нужно. *** — Почему я узнаю о чужаке только сейчас? Голос спокойный, но властный. Глава клана ниндзя принимал в своей резиденции одного из подданных — Соника. Но на этот раз он им недоволен. Звуковик сидел перед ним, склонив голову к самому полу. — Простите, виноват, мои извинения, — даже глаз задергался. Нервничал. — Он ведь не покинет нашу деревню живым, не так ли? — опять этот ледяной голос главы. — Так… — Зачем ты привел чужака? Подними голову и расскажи. Соник выпрямился и поведал историю о Сайтаме, невероятной силе и одержимой стрёмным монстром женщине, что похитила его мощь. — Теперь я жду его выздоровления, чтобы разгадать секрет этой силы. Я верю, что она вернется. Владыка слушал внимательно, не перебивая. Соник — сильнейший ниндзя, гордость клана. Глава — умнейший. Но сильнейший утверждает, что есть кто-то круче. — Приведи его ко мне, — вдруг распорядился главный. У Соника аж пот на лице выступил: — Сейчас он не в лучшей форме… И с ужасом представил типичного Сайтаму с его манерой общения со всеми. Он же за одно обращением «на ты» получит кунаем в глаз от владыки. Да что там! «Эй, чувак, ты тут главный?» — скажет Лысый и чая попросит. — Я не говорю, что прямо завтра. На следующей неделе. Но приведи, — всё, это было окончательное решение начальства. Теперь Соник забудет про спокойный сон. Как объяснить особую специфичность гостя? Идеально было бы его спрятать и никому не показывать, тем более, столь высоким людям, у которых целый список понятий об этикете, общении и не только. Сайтама не будет Сайтамой, если не ляпнет чего-нибудь эдакого. Звуковик спешил домой. — Мама, роди меня обратно… — терпеть не мог подобные обстоятельства, уж лучше яма с монстрами. *** Пленник проснулся от шума. Соник вернулся. Злой, как обычно, рвал и метал. — Что-то случилось? — Ударник забыл, что лучше ни о чем не спрашивать, когда тот в таком настроении. Похититель так зыркнул, что мигом сон растворился. Указал пальцем на Ударника. — Через неделю мы идем в резиденцию главы деревни. — Ого, круто! — Сайтама только обрадовался. — А правитель там будет, да? Соник готов был прогрызть новую дырку в его тупой башке. — Э? — Лысый вжался в пол, когда к нему склонилась столь страшная рожа, у которой еще и глаз дергался. — В этом и проблема, — прошипел Соник. Затем схватил невольника за плечи и усадил. — Я должен за эту неделю обучить тебя правилам поведения на приеме у элиты, — пояснил тот. — Не хочу, чтобы ты меня позорил, позорище. Караульные мальчишки тихо захихикали, но Соник и их наградил тяжелым взглядом, отчего те сразу замолкли. — Да брось, все ок. Успокойся, — Сайтама сказал запретное слово. — Успокоиться?! Да как я могу быть спокоен? Ты мне все нервы вымотал! Никто и никогда меня так сильно не бесил, как ты! — Чувак, ты что-то путаешь. Здесь я должен волноваться. Ты меня держишь в заточении и хочешь убить. Я не понимаю твоих личных трагедий. Объясни? Мальчишки вдруг повисли на руках у Соника. И правильно сделали, иначе бы он придушил своего подопечного. — Господин Соник со скоростью звука! Вы сами просили иногда Вас останавливать! — напомнил один из детей, что по правую руку. Тот замер, но потом отпихнул ребят от себя. — Да, помню, — сказал и вышел. Сайтама одним своим видом раздражал. Поскорее бы разгадать его секрет, уничтожить и забыть, как страшный сон. Ударник же так ничего и не понял. Посмотрел на детей: крепкие ребятишки, черноглазые, черноволосые. В их деревне нет светленьких, что ли? Или это их национальная черта? Хотя нет, у Соника-таки светлые глазища. Мальчишки не шумели и даже не разговаривали между собой. Идеальная дисциплина! Только вот взгляд не детский. Волчата. — Я — Сайтама. А вас как зовут? — Ударник решил с ними наконец-то познакомиться. — Лайфлесс, — хором ответили те и снова замолчали. — Погодите, я не догоняю, у вас одно имя на двоих? — Сайтама вскинул бровями. Дети кивнули. — Но почему? Маме было лень придумывать имена? Лайфлесс первый и второй переглянулись и подползли к подопечному. Двигались как хищные кошки перед броском. Один ребенок потянулся к лицу Ударника. Как же холодны были глаза малыша. — Не мать нас назвала, — ответил сорванец и отпрянул назад. — А кто же тогда? — Сайтама пытался понять, почему дети такие не дети. — Настоятель монастыря, где мы живем. — О, так вы сироты! — Нет, у нас есть и мама, и папа, но нас посвятили в воины два года назад, теперь у нас это имя, — пояснил второй мальчик. — А как раньше звали? Можно я буду вас по-другому называть? — Ударнику крайне не нравилось их имя на двоих. — Нет, мы — Лайфлесс! — резко возразили оба ребенка и даже нахмурились от недовольства. — Это наша новая суть. Мы — будущие наёмники, — тут мальчишки хищно заулыбались. — Мы будем убивать. Тут Лысый Плащ потерял дар речи. Аж вспотел. — Вы что, хотите посвятить свою жизнь убийствам? — все-таки спросил. — А нам это нравится, — сказал один, второй продолжил, — тут дают работу по интересам. Взрослые смотрят, что нам нравится, и