Тяжесть

      В честь приезда родственников король Эйрис пожелал устроить турнир. Одно из немногих его действий в пользу, после смерти жены. Рени, если честно, не понимала, почему отец так долго не может отойти от смерти матери, которую и не любил никогда, притом, что даже дети её потихоньку возвращаются в обычное русло жизни. — Мы можем сделать турнир ещё более знаменитым, если увеличим награду, - сказал мастер над монетой. Он гладил свою длинную чёрную бороду, уставившись, как всегда, в одну точку. Всегда, когда он открывает рот, кажется, будто бы он разговаривает с полом или со стеной. — Насколько увеличить? - спросил Рейгар. С недавних пор король пожелал, чтобы его старшие дети заседали вместе с ним в Малом совете, набираясь опыта. — Я думаю, можно было бы и до двадцати тысяч драконов. — За первое? — Да. Не думаю, что нужно вознаграждать за второе. А вот за общую схватку и стрельбу из лука можно поставить десять тысяч. — Семь с половиной за стрельбу и одиннадцать за схватку, - сказал Тайвин. — Но, милорд десница… - открыл было рот мастер над монетой, однако Ланнистер посмотрел на беднягу толстяка так, что смотри он в глаза лорда, а не на гобелен, обмочился бы от страха. — Хватит. Времени не так уж много, - с пылом проговорил Рейгар. Ему ещё предстояло знакомство с Баратеонами. — Как скажете. — Нужно ещё обсудить постройку кораблей! - вскричал мастер над кораблями. — В другой раз, - отмахнулся принц слишком резко, судя по тому, какими взглядами все на него посмотрели. "Не стоило говорить так, - подумал он. — Они ведь не виноваты". — Простите нас, милорды, - сказала Рени мягким тоном. — Мой брат устал, как и я. Давайте закончим на сегодня? - Не спрашивая согласия, она поднялась, кивнула всем и направилась к двери. Рейгар последовал её примеру. — Спасибо тебе, - с благодарностью сказал он, когда они вышли. Снаружи поток фургонов и всадников тек сквозь ворота в замок. Это доезжали некоторые люди Баратеонов. Двор теперь превратился в грязевую мешанину. Кони и люди были везде, где мог увидеть глаз.        Таргариены уже пересекли внешний двор, перешли под портиком во внутренний и повернули к огромной башне, когда перед ними возник мальчик лет тринадцати, с чёрными волосами и тёмно-синими глазами. — Простите, - извинился он. — Могу ли я спросить? — Конечно, - сказала Рени. — А вы кто? — Имею честь быть Робертом Баратеоном, - ответил он, чуть поклонившись. — А вы, прекрасная леди, думаю, являетесь принцессой? — Так и есть, - подтвердил Рейгар, недовольный тем, как старший сын лорда Стеффона рассматривает его сестру. — Чем мы можем помочь вам? — Да так, - начал Роберт, неохотно отрываясь от разглядывания Рейниры. — Я немного потерялся. Мне стоит найти отца. — О, он с нашим королём-отцом и лордом-десницей. Мы направляемся туда. Ты можешь к нам присоединиться, - предложила девушка. — Благодарю, Ваша Светлость, - улыбнулся Баратеон и как-то странно поглядел на Рейгара.

***

— Причиной столь большого количества проблем стал турнир в честь лорда Баратеона, мой принц, - пожаловался командир городской стражи. — Подробнее, пожалуйста, - попросила Рени на очередном Совете. — Рыцари съезжаются со всех уголков страны. И не только! Вольные всадники, воины, ремесленники, просто народ, желающий поглазеть. Где толпы людей, принцесса, воров не сосчитать сколько. Насильников тоже развелось не мало. В тавернах люди выпивают за что только можно, а потом им нужны только женщины. Все городские шлюхи уже ходят вразвалку… Только прошлой ночью у нас было два утопленника, драки в тавернах, два случая поножовщины, изнасилование, два пожара, несчётное число грабежей… — Невероятно, - прошептала Рейнира. — Тебе нужны ещё люди? - спросил Рейгар. — Да. Сколько сможете найти. — Думаю, мы сможем попросить немного у лорда Баратеона, ведь с ним приехало не мало ртов. Некоторые из этих ртов, думаю, являются его стражей. — Наймите ещё около пятидесяти, - сказал лорд Тайвин. — Я дам двадцать из своих. Не стоит тревожить наших гостей. Если это требуется, ожесточите меры наказания. — Насколько ужесточить, милорд? — С зачинщиков пожаров снимать пять золотых и отправлять в темницу на три дня, - резко сказал Рейгар. — За драки они отправляются в темницу на день. За убийство - на Стену. За насилие над женщиной отрезайте мужское естество или отправляйте на Стену. Если при этом женщине нанесли ущерб - сломали руку, выбили зубы, оставили по всему телу синяки - наказывайте в той же мере. — Мне кажется я не совсем понял, Ваша Светлость. — Если кто-либо, будь он лорд или бедняк, возьмёт женщину без её согласия, сломает руку и оставит лежать на земле, делайте его евнухом, ломайте ему руку и оставляйте лежать на земле, - медленно, словно объясняя пятилетнему проговорил принц. — Не слишком ли жестокое наказание? - усомнился начальник. — Может стоит просто отправлять на Стену? — Нет. Мы должны прекратить это, значит нет слова "слишком", - отрезал Тайвин Ланнистер, поднимаясь. — На что нанимать этих рыцарей? - спросил командир, торопясь, как бы все не ушли. — Спросите у мастера над монетой, - ответил принц, нахмурившись. — Я выделю вам средства позже, - согласился мастер. — Благодарю, милорды, - сказал начальник стражи, поднялся и вышел. — Чем скорее это закончится, - сказал Рейгар. — Тем будет лучше. — Подобные празднества заставляют страну процветать, - сказал великий мейстер. — Они дают возможность прославиться великим воинам, а низким забыть о невзгодах. — Что-то пока не видно, - заметила Рени, направляясь к дверям прямо за братом.