каждому дают по способностям. — Ясно. Чего и следовало ожидать от деревни наёмников. Теперь не удивительно, почему Звуковой так кровожаден. Если из поколения в поколение вкладывать в мозги детям, что убивать — это хорошо и даже прибыльно, то вырастут настоящие монстры. Если раньше он сердился на Соника из-за его злобы, то теперь пожалел. — Это должно быть грустно, — вслух подумал. — Господин, Вы о чем? — искреннее любопытство. — Быть монстром — совсем невесело. — А? — дети недоумевали. — Забудьте, — Сайтама лишь улыбнулся и погладил одного из малышей по голове. Но тот был глух к ласке. *** Соник сидел на крыльце, прикрыв глаза и лицо ладонью. Строил коварные планы по обучению Сайтамы хорошим манерам. Но шестым чувством знал, что ничего путного не выйдет. Пусть, с другой стороны. Владыка умный и вполне может проявить снисходительность к чужаку. Если бы кто из своих так хамил — другое дело. А что взять с этого дурака? Да, Сайтама из иного мира, поверхностного, хотя и там его считают странным. Звуковик задумался над силой, что когда-то была у Сайтамы. Может ключик к ней в той самой его странности? И откуда он только взялся? Убрал руку от лица и подпер подбородок. Осмотрелся. Интересно, как Сайтама смотрит на вещи? Не стоило кричать только за то, что у него «другая траектория полета». Воин тени встал и вернулся в дом. И вдруг обнаружил Сайтаму с мальчишками в одной ванной. Ну, как сказать, «в ванной»? Большущая железная бочка, подогреваемая на углях. Деревня же! Когда только успели сходить за водой и нагреть ее? — Сайтама, и куда ты с жаром? Вылезай! — Соник не одобрил их идею. — От нас разит как от бомжей, — Ударник указал на малышню. — У вас что, не принято мыться? — Летом мы это чаще делаем, — хозяин демонстративно скрестил руки на груди. — Ну, или на горячие источники ходим… — Я не засну в такой несвежести. Тебе тоже не помещало бы помыться. — Эй, я недавно мылся, забыл, что ли? — Соник чуть смутился. — Ну-ну, а потом тащил меня по горам и лесам весь день и стал вонючкой, — Сайтама не издевался, а приучал к гигиене. — Я тебя сейчас утоплю! А завтра скажешь, что всю ночь спал под одеялом и запрел. И опять ванна, что ли? Ударник хитро прищурился: — Да-а-а… — Городская чистюля, наши нравы тут разнятся. — Кстати, а где моя пижама, в которой я был? Не ходить же мне голым, — вдруг вспомнил Лысый Плащ, намывая головы детям. Те даже закрыли глазки от столь расслабляющей процедуры и «помуркивали». — Она грязная, где ты только не валялся в ней, я ее снял, — Звуковик удивлялся, как этот парень ловко прибрал к себе уже посвящённых в воины мальчишек. — Ну, хоть не выбросил, — заулыбался Лысый. — А у тебя есть запасная зубная щетка? — Слушай, ты пленник или кто? Радуйся, что я к тебе достаточно добр! Мог бы в темницу бросить! — терпения хватило ненадолго. Сайтама же совершенно не воспринял угрозу и игриво плеснул в него водой. Мальчишки не удержались от смеха, но тут же в страхе нырнули, когда заметили ярость на мокром лице Соника. Но Сайтама схватил того за плечи и окунул в общую ванну. Тот некоторое время брыкался и ругался, даже нецензурно, если удавалось вынырнуть. Ударник поймал его в охапку и не выпускал, выдавливая из него всю злобу и воздух. Лысый Плащ смеялся. В детстве он точно так же «топил» своего кота. Правда, потом весь поцарапанный ходил, но зато кот чистый. Вот, теперь и Соника так же. Звуковик не справлялся с ним. То ли в бочке неудобно, то ли захват у Сайтамы удачный, или… Или же та самая чудо-сила возвращается?! Последняя мысль порадовала. Прекратил брыкаться и обмяк. Ударник же больше не топил его — держал за подмышки, прижимая к себе спиной. Теперь пленный ниндзя смотрел недовольно, но без лишних слов и движений. Чего там, раз уже затащили! — Господин Соник, вы будете раздеваться или в одежде помоетесь? — заговорил один из караульных ребят. Наконец-то они улыбались как дети! Развеселились. Звуковик вытер лицо ладонью и убрал прилипшие волосы: — Я еще не решил: помиловать вас или казнить. — Ты в невыгодном положении, — подал голос Сайтамы. — Ты о чем? Тут Соник почувствовал, как чужие пальцы зашевелились в районе подмышек. — Нет! Бедолага не успел что-либо предпринять. В ловушке. — Я сотру с твоего лица все недовольство! — Ударник угрожал и продолжал щекотать. Соник прослезился от смеха и изнемог от такого насилия. — Ладно-ладно! Вы меня победили, — умолял прекратить безобразие. Дети, глядя на них, тоже защекотали друг друга. Сайтама сжалился над своим строптивым похитителем и отпустил. — И это я тебе припомню, — очередная угроза вечного мстителя, который никак нормально отомстить не может. Раздевался и скидывал одежду на пол. Малыши тут же оценили его боевой «раскрас» из шрамов. Сайтама невольно подумал, что и у него на черепушке скоро появится рубец. — Не трогай ты свою голову, — Соник блюдил его. — Воспалится еще. Ударник в ответ лишь улыбнулся. *** После ванной Соник перебрал гардероб. Затем подошел к спрятавшемуся под одеялом гостю. — Держи, — Звуковик протянул одежду — белое кимоно с черными вставочками. — Спасибо, конечно, но мне не будет мало? Я не такая тростинка, как ты, — Сайтама разглядывал обновку. — Эй! Иди в жопу, — Скоростной рассердился, но передумал ругаться. — Оно и не мое. Так что влезешь. — Вот как. Хотелось спросить: а чьё? Но Сайтама все равно тут никого не знал. — Надень, — вдруг попросил Соник и загадочно улыбнулся. — Хочу посмотреть на тебя. Сайтама никогда не носил подобные наряды, поэтому не сразу сообразил, как в него залезть. Понадобилась помощь. — Ты что, никогда на фестивали не ходил? — Звуковой удивлялся, одевая этого аборигена. — Ходил, но кимоно — достаточно дорогое удовольствие. Мне проще стопку футболок купить. — Нищета ты моя, — подтрунивал благодетель и отошел, чтобы оценить наряд. Вот, сразу другой вид! Городской обыватель трущоб превращался в традиционного жителя данной деревни. — На монастырских похож, — отметил Соник. — Из-за лысины? — Ударник почесал свой «ёжик». Ниндзя усмехнулся и бросил на него мимолетный, даже теплый, взгляд. Или показалось? Сайтама посмотрел на себя: не мог понять, нравится ему или же нет. Не его стиль, но делать нечего. В животе заурчало. — Да, пожалуй, стоит поесть, а то уже вечер близится, — Соник был так занят все это время, позабыл, что пленника кормить надо. Хотя бы раз в день! — А ну-ка, Лайфлесс, за что я вам плачу? Приготовьте чего-нибудь! Хозяин скромностью не страдал и быстренько напряг младших прислужников. Мальчики, тоже переодетые в домашние кимоно и сидевшие у тазика с углями, беспрекословно отправились на кухню. Соник пинком придвинул «домашний очаг» к постели гостя и ругался: — Попробуй только разболеться, тоже мне, додумался распариться. В доме нет электричества и обогревателя. Ударник сел и закутался в одеяло. Подставил руки к теплу. Хорошо. Похититель же вышел из комнаты, не говоря ни слова. Но живо вернулся с чайной доской из красного дерева. — О! Так все-таки чай? — догадался Сайтама и обрадовался. Соник лишь раздраженно цыкнул. Поставил доску перед ненаглядным гостем, добавил углей в тазик, а на них чугунный чайник. Сайтама с интересом наблюдал за его действиями. Небольшие двадцатиграммовые фарфоровые чашечки украсили доску — на дне каждой из них нарисованы темно-синие рыбки. Маленький глиняный чайник наполнялся кусками прессованного чая. Будем пить пуэр. Кипяток ошпарил доску, чашки и чайник. На специальный поддон под доской вода тонкими ручейками стекала, а сквозь деревянные решетки выходил пар. Первая и вторая порция чая тоже ушла в поддон. — Сколько лет этому пуэру? — Сайтама по сладкому запаху определил, что это очень качественный чай. — Двенадцать, — лаконично ответил главный по чайной церемонии, не отрываясь от занятия. — Ого! Я старше шести и не пил, и то угощали. Как хорошо, что ты меня украл! Соник поднял на него глаза. Таким бестолковым ему казался в своих простых желаниях. — Скажи, а для чего кисточка в наборе? Всегда гадал, — Сайтама указал на деревянный стакан, в котором было все необходимое для мастера церемонии. Ниндзя достал кисточку, погладил «пузико» глиняного чайника и невольно улыбнулся, глядя на любопытного зрителя. — Чтобы привлечь внимание гостя, — ответил он и шутливо провел кисточкой по носу высунувшегося пленника. Тот забавно поморщился. — Пей, — Соник налил чая в фарфоровую чашечку, и нарисованные рыбки словно ожили. Смотришь на них сверху, а они там как будто бы плавают из стороны в сторону. Сайтама оценил оптическую иллюзию, да и чай тоже. Тепло. Соника малость передергивало от его способности создавать уютную атмосферу одним своим присутствием. Даже в плену. Вот сидит, ничего не делает, но вокруг него такой густой ореол комфорта и простоты, что бедному Сонику сбежать захотелось. Или же раствориться в общем потоке тепла и не существовать вовсе. Вот смотришь на этого лысого дурака и думаешь, мол, что горячее: тазик с углями или Сайтама? Последний не обожжет, но никогда в доме Соника не было так тепло. Даже футон, на котором располагался Ударник, хоть и был точно таким же, как и у хозяина, но все равно казался более мягким и уютным. Соник даже не знал, нравится ему это или раздражает. — А? Что-то не так? — Сайтама заметил его оценивающий взгляд. Тот лишь нахмурился в ответ. — Куда делась твоя разговорчивость? — приставал Ударник с беседой. — Отстань. Я просто спокоен, — попросил не нарушать идиллию. Да, ему было хорошо. — Сколько заварок выдерживает этот чай? А то они все заливают и заливают кипяток, а он все такой же крепкий. Соник посмотрел на чугунный «котелок» и ответил: — Два литра точно. И выше. Слово за словом и так парни завели беседу. Обсудили сорта чая, кому какой по вкусу, Сайтама даже выведал, какие у Соника есть в наличии. — Давай как-нибудь замутим с молоком и специями, тот самый, горный? — вдруг предложил Ударник. — Где я тебе найду молоко яка? Здесь они не водятся. — Мы другое возьмем, главное, пожирнее. Кого вы тут выращиваете? Уж