***

       Рейнира отправилась на турнир с лёгким волнением. Её брат решил тоже принять участие. Пусть Рейнира и понимала, что Рейгар не сможет победить среди стольких хороших рыцарей, глубоко в душе она надеялась, что её он выиграет.        За городскими стенами устроили огромные павильоны и простой люд собирался тысячами, чтобы посмотреть на турнир. Мира тоже могла быть там, но Рени настояла, чтобы служанка пошла с ней. Её возлюбленный, межевой рыцарь, тоже выступал здесь и Рейнире хотелось, чтобы девушка смогла увидеть его во всей красе. Да и не только его. От великолепия захватывало дух: огромные кони, панцири, сверкающие на солнце, крики толпы, знамёна, пляшущие на ветру. — Тут прекраснее, чем в песнях! - воскликнула Мира, оглядываясь. Они наконец отыскали отведённые им места. Разумеется, Рени должны была сидеть на высоком помосте рядом с королём и его младшим сыном, но она отказалась, желая быть как можно ближе к соревнующимся. В тот день её заставили выглядеть великолепно, синее платье делало её глаза ещё более синими и прекрасно сочетались с сапфирами, устроившимися на нежной шее девушки, а серебряная коса мягко лежала на спине. На неё все глядели, но она просто сидела, переговариваясь и время от времени посылая улыбки избранным.        Теперь все смотрели на выезжающих на поле героев песен, одна сказочная личность сменяла другую. Вот показались рыцари Королевской Гвардии. Все семеро! Вот знаменитый Белый Бык. Первый, так как лорд-командующий. За ним следует сир Гонт, кажущийся не таким тощим в доспехах. Гордый Ливен Мартелл, а за ним и Джон Дарри. Там же Освелл Уэнт, улыбающийся собственной чёрной шутке. Колонну замыкал сир Барристан Смелый, в таком же белоснежном плаще и чешуйчатой молочной броне, как и другие. Народ аплодировал им так громко, что, казалось, вот-вот лопнут уши, но это было даже не в половину так громко и неистово, как когда на поле выехал Рейгар. В чёрном, с красными камнями, доспехами и в алом плаще, с чёрным шлемом в руках, он казался старше своих пятнадцати. "Он стал невероятным красавцем!", подумала Рейнира. Вот Джон Ройс со своими огромными ручищами и бронзовой броне, исписанной рунами, ограждающими его ото всякого зла. Были и другие, более и менее знаменитые. Засечные рыцари из Перстов, Хайгардена, гор Дорна, невоспетые свободные всадники, новоиспечённые оружейники, сыновья знатных лордов, наследники малых домов, кого тут только не было! Всех и не упомнишь. У всех них было приподнятое настроение. Даже сама природа, казалось, рада наконец устроить праздник. Небо было почти ясным. Солнце изредка прикрывалось веерами пушистых облаков, а ветер приносил с моря влажный, прохладный воздух. — Эх, жаль мой Рон выглядит нищим рядом со всеми этими рыцарями да лордами, - вздохнула Мира. И вправду, мужчина, на которого указывала девушка, одет был только в серый пластичный доспех и даже не имел на нём герба. Его плащ голубого цвета напоминал тряпку. — Это ничего, - утешила подругу, в чьих глазах плескалось беспокойство, Рени. — Если он хороший воин, он сможет победить парочку точно. А это значит, что немного денег да ещё чего он заработает. — Вы правы, Ваша Светлость, - согласилась Мира, хотя особо успокоенной она не казалась.        Первый поединок должен был быть между сыном короля Эйриса и сиром Освелом Уэнтом. Пусть Рейгар и выглядел воинственно в своей чёрной броне, защищаемой алым трёхглавым драконом, белоснежный сир Уэнт всё же был Королевским гвардейцем. — Ох, чует моё сердце неладное, - прошептала принцесса.       