явно не корову пасете на скалах. Овцы? — Чаще коз, они хорошо себя чувствуют в горах, — Звуковик вздохнул. Свыкался к столь непривычному для него обществу. Волей-неволей рассказываешь о себе и жизни своего народа. — А кто занимается животными? Тоже дети? — Да. Также старики и монахи. Слушай! Будешь много знать — похороним тут! — Соник нарушал табу. Ниндзя не должен чужакам рассказывать о деревне, о ее быте и обычаях. — Зачем расспрашиваешь? — сердился. — Хм, — Сайтама опустил взгляд на доску. — Должно быть, потому что ты тут живешь. — И? — Эй, не тупи! Не ты ли хотел подружиться? — Это ты тупишь, я хочу убить тебя в честном бою. Эти горы станут твоей могилой, так что можешь подобрать уютную пещерку себе под стать, — заулыбался негодяй. Не жалел о своем решении. Еще бы! — Странно, — Ударник тоже улыбнулся, но как обычно, по-доброму. — Вроде все так очевидно и понятно, но я почему-то не верю тебе. — А? — Соник склонил голову на бок. Недоумевал. В комнату вошли Лайфлесс. Сообщили, что еда готова, и ждали дальнейших распоряжений. — Раз ходишь, топаем на кухню, — приказал хозяин дома. Небольшой столик. Прислужники ели отдельно от взрослых. Сайтама с изумлением посмотрел на мясо с рисом в своей порции. — Что такое? — Соник заметил у гостя хоть какое-то выражение лица. Что редкость! — Мясо… — Если окажешься вегетарианцем, не знаю, что с тобой сделаю, — указал на него палочками. — Нет. Вовсе нет. Просто, — Сайтама чуть смутился. — Я так редко покупаю мясо, что ожидал чего-то более скромного. Звуковик уже ел, не стал дожидаться. Задумался. — Спасибо! — Ударник обрадовался и приступил к еде. Как ему нужно мало для счастья. — Слушай, а как ты набирал силу без мяса? Как часто его ешь? — Соник был уверен, что Сайтама употреблял много белка во время тренировок. А как же иначе? — Раньше раз в месяц и реже, как деньги перечисляли. Когда появился Генос, стало проще. В основном я питаюсь овощами и морской капустой. Иногда балую себя рыбкой. А бывало, покупал мангу и ничего не ел. Но это было до Геноса, — разоткровенничался пленник и рассмеялся. — Он меня балует мороженым и прочими вкусностями. — Почему ты так живешь? Почему не устроишься на работу как все нормальные люди? Тот пожал плечами: — Грустно быть офисным планктоном. С монстрами сражаться веселее. Да и порой попадаются съедобные монстры: грибы-мутанты, крабы, осьминоги, морская капуста… Звуковик закашлялся, чуть не подавился куском. — Кошмар какой! — стучал себя груди и даже прослезился от удушья. — Не шути так! — А я и не шучу. Монстров из животных съем, но чудовищ из людей — нет. Соник невесело посмотрел в свою тарелку, полную риса и мяса. Взял палочки, и кусочек за кусочком стал перекладывать баранину Сайтаме. — Эй, ты чего?! — гость растерялся. Ниндзя же не останавливался, пока не отдал ему всё своё мясо. — Ешь, хорошо ешь, пока ты со мной, — сказал Звуковик. Возможно, это было лишь эмоциональное решение, но пока есть желание миловать, пускай будет так. У Сайтамы даже руки затряслись и голова кругом пошла от такого количества баранины в своей тарелке. — Я же потом не смогу тебя прихлопнуть, когда вернутся силы, если будешь меня баловать! — возмутился пленник. — Учись пользоваться людьми, чтобы достигать целей, — Соник же смотрел на мир совсем иначе, указал палочками на порцию собеседника. — Я тебя кормлю, чтобы убить, как кто-то кормил этого барашка. Запомни. Холодный взгляд убийцы леденил душу. Волк среди людей. Его нельзя сделать другим, он таким стал. — Так или иначе — спасибо за еду, — Сайтама, в свою очередь, делал то, что велит сердце. Привык жить здесь и сейчас. Сейчас с ним делятся едой, отчего хочется благодарить. Если завтра захотят убить… но это же потом, не так ли? *** Спать легли рано. Соник еще не пришел в себя после той прогулки, переутомление давало о себе знать. Сайтама, как самый больной, заснул еще раньше. А маленькие няни делили ночь, им велено бдить пленника круглосуточно. Один из братьев сидел, перебирал в руке монашеские четки и смотрел на подопечного. Его брат лежал рядом, прижавшись к нему вплотную — спал. Ударник чуть позже проснулся — в туалет захотелось. Караульный за ним. — Эй, я не убегу, не надо за мной ходить! — сердился тот. — Если Вам станет плохо и расшибете голову, то и мне не сносить головы, — холодно заверил мальчик. — Ладно, что я могу поделать… Когда вернулись, Сайтама посмотрел на второго ребенка, что спал на полу. — А где ваши спальные мешки? Холодно ведь, — ему не понравились местные порядки. Тут проснулся Соник и, не открывая глаз, заговорил: — Отстань от пацанов, они на миссии, пусть превозмогают. На настоящем задании вне деревни им потом легче будет… — перевернулся на другой бок и снова заснул. — Но не после ванны же, — Ударник стоял на своем. Подхватил спящего малыша и забрал к себе в постель. Тот даже не проснулся. На лице его брата сначала отразилась тревога и недоумение, замыслил даже отобрать, но передумал. Сам подобрался ближе к углям и наблюдал дальше. Пойманный Лайфлесс проснулся от духоты только через час после поимки. Просунул руки из-под одеяла и тут осознал, что он не рядом с братом, а с подопечным. Удивился: как такое могло произойти? У Сайтамы очередной жар, но он мирно спал. Мальчишка выкарабкался из теплого укрытия и подполз к караульному. — У него температура поднялась. Справимся сами или разбудим господина Соника? — зашептал тот. — Давай сами. Ребята принесли тазик с холодной водой, накидали туда снега и смочили кусок тряпки. Бамс на многострадальную башку подопечного. — А-а-а! Мозгоеды-медузы! — Сайтаме что-то приснилось, аж подскочил от неожиданности. Оба няня захохотали в голос. — Народ, я сейчас отправлю вас на улицу! Там смейтесь сколько хотите! — Точно, Соник же спал. — Простите! — мальчишки пали ниц. — Но у чужака жар. Оправдывались. — Ага, и они меня по морде тряпкой, — пожаловался пленник и улыбнулся, вытирая лицо. — Давайте вы как-нибудь без меня, мозгоеды, хорошо? — Звуковик отвернулся и накрылся одеялом с головой. Сайтама показал ему язык, чтобы развеселить своих маленьких приставал. Те заулыбались и обступили его с двух сторон. — Выжимать надо, — учил их правильно делать примочки. Отжал и лег, приложив ко лбу холодную тряпку. Вздохнул. Дети переглянулись. Один из них пристраивался к взрослому, второй — на посту. Сайтама не знал, тот же самый мальчик с ним или они поменялись. Уж больно одинаковыми они ему казались. Запустил его под одеяло, и тот сразу же заснул. Ударник невольно улыбнулся и вспомнил Геноса. А ведь это первый его подопечный, хотя, кто кого опекал это спорный вопрос. Как и тут. Лишь четки в руке караульного нарушали тишину. *** Для ребенка сидеть без дела — тяжелейшее из испытаний. Клевал носом, но продолжал перебирать пальцами бусинку за бусинкой. Но тут что-то заставило его выпрямиться. Сон как рукой сняло — позади кто-то есть. Обернуться или остаться неподвижным? Пока размышлял, «нечто» приблизилось сбоку, и мальчик с изумлением посмотрел на гостя. Им оказался большой и необычный олень с золотыми ветвистыми рогами. В холке около двух метров. — Златорог, — удивился Лайфлесс и затаил дыхание. Как же благоговейно забилось сердце мальчика. Рогатый гость подошел к спящему чужаку и опустил голову к его нахмурившемуся лицу. *** Ударник ходил по руинам города. Кругом пустота, запах гари наполнял воздух — полыхали пожары. И тут знакомая картина: монстр стоит над поломанным Геносом и собирается пробить ему голову когтистой лапой. Да, лапища у этого экземпляра были внушительными из-за массивных когтей. Опять Демон-Киборг огребает, бедолага. Сайтама цыкнул и побежал на помощь другу, пока не поздно. Вдруг из-под земли появились зеркальные потрескавшиеся стены, которые отразили бегуна: красный спортивный костюм был на нем и пушистая шевелюра на голове. Герой даже растерялся на миг, но некогда было заниматься самолюбованием. Генос в опасности! Да и чувство дежавю встревожило сердце. Монстр заметил другую, более живую цель, что, несомненно, обрадовало его. Потерял интерес к сломанной игрушке и побежал на следующего противника. — Сайтама, что Вы здесь делаете?! — отчаянный голос Демона-Киборга сотряс воздух. Ударнику же не до разглагольствований. Он его, между прочим, спасает. Но не было у него суперсилы — внезапное осознание собственной немощи. Враг же ударил в грудь и, пробив ее, вонзил когти. Время остановилось на миг. — Сон? Конечно, ведь сейчас он должен находиться дома у Соника, а не прыгать где-то у черта на куличках по руинам. Чудовище сильнее вонзило когти в плоть. Больно было по-настоящему. — Глюк… сгинь… — Сайтама зажмурился и заскрипел зубами, но тут как рассердится. — Это мой сон! Пошел вон, тварь! Открыл глаза и со всей дури вмазал в челюсти и сокрушил их. Враг упал и исчез, словно призрак. Но кошмар продолжался: кровь из всех дыр потекла ручьями, по бокам и ногам, да так стремительно, что невольно напугаешься. — Это сон, это сон, — самого себя успокаивал Ударник, прижав руки к груди, словно это ему поможет, затем глянул на Геноса. Тот с безмолвным ужасом смотрел на своего защитника. Шевелил губами, что-то говорил, но Сайтама уже не слышал. Подошел к нему и упал рядом, хоть перед ним и ненастоящий друг, но был безумно рад его увидеть. Протянул окровавленную дрожащую руку и потрепал светлую шевелюру железного парня. Улыбнулся ему: — Генос… выглядишь жалко… — дышать тяжело. — Ты ведь починишься? Надеюсь… Демон-Киборг ничего не говорил. В глазах — горечь. Тут он растворился, и перед Сайтамой возникли… золотые копыта? Герой приподнялся на локтях и запрокинул голову. Олень с золотой шерстью и рогами. Его разумный и глубокий взгляд смотрел прямо в душу. Стало не по себе. Очередное наваждение? — Вот к чему может привести твоя самоуверенность, — начал беседу олень-незнакомец. — Не твое дело, — ответил Ударник и вздохнул, опустив голову. — Чего пристал? — Могу дать силу для защиты тех, кто тебе дорог, — вдруг предложил загадочный