Оба соперника выехали на середину поля ( Рейгар на вороном жеребце, а сир Освелл на белой кобыле), чтобы поклониться королю. Эйрис, второй носитель имени, поднялся с места и произнёс нужные слова. Теперь участникам полагалось разъехаться по местам, но Рейгар направился к трибунам, прямо туда, где сидела его сестра. "Вот ведь идиот!", подумала Рейнира. Когда брат приблизился к ней вплотную и, улыбнувшись краешком губ, поклонился, она гордо встала с места, стараясь не обращать внимания на перешёптывающихся и глазеющих людей. Рейгар протянул ей своё копье, а она, в свою очередь, отвязала синюю ленту, украшавшую косу, и повязала её на кончик оружия. — Постарайся не опозориться в своём первом поединке, братец, - прошептала она. Падай с коня по-королевски. - Принц лишь усмехнулся.        Освелл Уэнт уже находился на положенном ему месте. Юный Таргариен тут же занял своё. Одновременно они опустили свои копья. Почти беззвучно, они двинулись вперёд, навстречу друг другу. Чем меньше становилось расстояние между соперниками, тем больше нарастало волнение в толпе. "Воин дай ему сил", про себя помолилась Рени. Раздался грохот, поднялась пыль, трудно было разглядеть, что произошло на месте удара, но принцесса смогла. Она выдохнула от облегчения. Рыцари сошлись во второй раз. Ещё один выдох. Но на третьем съезде стало понятно, чья победа. Радостный возглас дочери Эйриса, шум недовольных, поставивших на гвардейца и гул радости, веривших в Рейгара наполнили воздух вокруг. — Воистину, прекрасный был раунд, - сказал непонятно откуда взявшийся Роберт. — Такого рода турниры входят в историю. - Он даже не понимал, насколько окажется прав.        Турнир продолжался до сумерек. Рыцари сходились вместе, полные надежд, и расходились, один радостный и гордый, другой раздосадованный и огорчённый. Знаменитые люди соревновались друг с другом, надеясь стать чемпионом и урвать себе денег или славы.        Рон сумел хорошо показать себя, победив нескольких межевых рыцарей и всадников и одного сына среднего, как их называла Рени, лорда. Гвардейцы также смогли показать себя во всей красе, в очередной раз доказав, что белый плащ носят лучшие из лучших.        Рейгар выступал блестяще. Он непринуждённо, как на учениях, выбил из седла одного из Амберов, лорда Карона из Марки, кое-как сумел уронить Бронзового Джона, который выиграл свои несколько схваток с рыцарями моложе его на десяток лет. Он упал в каких-то десяти футах от Рейниры. Копьё валялось чуть дальше. На бронзовом панцире руны весело переливались, иногда создавая солнечных зайчиков. Когда лорд встал, поднялось небольшое облако пыли. Никто и не ожидал, что он будет так громко хохотать. — Великий сын растёт у вас, Ваше Величество, - прогремел он. Но король даже не улыбнулся, лишь прищурился, словно ища подвох. Но Рейнира ощутила, как гордость разливается по её телу, словно она сама вытренировала брата.        Она побежала в шатёр, который ему установили, как только всё полностью закончилось. — Рейгар! - крикнула она, оглядываясь. — Рени? - Он нашёлся в углу. Сестра не заметила его, так как он наклонился, чтобы поправить обувь. — Ты невероятен, братец! - сказала она, кидаясь к нему на шею. — Неужто правда? - насмешливо спросил он, приобняв сестру. — Ох, осторожней! - Рени только заметила, что на боку Рейгара, уже успевшего снять броню, красовался исполинских размеров синяк. — И кто же наградил тебя так? - спросила она. — По-моему сир Уэнт. — Ты был неподражаем тогда, - похвалила принцесса. — Всё благодаря вашей ленточке, миледи. — На самом деле, милорд, всё благодаря вашему таланту. - Рейгар улыбнулся, глядя на сестру. Невероятная красавица! Особенно сейчас, когда она с ним. — Всё хорошо? - спросила сестра, озадаченная странным взглядом принца. — Всё прекрасно, - сказал он и, мягко притянув Рени к себе, накрыл её губы поцелуем.