зверь. — Силу? — соблазнительное слово вскружило голову, но герой вовремя протрезвел и прищурился. — Какова цена? Конечно, в прошлый раз он пожертвовал своими волосами, а что потребует эта тварь? Тот постучал копытом, поднимая в воздух золотые искорки: — Служи мне, и я буду твоим защитником, — властно ответил золоторогий олень. — А кто ты? — Хозяин этих гор и всех, кто тут живет, в том числе и людей. Все почитают меня. Ты ворвался в мои владения. Поклонись, тогда я помилую тебя и награжу. Ударник замолк, размышлял. Затем приподнялся на руках и сел. — Нет, — твердый и спокойный отказ. — Как ты смеешь дерзить у меня дома? — в голосе оленя заклокотала ярость. — Ты хоть представляешь, кто я такой?! Сайтама поднял голову, самодовольно улыбнулся и ответил, глядя прямо в глаза: — Да. Ты — очередной стрёмный монстр. Сгинь! И тут прекрасное животное утратило свой золотой блеск и стало темнее ночи, отрасли клыки, а вместо копыт — когтистые лапы. — Я сожру тебя! — заскрежетало оно, демонстрируя свои опасные зубы и когти. Парень по привычке приготовился к удару, но вдруг вспомнил об… обычном Посланнике? Он когда-то вернул его в тело. Интересно, а Посланники умеют сражаться? — Помог бы мне, что ли, — проговорил герой и вдруг отразил встречный удар противника. Тот взвыл так громко и жутко, что сердце замерло. Сайтама посмотрел на себя. Сияние его окружало, затем оно облаком отошло от него и полетело к стрёмному монстру. — Не-е-е-ет!!! Уйди! — с противным металлическим скрежетом говорила темная тварь. — Посланник? — Сайтама с удивлением узнал в шаре света своего защитника. Но раздался страшный грохот, от которого Ударник проснулся в холодном поту. Но очнулся не только он. Напротив почти на всю стену зияла дыра, словно что-то гигантское вылетело из дома. Мальчишка, что был на карауле с четками, сидел весь бледный, словно не живой, еле дышал. Брат его выскочил из-под одеяла, тут же на ноги в боевой позиции, но с изумлением уставился на разрушенную стену. Соник сел и с отвисшей челюстью глядел в стену, вернее, сквозь нее. Все, кроме Сайтамы, поднялись и выглянули в «окно»: соседняя гора была разрезана надвое и полыхала огнем, а за ней еще и еще одна, словно кто-то большой проехался огненным мечом с небес и ушел. Ударник и со своего места лицезрел новый пейзаж. Сидел и довольно улыбался, даже благодарно. Соник нецензурно выругался, но и ему стало не по себе. Тут уже не шалости монстров, а словно битва богов произошла. Можно было подумать, что это осколок к ним залетел, но... Если бы не одно «но»! В комнате нет куска горной породы, напротив, «оно» не влетело, а вылетело. Звуковик посмотрел на довольную рожу Сайтамы, которую освещал огонь с гор. Караульный мальчишка дрожал и отступал от Сайтамы, как от чего-то опасного. — Что произошло? — Соник крепко схватил ребенка за плечо. Тот схватился за рот и, не отрывая взгляда от Ударника, трепетал и задыхался от ужаса. — Братик, ответь! — забеспокоился и второй Лайфлесс. Страх передался и ему. Сайтама лишь усмехнулся и посмотрел на четки, которые сжимал его маленький нянь: — Это ты его призвал, — указал пальцем на него. — Зачем? — Что т-ты такое?!! — нечеловеческим голосом завопил призывник, развернулся к Сонику и уткнулся в него, обхватив руками. Заплакал. — Эй-ей! Воины так себя не ведут! — Звуковик оказался облеплен детьми: второй тоже к нему приник. Затем снова посмотрел на своего дорогого гостя. Неужели это он сделал? Если так, то не слишком ли быстро растет силушка? И ее показ впечатляет до колик в животе. Аж пот сбежал по спине в трусы, несмотря на сквозняк из «окна». — Объяснись, — осторожно потребовал взрослый ниндзя и развел руками. — Посмотри, что ты наделал: горы горят, дети плачут. — Пацан призвал золотого монстра-оленя, с которым я и поругался, — ответил тот. — Прости, я не хотел ломать твой дом. И горы. Вышло случайно. — Золотой олень? — Соник сильнее вспотел, затем слегка отодвинул от себя ребенка и обратился к нему. — Это правда? Златорог приходил? Лайфлесс схватился за голову: — Я молился ему за Сайтаму, за его здоровье, и он вдруг снизошел к нам, смертным, — тут ребенок замолчал, ужасался. — И что дальше? — Златорог подошел к чужаку, потемнел и стал жутким. Ребенок сильнее задыхался: — Пошло что-то не так. Он собирался поглотить чужака, но Сайтама вдруг поднял руку и просто… просто дал ему затрещину! — касалось, что для молодого ниндзя все законы мира разом поменялись, но ему об этом сообщили только что. — И он вылетел! Перевел взгляд на дыру и горы. Не выдержал и выбежал на улицу через то самое «окно». — Простите, умоляю, я догоню и верну его! — упал в ноги второй Лайфлесс. — Иди, — отпустил его Соник, а сам задумчиво посмотрел на пленника. — Что? Жалеешь, что забрал меня? — тот еще и издевался. — Только вторую ночь здесь, а уже буквально горы свернул, — Звуковой присел у тазика с углями и приуныл. — Владыка мне раньше срока отвинтит голову. Ты знаешь, что за сущность к тебе приходила? Соник уже не ругался. Зачем нарываться на того, кто одним махом впечатал божество в горные породы? — Да, это монстр, которому вы служите, — ответил Сайтама уже без всякой иронии в голосе. — Уверен, что в ваших храмах имеются его статуи. Зачем вы ему поклоняетесь? Соник внутренне запротестовал, но ответил спокойно: — Златорог не монстр. Это дух, божество. Он дает силу и защиту тем, кто его почитает. Это нормально. Он прогнал других богов с гор и правит единолично в мире с нами. Сайтама, ты безбожник, как и многие из внешнего мира. Не поноси наши ценности только потому, что они тебе чужды. Это бесит, в конце концов! Звуковик сжимал кулаки. — Прости, но монстр есть монстр. Они — мои противники, с кем бы ни водились. Златорог предлагал мне свою силу, я же… Тут он вспомнил о Посланнике. Да, это он прокатил монстра с горки. — …зачем она мне, если есть большая? Соник затрепетал, но уже от предвкушения. Ранее подумывал просить даров у Златорога, но теперь незачем. Есть же Сайтама! Звуковик придвинулся, схватил героя за локоть и прильнул. Лисья улыбка озарила его лицо: — Расскажи свой секрет. Может и ты сам — божество, только во плоти? — С ума сошел? Я простой парень, отцепись, — Ударник замахал «крылом», но пиявка не отлипала. — Паспорт гражданина тому подтверждение! Скоростной только рассмеялся и сильнее прильнул к нему. — Нет, мой ненаглядный, простые люди не ломают горы божествами, — Соник не знал, что его больше переполняет: зависть или восхищение? Теперь Златорога для него больше не существовало. — Меня твой маниакальный взгляд пугает, давай лучше заделаем дыру и спать, — Ударник утомлялся от назойливых почитателей. Ему Геноса хватало, теперь его заменитель. Соник же принюхался — ему до сих пор от Сайтамы мерещился запах молока. Как кот на валерьянку! И, несмотря на морозный сквозняк, ему было уютно с ним. — Давай-давай! А то я подумаю, что ты извращенец, — гнал его Лысый. — Ты — мой, — сама мысль держать в плену того, кто вынес Златорога, пьянила. — Никому не отдам. Сам убью. — Вот и вся любовь, — усмехнулся Ударник и тяжко вздохнул. Пока Соник на эмоциях, лучше подождать, когда буря утихнет. Конечно, можно и мордой в пол для ускорения процесса, но жалко что-то. — Так, чувак, моя рука чувствует твои яйца. Это чревато омлетом, — Сайтама предупреждал. — Жизнь ничему тебя не учит. Чего наполз на меня? — Не перебивай мои восторги! — тот еще и возмутился. — Я сейчас перебью что-то другое. Звуковик отстранился, но все еще трясся от волнения. Заговорил: — Так-так, ломать — не строить, стена подождет. Нужно уходить в другую комнату на второй этаж. Засобирался. — Да и прислужники куда-то смылись. Вот поганцы! — продолжил тот. — Оставь, они до усрачки напуганы. Вернутся, может быть. — Ну, а кто в этом виноват? — Бывают вещи и пострашнее. — Не спорю, например, то, что меня ждет полный разнос от главы деревни. А я даже не успел обучить тебя ниндзя-этикету. — Забей, — успокаивал его Сайтама. — Так не тебя же нагнут. Заснешь как младенец, а я буду страдать от головной боли и сквозняков, — пожаловался Звуковой. Герой посмотрел на свое одеяло: — Да, не жарко. Мальчик все равно убежал от меня, если хочешь, ложись со мной, — как же этот парень по-домашнему прост. — Блин, Сайтама, — Соник потер свое лицо ладонью. — Ты как скажешь! — Чё, первый раз, что ли? Подул порывистый ветер по ногам и в спину. — Зараза! Ладно, тогда тащи свою задницу наверх, остальное я принесу, — распорядился Звуковой. Сайтама заулыбался. Через пять минут Соник уже лежал у него под боком. Грелись. Хотя, кто кого? Ударник надеялся на двустороннюю отдачу, но эта костлявая ящерица паразитировала на его тепле. — Ты, хладнокровная рептилия, прекращай источать мороз, — возмутился теплокровный. Соник лишь усмехнулся и просунул ледяную лапу тому под ребра, чем вызвал очередную волну негодования. — Вот тебе! — приговаривал Звуковой. — А еще ремонт заставлю делать. Тут повеяло сквозняком — дети вернулись. Спокойны, только пали ниц и извинялись за непослушание. Соник сел и задумчиво посмотрел на них: — Что в деревне творится? Вы что-нибудь говорили о происшедшем? — Вызвали воинов с водяными техниками, чтобы потушить горы, — начал один из парней. — Мы только посмотрели, но ничего не сообщили. Вся деревня проснулась. Ждут собрания и расследования. Соник сжал кулаки. — Лайфлесс, слушайте внимательно, никому не докладывать об этом. Если деревня узнает, что я прячу у себя дома «ядерную боеголовку» в лице Сайтамы, я попаду под арест. Простите, что делаю вас сообщниками, но… — тут лицо Звуковика потемнело от серьезности. — Предадите — снесу головы. Помните, я мстителен. В общем, решайте сами, я вас предупредил. Мальчишек в пот бросило. Посмотрели на Сайтаму. Заговорил тот Лайфлесс, что с четками в руках: — Господин Соник, простите за дерзость, но хочу спросить: не опасно ли оставлять чужака? Не замыслит ли он чего? Мы преданны деревне, и мы обязаны защитить ее вразрез вашим приказам. Вы дадите такую гарантию, что этот человек ничего больше не сделает? И человек ли он? Зачем вы его привели? Соник хотел послать их куда подальше с этим допросом, но нужно дать хоть какие-то гарантии безопасности. Ведь с него потом спросят не мальчики, а разведывательная группа. Ударник не вмешивался в их разговор, хоть и говорили о нем. — Все будет хорошо, — Соник попытался улыбнуться им, ведь все-таки они дети и доверяют взрослым. — Сайтама спокойно жил среди людей и пострадали от него только монстры. И никто его не контролировал. Ну, то, что он проживал на отшибе по соседству с чудовищами, он решил умолчать. — Вы ждете, когда он выздоровеет и наберется сил. А не проще ли его уничтожить сейчас, пока мир цел? — продолжил пацан. — Или ваша гордыня превыше всего? Тут Соник рассердился, аж на ноги поднялся и навис над ними. — Я тебя скорее прикончу! Только попробуйте покуситься на его жизнь — убью с особой жестокостью! Зря беспокоитесь, вы просто трусы! — все, разорался. — А вдруг ему все надоест, пару ударов и горы вместе с нами как ни бывало? — Сайтама не такой! Он хороший! Звуковой откровенно защищал своего пленника. И сам себе удивился. Поумерил свой пыл: — Он не чудовище, не надо его бояться. — Пока у него будет сила, сокрушающая богов, его нужно бояться, — мальчики не согласились с ним. — Мы с Вами, господин Соник, но не с ним. — Ясно. Ну, хотя бы так, чем никак, — взрослый ниндзя немного успокоился. Сайтаму впервые хотели убить из-за страха перед его силой. Ему либо не верили, либо восхищались, либо брали в соперники. Но чтобы вызывал трепет и ужас… Соник посмотрел на него: — Чего замолк? Как будто не про тебя говорим, — пихнул еще. — Насильно мил не будешь, — отозвался тот и зевнул. Отвернулся и собирался заснуть. А что? Ночь же еще, правда, уже светало чуть-чуть. — Меня убивает твое равнодушие, — Звуковой ниндзя поражался его спокойствию. Но и сам последовал его примеру. Дети же не спали. После такого сон не в руку. Тут вдруг послышался металлический скрежет, словно составы по железной дороге передвигались. Он появлялся с периодичностью, и ребята озадачились. — Это наши что-то делают? — даже Соник заинтересовался. И, несмотря на холод, встал и открыл раздвижные окна, чтобы удовлетворить свое любопытство. На светлеющем небе прорисовалось нечто жуткое: опрокинутая голова оленя рогами вниз. Словно кто-то перерезал ему горло. И страшный трубный скрежет… с небес над горами. Не только у детей, но и у Соника кровь застыла в жилах. А он-то надеялся, что хуже и быть не может. Лайфлесс обняли друг друга и задрожали. — Это всего-то ваш Златорог вопит, — утешал их Сайтама. — Ничего, покричит и перестанет, не обращайте внимания. Сам виноват, нечего было нападать. Я сказал ему «нет», а он на рожон. Мог бы уйти по-хорошему. Скоростной закрыл окно, чтобы не видеть небесных образов, но скрежет продолжался. Если Сайтама так с богами обращается, то что он наговорит главе клана? Лично для Соника это было бы куда страшнее, чем история со Златорогом. Спал и жался к бесстрашному герою, ибо небесный рев таки леденил душу, Сайтама же ее согревал. *** Утром к ним явился незваный гость — разведчик. Сообщил, что вся ниндзя-элита, к которой относился и Соник, собралась на срочный совет в резиденции главы деревни. Ребята уже завтракали, когда тот ворвался в дом и так же быстро исчез. — Я так и знал, — сказал Звуковой и, чуть приуныв, засобирался. — На допрос? И что ты им скажешь? — Сайтама еще и издевался, чем гневил своего похитителя. — Ничего, — ответил тот и обратился к детям. — Глаз с него не спускать! Те кивнули и напряглись. Оставаться один на один с этим, как они думали, чудовищем, страшно. Но Соник покинул их. — Чем займемся? Какие планы? — Сайтама же был в хорошем настроении. — Может, прогуляемся? Подышим свежим воздухом. — Нет! — хором ответили Лайфлесс. — Господин Соник запретил прогулки, — уточнил тот, что справа от Ударника. — А если пойду, остановите? — пленник заулыбался. — Да, — как можно тверже ответили ребята, но у самих пот со лба потек. Сайтама встал, чем встревожил их: как его остановить? Ранить? А вдруг размажет, как Златорога? — Тогда, — Ударник еще шире улыбнулся. — Дерзайте! И пошел к дверям. — Стойте! — мальчишки решили пока не хвататься за оружие. Вцепились в ноги и умоляли: — Не уходите! Вы чужой, не смущайте деревенских. Мы не сможем Вас защитить от сильного противника. Мы тоже попадем под нож! Сайтама ожидал атаки, а тут… Так совсем неинтересно! — Вы чего? Только не ревите нафиг, будущие ниндзя же, — Ударник остановился. — Хорошо, а что здесь делать? — А что Вы хотите? Сайтама повел плечами. — О! Помните мне плечики, а то я не привык спать на твердом, — пользовался детским послушанием. Лайфлесс готовы уже были придушить подопечного, но проглотили собственную гордыню. Лучше так, чем ловить его по деревне, сумасшедшей после вчерашнего. Авось и заснет. — Ложитесь, — мальчики вздохнули. Скорей бы Соник вернулся, хотя и тот не сахар. Будет ругаться по пустякам… с Сайтамой.